Ноты

— Юнги, у меня, кажется, температура, я не могу никуда ехать. — Ну уж нет, дамочка, так просто Вы от меня не отвяжетесь. Юнги затягивает тебя за собой в лифт, ждет пока туда забежит Лиён и беспощадно нажимает кнопку первого этажа. У тебя от предвкушения дрожат ноги, пальца заламываются от волнения, а живот скручивает спазмом. Тебя подцепляют под локоть, стоит лифту открыть свои двери и тянут к черному кроссоверу, откуда не будет выхода. На улице первое сентября, погода теплая, но тебя знобит даже на прогретых сидениях автомобиля, как провинившегося подростка. Мужчина с тебя такой лишь тихо смеется, но все равно укладывает правую руку на дергающееся от нервов колено. Черные джинсы нагреваются под его теплой рукой и немного успокаивают разволновавшиеся нервы. — Мои родители не такие страшные, Т/И. — Папа прав! — Лиён чуть оттягивает ремень безопасности в кресле и продвигается ближе к расстоянию между передними сиденьями. — Бабушка обещала испечь много вкусных печеньев к моему приезду, и я думаю, что она обязательно тебя угостит! А дедушка может дать взрослый напиток, который папа не разрешает. Они вообще не жадины! Ты нервно посмеиваешься от такой радостной подачи бабушки с дедушкой, и даже думаешь, что не все должно пойти так плохо, как кажется. Твой парень с тобой, вы взрослые люди, да и сейчас, в принципе, одобрение родителей играет не такую важную роль, но червячок раздражения все же ползает внутри черепушки. — Милая, успокойся, — ты чувствуешь, как сильнее сжимается мужская ладонь, а подобное обращение окончательно выбивает из головы все мысли. — Съесть я тебя не дам, но и в машине закрыть не могу. — Да все нормально, просто это довольно ответственный шаг… — А ты рассматривала меня на временную прерогативу? — мужчина театрально возмущается, даже ахает, но рукой ведет чуть выше по бедру, пока не сталкивается с твоей ладонью. — Все будет хорошо. Оставшуюся дорогу ты просто молчишь, вслушиваясь в разговор отца и дочери. Лиён рассказывает папе о каком-то новом кружке, пытается надавить на жалость, чтобы её взяли с собой на праздник к дяде Чонгук-и и поет что-то незамысловатое, но такое милое, что у тебя сердце делает кульбит. А потом ещё раз, стоит Мину завернуть к небольшому дому и припарковать машину под навесом. Из-за двери сразу выходит мужчина, как две капли воды похожий на Юнги, улыбается широко, и ты слышишь, как Лиён на заднем сидении смеётся. Мин-старший отстёгивает внучку из кресла, берет ту на руки, а потом застывает с удивлением на лице, стоит его глазам столкнуться с твоими. Ты поспешно выходишь из машины, закрываешь на собой дверь и, не дождавшись своего парня, сгибаешься в поклоне на девяносто градусов. — Рада познакомиться с Вами, господин Мин. Меня зовут О Т/И и я… — И она моя девушка, а не приговоренный к расстрелу преступник. — Ох ты от матери отхватишь, — мужчина улыбается хитро, подкидывает внучку на все еще крепких руках под детский смех, а потом берет тебя свободной ладонью под локоть, кокетливо подмигивая. — Красавица, знала бы ты, как давно мы ждали твоего появления в нашей семье. Премного рад познакомиться. Больше он ничего не говорит, лишь утаскивает тебя за собой в дом под возмущенные возгласы сына. — Пап, дай я сам с ней зайду. Ну, папа! — Нечего прикрываться бедной девушкой, обалдуй, — Мин-старший ставит Лиён на ноги лишь у порога, чтобы девчушка смогла убежать обниматься с бабушкой. — Делаешь такие неожиданные сюрпризы, вот сам и виноват. Дорогая, иди сюда! Ты поворачиваешь голову в дверной проем, где под твой раненый взгляд появляется женщина с полотенцем на плече. — Юнги, ты бы хоть предупреждал, что вы приедете, я бы напекла чего, — она останавливается прямо напротив тебя с таким же изумленным взглядом, каким тебя одарил ранее Мин-старший. В нем читается небольшое смятение, непонимание от того, почему твой локоть обвивает рука собственного мужа, но виноватые глаза сына ставят все на свои места. — Добро пожаловать! — Здравствуйте, меня зовут О Т/И! — Ох, дорогая, мы еще успеем познакомиться, проходи. Женщина отходит в сторону, дает мужу увести тебя вглубь дома и, снимая с плеча полотенце, хлещет несильно им сына по руке. Ты почти хихикаешь гаденько от накалившихся нервов на то, как шипит твой парень и роняет возмущенное «Ну мама», а потом направляется вслед за вами, опустив голову. — Кто так привозит девушку знакомиться, а? Я ни вкусного ничего не приготовила, ни сама себя в порядок не привела! — Неправда, — ты подаешь голос, сплетаешь пальцы в замок и встречаешься взглядом с женщиной, что немного поднимает брови в вопросе. — Вы замечательно выглядите. — Боже мой, какая очароваха, — она подходит к тебе, расцепляет ладони и берет их в свои руки, легонько сжимая. А прикосновения у неё такие же легкие, как и у сына. — С чего ты вообще взяла, что она моя девушка? Я тебе этого не говорил. — По твоим глазам и без того все видно, конспиратор, — женщина показывает Мину-младшему язык, обнимает рукой внучку, что с разбегу врезалась ей в бок. — Проходите на кухню, я сейчас что-нибудь придумаю. Юнги переводит взгляд на тебя, стоит отцу уйти на кухню следом за мамой. Ты вмиг почувствовала себя вновь не в своей тарелке, начала заламывать тонкие пальчики и поправлять волосы, которые лежали просто идеально. У тебя в глазах была паника и страх, словно тебя привели на допрос с пристрастием, а зубы то и дело терзали нежную кожу губ, смазывая помаду. — Мам, мы ушли мыть руки! Мин говорит это громко, а потом берет твою ладонь в свою и уводит в ванную.