Взрослые игры

      — Как это пропала? — Власова ошалело переводила взгляд с Рогозиной на остальных сотрудников, толпившихся несмотря на поздний час в лаборатории.       — В смысле, пропала? — вторил ей Котов.       — Ну так. Не вышла сегодня на работу, телефон не доступен… — ответила за всех Галина Николаевна. — И да, да. Родных уже всех обзвонили, нет её нигде.       — Так, может, ухажор у неё какой появился, а нас она об этом забыла в известность поставить? — Костя явно пока не понимал волнения коллег.       — И она запросто не появилась утром на службе? Нет, Кость, на Оксану это совсем не похоже, — качнула головой Рогозина. — Все сотрудники знают о её патологической гиперответственности. Она скорее вообще тут ночевать останется, чем вот так возьмёт и исчезнет, никого не предупредив. Здесь явно что-то не так… Ну, нет. Может, конечно я зря волнуюсь… — пожала плечами Галина Николаевна.       — Кажется, не зря, — не отводя глаз от монитора, мрачно вклинился в разговор Тихонов.       — Что, Ваня, ты что-то нашёл? — всё внимание тут же оказалось приковано к эксперту. — Рассказывай!       — Да я не уверен, просто мне не нравится, что у неё телефон выключен…       — Ой! Да разрядился банально! А когда эти самые шуры-муры не до таких мелочей, сами знаете, — саркастически скривился Костя. — Оксанка у нас девушка видная, красивая, можно сказать. Ну, загуляла, с кем не бывает…       — Ну, ты всех по себе-то не меряй! — начал злиться Иван. — Если для тебя такое в порядке вещей, то не значит, что для всех…       — Галина Николаевна права — Амелина у нас очень ответственная! — встрял Круглов.       — Меня больше беспокоит то, что её машина у нас на стоянке под окнами, — кивнула Антонова. — Она ж без неё вечно стонет. Говорит, типа, настолько привыкла за рулём, что без авто, как без рук.       — Вооот! — воскликнул Тихонов. — И мне это больше всего не нравится. Я конечно не хочу нагнетать и сгущать краски, но…       — Что но? Да не тяни ты уже резину? — вспылил Константин. — Что у тебя за дурацкая привычка?! Всё-всё, заинтриговал. Выкладывай! Или я спать пойду уже… Мы с Ритой набегались… Устали как черти! Да, Рит?       Власова машинально кивнула, мысли находились далеко. Почему машина Оксаны на стоянке, она знала, но Иван ведь явно ещё не договорил.       — Вань, у тебя ещё что-то есть? — настороженно спросила она.       — Ну, есть… — протянул эксперт. — Я не хочу никого пугать раньше времени, но…       — Ваня! — хором рявкнули Круглов и Рогозина.       — Я тебя щас стукну! — строго нахмурив брови, пригрозил Николай Петрович.       — Так, давайте без рукоприкладства мне. И, Иван, серьёзно, говори уже! — поджала губы начальник ФЭС.       — Хорошо, хорошо. Смотрите! Я тут изучал дела всех погибших девушек нашего маньяка и, знаете, какую закономерность нашёл? — в лаборатории раздались недовольные возгласы, и Тихонов поспешил продолжить: — Вот, сами посмотрите. А то, может, я за уши притягиваю…       Криминалист вывел на экран монитора фотографии погибших девушек. Несколько секунд стояла гробовая тишина.       — Чёрт! Три раза чёрт! — психанул Котов. — Они же… Она… Говорите, Амелина без машины? А живёт она случайно не в районе какого-нибудь парка? Ей не надо было через лесок домой добираться, нет?..       — У Измайловского, — мрачно отозвался Тихонов. — Я её не раз подвозил домой…       — А когда, ты говоришь, телефон выключился? — посерела на глазах Галина Николаевна.       — Вчера, в районе двенадцати…       — В это время она была дома, — качнула головой Маргарита, и все дружно уставились на неё. — Что? Ну, мы ужинали вчера вместе, потом я её домой подвезла. Видела, как в подъезд вошла… Так что это не наш лесной маньяк, совершенно точно…       — Ужинали? — заморгал Тихонов.       — Подвезла? — прищурился Котов.       — Да. И что?! — раздражённо скрестила руки на груди Власова. — Что не так?       — Фух… Ну, тогда выходит Амелина и правда загуляла, — подытожил Круглов. — Пошли по домам…       — Ну, получит она у меня! — Рогозина первой покинула, грозно стуча каблуками, помещение лаборатории. — Бегом все спать! Живо!..       