Судьба играет вслепую

«Жизни, любви и свободы». Голос ненавистного мага звенел в ушах, заставляя вздрогнуть, желая разорвать его на куски, вырвать из груди его сердце, тем самим поставив точку в его никчемной жизни. Завтра Хоук выдвигается на Глубинные Троп, он еще два дня назад попросил эльфа составить ему компанию в этой продолжительной «прогулке». И, естественно, Андерс собирается с ними, он ведь Серый Страж, единственный знакомый целитель, и вообще, их развеселый друг из Лотеринга предпочитал в подобных случаях мужскую компанию. Именно поэтому решено было не тащить за собою наивную долийскую ведьму, и тем более – не подвергать такой опасности милашку-сестру. Фенрис был вне себя от ярости – неизвестно, сколько времени они будут блуждать по гномьим подземельям, а ему не только придется мириться с компанией одержимого отступника, но и фактически довериться ему. Хотелось напиться и забыть обо всем этом, но как только воин закрывал глаза, перед ними всплывал образ золотоволосого мага со светло-карими глазами, улыбчивого и с легкой грустью во взгляде. Да что же с ним такое твориться?! Почему так много места в мыслях занимает одержимый, почему от воспоминаний о его улыбке становиться теплее?! Эльф с гортанным рыком ударил кулаком в стену, пытаясь выбросить из головы целителя, и уверенным шагом пошел в подвал. Сегодня он забудется в вине, а завтра будет завтра. Лучи полуденного солнца нагло скользили по лицу спящего воина, но он стоически пытался не обращать внимания на светило. Ощущение того, что на него кто-то смотрит, не покидало эльфа, заставляя напрячься, приготовиться к нападению и защите. Еще с минуту полежав так и поняв, что ощущение чужого присутствия никуда не девается, Фенрис открыл один глаз и с недовольством заметил Андерса и Хоука. Светловолосый маг привычно недобро щурился, глядя на него, зато Гаррет улыбался вовсю, наблюдая за только что проснувшимся воином. Сказать, что в комнате был бардак, значило не сказать ровным счетом ничего: на полу живописно валялись осколки как минимум трех бутылок из-под вина, с четвертой в обнимку спал сам обладатель особняка, по всей комнате были разбросаны страницы, некоторые из них были ко всему прочему немного обгоревшими. - Один из тевинтерских трактатов по энтропии, - задумчиво произнес Андерс, поднимая лежащий рядом кусок бумаги. – Дайлен многое бы отдал за него, - словно обращаясь к самому себе, пробубнил маг. Фенрис громко фыркнул, выражая явное недовольство. – А я же говорил, Хоук, что идея взять с собой этого ненормального была не такой блистательной, как ты это представлял. - Нормальный нашелся, - поспешил съязвить в ответ эльф. – Конечно, ведь быть одержимым это же совсем нормально. Несколько минут они смотрели друг на друга с неприкрытой злобой и даже некоторым отвращением. Гаррет подумал, что если бы его тут не было, его друзья набросились бы друг на друга. Бывший раб точно попытался бы вырвать сердце магу, а отступник – выпустить Справедливость, который бы собственными методами попробовал объяснить воину всю несправедливость обращения с магами. Хоук примирительно поднял руки. - Так, прекратите ссориться, - разбойник все еще лучезарно улыбался. - Если мы хотим успеть на прогулку к порождениям тьмы и сокровищам, нам надо поторопиться. Фенрис, кивнул, быстро поднимаясь на ноги, но тут же пошатнулся – видимо количество уничтоженных вчера запасов из винного погреба трижды проклятого магистра Данариуса было чуть большим, чем слишком много, даже для него. Целитель, глядя на это безобразие, недовольно заворчал, но быстро пересек пространство, отделяющее его от эльфа, и положил руки на белую макушку беглого раба. Тот невольно дернулся и зашипел, но уже через несколько секунд понял, что дискомфорт от вчерашнего истребления любимого вина бывшего хозяина пропал. - Ты что сделал? – конечно, правильнее было бы просто поблагодарить мага, но ведь для Фенриса это было все равно, что любезничать с кунари. - Избавил тебя от похмелья, – коротко кинул Андерс. По лицу Гаррета он понял, что лучше удержаться от язвительных реплик в сторону эльфа сейчас. – Пойдем уже, Варрик заждался, наверное. Воин с легкостью поднял огромный двуручник и кивнул Хоуку, давая понять, что готов. Мужчины молча вышли из особняка и направились на встречу с деловитым гномом. Как оказалось, заждался не только Варрик, на месте встречи их ждал не очень приятный сюрприз в виде Лиандры и Бетани Хоук. Гаррет догадывался, что сейчас произойдет: сестра хочет пойти с ними, а мать – не хочет ее отпускать. - Ты думаешь взять Бетани с собой? – начала мама, всматриваясь в лицо Хоука. Он посмотрел с полсекунды на Бет и покачал головой: - Нет, это слишком опасно. - Ты не берешь меня с собой? После всего того, что мы прошли? Разве не было так же опасно, когда мы бежали с Лотеринга? – магесса со всей решимостью настаивала на своем участии в походе. – Разве я не сражалась с порождениями тьмы наравне с тобой и Карвером? - Ты никуда не идешь, это решено, - жестко ответил Хоук. Воспоминания об утерянном брате больно резанули по еще не зажившей в душе ране. После смерти отца он должен был защищать семью, он должен был вывести их из Ферелдена в целости, довести всех до безопасного места. Ему не удалось. Он не смог спасти Карвера, его брат умер смертью героя, но разве это важно? Никто и ничто теперь не вернет ему брата. Он не может позволить Бетани погибнуть, не может потерять еще и сестру. Он не хочет смотреть, как его мать хоронит по очереди своих детей, а он не может ничего сделать, чтобы этого не случилось. Младший брат доверял ему, хоть и язвил постоянно и ссорился, но они оба знали, что на самом деле скрывается за всем этим. Карвер всегда хотел быть похожим на брата, выйти из его тени, заставить Гаррета гордиться им. - Нам пора идти, - Андерс бесшумно подошел сзади и положил теплую руку на плече друга. В его светло-карих глазах плясало солнце, он мягко улыбнулся. – Ты поступил правильно. - Ты так думаешь? – Хоук повернулся к целителю и заглянул внимательно в его невозможные глаза. - Я в этом уверен, - ответил маг, в надежде на то, что хоть немного сможет приободрить друга. - Ты прав, нам пора идти, - выдохнул Гаррет, возвращаясь к спутникам. Солнце поднималось все выше над Киркволлом. Впереди их ждал далекий путь и много дней вдали от дома.