Обитель Великого Смутьяна

Настал новый день для обители. Проснулись самые младшие участники стаи, затем проснулись их матери. Проснулась семья фурий. Потянувшись, они расправили крылья и полетели поразмяться на просторе и порыбачить. Затем проснулись участники совета. — Эй, Ангел, Демон, просыпайтесь, — сказал Бутомир, когда вошел в пещеру, где спали два штормореза — Гуттен морген так сказать. Песчаный призрак был с наездницей. Видимо они тоже решили насладиться солнечным утром. Просыпаясь и слегка пошатываясь, брат с сестрой вышли на край ледяного выступа, который был продолжением их пещеры. Солнце только поднялось из–за горизонта и солнечный свет, многократно рассеиваясь через лед Смутьяна, красиво освещал пещеру. Дракончики веселились, как могли, а их матери болтали между собой, поглядывая на них время от времени. Вожак куда–то уплыл, что было для него естественно. Рейн предположила, что он поплыл завтракать, либо развеяться. Окончательно проснувшись, она решила слетать к пещере Тессы. Долетев до нужного ей входа, она заметила, как ее наездница выходит к ней как раз из пещеры Тессы. Наездница сразу полюбилась как самому Смутьяну, так и всей стае, ведь она была дорога Йери, а наезднице соответственно полюбилась вся обитель. Человек как будто жила тут долгое время, хотя только недавно прибыла в нее. Дракон и викинг легонько коснулись головами в знак любви и привязанности. Наездница вскочила на Йери и скомандовала на взлет. Юджин – брат Йери, "Небесный Ангел", взлетел вслед за ними. Сестра старалась махать крыльями громче, чтобы давать брату свой ориентир в воздухе. Погодка оказалась на редкость приятная. Теплое солнечное утро. Лучи солнца не обжигали, а лишь приятно грели каждую чешуйку. Два штормореза, один из которых с наездником, летели рядом. Ангел особенно громко хлопнул крыльями и повернул голову в сторону Демона. Глядя как будто сквозь нее и кивнув ей, Ангел исчез, а Йери поменяла окрас на черно–красный и решила проверить границы. Полностью убедившись, что все вражеские судна потоплены, а все границы обители соблюдаются, она направилась обратно в обитель. На подлете Йери услышала привычные щелчки зубами. Издав утробный рык и пару раз сильно хлопнув крыльями, Йери увидела медленно проявляющегося рядом с ней Юджина. Они вернулись как раз вовремя: вожак издал рев, призывая к собранию. Драконы слетались с разных частей обители и из вне. Поочередно драконы занимали свободные места подле вожака, не забывая поклониться правителю. Всем, естественно, была интересна причина столь срочного и внепланового сбора. Рядом с вожаком, на ледяном выступе сидели участники совета, Король скрытого мира с родней и Царь Разнокрылов. Как оказалось, вожак отсутствовал с утра не просто так. Лидеры трех стай заключали союз на нейтральной территории, обозначив все своими следами лап и залпами. Вожак легонько кивнул Рейн и Юджину в сторону выступа подле него, куда им нужно приземлиться. Пребывая в полнейшем недоумении и попутно переглядываясь друг с другом, они все таки сели на указанное место. — Эти драконы, — Смутьян окинул взглядом двух приземлившихся шторморезов, — прошли сквозь то, что для каждого дракона было бы честью, но увы, не каждому эта честь оказана. Они обучались, оттачивали свои навыки долгое время, но мы не знаем у кого и как все это произошло на самом деле. — Он провел взглядом по всем присутствующим драконам. — Я созвал вас всех, чтобы удостоить каждого из вас чести узнать историю этой неполной семьи из первых уст. Узнать об их приключениях, испытаниях, трудностях на их пути и возможно, каждому сделать выводы лично для себя самого. — Вожак вздохнул и перевел взгляд на виновников торжества. Наездники Бутомира и Тессы слезли чтобы сесть рядом со своими драконами. Наездница Рейн же осталась сидеть на драконе и все, что она сделала, это сняла маску. — Как вы все теперь знаете, Я — Рейн, тот самый заместитель стаи Смутьяна, но, после недавних событий, у меня появилось второе имя — Йери. Раз уж нам с братом… — Ангел, до этого смотревший сквозь толпу драконов, шевельнул гребнями и слегка повернул голову к Йери, — придется рассказать историю с самого ее начала, то мы уверены – рассказ будет долгим…

