Знакомьтесь, Россия.
12 октября 2020 г., 22:12
***
Очень часто жизнь кажется нам непроходимым лесом, в котором любой из нас может заблудиться, угодить в болото, нарваться на медведя. Да, каждый из нас чувствовал что-то подобное. Только в разные моменты жизни: может кто-то из близких покинул тебя, а может это был любимый хомячок или рыбка, может ты настолько заблудился в собственных чувствах и мыслях, что не можешь различить реальность от выдумки, ну или просто сам себя загнал в тупик и напридумывал проблем. Каждый теряется в зарослях этого леса жизни по-своему. И это никого не обойдёт, не будет ни одного человека, который не чувствовал, что потерялся, не боялся. Я точно знаю, кто-то не захочет выбираться из леса, позволив удушить себя зелёной листве, кто-то не будет пытаться выкарабкаться из болота и утонет, а кто-то будет съеден медведем. Но так же точно я могу сказать, что другие будут бороться за свою жизнь. Они, скрепя зубами, будут валить деревья на своём пути, чтобы выбраться, они найдут способ не увязнуть в болоте и сбежать от медведя. Такие люди останутся жить в этом мире, зная все его беды и опасности, но за всё время своих страданий они научатся любить этот мир и жизнь, со всеми трудностями. Ведь ничего прекраснее жизни нет. Чувствовать, вдыхать запахи, прикасаться к чему-либо... Любить, быть любимым и нужным, это воистину прекрасный дар. Дар, дарованный нам кем-то свыше. Может не Богом, а может и им, я не знаю. Но знаю точно, что кто-то эту жизнь нам даёт. А если ты это не ценишь, то судьба твоя весьма печальна. Ты не радуешься, не чувствуешь вкус жизни. Значит ты не живёшь.***
Серая и унылая квартира, в которой давным-давно отклеивались обои, сыпалась краска с потолка, угрожающе трещали розетки из-за своей неисправности. Кругом была грязь: тут и там валялись вещи, бутылки от дешёвого и дрянного бухла, окурки. Да и воздух в этом месте был пропитан какой-то гнилью и кровью. Отвратно, не так ли? Но, видимо, хозяин квартиры так не считал. Он сидел на полу старенькой ванной комнаты, в которой систему водоснабжения нужно было поменять ещё лет двадцать назад, уж такой дряхлой она выглядела. Старая и покоцанная жизнью ванна, жёлтые от времени раковина и унитаз. Слабый свет единственной лампочки, которая с раздражающим жужжанием всё грозилась лопнуть, но пока так не делала, освещал горе-хозяина этой затхлой квартирки. Он бессмысленно ковырял пальцем ужасную на вид кафельную плитку, что уже отходила от пола. Если быть честным, парень был довольно-таки красивым: белоснежные волосы, глубокие фиалковые глаза, розоватые и покусанные губы, белёсая кожа.. Но было что-то, что не давало его красоте проявиться. Что же это? Может, ужасная обстановка вокруг? Или всё же тот факт, что они сидел на полу, а около него образовалась лужица крови? Да, он резался. Этим он "заболел", наверное, около пяти лет назад. И парень совершенно не видел ничего плохого в этом, ему было важно лишь то, что физическая боль позволяет задушить душевную. Он настолько привык к этому, что его жизнь без этого кажется ему слишком сладкой что ли? Нет, он ни в коем случае не мазохист, просто вред, причиняемый себе, позволяет ему забыть о внешних и внутренних проблемах. А если человек так не делает, считал он, тогда он мёртв, раз никакие проблемы не терзают его душу...... -Блять, - нарушил гнетущую тишину парень. - А похуй, - всё дело в том, что парень всё же отодрал несчастную плитку от пола, о чём сначала хотел пожалеть, а после забил. Совершенно резко и неожиданно раздалась мелодия звонка старого мобильничка, что спокойно лежал на раковине. От чего белобрысый вздрогнул и попытался встать. Однако его шатало из стороны в сторону, он еле успел ухватиться за умывальник и посмотреть на себя в замызганное зеркало, висящее перед ним. "Жалок", - сказало ему отражение и было совершенно право, посчитал парень. Таким мешкам под глазами позавидует сама Марианская впадина. Парень горько усмехнулся и покачал головой, отгоняя навязчивые мысли, ему нужно ответить на звонок, кто бы там ни был. Он быстро, насколько это возможно, сполоснул руки в холодной воде и, вытерев их о свои штаны, взял телефон в руки, забив на то, что с запястьев всё ещё капала кровь. Ему звонил КНДР, а проще Северный. -...Привет, КНДР, - ответил парень, пытаясь сделать свой голос более приемлемым, чем на самом деле.-Здарова, Россия! Ты как? Не болеешь? - послышался весёлый голос с того конца провода.