Сотрудники, качая головами от возмущения на поведение Амелиной, поспешили разбежаться по домам. Даже Тихонов, едва слышно матерясь сквозь зубы, раздражённо выключил комп и выскочил из ФЭС. И только у Риты сердце отчего-то было не на месте. Вроде бы, со всем разобрались, выяснили, но что-то, какая-то мелочь цепляла и не давала расслабиться. Сев за руль своей машины, она, ведомая скорее чутьём или инстинктом, а не разумом, решила проехаться до дома Оксаны…       Этим вечером с освещением было всё в порядке. Фонари вдоль полоски шоссе и вокруг дома Амелиной горели исправно. ЖЭКовцы даже успели починить разбитый светильник над козырьком подъезда. Рита, оглядываясь и прислушиваясь, потопталась возле закрытого подъезда, пристально осмотрела тёмные окна третьего этажа и собралась уже вернуться в машину, когда запиликал замок распахнувшейся двери. Из подъезда показался припозднившийся собачник. Таксёныш деловито обнюхал Маргариту, гавкнул для порядка и поспешно засеменил к ближайшим кустам, а сама Рита, мило улыбнувшись хозяину, подставила ногу и бочком просочилась в дверь.       Что она хотела найти в подъезде, Власова и сама не знала. Постояв несколько секунд, проигнорировала лифт и направилась к лестнице, решив просто подняться на третий этаж и позвонить в дверь. Мало ли, может быть Оксана уже вернулась? Тогда с чистой совестью можно ехать домой…       Тусклый свет желтоватой лампы под потолком плохо освещал ступени, под ногами то и дело попадались окурки и пустые бутылки — вот тебе и хороший район! Подниматься приходилось с осторожностью, но на пролёте между вторым и третьим этажами под ногой всё равно что-то хрустнуло. Марго медленно убрала берц и присела, разглядывая, будто гремучую змею, связку ключей с раздавленным ею брелоком в виде миленькой божьей коровки. Дыхание перехватило — это были ключи Оксаны! Нет, она могла конечно их банально выронить утром, когда спешила на службу, но! Во-первых, почему она не воспользовалась лифтом? Не захотела тратить время и ждать? Не работал? Возможно, но лично она предпочла бы потерять минуту другую, но не спускаться по вонючей, замусоренной лестнице. Так сделала бы она, а как поступила Оксана, Рита не представляла. К тому же напрягало то, что на работе Амелина так и не появилась. Достав из кармана куртки пакет, Маргарита аккуратно подняла им ключи. Мало ли, вдруг пригодится для Ивана. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно…       Остаток лестницы Власова преодолела за секунды, нажала кнопку звонка и прислушалась. В предквартирном тамбуре отчётливо слышалась дребезжащая трель звонка, но никаких других звуков не доносилось. Значит, Оксана так и не вернулась. На всякий случай Власова приложила ухо к замочной скважине, чуть навалившись корпусом, и в следующий миг рыбкой нырнула в тёмный коридор, потому что дверь неожиданно распахнулась. Выругавшись, Рита встала и потянулась к светлому пятну выключателя на стене. Быстро осмотревшись, она поняла, что Амелина так и не дошла до дома…       — Галина Николаевна, извините, что так поздно, но… Оксана, похоже, не была дома со вчерашнего дня…       — Что?!. Откуда ты знаешь?       — Я у неё в квартире, входная дверь была открыта, а на лестнице я нашла её связку ключей…       — Поняла. Звони Тихонову, пусть срочно едет к тебе и займётся лестницей, подъездом и квартирой — он знает, короче… А я сейчас Котову наберу и к тебе отправлю. Пройдитесь вокруг, посмотрите на предмет камер и так далее, а утром обход соседей, не может быть, чтобы никто ничего не слышал…       Рогозина отключилась, а Рита набрала Ивану, очень боясь услышать: «Вот, а я говорил!» Но Тихонов даже не дослушал Риту и примчался по адресу Амелиной уже через двадцать минут — мрачный и серьёзный. Власова передала ему ключи и спустилась вниз, столкнувшись в дверях с Костей.       — Ну что, пошли дом обойдём? — Рита кивнула. — Я не понимаю, если ты её довезла, получается похититель ждал на лестнице в подъезде? Но почему именно там? Амелина могла подняться на лифте.       — Кость, значит не могла.       — И почему же?       — Лифт мог не работать. Это надо будет, кстати, уточнить утром… — сморщилась Власова. — Я другого не понимаю. Зачем он её в квартиру потащил? Почему сразу не увёз?       — Может, ты его и спугнула, — пожал плечом Константин. — Ты не выходила из машины?       — Выходила. Мы стояли у подъезда…       — Ну вот… Он мог испугаться, что ты не сразу уедешь. Или другой кто-то ему помешал… — рассуждал Котов. — О, вон, смотри, там над магазином камера есть, и с неё должно быть видно подъезд.       — Камера это хорошо, но понимаешь в чём дело, тут вчера фонари не горели…       — О как! Что, ни один? — нахмурился напарник.       — Ни один. И над подъездом тоже… — вздохнула Маргарита, начиная клясть себя последними словами. Ведь не понравилась ей вчера эта странная темнота! Как-то подозрительно и светильник разбили, и фонари эти умудрились вырубить… Чёрт! Надо было Ксюшку до квартиры проводить, вот ведь дура какая!       — Всё равно надо взять запись. Вдруг что наши умельцы вытащат…       Рита кивнула, хоть и понимала — всё напрасно! Успокаивало пока только одно — все остальные жертвы маньяка, по мнению экспертов, были убиты сразу на месте. Может, её похитил кто-то другой, и Оксанка ещё жива? Думать о том, что её уже нет на этом свете, даже не хотелось…

***

      На утренней летучке сотрудники походили больше на зомби, чем на людей, но никто не жаловался. Пропажа Амелиной волновала всех без исключения, все готовы были работать до тех пор, пока эксперта не найдут.       — Ну что, Иван, есть с отпечатками что-нибудь? — все сотрудники вместе с Рогозиной уставились на Тихонова, как на фокусника, надеясь, что тот сотворит сейчас чудо.       — Нет почти.       — Это как? — нахмурились Галина Николаевна.       — Ну… В подъезде и на лестнице их столько, что нам с Холодовым до пенсии хватит разгребать. В квартире никаких подозрительных отпечатков, вроде бы, нет.       — Подозрительных это как? — не понял Николай Петрович. — А не подозрительные есть?       — Не подозрительные это родные и подруги, — пояснил Андрей. — Из неопознанных остался только один и тот скорее всего принадлежит какой-то её знакомой, о которой мы пока не знаем, потому что по размеру вряд ли может быть мужским. Получается, или никого из посторонних там не было, или похититель был в перчатках, что вполне логично…       — Ясно. А с камерой что?       — Глухо. Там темнота была, как у негра в…сами знаете где… — отмахнулся Иван. — Я даже не знаю, за что зацепиться?       — Рит, а о чём вы с ней говорили? Может, угрожал ей кто? — обернулась Рогозина к Власовой. — Чем она могла заинтересовать нашего маньяка, не понимаю.       — Да ни о чём особенном, — качнула головой Рита. — Напуганной она не была. Ну или хорошо скрывала это… И знаете, Галина Николаевна, я не думаю, что Оксану похитил маньяк.       — И почему же?       — Ну, потому что кроме того, что она тоже блондинка, на девушек больше вообще ничем не похожа. Плюс маньяк убивает в парках, а не похищает своих жертв. А маньяки, как правило, не изменяют себе, сами знаете. Поэтому мне кажется, здесь что-то другое. Вернее, кто-то.       — Час от часу не легче! Ну и? Какие будут версии? Зачем кому-то могла понадобиться Амелина? — заметив хмурый взгляд Круглова, поспешно добавила: — И давайте будем пока исходить из того, что она жива! Ну, думайте! Думайте!       — А что у нас по делам, кроме этого маньяка? Может, кому-то надо от неё «правильную» экспертизу? — предположил Круглов.       — И как она её будет делать? На коленке? Тогда логичнее шантажировать кем-то из родных… — отмела эту версию Галина Николаевна. — Ещё! Понимаю, что вы вторые сутки на ногах, но, боюсь, у нас каждая секунда на счету!       — Может, это всё-таки как-то связано с маньяком? — предположил Котов. — Ну, не в смысле, что он изменил себе, а… Типа, узнал как-то, что все дела переданы нам, ну и пытается вставлять палки в колёса, отвлечь…       — Не знаю… — вздохнула Рогозина. — Может. И пока у нас нет нового ничего, давайте придерживаться Костиной версии. Тогда, ребят, берите лупы и буквально под микроскопом изучайте этих шестерых жертв. И обо всём тут же докладывайте мне лично! Всё. Работайте!       Час спустя на телефон Власовой пришло сообщение с неизвестного номера: «Хочешь увидеть её живой, выключи звук и оставь свой телефон в рабочем столе. Купи новую трубку с симкой и иди в парк рядом с её домом. Там получишь дальнейшие инструкции. Привлечёшь своих — Амелина умрёт»       С полминуты Маргарита бестолково пялилась на экран смартфона. Руки задрожали, внутри всё похолодело. Власова воровато оглянулась по сторонам, убрала, как было велено, звук и, сунув телефон в ящик, встала. Неспешно направилась к выходу, молясь о том, чтобы не попасться никому на глаза.       Но фортуна сегодня была не на её стороне.       — Ты куда? — выскочив от экспертов, налетел на неё напарник.       — Я… Мне надо срочно кое-что проверить, — опустив глаза, буркнула Маргарита.       — Я с тобой!       — Нет, не надо, Кость, я быстро. Съезжу к дому Амелиной и сразу обратно! — договаривала Рита уже на бегу.       — Может, всё-таки с тобой? — крикнул вслед Котов.       — Не надо…       Власова выскочила из здания ФЭС и запрыгнула в свою машину. Мысли в голове путались, бил озноб, словно в лихорадке, на душе давно уже не было так хреново. По всему получалось, что некто решил свести с ней счёты, а пострадала Оксана! Остатками здравого смысла, она понимала, что сейчас добровольно лезет прямо в руки преступника, что, возможно, надо было сказать своим, но… А вдруг этот урод что-то заметит или почувствует? Да, обратиться за помощью было бы правильным, но рисковать хоть на сотую долю процента жизнью Оксанки? Нееет, этого она себе позволить никак не могла. Итак Амелина вон уже вляпалась из-за нее!

***

      Днём в парке народу практически не было. Маргарита нерешительно прошлась от главного входа до памятника и, не зная, что делать дальше, присела на скамейку. Вдоль пруда прогуливались две мамочки с колясками, на лужайке чуть вдалеке женщина играла с собакой, на соседней скамье пристроилась пожилая парочка: старик читал газету, его супруга кормила голубей…       Ну и кто из них сообщник похитителя? Рита достала только что купленный дешёвый телефон, вставила симку и бестолково повертела аппарат в руках. В этот момент в ворота парка, громко галдя, как сороки, въехала стайка подростков на роликах. Дружной гурьбой они катались по дорожкам, парочка из них поравнялась со скамьёй, где сидели пенсионеры. Один из ребят в яркой оранжевой куртке случайно налетел на ветку, валявшуюся на асфальтовой дорожке, споткнулся и завалился на старика, порвав газету. Седовласый мужчина лишь покачал головой и убрал очки, зато его жена разразилась громкой, визгливой тирадой о современных нравах и о том, «какая раньше была золотая молодёжь!» Паренёк несколько раз извинился и поспешил догнать уехавшего далеко вперёд друга. Пенсионеры начали собираться, и тут раздался новый вопль старушки:       — Украааалиии!       Власова подорвалась с места и в один миг оказалась рядом, оглядываясь на подростков и оценивая возможность их догнать. Те катили уже по другой стороне пруда ко второму выходу из парка.       — Что? Что у вас украли? — с тоской спросила Рита, понимая, что ничем уже не поможет.       — Кошелек! Мой любимый, красненький! — запричитала бабулька. — Ой-ёй-ой, там же была вся наша пенсия, только сегодня с утра снялиии… И как жить-то теперь?!.       — Ну, тише, тише, мы их поймаем или… что-нибудь придумаем… — утешала капитан.       — Этот чтоль? — прокряхтел вдруг старик, поднимая из-под скамьи красный потрёпанный кошелёк. — Ну ты даёшь, сама уронила, а шуму-то подняла!       — А деньги? Деньги там? — заволновалась бабушка. Старик расстегнул кошелёк — купюры оказались на месте.       — Эх ты, растяпа, — выговорил он жене. — Всё хорошо, дочка, вечно у неё так. Куда-нибудь положит, забудет и крик поднимает… Эх, старость…       — Спасибо вам! — бросилась обниматься старушка.       — Да мне-то за что? — удивилась Рита, пытаясь отлепить бабку от себя. — Вы всё-таки будьте осторожнее с деньгами, мало ли хулиганов тут ходит, — выдохнула она, когда это наконец удалось, и вернулась на свою скамейку.       Откинувшись на спинку, Маргарита на секунду прикрыла веки и машинально засунула руки в карманы, тут же вздрогнув. Открыв глаза, капитан ошарашенно достала аккуратно сложенную записку. С ума сойти! И как она там очутилась?!       Рита подняла глаза — на соседней лавке никого не было. Невероятная прыть для пенсионеров!       Качнув головой на то, как ловко её развели, Власова развернула записку.       «Позвони по номеру 965176…»       Рита вздохнула и послушно набрала цифры.       — Минское шоссе, поворот на село Строгиново. Приезжай и жди. Поторопись. Не окажется на месте через два часа, будете собирать вашу Амелину по частям!       Сообщил ровный механический, явно переделанный программой голос и тут же отключился. Как мгновенно оказался вне сети и аппарат абонента.       Власова поднялась и почти бегом направилась к припаркованному у главного входа в парк авто. Навигатор показывал, что ехать до нужного места один час двадцать минут, но МКАДовские пробки ещё пока никто не отменял!

