Полёт

      С самого утра Василиса не могла унять тревогу. Все не задалось с самого начала, еще до первых петухов к ней прибежала бабка Любава с мольбами помочь роженице.       — Василисушка, спасай! Невестка родить не может! Вот-вот богу душу отдаст! Молю, спаси! Не за нее прошу! За дитятко страшно!       Делать нечего, пришлось в потемках бежать в другой конец деревни, в ночной рубашке и тулупе. Одеться ей не дали...Стоило войти в сени, как на нее недовольно уставились четыре пары мужских глаз. Стало не по себе. Когда на лицах читается призрение, это терпимо. Но вот когда у мужиков учащается дыхание, или в штанах все понимается, начинаешь паниковать.       «Ладно брат твой, Степан... Но ты-то куда? У тебя жена в соседней комнате рожает! Ничего святого у кобеля нет... Тьфу!».       Василиса успела в последнюю минут. С большим трудом удалось спасти Ольгу и ее сына. Женщина родила здорового мальчика, Василиса хотела помочь Ольге привести бедняжку в порядок, но ее буквально вытолкали из избы, как только мальчик покинул утробу матери. Бабка Любава не сказала и слова знахарке, всучила крынку молока и закрыла перед носом Василисы дверь. Ничего нового... Люди всегда прибегали к женщине за помощью. У кого-то ребенок заболел, кто-то рожает или лежит с ранами после драки. Василиса никому не отказывала, всегда помогала. Нередко случалось так, что вытаскивала страдальцев с того света. Однако после помощи ее всегда выгоняли. Никто не хотел общаться с ведьмой, чтобы не навлечь на себя гнев церкви или бога. Василиса давно привыкла к этому...       Подойдя к дому, женщина увидела сидящую на ступеньках дочь. Худенькая девочка подперла бледные щеки руками и смотрела куда-то в пол.       — Варвара! Ты чего это сидишь на улице? Быстро в дом!       Девочка подняла на Василису свои большие испуганные зеленые глаза и, соскочив, забежала в сени.       Василиса прошла за ней. Зайдя в избу, женщина поставила крынку на стол и подошла к девочке. Варвара стояла опустив голову.       Женщина погладила девочку по темным волосам и обняла.       — Что случилось, птенчик мой?       Девочка ничего не ответила, только сильнее прижалась к маме.       — Можешь мне сказать?       Ответом было молчание.       Василиса еще раз погладила девочку по волосам и мягко отстранилась.       — Как будешь готова расскажешь, а пока одевайся раз встала! Сходим с тобой за травами.       Девочка никак не отреагировала на слова матери.       — Птенчик...       Сорвавшись с места, Варвара подбежала к матери и заключила ту в объятия.       — Мама... Давай сегодня никуда не пойдем, а? Мне страшно... Сон приснился, что тебя вороны унесли!       — Птенчик, давай я тогда сама схожу, а ты в избе приберешься?       Девочка отрицательно замотала головой и крепче обняла мать.       Чувство тревоги в Василисе нарастало, ей тоже приснился страшный сон, где ее дочь схватили чьи-то длинные костлявые пальцы и утащили во тьму. Женщине хотелось заплакать от бессилия, грядет что-то страшное.       Бабах!       Василиса обернулась на звук и увидела, что крынка с молоком упала на пол и разбилась...       — Кажется, нам нужно приготовится к встрече с гостями...

***

      Феодот шел к дому ведьмы в ужасном настроении. Будучи священником, он презирал знахарок и целителей. Вечные заговоры вместо священных молитв! Богохульство и развращение невинных.       — Василиса! Открывай!       Послышался скрип дверей, и вот к нему вышла женщина, узнав священника, женщина сделала поклон.       Феодот нахмурился и посмотрел на Василису сверху вниз.       — Здравствуйте, чем обязаны вашему визиту?       — Думаю, ты знаешь, почему я здесь! Сегодня у Степана и Ольги родился ребенок, мы сейчас же его пойдем крестить и заодно хотим тебя с твоей дочерью позвать.       Олеся нахмурилась, и подняла свои зеленые глаза на священнослужителя.       — Благодарю вас, но я уже крещеная, да и дочь моя тоже.       Феодот сделал шаг навстречу к Василисе. Женщина не отступила, только перекинула свою русую косу за плечо.       — Про тебя, Василиса, странные слухи ходят, говорят мол, что ты мертвых воскрешаешь! Младенец-то говорят сначала не мог дышать, пока ты к нему не прикоснулась. Крещенные люди так не могут делать. Да и крестили тебя не в нашей деревне. Если вообще крестили.       Из соседних домов начали выходить люди.       — Отец Феодот, вы же знаете, что нас с Варварой крестил ваш брат, отец Всеволод, если мне не верите, то можете у него лично спросить.       Феодот взял в руки свой нательный крест, сжал его в ладони и громко произнес:       — Отец Всеволод, царство ему небесное, умер! Нет никого, кто бы мог подтвердить твое крещение.       Василиса нахмурилась: «Он специально делает это, хочет, чтобы меня избегали еще больше... Пока Всеволод был жив, он молчал, выжидал, значит...».       Раздался гул голосов, Василиса ясно слышала, как люди читают молитвы, ясно чувствовала на себе их испуганные взгляды.       Глубоко вздохнув, знахарка громко сказала:       — Будь по-вашему! Согласна на второе крещение, только не вами и не в вашей церкви.       Ноздри Феодота раздулись от гнева, со всех сторон раздались удивленные охи.       — Вы посмотрите на неё! Святой отец её лично на крещение позвал, а она нос воротит!       Василиса никак не отреагировала на слова, доносившиеся из толпы. Глядя священнику в глаза, женщина еле слышно произнесла:       — Нет в вашем храме Бога... И не было никогда.       Развернувшись, Василиса пошла в избу, не оглядываясь ни на разъяренного священника, ни на разгневанную толпу.       — Вы слышали эту ведьму? Это не она вам помогает, а нечисть через нее. Что вы выберите, спасение души или тела?