Иная история

Вокруг царила удручающая, мрачная атмосфера. Она сдавливала ребра, вынуждала держаться настороже, постоянно ожидая подвоха. Том в последний раз оглянулся и перевел взгляд на мрачный склеп напротив. Найти его оказалось не так уж и сложно – здесь была лишь одна семья с вороном на семейном гербе. Он же, каменный, но словно живой, распахнув крылья, смотрел вниз рубиновыми глазами – страж, что охранял фамильный склеп от посторонних. Несмотря на все пережитое, Том нервничал. Боялся, что ворон не пропустит его, даже с ключом на руках. Глубоко вдохнув, Реддл сделал шаг вперед – глаза ворона с еле слышимым шорохом последовали за ним. Он присмотрелся к старинной деревянной двери в поисках замочной скважины, и та обнаружилась. Она находилась почти в самом низу двери, скрытая между витиеватыми, покрытыми мхом, узорами. Складывалось впечатление, будто здесь никто не появлялся очень давно. Возможно, так и было – как казалось Тому, Леонард навряд-ли смог бы прийти сюда, ведь это значило бы окончательно принять то, что его семья мертва. Что он больше никогда их не увидит. Открыть дверь оказалось подозрительно легко – ключ с легким скрипом провернулся в замке, а дверь открылась после аккуратного толчка. Стоило этому случиться, ворон потерял интерес к Реддлу и вернул взгляд куда-то прямо, словно выискивая нового посетителя. Том сделал шаг вперед и тут же замер. Все вокруг осветилось тусклым огнем факелов. По телу ударила волна старинной магии, запертой здесь. Казалось, будто она придавила его к месту, подавила. Но вскоре это чувство прошло, на смену ему пришло другое, совершенно незнакомое, но такое... такое... поразительно успокаивающее. Оно словно шептало: "Здесь тебе ничего не грозит", и Том, лишь на долю секунды, в это поверил. Магия отступила, позволяя сделать шаг вперед и осмотреться. Вокруг, вмонтированные в стену, были полки, а на них – вазы, под которыми выведены буквы, отливающие в полутьме золотом. Под именами были даты, почти все удручающе короткие – максимум тридцать шесть лет между рождением и смертью, но после... когда Том прошел чуть дальше разрыв между датами резко стал гораздо больше. Сначала около ста лет, потом двести пятьдесят, триста семьдесят, пятьсот двадцать... Том остановился у дальней стены и опустил взгляд – крутая лестница вела вглубь склепа, уже под землю. Здесь не было имен, которые он искал, поэтому пришлось идти вниз. Там, помимо ваз с прахом, стояли массивные каменные саркофаги, на каждом из которых такими же золотыми отблесками виднелись имена и даты. Пройдя несколько комнат, Том замер. Возможно, он сам до конца не осознавал, что их больше нет. Может, понимал где-то глубоко в душе, но сейчас... сейчас он столкнулся с жестокой реальностью.

НЕЙЛА ОМРАН 1877-1953

В голове замерцали воспоминания с этой потрясающей девушкой. Он очень... дорожил ей. Может, даже слишком сильно, и сейчас... сейчас Том Реддл действительно жалел, что не имел возможности все изменить. Вернуть то время и встретить тех монстров еще у входа в поместье, не позволить им пройти дальше, даже ценой собственной жизни. Тогда бы она осталась жива. Они все остались бы живы. Возможно, он бы так и поступил, имея возможность, если бы был уверен, что сможет сохранить все то, что имеет сейчас. Сохранить Гарольда, который стал ему сыном, сохранить поддержку в лице Гриндевальда, опору: Беллатриса и Барти. Даже врагов, которых ему только предстоит победить. – Прости. – Тихо проговорил он, проведя пальцами по надписи. – Я о многом жалею, но не стал бы ничего менять, потому что сейчас у меня есть, что терять. И тогда было, но я не сберег. Больше я ошибок не повторю, Нейла, обещаю. – Он сглотнул вязкую слюну и прикрыл глаза. – Когда-нибудь мы с Леонардом снова встретимся и я приведу его сюда. Лео это нужно, он... надеюсь, он перестанет жить прошлым, как это сделал я. Прости. Он сделал несколько шагов назад и достал палочку. Короткий взмах – и на саркофагах появились цветы. Он не знал какие нравятся Лейле и Мерт, но... лилии. Нейле всегда нравились лилии, которые в этих местах были редкостью. Постояв еще немного в абсолютной, мертвой тишине, он покинул фамильный склеп Хранителей Александрийской библиотеки.