***Flashback***

Пасмурно. Сплошное серое полотно затянуло небо за редкими просветами. Мелкий моросящий и холодный дождь мерно стучал по крыльям и чешуе, еще не выводя из себя, но явно раздражая всякого, кто под ним окажется. После того, как стая насытилась, Рейн огляделась и пробежалась взглядом по всем членам стаи подмечая все ли на месте. Она заметила всех. Всех кроме Тессы. Дав команду стражам сопроводить стаю до обители, как только все будут готовы возвращаться, Рейн полетела искать неугомонного штормореза. Та нашлась высоко в облаках. Она наблюдала за битвой развернувшейся внизу. Рейн, разозлившись на Тессу, ведь случись с Буревестницей что, отвечала бы за это она сама. Высказав все, что она думает по поводу поступка Тессы, и объяснив план действий при последующих подобных случаях, Рейн проводила взглядом умчавшегося в обитель и явно принявшего все за оскорбление штормореза и, наконец, заметила непорядки на море прямо по ней. Громкий рык о помощи привлек внимание Рейн к сражению. Она аккуратно выглянула из за облаков и увидела криволапа в клетке, окруженной аравой смертохватов. Не медля ни секунды, Рейн круто спикировала и на полной скорости сбила с ног двух драконов. Быстро освободив криволапа, она тут же чувствует сильный удар в бок и отлетает в сторону. Криволап все еще не вылез и не улетел. Еще лежа на палубе Рейн слегка приподнялась и истошно зарычала: «Беги!». Дракон наконец дернулся с места и взлетел. Подступивший в ту же секунду смертохват, жадно скалился, явно ожидая бегства добычи, но получил удар в морду задними лапами. Однако, встать, чтобы отбиться от остальных драконов у Рейн так и не получилось: что–то прокололо чешую на крыле. Рейн задрала голову, ожидая обнаружить там смертохвата, но обнаружила человека цепляющего на нее подобие ошейника с колбами, в которых была зеленоватая жидкость, и это было последнее, что она запомнила в тот день.

***

Проснулась Рейн в каком то гроте, на подобие ледяных иглу, только эта была каменная, темная и сырая. Единственное сходство места, где она проснулась, и иглу помимо формы был холод. Скорожалий холод. Несмотря на проживание в северной части архипелага, Рейн все равно подмерзала в этом месте. Шторморез была полностью в цепях, а морда связана. Она смутно помнит, что с ней в целом происходило, после того, как на нее нацепили ошейник. Рейн будто потеряла контроль над собственным телом, воспоминаниями, мыслями, а теперь она снова мыслила четко и ясно и контролировала собственно тело. Это был, как быстрый, но страшный сон, из которого ни при каком желании нельзя было вырваться, пока кто–то сверху не позволит. Она видела и слышала все, но ничего не могла с этим поделать. Горели поселения, корабли, острова, а пламя рвалось из ее собственной пасти. Каждый раз просыпаясь после этого жуткого кошмара все, что ей хотелось, это вырваться из клетки и улететь. Улететь не оглядываясь, лететь так далеко и так долго как только может. Но с Лейтой это не сработает. Захватчица нападала, грабила и уплывала со своей армией, орудуя Рейн так, как она хочет, держа ее на коротком поводке и в ежовых рукавицах.

