Сломанные судьбы

      Я живу в действительно странном мире. И в еще более необычной семье. Дело в том, что каждый из нашей небольшой семьи — мамы, папы, меня и моего сводного брата — маг. Причем самое удивительное — просто невероятно могущественных. Мы способны применять заклинания на невероятном уровне невербально и без волшебных концентраторов — посохов, колец или иных «костылей». Нам это просто не нужно. Ведь мы есть чистые создания магии… Причем это не плод тренировок. Мы просто так можем… Это все равно, что пытаться объяснить глухому, что есть слышать. Также мы можем и видеть. Глубже. Куда глубже иных существ нашего мира. Чувствовать саму природу заклинания… И даже магии… Даже сильнейшие Боги этого мира страшатся силы нашей маленькой, но дружной семьи. Это связано с тем, что мир, как папа любит говорить, техногенный, то есть в нем развиты технологии, а магия находится в несколько… Убитом состоянии. Из-за низкого магического фона. Слабые Боги без паствы тут просто не выживают, а сильных не привлекает такой мир… Но вот нам очень комфортно, ведь нас питает сама бесконечная вселенная…       Я стою перед тремя опытными колдунами. Они — базовая сила реагирования против вторженцев иных измерений, духов и иных… И я должна показать, на что способна в бою с ними! Это интересно… Было бы… Если бы не первое же заклинание, которое даже не долетело до меня. Оно просто отклонилось от моего магического фона… Я ускорилась и они просто… Встали как вкопанные… Эй? Я легко связала их при помощи земли… Вернулась в обычное состояние… Маги шокированы. — Что это было? — спросил один из них. — Браво, впечатляющая победа… — произнесла страховавшая нас волшебница — тетя Агата. Между прочим маги к ней очень уважительно относятся, говорят, правда тихо, что она одна из сильнейших…       А ведь полгода назад она попыталась принять мое заклинание на щит — едва удержала… А оно было совсем легким… — Эм, все в порядке? Просто вы совсем не двигались, я подумала, что вы хотите проверить обладаю ли я магией… — произнесла я.       Как при приеме в магическую академию! Мне мама рассказывала! Что там поступающих проверяют на наличие дара и слишком слабых не принимают… Они идут в иные органы, где даже их способности могут быть применены под строгим контролем. Дабы они не вышли из-под контроля… Когда-то в этом мире случилась большая война между смертными и богами… Первые в ней победили благодаря своему технологическому умению расщеплять атом… Очень опасная реакция, способная лишить силы даже таких существ! А вот мы… Пять лет назад я подружилась с одной девочкой, Сецилией, молодой колдуньей из академии, которая живет с нами через три дома… Она была поражена, увидев мои возможности, мою магию, которую я творила, даже не задумываясь… Фактически в плане заклинаний я знала всю их программу… Мне не составляло никакого труда создавать эти заклинания… Они будто бы были совсем простыми, ничего не значащими… А затем мы провели еще один тест. Сецилия взяла камень для определения резерва, так как по ее словам такая магическая сила ненормальна и может быть только у Богов… Да и то у довольно старых… По крайней мере так было написано в их учебниках…       А потом… Камень сначала засветился ослепительно ярким светом, поглощая мою энергию, а затем, поглотив около пятой части — просто треснул… Тогда она и спросила меня лишь одно… Кто я? И именно тогда домой вернулся отец… Он, увидев это, добро рассмеялся. И дал один ответ… Таури… Однако о прошлом нашей семьи, до моего и братика Норикса рождения он говорить наотрез отказывался… А мне ведь уже двенадцать! Пора бы… Всегда было, когда я стану старше… — Это… Что это за Бог? — спросил один из магов. — Кая не Бог! Она… Нечто другое! — это Сецилия подошла…       Я хотела поделится с ней магической энергией, чтобы у нее ее стало больше — все равно мне на такие «простенькие» заклинания получить истощение не грозит… Вот только отец это делать строжайше запретил… По простой причине — качество энергии. Оно у нас отличается на несколько порядков — фактически Сецилия в лучшем случае не сможет пользоваться магией… В принципе… Если очень повезет. Сеци поправила свои длинные синие волосы… Такие классные… Хотя братик говорит, что мои короткие зеленые ничем не хуже и за ними куда меньше нужно ухаживать! Два года назад на город напал блуждающий великий дух. Огромная угроза для ликвидации которого требуется несколько десятков опытных магов… Я же развоплотила его одним заклинанием — пламенем… Ада. Призывать заклинания принципиально слабее можно, но именно это мое самое мощное боевое… Я его контролирую, но еще не так идеально. Оно гораздо сложнее и даже на создание пожара, способного пожрать дерево большинству магов потребуется осушить свой резерв досуха. Я же могу сжечь небольшой лес… А после потушить его. Как мне объяснил отец, с наглядной демонстрацией, у нас, таури, это абсолютно нормально. Мы обладаем даром ко всем стихиям, тьме и свету одновременно… Просто от рождения. В отличие от магов и даже Богов, для которых дар даже к четырем из них — величайшее счастье. — Почему я чувствую свою неполноценность? — произнес один из магов.       Я же промолчала… Мне не хотелось принижать этого мага, который выглядел уже входящим в средние лета… Ведь мне по силу было даже повлиять магией на «нулей» — представителей этого народа, «иммунных» к магической силе… На деле они просто поглощали без последствий какое-то ее количество, если же энергии слишком много или она слишком качественная… Они не могут ничего противопоставить. В среднем, чтобы победить без жестов и произнесения заклинаний одного нуля нужно около пяти процентов моего резерва. Немыслимо для магов. Но нормально для меня. Ведь я могу создать пламя ада, от которого для них не будет пощады… Иногда я кажусь самой себе монстром. Ибо эта сила… Это вообще нормально? — Ну что пойдемте, покушаем? Я вижу все проголодались! — сказала Сецилия. — Да, я как раз слышала, что выпустили новый вид пиццы! — крикнула я.       Обожаю есть… Правда мне завидуют некоторые черной завистью из-за этого… Ведь это никак не влияет на мою фигуру! Тоже странная особенность — полная усвояемость пищи… Но когда я уже думала побежать туда… Случилось нечто… Я ощутила невероятной силы ментальный удар… Он повалил меня на колени, а маги же просто… Попадали, хватаясь за голову… А я… Смогла расшифровать это как сигнал… Тут же мне пришло и гораздо более мягкое сообщение от отца, который приказывал немедленно бежать к нему… Я подхватила еще стонущих магов, кроме Агаты, которая уже пришла в себя, телекинезом и дав ей знак побежала, куда меня звали. И оно было в совершенно противоположной стороне от того места, куда зазывал тот ментальный удар сокрушающей силы…       За минуту я пробежала весь город к отцу… Высокому таури с болотного цвета волосами в каком-то странном одеянии… Почему он в темном балахоне? Как и мама… И она, эта, как мне казалась, сильная и стойкая, практически несгибаемая женщина боялась до жути… Я чувствовала это… Даже всегда невозмутимый отец трясся… А братик также, как и я не понимает, что случилось. Ибо невозможно представить, что могло их так испугать… — Молчите. Пожалуйста. Это очень важно… Говорить буду я… — рубленными фразами начал отец.       Даже не для нас… А для множества магов… Которые со смесью ужаса и удивления взирали на сенсоры, показывающие зашкаливающий магический фон… И поглядывающие в лес… Мы все сглотнули… Все так серьезно? — Что случилось, Кая? — спросила меня на ушко пришедшая в себя Сецилия. — Я… Я не знаю, Сеци… Отец просто приказал мне немедленно бежать сюда… Он никогда не говорил ранее со мной в таком ключе… Никогда не вел себя так… — ответила ей я. — Как только он выйдет — все, я повторяю, Все, без исключения, поклонитесь ему… Иначе… — начал было отец.       