***

Поместье оказалось действительно огромным. Сколько бы поворотов они не прошли – всегда выходили в новый. Первое время казалось, будто они ходят кругами, но несколько поворотов спустя стало ясно, что каждый коридор чем-то отличался от предыдущего, будь то картина, ваза или, может, узор на полу. Гарольду казалось, будто Геллерт что-то ищет, преследует конкретную цель, гуляя по поместью. Возможно, ему было просто интересно оказаться в таком старом поместье, но... Такое внимание к мелочам явно не спроста. – Потрясающее место. – Произнес Гриндевальд, ухмыльнувшись. – Я даже затрудняюсь сказать, сколько мы прошли. – Если по времени, то больше часа. – Ответил Гарри, проследив за взглядом мужчины и заметив небольшую вазу с завядшим растением. – Вы ведь что-то ищете, верно? – Спросил он, повернувшись к мужчине. – Может быть. – Усмехнулся Геллерт. – Это ведь поместье при библиотеке, тут должно быть что-то... особенное. – Вы либо ищите саму библиотеку, либо сами не знаете что. – Заключил Гонт. – Хм, – Мужчина склонил голову набок, прищурившись. – Я говорил, что ты слишком умен и внимателен для своего возраста? – Нет, но, видимо, это угроза для вас. – Не переживай, такую "угрозу", как ты устранять себе дороже: на пути появится полноценное препятствие, преодолеть которое я уже, увы, не в состоянии. – Рассмеялся Геллерт. – К тому же, такую "угрозу" можно обернуть в свою сторону. – Значит, пока папа на моей стороне, я в абсолютной безопасности? – С какой стороны посмотреть... – Протянул Гриндевальд. – Давайте посмотрим со всех. Гарри сделал несколько шагов назад, чтобы смотреть в глаза мужчине было хоть немного удобнее. В какой-то момент ему показалось, что с Гриндевальдом можно обсудить чуть больше, чем с Барти: Крауч в какой-то степени был зависим от Тома и некоторые вещи обсуждать просто не мог, а вот Геллерт мог бы стать прекрасным источником ответов на многие вопросы. – О чем ты? – Нахмурился мужчина. – У меня много вопросов насчет... моей безопасности. – Задумчиво произнес Гарри. – И с чего ты взял, что я на них отвечу? – Вы знаете все, что касается моей семьи и, возможно, истории моего Рода, как минимум, с появления отца. Барти, например, не общается с папой на равных, пусть и пытается, а вы... я не знаю, как объяснить. – Сдался Гонт. – Вы явно более близки к отцу. – Гарольд, сколько бы я не знал, а рассказать навряд-ли что-то смогу. – Покачал головой Гриндевальд. Он может и хотел бы рассказать Гарольду большую часть из того, что знал, но это станет таким морем проблем, что разгребать придется не ему одному. – А вы попробуйте. ... И все-таки, может, оно того и стоит. – Давай так: ты спрашивай, а я что смогу – расскажу. – Выдохнул он. – Пойдем вперед, нам еще нужно найти выход из этого мордредова лабиринта. – Почему отец выходит в люди только под Оборотным зельем? – Этого не скажу. Просто не обращай внимания. – Заворачивая за угол, ответил Геллерт. – Ладно... Зачем в наше поместье каждую среду приходят люди, включая Лорда Малфой и Кэрроу? – Мы договаривались о вопросах, которые касаются исключительно твоей безопасности. – Это касается моей безопасности, ведь эти люди находятся рядом со мной и могут быть опасны. – Эти люди... партнеры твоего отца и не причинят тебе вреда ни при каких обстоятельствах, больше этой темы не касайся – ничего не скажу. – Раздражение вспыхнуло внутри: и зачем он вообще на это согласился? То, что должно было стать интересной беседой почти сразу превратилось в допрос, вызывающий одно сплошное раздражение и желание воспользоваться Бомбардой исключительно для выплеска эмоций. – Давай так, у тебя осталось три вопроса, подумай хорошенько, о чем хочешь узнать и отвечу ли я на него. Гарри нахмурился и опустил голову, погружаясь в мысли. Три вопроса... Вроде мало, а вроде и более, чем достаточно, если грамотно ими воспользоваться. Придумать стоящий вопрос, на который Гриндевальд точно мог бы ответить оказалось гораздо труднее, чем просто спрашивать все, что его интересовало. Например, о том, что люди, появляющиеся в поместье являются "партнерами" отца, он знал, но задавая этот вопрос сейчас, он надеялся услышать правду, потому что из всех, кого он видел, на партнера походил только Люциус Малфой. – Вопросы все еще должны быть связаны с моей безопасностью? – Наконец спросил он. – Полагаю, честным было бы сказать "да", но так будет совсем не интересно. Геллерт вновь свернул в один из коридоров, который вывел их к уже виденному гобелену. – Тогда, зачем отец приехал сюда? Я никогда не слышал, чтобы здесь у него были дела или партнеры. – Как бы сказать... – Протянул Гриндевальд, остановившись у небольшого углубления, над которым и весел гобелен. – Том провел некоторый период своей жизни тут. Можно сказать, здесь жила его семья. Но зимой появились небольшие проблемы, из-за которых ему и пришлось приехать. А оставить тебя одного, даже в Хогвартсе, на неопределенный срок он не мог, поэтому пришлось дожидаться твоих каникул. – Понятно... – Гарольд прищурился, пытаясь сформулировать следующий вопрос, на который его навел ответ мага. – Вы сможете рассказать мне о моей маме? – Смотря