Опять облажался

Мальчик ошеломлённо смотрит по сторонам. Нет Он не верит глазам и бежит по улочке... По бывшей улочке, мимо развалин, тонн пыли, песка, небольшого огонька и дыма. В нос ударил запах гнили, плоти и крови. От этого дыхание спёрло и захотелось чистого глотка воздуха. Нет... Повторял он себе. Опять? Это опять случилось?! Где его семья?! Где все?! Среди обломков бывшего здания академии он замечает чью-то худую бледную руку. Подорвавшись с места, он падает перед этой рукой на колени, стирая с них кожу до крови и дрожащими руками убирает камни и кирпичи, пытаясь освободить остальные части тела. Мёртвая Ваня лежала лицом к серому, прозрачном у небу. Её навек застывшие холодные как лёд глаза, отражали эту прозрачность пугающей глубиной. Кожа тоже как лёд. И если дотронуться, она как хрусталь разобьётся. Нет-Нет!!! Не может быть!.. Недалеко лежит Диего. Половина его тела сожженна, так что видны были некоторые внутренности, а правая глазницы одного пустовала. “Неужели я снова опоздал?..“ Мальчик шумно сглотнул и обернулся в другую сторону. Клаус развалился на одном плоском камне. Шея вывернута, невесёлые стеклянные глаза смотрели в бесконечную даль, пытаясь обогнать ветер. Его брат заметил сжатый кулак, лежащий в пыли. Мальчик подошёл ближе и разжал чужую ладонь, достав смятый листок. На ладони, как и надо, было написано «Good Bay». Он нахмурился и развернул листок. Его пальцы нервно дёрнулись, из-за чего листок наполовину порвался. На глазах выступили слёзы. И пустоту глухого, навечно немого города, разрезал крик боли, обиды и отчаянья, что таились в душе мальчика.       Надпись на листке гласила: «Ты опять облажался, Номер Пять...» Он распахнул глаза, глубоко дыша в холодном поту. Тело тряслось будто бы от холода, который грызёт его изнутри. Пятый уткнулся носом в подушку и зажмурился, отгоняя дурацкие мысли. Громкий вдох с тихим стоном - и он немного расслабляется. Идиот,это всего лишь сон! — Пятый, ты как? — вдруг раздался сзади голос. Он резко обернулся , сев. На него внимательно смотрела две пары обеспокоенных глаз. Одна принадлежала Диего, другая Клауса. Была ещё одна пара, но к сожалению Пятый не видел Бена. — Тише-тише, это мы — решил успокоил его Диего, привстав. Пятый молча сморщился лоб, потерев переносицу. Он не спал около шести суток, а тут прилёг на пару минут перевести дух и заснул. Но лучше бы не засыпал. Кошмар его не хочет отпускать. Он как клещ вцепился в какое-то хорошее место, откуда его не достать, и высасывает из него силы. Пятый лёг снова на подушку, смотря вперёд. — Сколько я спал? Второй и Четвёртый странно переглянулись меж собой. Клаус с усмешкой ответил: — Не более двадцати минут. — Понят... — Что тебе снилось? — перебил его на полуслове Диего, упираясь локтями в колени, поддавшись вперёд. Он буквально две минуты назад зашёл в комнату, чтобы проверять брата. Но увидел кошмарный картину. Мальчишка вжимается в матрас, желая провалиться сквозь него, крепко до белых костяшек сжимает клочок одеяла под ним и ворочает головой, что-то мыча через сон. — Нет... Не может быть!.. Второй быстро преодолевает между кроватью и дверным проёмом его комнаты расстояние и зовёт брата. — Эй, Пятый, просыпайся. — ... снова опоздал?.. — всхлипнул Пятый. Диего, не понимая о чем бормочет тот, хмурится. Но через четверть минуты мальчик тихо, а потом громче начинает кричать в подушку. С волос его текут капельки пота, мышцы во всём теле показывают напряжение. Диего впервые видит такое поведение Номера Пять. Он не знает что делать, кроме как разбудить брата, начиная его сильно трясти. Клаус прибегает на знакомый крик. Он поджимает губы и садится в кресло рядом с кроватью. — Опять кошмар... — Ничего не снилось — спокойно отвечает Пятый, игнорируя слегка дергающуюся руку. В памяти появляется я эта надпись. «Ты опять облажался, Номер Пять! » Стиснув зубы, он нéмо повторяет крик. Дыхание начинает сбиваться, но он даже виду не подаёт, что его что-то беспокоит. — Опять... — Пятый — зовёт его Клаус с улыбкой — Неужели ты не хочешь поделиться со своим любимым братом сном? — Я с тобой даже кроватью не поделюсь — натянул презреную улыбку мальчик. Желание спать улетучилось. Он встал с кровати и направился неуверенными шагами в сторону кухни — Мне нужен кофе. Зачем они его разбудили? Зачем спросили его об этом? Какая им разница?.. Им бы лишь рассказать о своих бедах и горе, выругаться на Пятом, обвинить его во всём, сказать, что он не понимает этого! и бросить его в жестоком одиночестве. Лютер, Диего, Элис, Клаус, Ваня... Каждый из них в чём-нибудь да упрекал Пятого. Когда-нибудь да каждый из них сказал:«Всё из-за тебя! » Пускай и в другой формулировке, но суть та же. Что же, только Бен его не считает виновником? Может начать проводить ритуалы , чтобы видеться с «братом