Как тут же был буквально… Вжат в землю… Моего отца… Просто… Опустили на колени чем-то, похожим на голую волю… Той силой, что и я владею… Но я могу лишь вдавить существо без дара… А не отца, который меня намного сильнее… Из леса показался незнакомец. В черной старинной накидке с узором некоего существа, напоминающего мифического дракона. В алой броне, едва прикрытой темным балахоном, которая отливает на солнце будто бы как символ погибели всего живого… С искусными ножнами, сделать которые не способен ни один мастер, украшенные золотом выгравированными узорами, на которых высечена… Кровь… И наконец с темной полумаской на половину лица… Неизвестный снял ее. И под ней оказалось идеальное лицо брюнета лет тридцати на вид… Его темные волосы аккуратно зачесаны назад. А глаза закрыты, будто бы он презирает все окружающее его. — Иначе что, Тейдес? Инструктируешь своих зверушек, чтобы я не решил их сломать за непочтительность? Не разумнее ли их было оставить в ином месте, чтобы у них даже не было такой возможности? — спросил он, приподняв уголки губ.       Некоторые маги попытались исполнить указание отца, но были буквально поставлены прямо, как оловянные солдатики… Как и я… Это нечто… Могущественное. Ему кажется, будто бы невозможно сопротивляться… Это просто будет величайшей глупостью на свете, ибо этот брюнет делает вид, что столь же превосходит Богов и таури, как они стоят выше обычных существ... — Ваша… Милость… Я очень рад, что вы прибыли в сие место… Вам нечто нужно… От вашего верного холопа? А они просто хотели бы выразить почтение вашей несравненной силе и власти! — ответил отец, с трудом выговаривая слова, будучи вжатым в землю.       Что это такое? Я не могу шевельнуть не единым мускулом… Эта жажда крови, смерти… Она пугает, просто подавляет самим фактом своего присутствия… Как вообще может существовать кто-то подобный? Даже самый могучий Бог, что получает веру от целых планет-храмов никогда не смог бы достичь такой власти… — Ха-ха-ха… Я рад, что ты помнишь наше прошлое… И наши традиции… И даже воспитал своих… Зверушек, — Неизвестный взмахнул руками, облизнув губы. Меня отпустило… С меня будто бы сняли гору… И я смогла упасть на колени, едва находя силы, чтобы просто не распластаться на земле… Как большинство магов и даже нулей с оружием, которые оперативно прибыли сюда по зову отца…       Да кто же ты такой? Ой… Нет… Я это случайно сказала вслух… Я не смогла сдержать свои мысли после такого облегчения… Отец посмотрел обреченно… А незнакомец лишь рассмеялся… — Видимо нас не представили… И даже не сказали обо мне… Я надеюсь из соображений секретности и твоего языка, который всегда был со слишком большим содержанием костей, Тейдес… — ухмыльнувшись, сказал неизвестный. Он, будто бы пародируя чванливых аристократов из местных развлекательных фильмов, ухмыльнулся и наставил правую руку на свою грудь, представляясь. — Думаю невежливо, когда меня столь многие не знают… Позвольте представиться… Низвергатель Небес, Гонд-эй Великого Исхода Лорд Десерприторов Альверт! — произнес черноволосый, внезапно открывая свои глаза… Которые в следующий же миг запылали алым…       Этот огонь напоминает мое мощнейшее пламя… Отдаленно. Примерно как сравнивая пламя дракона и пламя свечи… Столь велика разница в… «Качестве» магической энергии. А возможно она даже и больше… Это знакомый отца? Кто такие десерприторы? И почему один его титул вызывает внутренний ужас? Низвергатель Небес… У него на вид легкая улыбка… Внутри которой, если приглядеться, можно заметить нечто пугающее и демоническое. — Господин… Я невероятно рад вашей похвале, но неужто вы проделали такой путь только ради этого? — аккуратно спросил отец.       Лорд Альверт развел руками, с его лица не сходила издевательская ухмылка. — Скажем так, когда я только прибыл в этот мир, я хотел рассудить одну небольшую проблему… Решить ее. Но, возможно, я все-таки что-то не так понял и на самом деле все может быть не так, как я подумал изначально, — ответил Альверт.       