что... – Он потер подбородок, словно задумавшись. О чем думал Гонт для мужчины продолжало оставаться загадкой – по какой-то причине мальчик думал вовсе не так, как его ровесники. В плане мышления он был гораздо, гораздо старше, от чего предвидеть его действия и мысли было значительно сложнее даже, чем у Реддла. – Как папа с ней познакомился? – Вот этого я не знаю. Да и навряд-ли кто-то кроме самого Реддла сможет ответить на этот вопрос. – Он пожал плечами, подходя ближе к нише. – В любом случае, кажется, тут скрыто нечто интересное... Палочка за долю секунды оказалась в ладони мага. Легкий взмах, и... ничего не произошло, лишь едва заметная рябь невербального заклинания столкнулась со стеной и разлетелась еле заметной полупрозрачной волной в стороны. – Интересно... – Протянул Геллерт. – Что же за тобой скрыто?... – Не думаю, что нам следует вникать в тайны этого поместья. – Гарри оглянулся по сторонам, словно ожидая, что появится человек и нападет, надеясь скрыть секреты своего дома. – В таком случае, зачем мы здесь, Гарольд? Чем нам, – мне, – здесь заниматься? Сомневаюсь, что тебе все еще нужна нянька. А вот советчик и помощник, возможно друг, нужен всегда. – Отцу это бы не понравилось. – Гонт нахмурился и сделал шаг назад, подальше от гобелена и возможной опасности, что за ним скрывается. – Давайте вернемся к комнатам. – Неужели тот, кто украл у Дамблдора из-под носа Филосовский камень чего-то боится? – Усмехнулся мужчина. – Хорошо, в таком случае, я вернусь сюда позже. Гарри лишь молча кивнул, направившись в сторону, откуда они пришли. – У тебя еще один вопрос, Гарольд, потрать его с умом. – Думаю, у меня еще будет возможность получить от вас информацию. – Ответил Гарри, прекрасно зная, что опираясь на свою выгоду, Гриндевальд расскажет нужную информацию, если та не будет выходить за определенные границы, узнать которые мальчик пока не успел. – Кто знает, кто знает... – Я хочу спросить, почему у нас с папой разные фамилии? Ведь мы оба входим в Род Гонт. – Так сложилось. Не думаю, что тебе нужно узнавать подобную информацию у постороннего человека. В конце концов, я могу чего-то не знать или не понимать. – То есть, вы не знаете? – Может, знаю, а может и нет. – Геллерт пожал плечами и ухмыльнулся. – Дело не в этом, в конце концов, может, я просто не хочу рассказывать то, что мне известно? – Я понял. – Тяжело вздохнул Гарри. Вскоре перед ними показался более-менее знакомый коридор, в конце которого виднелась дверь во временную комнату Гонта. Волной накатило облегчение – они не потерялись, не наткнулись на что-то опасное и... не раскрыли тайны этого поместья. Что бы не говорил Гриндевальд, Гарольду казалось, что вмешиваться в тайны этого места очень опасно, может это и не так, но... – Где вы были? – Гарри вздрогнул, услышав хорошо знакомый, с нотками недовольства, голос отца. – Мы просто гуляли по поместью, Том, не о чем волноваться. Реддл нахмурился, переведя взгляд на сына – пытался понять все ли с ним нормально. – Тут все коридоры одинаковые. – Тихо проговорил Гарри. – Я думал, мы потеряемся. Том выдохнул и кивнул в сторону комнаты, предлагая продолжить разговор уже там. Освещенная искусственным светом, комната будто сама была какой-то... неживой. Она сильно отличалась от, пусть и мрачного, но не отталкивающего Гонт-холла. Там Гарри чувствовал себя комфортно, а тут словно само поместье источало опасность, будто отторгало любого, кого посчитает посторонним. – Здесь не стоит гулять, Гарри. – Произнес Том, не отрывая взгляда от Гриндевальда. – Слишком многое скрывают эти стены, а ты... – Обратился он уже к мужчине. – не советую проверять насколько тут опасно – возможно, тебе повезет и ты отделаешься легким испугом, а может, мы тебя больше не увидим. Даже тело в этих коридорах навряд ли сможем найти. Поэтому не ходите дальше гостиной и столовой. – Ты нагнетаешь. – Отмахнулся Геллерт. – Думаешь? – Том вскинул бровь. Сомнений не осталось – сейчас Реддл ни капли не преувеличивает. – Дело твое, но Гарри с собой не таскай. Геллерт нахмурился. То, что здесь скрываются огромные тайны и много чего интересного, он знал, и собирался хоть поверхностно их исследовать, но рисковать ради этого своей жизнью? Нет, на это он пойти был не готов, даже ради легендарных книг Александрийской библиотеки. – Я тебя услышал. – Недовольно кивнул он. – Отлично. – На сегодня я сделал все, что собирался, поэтому предлагаю немного прогуляться. Можно посмотреть жилые этажи поместья или погулять по городу. Что скажешь, Гарри? Каким бы сильным он ни был, сейчас Тому совсем не хотелось оставаться одному – в этом месте, полном воспоминаний, он боялся не сдержаться, а Гарри... он уже давно стал для него тем самым "маяком", не дающим потеряться в собственной темноте. Гарри мягко улыбнулся и кивнул – ему казалось, что Том снова все время будет проводить за работой, делами или еще чем-то, но никак не с ним, и это предложение... оно всколыхнуло внутри море счастья. – Отлично. Тогда, сейчас мы пообедаем и посмотрим, куда можно сходить в Александрии. – Том поднялся с кресла и, потрепав Гарольда по макушке, вышел из комнаты.

