Никаких слов, никаких поцелуев, никаких прикосновений 2

Магнус наслаждался жизнью в полной мере. Всё было прекрасно: хороший статус в институте, верные друзья, любимый человек рядом — что ещё нужно для счастья? У Бейна не было семьи, но её отсутствие полностью заменяли Кэт, Рагнор и Алек. Если раньше азиат думал, что может забыться в сексе и выпивке, то теперь он даже в клуб не ходил. Он разговаривал с Александром, считая это самым большим даром в своём существовании, его губы идеально подходили губам брюнета, сплетаясь в поцелуе и проводя так часы, пробуя чужой вкус, а каждое прикосновение любимого человека разжигало сноп электрических искр, заставляя его дрожать от наслаждения. «Не просто секс, а занятие любовью» — стало девизом Магнуса. Он даже хотел написать его на футболке и прийти в таком виде на пару, но друзья благоразумно не позволили ему это сделать. Алек практически к нему переехал, постоянно оставаясь у Бейна на ночь, даря лучшие мгновения за все эти годы. Сестра его парня стала встречаться с Рафаэлем. Во всех их жизнях наступила широкая белая полоса, позволяющая писать себе радужное счастливое будущее. Они даже не предполагали, что это только затишье перед бурей и что гигантская грозовая туча скоро накроет их с головой, заставляя почувствовать весь груз прошлых ошибок и секретов. А они были у всех, что у Магнуса, что и у Алека. Пусть они и пытались быть нормальными, законопослушными гражданами, но успели нажить себе врагов в прошлом. И дело времени, когда всё всплывёт и станет неисправимым.

***

Камилла, как и обещала, вытащила Себастьяна из тюрьмы. И работала она над этим не одна, ей помог один очень влиятельный человек, который сразу же подключился к плану их мести. Делать всё видимо было бы слишком просто. Убивать кого-то из парней они считали не интересно, поэтому решили действовать по-другому и сначала отнять самое ценное, что было в их жизнях, то есть друг друга — рассорить их и потом уже мстить отдельно каждому. Большинство отношений строится на доверии. Вот и у Магнуса и Алека они строились на нём же, хотя было и много самопожертвований со стороны Лайтвуда. Но у всех были свои секреты, которые они не готовы были раскрыть, насколько бы близко не находились друг к другу.

