Сквозь Время: Скоро Финал

1 ноября 1981 года Рассказ Лили занял долгое время. Скорпиус успел и в Хогвартс сбегать за едой, а Лили все рассказывала. Сириус внимательно ее слушал, не перебивая. Но, как мог судить Скорпиус по меняющемуся выражению его лица, история Лили сильно задела его. Конечно, не каждый день узнаёшь, что твое будущее сложилось отстойнее некуда. И отчасти по твоей же собственной вине. — ...Вот и все, — закончила рассказ Лили и перевела дух. — Оказавшись здесь, мы заполучили три хоркрукса из пяти. С диадемой проблем нет, но насчет чаши все сложно. Сириус ничего не ответил, явно погруженный в свои мысли. Лили растерянно посмотрела на Скорпиуса, тот махнул рукой: мол, дай человеку переварить. Пару минут спустя Сириус пришел в себя и сказал горько: — Мелкий идиот. Пришел бы ко мне, я бы ему помог. А Хвост скотина. Попался бы, прибил бы... — Мистер Блэк, не надо горячиться, — сказал Скорпиус. — В прошлый раз ваша горячность вас и погубила. — Да, ты прав, — согласился Сириус и добавил, усмехнувшись: — Давайте на "ты" и по имени. А то от "мистер Блэк" чувствую себя старым. — Согласны, — сказала Лили. — Сириус, нам нужна твоя помощь. Раз будущее уже изменилось, нам нужно самим справиться с Волдемортом. Ты с нами? — Разумеется, — грусть Сириуса как рукой сняло. — Что мы будем делать? — Для начала надо спрятать Поттеров, — предложил Скорпиус. — Сейчас, когда будущее изменилось, их смерть становится необязательной. Есть шанс разобраться с Риддлом самим. — А почему бы вам не обратиться к Дамблдору за помощью? Ведь у него и на гоблинов выходы могут быть. Скорпиус и Лили переглянулись, потом Лили пояснила: — Мы хотим сами найти и уничтожить хоркруксы. Во-первых, нас гложет чувство вины. А потом... вы с моим дедом обратились бы к Дамблдору? Сомневаюсь. Сраженный таким аргументом, Сириус промолчал. А потом сказал с восхищением: — Истинная внучка Сохатого. Гриффиндор? — Слизерин, — тяжело вздохнув, ответила Лили. — Позор семьи во веки веков. — Да уж... — удивленно протянул Сириус. — А я-то думал, что меня больше ничем сегодня не удивить. Внучка Сохатого — слизеринка! Кто мог подумать? Кстати, у вас на примете есть надежный дом, где можно спрятать Джеймса и Лили? Ведь после измены этого ублюдка Хвоста их дом, как и мой, ненадежен. Он любому мог проболтаться, в том числе моей племяннице из будущего. — Мы этого не исключаем, поэтому и пошли на контакт с тобой, — сказал Скорпиус. — Но насчет убежища... не знаю... — У меня есть идея, — сказала Лили, подумав. — Но тебе, Сириус, это не понравится. — И что за идея? — заинтересованно спросил Блэк. — Дом на площади Гриммо. Там их точно никто не будет искать. * * * Нарцисса уважала и любила своего мужа, хоть и поженились они по решению родителей. Но совместно прожитые годы и особенно — рождение Драко — превратили их брак из договорного в брак по любви. И, выполняя просьбу тетушки Вальбурги, Нарцисса действовала отчасти из любви к семье. Она хотела избавить мужа, и особенно сына, от служения чудовищу, которое посмело посягнуть на самое святое, что есть у волшебника — душу. Среди Блэков встречалось множество темных волшебников, в том числе и некроманты. Но никто из них не рисковал создавать хоркруксы. Наоборот, все они в своих трактатах предупреждали об опасности деления души. Блэки берегли свою душу. Да и для каждого мага душа была священна и неприкосновенна. Передав тетрадку Лили и Скорпиусу, Нарцисса осознавала, что подставляет своего мужа. Но она надеялась, что скоро с этим монстром — Волдемортом — будет покончено. Аппарировав в гостиную Малфой-Мэнора, Нарцисса хотела подняться наверх в детскую, посмотреть, как там поживает Драко. Но в гостиной ее уже ожидал Люциус, сидящий с грозным видом на диване. Увидев жену, он встрепенулся и спросил: — Где ты была? — В "Обезглавленном Гоблине", — спокойно ответила Нарцисса, присаживаясь в кресло. — А что