года»? — Но они правы — хмыкнул сам себе на балконе он. Пятый стоял у перил балкона своей комнаты, вдыхая запах городского душного воздуха и смотря на огни зданий. В будущем этот город будет выглядеть иначе. Совсем другим. Но в плохом смысле. Пятый видел. Видел его смерть. И не только его. Кофе случайно обожгло язык мальчика. Так в чём же правы его братья и сёстры. В том, что он и вправду во всём виноват. Он не смог остановить апокалипсис, потому что уже несколько раз скачет во времени как горный козёл, и никак этим делу не помогает. Лишь ещё чаще видя смерть родных и своего разума. Когда-нибудь последняя частичка здравого мозга ему помашет платочек и с чемоданом уплывает в море слёз и боли. А пока его здравый мозг пакует вещи и ждёт нужной даты отплытия. Губы расплылись в доброй улыбке. Если он любит их, почему не может решить всё проще для них же? Почему всё это сложно? Может стоит обратиться к Куратору за помощью? Он готов ей сапоги вылизывать, но только бы предотвратить семью от апокалипсисов... — А вот это жёстко — отвлёк мальчика откуда не возьмись появившийся Диего. Кажется, Кто-то мысли вслух говорит. Первые частички мозга заняли пассажирские места. — Я бы посмотрел на это зрелище, но боюсь меня вырвет от восхищения. — Ха-ха, Второй — саркастически ответил Пятый, отпив кофе. — Так тебе снова снился апокалипсис — кивнув самому себе, сказал парень, подперев подбородок рукой. Пятый ничего не ответил, взгляд сам выдавал его согласие. — Просто дети должны ложиться спать каждый день, вот и всё— попытался пошутить Диего вновь. — Второй, я сейчас достану свой топор. — А я свою способность. — Тогда я не пожалею этот кофе, чтобы погреть твою холодную голову. — А вот это уже опасно— сделал шаг в сторону на всякий случай Диего. Улыбка с его лица пропала — Ты вправду так за нас волнуешься? Никогда бы он и представить не мог, что этот ребёнок с ужасным характером... Может пойти на невообразимые поступки, ради семьи. Мальчик плотно сжал губы, напрягая скулы. Звон отдавался в ушах. Он же может ускользнуть от ответа как обычно. Лишь тэпнись в любое местечко, подальше от академии и всё. Но Пятый устал убегать. Устал прятаться от них. Устал бояться этих вопросов. И просто устал. Иногда же нужно делиться своими чувствами, даже если их съели сорок пять лет. — Честно... Да — сказал он, сам шокировал себя правдой слов. — Я не хочу снова остаться один на весь мир. Номер Два вздохнул, не отвечая. А что он скажет? Он не чувствовал себя на месте брата, ему не понять. — Я видел всех мёртвыми. И никого живым. С одним и тем же взглядом. Со страшными позами и состояниями. А я жил среди них всех. Пять десятков лет почти... — говорить становилось тяжело, сердце начало противно покалывать. Отлично. Пятый раскрылся чувствами. Номинация «Жалобный малый» получает Пятый Харгривз! Он хотел что-то ещё сказать, но никак не находит ни слов и ни сил. Он только наберётся воздуха для нового предложения и сразу же его выдыхает. — Мне жаль — глупо отозвался Диего, смотря вниз. — Мне тебя очень жаль. Другого ничего не могу сказать. Прости. Мальчик вздрогнул. Кто-то из близких ему сказал "прости"... Такое короткое дурацкое,но красивое и приятное слово. Искренне и по-теплому. Щёки рассекли две струйки слёз. Он шмыгнул носом и спрятал лицо рукавом пиджака. — Номер Два, ты полный идиот — попытался не выходить из своего статуса «неприкосновенный брат» Пятый, но у него плохо получалось. Слёзы предательски катились по румяным щекам, не переставая. Да почему же он плачет?! Наоборот же хорошо, у него прощения попросили!.. Чашка опустилась на перила — Диего — позвал его по имени дрожащий голос — Я п-прощаю тебя... Тёплые сильные руки обняли его и прижали к телу хозяина. Второй впервые за всю жизнь обнимал брата. Молчание длилось пару минут. И в какой-то момент мальчик потяжелее в руках Диего. Как оказалось, он заснул. Номер Два слегка улыбнулся и отнёс его в кровать. — Как мило — улыбнулся Клаус, выслушав метателя ножей. За улыбкой прятался многотонный вздох жалости. Он куда больше Диего знал о Пятом, просто никому об этом не рассказывал, кроме естественно Бена, который и так всё знает. Четвёртый и сам немало раз разговаривал с Пятым. И сколько раз они обсуждали апокалипсис счесть не пересчсеть. — Если бы ты попал... В такую ситуацию — начал Второй — Что бы ты делал? — Убил себя бы — быстро ответил Клаус, мелькнул уголками губ Бену, закативший глаза. Четвёртый уже давно задавался этим вопросом и мог легко ответить, чтобы сделал. — Я бы не выдержал этого. Я - не Пятый. — Ну да, логично — понимающе кивнул Диего— Я бы наверно... Тоже. — Не всем дано быть Пятым — хохотнул печально Клаус. Бен хлопнул себя по лбу, в миллионный раз убедясь, какой его брат дебил. И никто из них даже не догадывался, что Пятый всё слышит...