***

В одну из ночей, шторморез проснулась с четким пониманием того, что она не может больше позволить так обращаться с ней. Она набрала полные легкие воздуха. Клетка была из драконопрочной стали, поэтому огонь был против неё бесполезен. Рейн, стараясь не стучать цепями, подошла к дверце клетки и собрала всю свою волю, усидчивость, внимательность и осторожность в лапы и аккуратно открыла клетку, поковыряв когтем в замке, висящем на железной двери клетки. Обрадованная успешным вскрытием, Рейн совершенно забыла, что все еще прикована цепями. В логове Лейты поднялся переполох. Стражи–смертохваты тут же проснулись и напали на Рейн, пытаясь угомонить ту. Все их попытки были тщетными. Хотя цепи и стесняли движения, но ловкости Рейн хватало чтобы увернуться от них. Тогда в ход пошла кислота. Смертохваты не дураки, чтобы плеваться прямо в одно из главных орудий хозяйки. Они расплескивали кислоту рядом, чтобы та воспламенилась вокруг штормореза. Однако они не учли, что кислота не только воспламеняется, но и плавит металл. Цепи были не из драконопрочной стали и потому мелкие цепочки цепляющие ее за лапы тут же расплавились. Будто не замечая этого, смертохваты продолжали заливать пол кислотой. Лейта откуда–то извне приказала им остановиться, но было поздно: кислота расплавила одно из звеньев основной толстой цепи. Рейн умело перескочила кислоту и, дыхнув пламенем прямо в смертохватов, рванула из заточения. Вылетев на свободу все еще тянув за собой части цепей она увидела, что за ней погоня. Смертохваты просто так не отстанут. Она решила не скрашивать им день их любимой погоней и нырнула в пучину морскую. Проплыв вниз и вперед какое–то расстояние и убедившись, что разящие не нырнули за ней и в конечном итоге улетели, она поплыла дальше. Вынырнув около ближайшего острова с противоположного от корабля Лейты берега, она, изнеможённая, заползла на берег и наступив на собственную цепь, все еще висевшую на ней, несмотря на всю усталость, с яростью сорвала с себя весь металл. Почувствовал долгожданную свободу, Рейн осела. Она устала жуть как – все тело ныло, а мышцы гудели. Наконец она легла на землю, все еще глубоко дыша. В таком положении она пролежала не менее четверти часа. До нее неожиданно дошла мысль, что ее могут искать. Как состайцы, так и Лейта со своими смертохватами. Она встала и оглядела остров, на котором ей удалось скрыться от преследования. Он был достаточно большой и весь покрыт высокими, частыми и большими деревьями. Ей необходимо было найти укрытие, пока она полностью не реабилитируется, а чтобы найти укрытие нужно обследовать остров. Вариант исследовать остров по земле она отбросила почти сразу: в таком густом лесу шторморезу не повернуться, не развернуться. Тогда она решила обсмотреть лес с воздуха. Так и быстрее и проще, если конечно она своим полетом не выдаст себя смертохватам. Она аккуратно взлетела, то и дело, оглядываясь по сторонам: ни стервятников–смертохватов, высматривающих ее, ни даже корабля Лейты. Чисто. Обрадованный шторморез слегка набрала высоты и начала оглядывать остров, летя над ним. Пролетев до середины острова Рейн увидела достаточно широкую поляну с большим количеством камней и высокой травой, а также двух драконов на ней. Она замерла на месте. Смертохваты? Издалека было видно не очень, однако чешуя этих драконов уже успокоила ее. Чешуя одного из них была белого, явно не красно-черного цвета, хотя какие то красные пятна на ней все же были. Кровь? Вероятно. Ведь второй дракон был чисто красного цвета. Рейн нырнула вниз и, с горем пополам, приземлившись так, чтобы не привлечь внимания тех двух драконов, с тем же горем вместе пошла по земле в направлении поляны. Приблизившись, она увидела совсем не то, что представляла себе. На поляне был вовсе не смертохват и не раненый дракон–жертва, а разнокрыл разговаривающий со вторым драконом. Шторморезом. Ошибки быть не может. Он очень походит на Рейн, у него точно также четыре крыла, но он был необычного белого цвета, но все равно был шторморезом. Рейн была слишком далеко, чтобы слышать о чем говорят эти два дракона, но это не помешало ей понять что к чему. Разнокрыл тренировал штормореза, ведь как только разнокрыл сменил чешую и стал невидимым, шторморез в точности повторил за ним, а Рейн не могла поверить своим глазам. Пока тренер и ученик передвигались по поляне, Рейн подметила, что те камни на поляне, которые она видела, были покрыты цветочной