Этот весёлый голос корейца вызывал необъяснимое отвращение России (а именно так нашего героя и зовут), но через несколько секунд он понял это резкое отвращение. Его бесило то, что у КНДР, по-видимому, проблем совсем не было, раз он звонит русскому с таким бесяче-радостным голосом. Как он вообще постоянно улыбается, да ещё так искренне, зараза?! Нет, Россия бы охотно принял улыбку знакомого, если бы та была фальшивой, накладной, за которой прятались бы страдания корейца. Но нет! Это была что ни на есть настоящая и искренняя улыбка! Будто этот кореец всей душой обожает эту ёбанную жизнь! -...Не болею, - сухо ответил русский, обуздав свои эмоции и постаравшись не прошипеть эти слова в трубку.-Точно? У тебя голос.. Какой-то сиплый, что ли? Российская Федерация! Говорите всё как есть!- продолжал раздаваться на том конце провода голосок корейца, только теперь к радости в его голосе приплелось и беспокойство за Россию.
И это взбесило русского ещё больше. Ведёт себя, по мнению России, как заботливая тётя из соседнего подъезда, которой в принципе вообще должно быть похуй на него. Да ещё и так официально называет его, будто это пробьёт россиянина на эмоции! -Я сказал, что. Всё. В. Порядке, - сдерживая себя, говорил россиянин.-Не заводись! Я же просто бесп...
-Аргх! Ты можешь замолчать? - не выдержал русский и всё же прошипел эти слова прямо в микрофон телефона. - Со мной всё в полном порядке. Честно. Достали уже спрашивать. - уже более спокойно сказал Федерация. - Прости, - выдохнул он.-..Ох.. Да ничего.. И правда люди могут достать, когда слишком много спрашивают одно и тоже... Особенно я. Просто мы беспок...
-Ты никогда обо мне не беспокоился. Когда я попал в больницу тебе как-то не до меня было. Так чего начал? - закатив глаза, сказал Россия и услышал тишину в ответ. "Пристыдил, значит," - усмехнулся россиянин и поставил телефон на громкую связь и аккуратно положил тот на край раковины. Россия всмотрелся в своё отражение ещё раз, пока его собеседник молчал, не зная что сказать на заявление русского, которое было, в принципе, сущей правдой. Федерация противно улыбнулся, слушая тишину и не слыша в ней голоса КНДР. Да и чёрт с ним, с этим корейцем, решил он и начал стаскивать с себя забрызганную собственной кровью футболку. Стиральной машины у него не было, порошка, кстати, тоже, значит сегодня поработает руками и мылом. Парень снял с себя футболку и кинул ту в ванну, посмотрев на дисплей телефона. Вроде КНДР не отключился, но по-прежнему молчит... Может он там помер, а русский просто не в курсе? Как только Россия хотел что-нибудь сказать, раздался голос корейца, но уже без той радости в голосе, что была ранее, что было некоторым бальзамом на душу Федерации.-Да, я знаю, что у нас с тобой дру... Приятельские отношения начали налаживаться только недавно... - кореец, скорее всего, хотел сказать "дружеские", но быстро осёкся, припоминая, что Россия-то в принципе его к себе ближе чем на два метра не подпускал от слова ВООБЩЕ. - Просто ты реально стал моим... Приятелем? И я хочу перейти в статус друзей?
-Странные у тебя желания, Северный. Проработали с тобой вместе, в одном заведении, около трёх лет, и только сейчас ты хочешь подружиться со мной, - вновь закатил глаза Россия, пока не беря в руки телефон и начиная мыть много повидавший в своей жизни пол, благо тряпка отыскалась.-Ты же знаешь, что я сожалею об этом! И я...
-Зачем звонил? - резко оборвал его русский. - Опять выйти за тебя смену?-Ты с таким тоном это говоришь, будто я по-другому поводу позвонить тебе не могу! - возмутился КНДР. - ....- послышалось молчание. - Да... Я хотел попросить тебя выйти за меня смену...