***

Стоя в столовой и контролируя процесс готовки, – кто бы мог подумать, что однажды он снова будет готовить сам? – пусть и с помощью магии, Том думал. Гарри слишком быстро рос, и это удручало. Сейчас он оглядывался назад и не понимал: как годы так быстро пролетели? Гарри уже закончил второй курс в Хогвартсе, кампания по продвижению его в Министерстве Магии шла полным ходом, Дамблдор все еще пытался вычислить Поттера среди студентов, а в голове зрели планы на будущее. – О чем думаешь? Том вздрогнул и резко обернулся, на мгновение теряя контроль над ложкой, помешивающей салат, от чего та с тихим звоном упала на стол. – Время. – Гриндевальд вскинул бровь, словно спрашивая: а что с ним не так? – Его все меньше. Столько еще нужно успеть... – Он прикрыл глаза, а ложка вновь продолжила помешивать салат. – Неужели Том Реддл в чем-то не уверен? Поразительно. – Я уверен. В своих действиях и желаниях, однако может случиться все, что угодно. В случае неудачи, я смогу защитить Гарри, себя и остальных, но какой ценой? – Ты снова забыл, Реддл. – О чем ты? – Люди, которых ты собрался защищать "в случае неудачи" сами готовы отдать за тебя жизнь. – Нет. – Коротко бросил Том, нахмурившись. – Ты думаешь о Хранителях. Однако, тут совсем другая ситуация. Они защищали библиотеку и свой дом, тебя – в последнюю очередь. У Рыцарей же в приоритете будешь ты, и только потом они сами. В большинстве случаев. – Знаю. В этом и проблема. – Ложка замерла и, стукнув о чашку, опустилась на стол. – Я этого добивался, да, и абсолютно доволен результатом, вот только те люди, в чьей верности я не уверен, могут полностью переломить события. – Ты думаешь, хоть кто-то решится на это? Даже Снейп, двойной агент, не встанет на сторону Дамблдора окончательно, потому что у тебя Поттер, и он это знает. Другие же не настолько важные персоны, как кажется. Ты знаешь это, но продолжаешь тратить нервы на расходный материал. – Среди Рыцарей нет расходного материала, Геллерт, запомни это. – Глаза Тома сверкнули алым, показывая вспыхнувшую внутри злость.