***

      Сознание возвращалось медленно, будто нехотя. Оксана с трудом разлепила тяжёлые веки и попробовала понять, где находится. Последнее, что она помнила, это как окрылённая собственной смелостью и безбашенностью вбежала после поцелуя, вся сияя начищенным самоваром в подъезд и, ткнув кнопку вызова лифта, поняла, что придётся идти пешком.       — Хорошо хоть третий, а не семнадцатый! — хихикнула Амелина, быстро застучав каблучками по лестнице. Пролёт второго этажа в считанные секунды остался позади, ещё один этаж — и она будет дома… Вдруг сзади послышался какой-то шорох, в ноздри ударил специфический приторно сладкий запах.       «Хлороформ…» — промелькнуло в голове прежде, чем Оксана потеряла сознание.       С трудом повернув голову, Амелина догадалась, что находится скорее всего в каком-то подвале. Правда, надо сказать, в очень странном подвале: тёмные каменные стены с чадящими на них факелами, массивными кольцами и цепями; мрачный, в капельках плесени потолок; маленькое круглое, зарешеченное окно, практически не дававшее света и в центре всего этого — стол, на котором она лежала, словно на распятии. Обе руки оказались прикованы к специальным металлическим кольцам, с ногами сумасшедший похититель поступил точно так же. Из одежды на ней были одни только непонятные узкие кожаные ремешки…       — Чёрт! — тихо выругалась Оксана. — Средневековая камера пыток какая-то! Эй! Есть кто-нибудь? — тишина стала ей ответом. — Эээй! — громче крикнула Амелина.       — Чего разоралась? Лежи спокойно, а то хуже будет! — отозвались откуда-то сбоку.       Оксана вывернула голову, чтобы разглядеть ответившего и…никого не увидела. Зато заметила на стене коробочку динамика, а хорошенько присмотревшись, смогла намётанным взглядом эксперта определить штук десять камер по всему периметру потолка…       Амелина испуганно ахнула. Это что же, её сейчас снимают? Голую?! И куда это всё транслируется?!       Оксана похолодела — стать порно звездой никогда не входило в её планы! Девушка и раньше выполняла задания ФЭС и попадала в опасные передряги, поэтому верила в своих и умереть сейчас пока не боялась, а вот засветиться подобным образом… Ооох…       — Эй, вы там! Немедленно выключите камеры! Я сотрудник ФЭС!       — Да хоть папа римский, — заржал голос. — Мне заплачено за кино, а кто ты такая, вообще по барабану!       — Кто заплатил? Что тебе надо заснять?       — Слушай, полежи тихо, а? Придет время, всё узнаешь, а пока не мешай мне настраивать аппаратуру.       Голос отключился и перестал отвечать, как ни звала Оксана.       Время текло мучительно медленно. Амелина успела пару раз задремать, но каждый раз просыпалась от холода. Ладони и ступни заледенели, крупные мурашки бегали по обнажённому телу. Эдак и околеть недолго!       Наконец до ушей долетел слабый шум с улицы, похожий на звук шуршания о гравий колёс автомобиля, а спустя минут двадцать дверь распахнулась. Оксана набрала воздуха в грудь, чтобы высказать неведомому похитителю всё, что она о нём думает, но слова застряли в горле. На пороге стояла Маргарита…