Отец тяжело сглотнул. На его лбу выступила испарина… Он действительно боится этого… Таури. Без сомнений. И его аура подтверждает резонность этих опасений… Хорошо, что военные земли не решились атаковать существо, способное силой мысли сковать даже нулей, на что не способны многие Боги… — Господин, я готов исполнять вашу волю… — продолжал раболепствовать отец. — Тейдес… Ты то даже возможно и готов… Однако погляди на этот мир, ты утверждаешь, что они твои игрушки… Но они не готовы следовать за тобой… И черт бы с ними со смертными, невелика потеря. Но что я вижу в глазах отрока и дщери твоей? В них нет знания, нет идей… И ладно, всему этому можно научить… Но в них нет духа. Духа ненависти. А его можно только приобрести самому. Где же он? Где пылающие огнем нечестивым глаза, жаждущие битв и последнего стука сердца врагов? — произнес Альверт.       О чем он?! Какой еще огонь ненависти? — О гонд-эй, я просто хотел даровать им спокойствие, дабы у них была возможность реализовать свою потребность! — начал в отчаянье говорить отец.       Ухмылка же Альверта стала лишь шире. Он будто бы сдерживает себя, чтобы не рассмеяться… — А что будет, коль сюда придут мракоборцы, убьют тебя, твои игрушки… И твоих с таким тщанием оберегаемых отроков? — произнес Альверт.       Отец скрипнул зубами… Беседа будто бы подходит к концу… — И тебе нечего ответить… Как я и опасался… Значит, все-таки дело в банальной трусости… Как жалко… — грустно сказал лорд-десерпритор.       Никто не успел отреагировать… Да что там… Даже помыслить об этом! В отца полетели черные молнии, которые, как голодные звери, впились в него, повалили наземь и заставили биться в конвульсиях… А после нас сковала воля… Пригвоздившая каждого к земле… Отец закашлялся… И не смог встать… Что он сделал? Это была атака… Он же… Я разозлилась и попыталась сдвинуться, выйти из-под контроля Альверта… Который даже не заметил моих потугов! — Какая печаль… Даже после этого и огонька ненависти… Лишь неоформленный гнев… Что же ты с ними сделал? Что за травоядных воспитал? И это по-твоему наше будущее? — добавил он. — Я… Хотел дать им возможность выбора… — тяжело дыша, ответил отец. — Так вот, ты им ее предоставил! Могу тебя поздравить! Ты достиг своей цели! — издеваясь, сказал Альверт.       Внезапно Лорд десерприторов посмотрел в небо. Синее, прекрасное... Которое оказалось искажено тысячами белых линий, летящими прямо на нас. — О, кажется, твои игрушки решили действовать. Это мило с их стороны помочь своему сюзерену… Хотя и глупо! — добавил Альверт…       Это же… Ракеты! Неужели они решились применить силу атома против него? Ту силу, с которой не смогли совладать местные Боги? Но вот Альверт показал свою силу… Миг… И вдалеке образовалось новое солнце… Он… Просто взорвал ракеты вдалеке, не дав им достигнуть нашего местоположения. Но это было еще не все… Затем он развернул наши головы на это пламя… Смотреть на него неприятно, но вдруг… Будто бы реальность застонала. Зашевелилась… И просто начала растворяться в том месте, будто бы ее никогда там не существовало и это было лишь частью бесконечной пустоты космоса… Миг… Другой… Взрывы тысяч боеголовок просто исчезли… — Какая примитивная разрядность! По многим я путешествовал, но в этой колдовать сложнее, чем в других… Хотя это и полезно для роста силы… Но все же так раздражает! — прокомментировал Альверт.       Отец лишь пытался восстановиться после страшного удара черными молниями, хватая ртом воздух и тяжело дыша. Внезапно Альверт отпустил нас, равнодушно хмыкнув. — И это тот самый твой мир? Он жалок, Тейдес… Ты сошел с пути десерпритора. Стал жертвой, добычей… А ведь когда-то раньше клялся в верности идеям Дезера Инкантионна… Неужели, даже боя дать не сможешь? — продолжил Альверт.       Он… Зачем… Мы же просто мирно жили… Меня начал заполонять гнев… Да что он себе позволяет! Он даже нас за… Личности не считает! Только с отцом он разговаривал и то как кто-то неизмеримо высший! — Да чего ты хочешь от нас? — крикнула я, уже не думая о последствиях.       