случилось? — Что случилось? — переспросил Люциус, повышая голос. — Да все. Меня жена подвела под Аваду! Что молчишь? Думаешь, я настолько идиот, что не поставил бы сигналку на важную вещь? — Не кричи на меня, — спокойно ответила Нарцисса. — Я не уличная девка, а твоя законная супруга. Ты должен уважать меня. — Извини меня, — Люциусу стоило большого усилия взять себя в руки, но он заговорил более спокойным тоном: — Кому ты передала дневник? Дамблдору? Краучу? Кому? — Кому надо, тому и передала. Они его уничтожат. — Ты хоть представляешь, что это за дневник? — В отличие от тебя — да, представляю, — Нарцисса начинала терять терпение. — Этот дневник — хоркрукс. Кроме него, есть еще четыре. Ты понимаешь, что твой Лорд — чудовище? И ты хочешь, чтобы Драко служил этому чудовищу? К пикси чистоту крови! Разговор про твоего родного сына. Подумай, Люциус. Я пока перееду к тете Вальбурге. Она обещала спрятать меня и Драко. А ты... смотри, Люциус, я могу тебя спасти, но все зависит от тебя. — Твоя тетя тоже в этом замешана? — спросил удивленный Люциус. Нарцисса — еще куда ни шло, но Вальбурга Блэк — участница заговора против Темного Лорда?! Уму непостижимо... — Она узнала, каким был финал жизни Регулуса... Ну, и что ты решил, Люциус? Ты со мной? 2 ноября 1981 год Родольфусу Лестрейнджу было страшно. Он сидел за столом в "Трех Метлах" и нервно оглядывался по сторонам. Впрочем, в это тревожное и беспокойное время такое поведение было обычным для многих волшебников и не привлекало излишнего внимания. Нервозность Родольфуса было легко объяснить. Он с утренней почтой получил приглашение от незнакомца встретиться здесь, в этом кафе. Все бы ничего, но незнакомец передавал в письме привет от человека, который физически не мог этого сделать по простой причине — он был убит Родольфусом несколько лет тому назад, и никто, кроме самого Лестрейнджа, об этом не знал. Нервозность Лестрейнджа уже достигла наивысшего предела, когда двери паба наконец распахнулись, и вошла молодая девушка с серебристо-голубыми волосами. Посмотрев по сторонам, она подошла к Родольфусу: — Мистер Лестрейндж, полагаю? — спросила она, садясь за его стол. — А вы кто такая? — спросил в ответ Родольфус. — Кто я такая, вы узнаете в этом письме, — сказала незнакомка, протягивая ему свернутый пергамент. — Можете не беспокоиться, он не отравлен. Родольфус осторожно взял пергамент и развернул его. Смутно знакомым почерком было написано: Здравствуй, Родольфус. Пишет тебе ты сам из 2024 года. Понимаю, что в это сложно поверить, но это правда. Думаю, что привет от нашего знакомого убедит тебя в этом. Будущее для нас, верных слуг Темного Лорда, сложилось гаже некуда. Многие из нас убиты, включая и самого Лорда. Я больше двадцати лет провел в Азкабане с одной целью — отомстить и изменить будущее. Это девушка — Дельфини — наш шанс на великое будущее. У нее есть план, но ей нужна поддержка. Слушайся ее во всем. Собери наших: Басти, Долохова, Крауча, Мальсибера. Белле ничего не говори, она не в состоянии трезво рассуждать и может погубить нас. Опасайся Снейпа. Он предатель. Люциус предаст нас, когда это ему станет выгодно. Не доверяй ему. Верь только перечисленным. Запомни, что наша судьба в твоих руках. Родольфус Лестрейндж. 2024 год. Родольфус перечитал письмо дважды и медленно положил на стол. Дельфини с скучающим видом рассматривала свои ногти. — Мне нужно выпить, — сказал он и повернулся, чтобы позвать Розмерту, но Дельфини остановила его. — Потом выпьете, мистер Лестрейндж, — произнесла она тихим шипящим голосом, от звука которого Родольфусу стало плохо. — Вы все поняли? — Да. — И хорошо, — Дельфини встала с места. — Жду вас с остальными сегодня в полночь у входа на кладбище в Годриковой Лощине. Не заставляйте меня ждать. Она развернулась и стремительно вышла. — Нет, мне точно надо выпить, — сказал Родольфус и потряс головой, чтобы прийти в себя.