***

Алек сидел на диване на кухне Бейна, наспех пробегая глазами конспект. Его внимание было приковано совершенно к другому, а именно к хозяйничающему у плиты Магнусу, который был одет только в один лёгкий тёмно-синий халат. Азиат только что вышел из душа и готовил ужин, так как Лайтвуд оставался сегодня у него. Изредка они перекидывались короткими фразами. Говорить парни начали часто, особо ни о чём, но, когда они слышали любимый успокаивающий голос, становилось лучше и одному и другому. — Пригласим завтра в гости твою сестру и моих друзей? — предложил Магнус, переворачивая что-то на сковороде. Он хотел узнать поближе родственников Лайтвуда, так как планировал серьёзное будущее с ним. Они встречались по-нормальному уже два месяца. Об этих отношениях знали все в институте. После того как репутация Магнуса очистилась и он заявил, что встречается с Лайтвудом, у их пары собрался достаточно объёмный фан клуб. Белкорт вынуждена была уйти из института из-за постоянных оскорблений одногруппников, они ей проходу не давали, и перевелась в более престижное учебное заведение, обещая отомстить всем своим обидчикам. — Думаю, это будет хорошей идеей, — Алек отложил конспекты в сторону и подошёл к азиату, — Ты будешь не против, если она приведёт своего парня? — Конечно нет, и, если хочешь, можешь позвать ещё Джейса с его девушкой, — Бейн выключил плиту, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Брюнет вздрогнул, оставляя последнюю реплику без ответа, и Магнус, поняв свою ошибку, сразу же поспешил её исправить, — Только если ты не против. Алек улыбнулся. Он уже давно понял, что ничего не чувствовал к брату. Единственной его любовью являлся Магнус, а последний в уме проклинал себя за бестактность, всё ещё не догадываясь, что он один важен для Лайтвуда. — Хорошо, тогда осталось пригласить ещё Майю с Саймоном и у нас получится целая вечеринка, — Александр, не теряя времени, потянулся за поцелуем. Он не хотел больше упускать такие прекрасные мгновения. Три чёртовых правила, стоящих между ними шесть долгих месяцев, и так отняли слишком многое. Азиат ответил на поцелуй, перехватывая инициативу и превращая его в более чувственный, а руки сами потянулись к чужой рубашке, желая поскорее ощутить под пальцами голую кожу. — Как видно, я зря готовил, — Бейн на ощупь накрыл сковородку, чтобы еда не остыла, и потянул Алека в сторону спальни, но дойти до туда была не судьба. Халат упал на пол, не успел его обладатель пройти и нескольких шагов, а Лайтвуд подхватил его под бёдра и усадил на обеденный стол, не прерывая разросшегося поцелуя. Магнус слишком сильно прикусил чужую губу, желая обострить ощущения. Ему постоянно казалось недостаточно всего этого. Азиату хотелось больше, дольше, сильнее, даже грубее в какой-то степени, хотелось упиваться всем этим до криков, до сорванного голоса. В то время, как брюнет ярко чувствовал и терял голову от каждого нежного прикосновения, Бейн мечтал о чём-то более ощутимом. Алек стал очень бережен с ним, это сводило с ума, заставляя плавиться рассудок и тело от всепоглощающей ласки, но Магнусу не хватало жёсткости. Секс без обязательств так приелся к нему, и сейчас он не знал, как реагировать на все манипуляции своего парня. Но ничего не заменит его нынешнего блаженства, как бы просто не было раньше, азиат ни на что не променяет настоящих отношений и этого голубоглазого ангела. Бейн застонал, толкаясь навстречу пальцам, проникающим в него, пока Лайтвуд покрывал поцелуями его шею. Возможно Магнус и зря подумал о нехватке острых ощущений, потому что зубы, прикусившие смуглую кожу, показали ему совершенно обратное. Алек развёл его ноги, притягивая к себе и осторожно входя. Руки брюнета держали его под коленями, пока бёдра толкались в чужие наращивая темп. Он нагнулся для поцелуя, скользя особенно глубоко и попадая членом по комку нервов. Азиат задрожал всем телом, испытывая райское наслаждение. И за что только ему этот Александр, делающий его жизнь в тысячу раз лучше, превращающий её в счастливую сказку. Их губы опять встретились, ловя неровные вздохи друг друга, руки оплелись вокруг чужих тел, а темп превратился в быстрый и рваный. Амплитуда толчков уменьшилась, но зато плоть каждый раз попадала по простате, и Магнус от такого то и дело норовил упасть с крепкого обеденного стола. Ему хотелось испытать оргазм, но также он ещё не в полной мере насладился этим распирающим ощущением внутри и прикосновением к чувствительной точке, заставляющим поджиматься кончики пальцев ног. Лайтвуд провёл рукой по гладкой коже груди и ущипнул азиата за сосок, отчего последний дёрнулся, не ожидая такого и в то же время желая, чтобы Алек сделал это ещё. Повторив своё действие зубами и губами, поочерёдно меняя их, брюнет подтолкнул Магнуса к краю. — Люблю тебя, — на выдохе прошептал Бейн и с громким стоном излился на их животы. Александр вышел из его тела, ложась на стол рядом, и сажая его себе на бёдра. В глазах Лайтвуда плясали черти, и азиат принял его правила, насаживаясь на член, ещё не получивший разрядки. Он ещё не полностью отошёл после оргазма и сил практически не было, но, почувствовав контроль в своих руках, начал усердно двигаться, доводя Алека до такого состояния, чтобы он не мог выговорить своё собственное имя. Когда брюнет кончил, выплеснув сперму внутрь, Бейн не остановился, продолжая принимать в себя вновь твердеющий член и начиная второй раунд. Он задал быстрый темп, раз за разом опускаясь на ствол до конца и поднимаясь так, что внутри оставалась только головка. Чужая сперма вытекала из его ануса, с каждым толчком создавая пошлые хлюпающие звуки. Растраханные стенки стали особо чувствительными, ощущая каждую венку на чужой плоти и постоянно пульсируя. Магнус замер на мгновение, целуя любовника и понял, что Алек опять кончает в него, сотрясаясь в оргазме и шепча в его губы «люблю». Азиат пару раз провёл по своему члену и упал на Лайтвуда, не имея больше сил держаться после второй сильной разрядки, выпуская из сжимающейся дырочки чужую плоть.

***

— Разделяй и властвуй, — сказал мужчина средних лет, азиатской внешности, входя в комнату, где его ждали Камилла и Себастьян, о чём-то мило воркуя. Они близко общались уже месяц и возможно их отношения перешли на какой-то более интимный уровень. — Я Асмодей Бейн. И я помогу вам отомстить внеся свою лепту в это хитроумное дело.