Реальная жизнь

JONY — Мир сошёл с ума.       Капли дождя барабанят по крыше, холодный ветер заставляет деревья исполнять только им известный танец; массивные тёмно-серые тучи нависают над деревней.       Идеальная погода для Чимина, для его души. Отец ещё с утра уехал по делам, что ещё прекраснее. Ведь что может быть лучше, когда ты пьешь горячий кофе, вдыхаешь никотин и смотришь на то, как дождь поливает землю, а вокруг никого.       Все говорят блондину, что курить вредно, а он в свою очередь говорит, что жить тоже вредно, и что? Если честно, он просто привык. Да, не дурно это зовется плохой привычкой. Но ещё это ему чертовски помогает. С его дрянным характером и бесконечной скважиной нервов, иначе успокоиться не выходит.       Да, много людей как-то справляется и без этого, но они не Чимин. Ещё усугубляет ситуацию, что он омега. Видите ли, омегам нельзя, ведь им ещё родить. Ну заебись, вот, держи течку от который у тебя мозги превращаются в кашу, вот, держи характер, от которого черти убегают, так ещё и курить тебе нельзя.       Но у Пака всегда была своя точка зрения. А именно: «посри на всех и живи так, как тебе удобно». И это очень даже облегчило жизнь парню. Чимин вскрикивает от боли, когда искры от сигареты падают ему на колено. Вот это задумался. Омега качает головой и улыбается.       Сразу перед домом его отца видно гору, на который пасутся коровы, и кажется, дождь им не помеха. Главное - это покушать. Чимин улыбается вспоминая Тэхёна, у которого те же повадки. Ему тоже все равно на все, что происходит вокруг, когда он ест.       Пак печально улыбается, он соскучился по другу. Дело в том, что в деревне слово «сеть» вообще не существует. Так что связаться с кем-то очень сложно. Но Чимину это нравится. Потому что он может отдохнуть от Тэ, от Чонгука, от Шиу — своего брата. Отчим и папа за границей, что хорошо, и с ними связаться тоже не получится, слава петухам. Потому что с папой он долго быть наедине не может.       Отношения у них мягко говоря такие себе. Хоть Минте — папа, давно развелся с родным отцом Чимина — с Намджуном, отношения у них хуевые. И это тоже мягко говоря. Пак вообще пошел в отца, что страшно бесит Минте. Но это его проблемы, по крайней мере так считает Чимин. Все детство блондина кормили баснями о том, что его родной отец чуть не сам Волдеморт.       Он бил беременного Минте в живот. Затем, когда родился Чимин, Намджун в порыве злости чуть не сломал ему руку. Хотя на самом деле это был вывих, и то, по неуклюжести Пака. Если бы не Намджун, Чимин бы и дальше верил в эти легенды. Ещё Джун отказался менять блондину фамилию, и папа все детство повторял, что отец думает только о себе.       А Чимин чувствовал себя белой вороной, потому что его брат Шиу — тоже омега, имел фамилию Ким. Папа — Ким, отчим, которого блондин ещё с детства называет отцом — тоже Ким. И только он — Пак. Почти все детство и старшие классы Чимин злился на отца, но затем он понял…       Папа хотел поменять ему фамилию и увезти в Германию, если бы отец согласился, то больше никогда бы не увидел Чима. А ещё: «ты мой сын, и у тебя должна быть моя фамилия». Теперь, когда блондин все это вспоминает, у него слезы на глаза выступают. А как папа развелся с Намджуном, пока тот был на работе за границей, подделав его подпись…       Пак не представляет себе, какую боль тогда чувствовал его отец. Вот у тебя есть муж, есть сын, ты едешь за границу, чтобы обеспечить их, а когда возвращаешься у тебе нет ничего. А когда Нам приехал увидеть сына спустя какое-то время, бабушка вызвала полицию, ведь Минте запретил ему подходить к Чиму.       Отцу тогда было очень сложно, а Чимка ещё был слишком мал, чтобы что-то понимать. Спасли Намджуна слова одной омеги. Женщина сказала ему, чтобы он ждал и верил. «Когда-то сын все поймет, а пока просто приходи к нему, чтобы он знал, что ты существуешь». После этих наставлений, Джун немного поумерил свой пыл. И вот Чимину скоро двадцать три, а авторитетом для него является только отец. Только к нему он идёт за советом или разрадой.       Чимин печально улыбается, что-то он сегодня слишком погряз в прошлом. Может всему виной погода, которая так и подталкивает к размышлению, к меланхолии. Дождь то успокаивается, то начинает лить с новой силой, а блондин не может удержать свое сознание в настоящем, все время возвращаясь в прошлое.       Он вспоминает, как у них всё началось с Чонгуком. Он тогда ждал автобуса, который все никак не хотел ехать. Чимин увидел знакомую мордашку, и решил подойти и спросить, будет вообще автобус или нет. Медленно у них завязался разговор. Во время которого Пак вспомнил, что они учились в одной школе, только в противоположных классах. Спустя двадцать минут, он спросил, как его зовут, на что услышал: — Эх, Чимин~и, и тебе не стыдно. Меня зовут Чон Чонгук. — Откуда ты знаешь как меня зовут? — удивился блондин. — Я даже знаю, где ты живёшь, — широко улыбнулся Чон. — А вот это уже стрёмно, — прыснул Пак.       Позже выяснилось, что Чимин ещё в школе нравился Чонгуку, но тот стеснялся подойти к нему. А Пак просто знал, что тот существует, больше ничего. Они разговорились, даже в автобусе сели рядом, а потом решили прогуляться. И все завертелось. И вот они уже год, как встречаются. А это рекорд для Чимина, у которого были отношения максимум неделю.       Мало, кто мог выдержать его характер. Так всегда говорил Пак, хотя на самом деле, ОН всех бросал потому что не его, потому что скучно. А Чонгук…он другой. Он его. Но его ли Чимин, вот в чем вопрос.       Пак подтягивает ноги, кажется, достаточно ему сидеть на улице, он хоть и под накрытием, но ветер-то никуда не делся.       Но уходить он ещё не собирается. Хоть руки уже ледяные. Вот бы сейчас рядом был Гук, он бы взял его руки в свои и грел. Он всегда был такой теплый. Чонгук на это всегда отвечает: «все для тебя». Сейчас бы оказаться в его объятиях…эх.       Сидя на улице, Чимин решает выбросить из головы весь мусор, все слова, все сомнения. Ведь главное, что он думает, главное, что он чувствует. И он любит Чонгука. Все остальное не важно.       Чимин улыбается своим мыслям и решает таки пойти уже в дом. Пора греться. Не хватало ему ещё заболеть, снова…