краской. Подходя к каждому камню, тренер и ученик, не сговариваясь, меняли цвет чешуи под цвет краски на камне. Это было завораживающее зрелище и Рейн совершенно потеряла бдительность и, стараясь передвинуться, чтобы видеть их получше, когда они проходили мимо камня скрывающего их из поля зрения Рейн, наступает на ветку. Услышав предательский хруст под лапой, Рейн испуганно глянула на тренирующихся драконов. Те тоже не оставили сломанную ветку без внимания. Драконы резко повернули головы в сторону звука, разнокрыл сузил зрачки, и они оба практически одновременно исчезли. Подступающая паника вопила, чтобы Рейн дала заднюю и летела со всех крыльев отсюда, но все что у нее вышло это лишь слегка попятиться назад панически соображая, где драконы могут быть прямо сейчас. Долго думать не пришлось: Рейн врезалась во что–то. Возможно, это было дерево и это было бы просто замечательно, ведь тогда она бы вполне удачно слиняла оттуда, но деревья хоть и дышат, но точно не прямо в затылок и точно не почти обжигающим воздухом. Шторморез замерла. Обернувшись, она увидела сидящего прямо за ее спиной собрата–штормореза. Теперь то она могла уже по–детальнее его рассмотреть. Чешуя была и впрямь белая, но было кое–что, что заставило Рейн в испуге отшатнуться и пятиться от него желательно куда подальше. Во–первых, его неожиданность: редко когда ожидаешь увидеть дракона прямо за своей спиной. Во–вторых, бросающиеся в глаза красные ромбы на носу, рогах, гребнях, крыльях и еще нескольких местах по телу. И последнее: глаза. Они слишком белые. Пугающе белые. Зрачок был полностью серый… …слепой. Белый шторморез стукнул зубами и шевельнул гребнями, и стал наступать на Рейн. Рейн громко дышала, пытаясь прогнать наступающую панику и не заметила, как оказалась на той самой поляне, на которой тренировались два дракона. На свою неудачу она во что–то врезалась задними лапами, но на этот раз это был камень. Тело было буквально парализовано страхом, ведь Рейн явно на чужой территории. Разнокрылы стайные драконы и пара тройка из них уже наверняка окружили ее со всех сторон. В другое время она бы и бровью не повела, но сейчас ее организм слишком истощен, а мышцы не готовы к сражению с еще одними драконами плюющимися кислотой. Не в обиду разнокрылам, но они явно не тактики, как смертохваты. Разнокрылы бойцы. Они будут стрелять по цели, не раздумывая, если их вожак даст добро на защиту территории. Сердце гоняло кровь, как сумасшедшее, отдавая громкими ударами в голове Рейн. Казалось, что эти удары слышал весь остров. До Рейн дошло только сейчас, что если дракон слеп, то он ориентируется по слуху и запаху, и тут же сопоставила его щелчок зубами еще в лесной чаще. Рейн захлопнула пасть и попыталась утихомирить и без устали колотящееся сердце и рваное дыхание. Шторморез усмехнулся и сказал что–то на непонятном ей языке. Он стал ходить вокруг Рейн и ей тут же стало не по себе от таких действий Рейн оскалилась, стараясь не издавать ни звука. Она понимала, что противник сильнее и ей некуда деться, тем более в ее состоянии. На тот момент Рейн чувствовала себя мелкокрылым дракончиком, которого вот–вот будут отчитывать за какую–то провинность. Шторморез спросил Рейн снова на непонятном ей языке. Она была в ступоре. Это южный язык? Возможно. По климату шторморез поняла, что она в широтах явно южнее и теплее, по сравнению с широтами обители. ⸻ Ч–что? ⸻ Выдавила из себя Рейн пристально смотря на все еще обходящего ее штормореза. Белый шторморез щелкнул зубами и повел гребнями, снова сказав что–то на южном языке. Тогда он задал вопрос уже на другом и Рейн наконец поняла его: — Кто ты и откуда? ⸻ Задал он четкий и ясный вопрос, все еще обходя Рейн и снова щелкнув зубами. Он уже прошел за спиной и Рейн повернулась на него с другой стороны, чтобы держать собрата в поле зрения. — Рейн с северных земель из стаи Великого Смутьяна. ⸻ Немного сипя, но все же твердо ответила Рейн. На секунду показалось, что белый шторморез расслабился, но он продолжил ходить вокруг. — Что ты забыла на острове Разнокрылов в Южной части мира? ⸻ Задал он мне уже второй вопрос. Он закончил обходить Рейн и встал прямо перед ней и еще раз щелкнул. Рейн выпала в осадок. Округлив глаза и нелепо смотря в землю перед собой — «Неужели эти пираты так далеко меня завезли, что я оказалась на юге» ⸻ подумала Рейн. Он крикнул что–то опять на южном языке и из ниоткуда появились четыре разнокрыла...