Федерация усмехнулся, по-другому быть просто не могло. Чтобы ему кто-то позвонил, как все это называют, "просто поболтать"? Да ни в жизни! Никто и никогда даже не подумает об этом! -Хорошо, я выйду, как обычно, за дополнительную плату, - сказал русский и, не дожидаясь ответа от КНДР, отключил звонок, после чего продолжить отмывать полы ванной комнаты.***
Вскоре Россия закончил оттирать кровь в ванной и отстирал свою футболку с горем пополам, так как израненные руки через минут пятнадцать после начала работы дали о себе знать, кровоточа и вызывая неприятные ощущения, когда порезов что-то касалось. Парень глубоко вздохнул, взял свой телефон и, выключив свет, покинул ванную комнату. Он пофигистичным взглядом осмотрел своё жильё и усмехнулся. Сейчас он стоял в прихожей, которая, такое ощущение, повидала не только Великую Отечественную, но и Третью Мировую войну. У самого входа в квартиру когда-то светлый линолеум стал почти чёрным и сальным, отмыть его было просто на грани фантастики! Тёмные обои в прихожей уже чуть ли не пластами отходили от стен, и маленькая люстра, висящая на потолке, так и грозилась упасть России прямо на голову, медленно покачиваясь от лёгкого дуновения ветерка. Также около входа с левой стороны (с правой находилась дверь в ванную комнату) стояла подставка для обуви, и на ней стояло лишь две пары обуви. Одна была заношенной до такой степени, что скоро появятся дыры, вторая - чуть ли не новая, её он одевал только для каких-то значимых выходов, которых было очень мало (если они вообще были). Над подставкой для обуви висела вешалка, на которой одиноким пластом висела лёгкая летняя куртка России, у него было ещё две: демисезонная и зимняя, и все эти, надо отметить, единственные куртки, тоже повидали многое. Далее из прихожей вели две двери (не считая ванной комнаты): одна вела в гостиную или зал, кому как удобнее, другая - в единственное святое место в этом доме, которое было чище остальных, кухню. Кухонька была самой простой: обычная газовая плита, маленький простецкий холодильник, самый дешёвый кухонный гарнитур, кухонный стол, за который может сесть не более четырёх человек, три табуретки. Многим, конечно, покажется довольно странным, что мест за столом может быть четыре, а табуреток всего три, но это можно объяснить: Россия всегда не любил чётные числа, вот и решил, что четвёртый стул ему ни к чему. Да и в гостях у него бывает только один человек, он сам. Пол кухни был покрыт светлым кафелем, который даже не думал отлипать от пола или темнеть, обои были тоже светлыми и, к удивлению, не отходили от стен, и краска с потолка на голову не сыпалась. Правда окна были с грязными разводами, зато их закрывали светлые шторки персикового цвета! Гостиная тоже богатым убранством похвастаться не могла. Была серой, грустной и пыльной. У стены, напротив окна, стоял старый диван, который ещё плюсом выполнял роль кровати русского. Пол в гостиной не был ни чем покрыт, кроме засаленного зелёного овального ковра, пластом лежащего посередине комнаты. Обои были тёмными, хотя года два назад, на память самого Федерации, были молочного цвета, краска на потолке была готова сыпаться, но чудным образом держалась. Люстра была маленькой, но, наверняка, очень тяжёлой, поэтому Россия будет молится, чтобы она не упала ему на голову, как хочет сделать люстра в прихожей. Так же в зале имелся простенький квадратный телевизор, чуть ли не гордость россиянина. Он чинил этот агрегат раза четыре точно. Окна и здесь были грязными, занавешены они тёмно-серыми шторами, которые так поносились, что не привлекали даже моль. Так же в гостиной был выход на балкон, который был заставлен всяким барахлом Федерации. Ну и, конечно, в самой гостиной был небольшой платяной шкаф, где уместилась вся его скромная одежда. Ну и ,пожалуй, на этом всё, больше ничего в его грязной квартирке не было. Если не считать везде разбросанные бутылки, окурки, тряпки. Но это хозяин квартиры усердно не замечал, или не хотел замечать. Россия быстро прошёл в гостиную, сжимая в руке телефон и вспоминая, где у него лежит аптечка, и была ли она вообще. Как только он вошёл, сразу кинул телефон на диван и подошёл к шкафу, намереваясь открыть его.... Намеревался, но не открыл. Забил и сел на пол около него, прислонившись к его дверцам спиной. Невольно парень вспомнил, в процессе созерцания гостиной, какой его жизнь была раньше. Когда был жив отец, его два брата и сестра были рядом и все они были счастливы... Отец каждые выходные готовил для них блинчики, у них в доме всегда витал запах свежеиспечённого хлеба и булочек. Русский на мгновение закрыл глаза, глупо улыбнувшись, но вскоре тряхнул головой и отогнал от себя эти воспоминания. Теперь у него другая жизнь, она отделена от того детского счастья и полностью заменена алкоголизмом. Вообще жизнь для Федерации была чем-то по типу "Русской рулетки", только в барабане револьера была не одна пуля, а пять, и всего один пустой слот. Он никак не мог понять, почему он остаётся в живых после каждого выстрела этого револьера. Сколько бы он не думал над этим, ответ не хотел находиться. А русский после первой неудавшейся попытки вовсе не стал заморачиваться насчёт этого. Он просто смиренно ждал "коронного" выстрела. Выстрела, после которого его заберёт к себе покой, безмятежность... Россия жаждал этого дня, мечтал о нём ночи напролёт. Он мотнул головой и выдохнул воздух сквозь сжатые зубы. -Блять, как же я терпеть не могу эту ёбанную жизнь, - русский рывком встал и открыл шкаф, вновь намереваясь отыскать аптечку, ему через несколько часов на работу, благодаря КНДР! У Федерации выходной, но нет! Он пиздует на работу за Северного. Хотя, знаете, от доплаты он не откажется. Он нашел аптечку и наскоро перебинтовал предплечья рук, убрал аптечку и начал собираться на работу. Старенькая, но чистая белая рубашка, джинсы и, конечно, главный предмет его гардероба - ушанка, которая досталась ему от отца. Ну, всё красавец!