Почему-то поскучневший Альверт внезапно обратил на меня внимание. Взгляд его алых глаз переместился на меня. — Хо, еще и в таком тоне… А у тебя кишка не тонка, дщерь? А по поводу твоего вопроса… Вы жертвы, а я хищник. Загонщик. Привратник. Отработанный скот режут на бойне! — ответил Альверт и его спокойный тон охладил меня как ушат воды…       Я вспомнила к кому начала так обращаться. К тому, кто способен сковать меня одной своей волей, не шевеля и пальцем… К самому могучему созданию, о котором я только слышала… — Меня… Не интересует это! Коль ты хочешь убить нас, я буду бороться! — крикнула я…       И меня едва не парализовал ужас… Альверт… Улыбнулся… А отец и мать распластались на земле в приступе сильнейшего удушья. Оно не позволило им нас остановить или помочь… Направить или усмирить, умолять или даже просто рыдать... Так он будто бы признавал в нас тех, кто может самостоятельно решать... И нести ответственность за свои деяния. — Так чем же ты докажешь свое право говорить, а не пресмыкаться? — спросил Альверт.       Я не ответила… Я решила оставить слова. Я призвала адское пламя и направила его на лорда-десерпритора. Огромная стена огня, подчиняясь моей воле, подпитываясь моим гневом, обращая в прах траву и листву, выжигая ростки жизни из дерна, ринулась на моего врага. А сводный брат достал клинок и также бросился на него, оббегая мое пламя по дуге. Смертные же начали создавать конструкты заклинаний, а нули вскинули оружие…       Ничего… Все оказалось тщетно и бесполезно... Мое пламя было поглощено, да так, что от буйствующей еще пару мгновений назад стихии осталось лишь напоминание в виде куска выжженной земли. Клинок брата оказался остановлен одним пальцем Альверта, отрубить который просто невозможно, будто бы он состоит из самого прочного материала на свете. Более того, он этим пальцем перехватил клинок, не давая выхватить его и отступить. Пули и заклинания смертных обращены в прах одной волей Лорда. — Разве это пламя? Это максимум огонек, чтобы на нем пожарить дикого зверя… Пламя… Оно иное… Нечто гораздо более могущественное! — произнес Альверт.       Миг… И загорелось пламя… Фиолетового цвета… Оно завораживает и пугает. Концентрированная смесь чистой тьмы и первостихии огня, готовая, как верный зверь на цепи, разорвать любого прогневившего его хозяина. Следующий… И брат отлетел от незримого удара в тщетной попытке сбросить со своего лица это пламя… Он закричал, пытаясь наколдовать что-либо способное потушить его... Бесполезно. Вода испарилась даже из самого воздуха, делая его невероятно сухим. Второй… И огромная волна сумеречного огня, предвестника гибели всего сущего, поглотила все мое зрение… Смертные даже не успели вскрикнуть, их обратило в прах моментально… Нет… Они… Погибли… Все… А Альверт даже не пошевелил своими руками для создания заклинаний… Он поставил руки в боки в насмешливой позе… Я упала на колени… Не знаю, он ли придавил меня или чувство вины за совершенную глупость... Ведь я чувствовала, что этот противник не по зубам, кажется, что никому во всех мирах... Но все равно решилась бороться с ним, а не умолять о милости... — И это все? Вся ваша сила? Какая жалость… Что это ничтожно! Для вас, разумеется! — продолжил Альверт. — А уж ваша дерзость в объявлении своей силы — это уже слишком… Коль у вас нет никакой силы… А за каждую дерзость должно следовать наказание! — произнес лорд-десерпритор, притянув к себе мою маму, схватив ее невидимой удавкой за горло…       Нет… Миг… Я даже не успела помыслить или осознать… А ее уже пронзил темный клинок, созданный из этого фиолетового пламени… Пламени, несущего лишь боль и разрушения, агонию и смерть… Оно не обогревает… Оно сжигает дотла добродетель, мысли, чувства и воспоминания, оставляя пустую оболочку… Нет… Почему?! Почему?! Слезы сами собой полились из моих глаз на опаленную землю. Которая более никогда не будет плодородной… Где-то тихо стонет брат, не в силах подняться из-за страшных ожогов по всему телу…       А передо мной стоит Альверт в своем балахоне, которым он прикрыл свою броню. С кровавыми глазами. И насмешливой улыбкой на лице… Издевательской. А рядом с ним в удушье висит пронзенная им матушка… Которой он в следующую секунду отрубил голову… Даже кровь не брызнула. Она сразу оказалась сожжена. И с той же улыбкой бросил передо мной. Он облизнул свои губы, а его темные волосы