***

После обеда Том повел их куда-то по этажам. Как Гарри не старался ориентироваться – все казалось одинаковым, даже мелкие детали то и дело повторялись. Несколько раз он обращал внимание на то, с каким вниманием Гриндевальд осматривает коридоры и картины – вот кто действительно имел все шансы запомнить особняк. Том рассказывал про гобелены, вазы и каждую деталь так, словно сам присутствовал при их создании. Гонта это поражало – он не знал, как Том мог держать в голове столько деталей разом. – Здесь когда-то был подземный сад, но сейчас он представляет собой жалкое зрелище. – Сказал он, обращаясь больше к Геллерту. – Слишком долго никто за ним не ухаживал. – А кто раньше этим занимался? – Спросил Гарри, переводя взгляд с огромных дверей на Тома и обратно. – Он рос за счет магии поместья. Не могу сказать точно как это работало, но пока здесь была магии, все вокруг жило. – Пап, а кем нам приходились предыдущие владельцы? Я не думаю, что ты поехал бы сюда просто так, а значит эти люди близки к нашему Роду. – Отчасти. – Ненадолго задумавшись, кивнул Том. – Они не имели никакого отношения к Роду Гонт, но приходились мне... семьей. Да, это правильное слово. Гарольд не решился спросить что с ними стало – ему показалось, что отец до сих пор переживает этот момент где-то в глубине души. – Сколько здесь этажей? – Спросил Гриндевальд, обведя коридор взглядом. – Больше десяти – точно. Никогда не бывал в подвалах под ритуальным залом, но они есть. Верхние, – жилые комнаты, – занимают примерно шесть этажей. Большинство из них перестали использовать несколько столетий назад, а в подвалы не спускались и последние поколения три, жившие тут. – То есть, даже ты не знаешь поместье? – Я и не должен его знать. – Пожал плечами Реддл. – Бывал лишь на жилых этажах и в ритуальном зале, и то, в последнем всего несколько раз. Большую часть времени мы проводили либо в комнатах, либо в библиотеке – в других не было необходимости. – И где же библиотека? – Понятия не имею. Геллерт нахмурился, не понимая как так может быть, ведь Том сам сказал, что проводил там много времени. – После... падения защитного купола ее закрыли. Спрятали так, что попасть туда может только прямой Наследник или введенный в Род маг. Чтобы ее открыть нужно, для начала, вернуть в поместье магию, а после провести ритуал. И ничего из этого я сделать не могу. – Ты считал их семьей, а они даже в Род тебя не ввели? – Повысив голос, спросил Геллерт. – А должны были? Я просто помогал в библиотеке – не больше. А зову их семьей, потому что... потому что только так можно объяснить то, что я чувствовал здесь, рядом с ними. Гарри молча слушал разговор взрослых и думал. Думал о том, какими могли быть эти маги, представлял то, как Том сидел за длинным столом в огромной библиотеке с одним из тех магов и обсуждал книги. Словно наяву видел молодого Реддла, обедающего в той небольшой столовой, смежной с гостиной. Слышал тихий смех и бодрые разговоры... – Гарри? Ты слышишь? – Том аккуратно опустил ладонь на плечо мальчику и всмотрелся в зеленые глаза, впрочем, не пытаясь использовать легелеменцию. – Просто задумался. – Покачал головой он. – А куда мы пойдем дальше? – Да больше и некуда. Это обычное поместье, просто с более длинной историей, чем Гонт-холл. И немного больше – Надо найти способ открыть библиотеку. – Бросил Гриндевальд. – Не бывает абсолютной защиты. Насколько мне известно, когда Родовое поместье теряет последнего Наследника, оно принимает любую магию – лишь бы продолжить существовать. – Это так. – Кивнул Том. – Вот только остался один человек. Прямой Наследник, да еще и невероятно сильный маг. – Тебе нужно было убить его. – Не задумываясь, бросил Геллерт. – Твое мнение меня не интересует. Не тогда, когда ты пытаешься вмешаться в дела моего Рода или близких мне людей. Воздух в коридоре резко накалился, переполнившись магией. Гарри нахмурился и сделал шаг назад – вмешиваться в конфликт двух взрослых, сильных, магов, по меньшей мере, глупо. – Нам пора возвращаться. – Выдохнув, произнес Том, успокаиваясь. – Я не собираюсь наступать на твои грабли, Гриндевальд, и не пойду против своих людей. Никогда.