ниспали на его правый глаз, образовав причудливую челку… Мне не хочется верить, что это произошло… Из-за слабости… Я не учила действительно могучих заклятий, чтобы мочь кого-то защитить… Чтобы не быть игрушкой в руках таких как Альверт, тех, кто намного сильнее меня… И вот предо мной лежит голова моей матери… У меня душа ушла в пятки… Я отказываюсь верить в эту печальную и страшную истину… А на смену страху… Пришла ярость… И еще одно чувство… Жажда. Убивать. Мстить… Справедливости, которая все же должна восторжествовать! Вкупе это образовало лишь одно чувство к этому таури. Кажется, сам Альверт назвал его… Ненавистью. Отец всеми силами растил во мне чувство Добра, чтобы эти ростки не пробудились во мне… Но… Разве нельзя быть доброй и ненавидеть таких как Альверт одновременно? Ведь в них нет никакой добродетели, лишь беспричинная жажда убийства и смерти всему живому... Я крикнула в бессильной ярости, понимая, что мне вряд ли удастся спастись от такого существа, а Альверт в ответ лишь рассмеялся. Ему нравится мучить самой страшной пыткой. Бессилием…       Но вдруг в мою голову закралось одно заклинание из памяти… Из книги, которую у меня почти сразу же отобрал отец, объяснив, что заклинания в ней нельзя применять… Никогда. Это была книга по темнейшей магии. И я ненароком открыла одну из последних страниц… На заклинании-проклятье мучительной гибели… Условием успешного его призыва, помимо магической силы была… Ненависть по отношению к жертве. Жажда убить ее… У меня будет лишь один шанс… Даже чисто по количеству энергии - применить его будет невероятно сложно, а скорее всего даже невозможно. Я сразу же свалюсь с истощением всех сил, не смогу некоторое время колдовать... Я бы никогда не пошла на такое, если бы не отчаянье. Без действительно могущественой магии этого монстра не победить... Пока он не считает меня хоть что-то из себя представляющей… Пока вновь не сковал своей волей. Шанс будет лишь один... Больше он мне точно не даст. Мне не хватит сил на невербальное заклинание… И безжестовое… И тут Альверт открылся, видимо, приготовившись к очередной напыщенной речи о бессилии и ненависти. Он отвел руки от тела, разводя их, прикрыл глаза… Сейчас! Я выставила руку… — Леетис гуритос! — крикнула я, создав заклинание практически в упор. У меня получилось! Ненависть компенсировала недостаток умения и тренировки… Из моей руки в сторону Альверта полетел очень быстрый комок чистой зеленоватой грязи… Чистой энергии зла и концентрированной ненависти, цель которой лишь одна - убивать. Мстить. Уничтожать.       И вот тут меня вновь сковала его магия… Я упала на колени, тяжело дыша. А уродливый зеленоватый комок был отражен Альвертом… Его рукой. Это единственный раз, когда он защитился. Не поглотил, перенаправил, а именно защитился, при помощи жеста создав какой-то щит… Даже могущества этого заклинания оказалось недостаточно… — Хо… Все же я ошибся… Ненависть в тебе кипит… Ты не так безнадежна… Попыталась применить его, когда я уже совсем разуверился, что вы можете быть хоть на что-то годны кроме бойни, — произнес Альверт, почесывая свой подбородок. — Но мне показалось ироничным, что отец, пытавшийся защитить свою дщерь от секретов и таинств тьмы сам умрет от ее руки… — мою голову повернули туда, куда Альверт отразил заклинание…       Нет… Нет… Нет… Он отразил его прямо в моего отца… Который не смог из-за удушья Альверта защититься или увернуться… А теперь его тело разлагается под его воздействием… Он умирает… Ибо уже был ослаблен той черной молнией, а теперь я… Убила его… А Альверт лишь ухмыльнулся, подходя ко мне мелкими шажками. Я посмотрела на него снизу вверх. С ненавистью… Он не дал мне свалиться… Оставил в этой коленнопреклоненной позе… Зачем? Не знаю... Может, чтобы насладиться часом своего триумфа. — Какое сладкое чувство… Это же ты его убила! Получается, ты ненавидишь сама себя? — продолжил издеваться Альверт.       А я ничего не могла ему ответить… Ведь он просто подавил меня своей магической энергией… Без каких бы то ни было шансов. Он легким движением руки зачесал свои темные волосы обратно, убрав свою челку. А затем поднес палец к моему правому глазу… И в следующий миг я почувствовала самую жуткую боль… Я перестала нормально мыслить. Все сознание заполонила она… Агония, предсмертные мученья, страдания... Я закричала в беззвучном крике, ибо оглохла от боли в глазу и не могла больше слышать саму себя, да и Альверт быстро заставил меня замолчать, а также за эту попытку ударил по животу, да так сильно, что мой рот наполнился кровью… Я не знаю, сколько прошло времени… Ибо боль не отступала… Но вот мое замыленное восприятие заметило, что Альверт отошел от меня… Он позволил мне свалиться наземь, будто бы подчеркивая мое положение червя у его ног… Я скрипнула зубами, почувствовав к этому омерзительному таури еще больше ненависти чем раньше, желание не просто убить его, но перед этим пытать… Я даже рефлекторно потянулась в его сторону, за что он пронзил еще и мою левую кисть темным лезвием… Еще боль… Которую я уже почти не почувствовала, лишь легкий отголосок... Ибо боль от ожога этим пламенем куда страшнее, эта пытка будто бы разрушает саму суть живого существа, навеки опаляя его душу ростками зла, участь которых вечность мучить душу несчастного, пока он не убьет сам себя, сойдя с ума... Я упала… Без сил… Резерв закончился… Как и всякая способность к сопротивлению. Осталось лишь жгучее чувство обожженной пламенем цвета сумерек правой стороны лица с выжженным глазом и какое-то колющие чувство груди, соседствующее с пустотой внутри нее… Пламя выжгло не только мою кожу. Оно будто бы проникло дальше, к моей сути, терзая ее невидимыми раскаленными прутами. Только за счет этого нового для меня чувства, чувства жгучей ненависти, я все еще в сознании после этой экзекуции. Только за счет ненависти к одному таури. Альверту. — Хо-хо, ты даже еще в сознании… Это мило и даже немного похвально. Сначала я думал убить вас всех… Но потушить такое пламя ненависти раньше, чем оно сожжет? Это будет преступлением! Живи! Я, Лорд Альверт, Дьявол Красиманкра и Низвергатель Небес, милую твою жалкую жизнь! Я думаю за дерзость ваше наказание достаточно! — произнес лорд-десерпритор, поднимаясь в небо.       Сознание начало уплывать, но я решила пойти до конца… Сжечь все мосты… Голова уже не работает, как и рациональная часть мышления... Я просто захотела выплеснуть свою боль вовне... И плевать на последствия. — Я убью тебя… Просто убью… — тихо сказала я и затихла, ибо больше сил говорить у меня не осталось.       Я бы хотела высказать ему многое, выплеснуть всю свою ненависть в формах его убийства, но… У меня не осталось на это сил… И я вспомнила одно наставление отца. Не опускаться до уровня тех, кого считаешь своими недругами… Я почувствовала лишь одно... Пепел. В который обратилось столь многое дорогое мне по воле этого существа. Который уносит мою старую беззаботную жизнь, даруя лишь отчаянье, боль и ненависть, презрение к самой себе, к своей слабости. Я бессильно скрипнула зубами. Альверт лишь рассмеялся. — Ты меня насмешила. Сотни отважных юношей и девушек, безрассудных глупцов и гордецов сложили свои головы, пытаясь… Но я хочу посмотреть, что ты будешь делать… И как огонь твоей ненависти сожжет тебя саму! И помни… Коль надумаешь мстить. В следующей раз — милости не будет. Это была награда за дерзость и попытку стать сильнее, ничего более… Прощай, дщерь Тейдеса, — произнес Альверт пред моим уже расплывающимся взором.       Я лишь успела увидеть, как он посылает еще волны пламени во все стороны — сжигать города этой планеты… Убивать… Уничтожать… И его ухмылку перед открытием врат портала, в котором он через пару секунд растворился… А после у меня не осталось никаких сил. Ни моральных, ни физических. Я погрузилась в спасительную тьму в тщетной надежде, что это был ночной кошмар… И я проснусь и все будет как прежде… Простите меня, я не справилась… Я стану сильной… Чтобы больше никто не смел прийти и разрушить мою жизнь! Взор моим единственным оставшимся глазом окончательно потух… И наступила тьма…