15 уровней.

свет торопливо пробирался на просторную кухню, с потолка до самого пола заливая ее солнечными лучами. электронные часы, что гордо пылились на шкафу с посудой, показали только восемь утра, а живность в саду уже окончательно пробудилась, во всю горланив и треща. низкая женщина в пестром шелковом халате стояла у плиты и напевала себе под нос, вероятно, что-то из классики. накаленная сковорода радостно зашипела, когда желток с плеском шлепнулся на ее тефлоновое дно. женщина слегка тряхнула головой, чтобы темные пряди, случайным образом выпустившиеся из конского хвоста на макушке, не мешали видеть и прикрикнула: - ясуши, подъем! сначала в соседней комнате было совсем тихо, тогда левой рукой она легко задела кнопку на радио, которое противно погудело, а затем заиграло утреннюю бодрую песню про то, как важно делать зарядку по утрам и чистить зубы. вероятно, это была детская станция, но женщину на кухне это не сильно смутило. вскоре из комнаты ясуши послышались шорохи и через минуту, парень сел за стол. он неспешно зевнул и внезапно заметил, как в доме непривычно тихо. "а, точно. он же уехал на пару дней". ясуши распластался по обеденному столу и начал наблюдать за женщиной, за ее плавными движениями рук, когда она просто нарезала пластами пармезан или загребала пальцами и сыпала щепоть соли в бурлящую глазунью, за ее неровными волосами, точно такими же густыми как и у него самого. чертовски завораживает. в этом у матери ясуши не было соперников. раньше она была балериной и даже немного актрисой, поэтому каждый ее шаг, каждый взмах тонкой кистью отдавал таким невообразимым изяществом. мало того, она всегда выглядела намного моложе своих лет. в 23 ей давали от силы 17, в 35 - не больше 27 и так далее. нередко чересчур самоуверенные кавалеры предлагали ей встречу. когда же она отвечала, мол, извините, но у меня два сына 16ти лет, а их еще надо воспитывать, так что на вас времени нет, они то удивленно выпучивали глаза, то смеялись, ссылаясь на ее чуткий юмор, то и вовсе отказывались верить. мама поставила перед ясуши тарелку с глазуньей и, торопливо вытерев руки о халат, распустила волосы. она посмотрела на сына, потом на тарелку, потом снова на сына. - прости, ясуши, я снова сделала двойную порцию. привычка, ничего не поделаешь. можешь пока оставить. парень молча кивнул и взял в руки вилку. "как бы он не бесил, я все равно привык к его присутствию здесь". отец ясуши умер когда ему только исполнилось 10. попал в автомобильную аварию. еще и не по своей вине. уже долгие годы его мама судится с тем самым водителем белоснежного "хорька", что решил опраздновать рождение дочери, напился и в таком состоянии сел за руль. вот так глупо. отмечал появление новой жизни, а сам лишил ее другого. в тот день мама много плакала. да и последующие два года тоже. не хочу сказать, что потом она забыла про это, просто поняла, что жизнь идет дальше и все, что ей важно сейчас - правильно вырастить и воспитать сына. они переехали в соседний город. когда ясуши пошел в среднюю школу, она привела в дом незнакомого мужчину. он был ростом под два метра, хмурым и вечно курил синий мальборо на балконе. ясуши он сразу не понравился, но только с ним мама так искренне смеялась, улыбалась и в принципе была в хорошем настроении, а раз так, значит нужно принять это - думал он. но не получилось. незнакомец бесил даже просто своим присутствием. он беспардонно ходил в дому, лениво открывал холодильник, готовил себе завтрак. дико непривычно. два года здесь никого не было, помимо некоторых маминых подруг, что приходили хоть как-то поддержать ее, а сейчас появился он. мужчина не разговаривал с ясуши и даже не смотрел в его сторону, будто бы мальчика вовсе не существовало. в собственном доме стало некомфортно. а потом стало еще хуже. через год мужчина, ставший для него теперь отчимом, представил своего сына, примерно возраста ясуши. мальчик был таким же мрачным как и его отец, косился на "нового брата" холодным взглядом, будто бы прожигая насквозь. так у ясуши вновь появилась "полноценная семья", но, кроме одиночества и пустоты, он не чувствовал ничего. ужасная тоска сжимала сердце, когда они все вместе ужинали на столом. ясуши поглядывал на маму, такую веселую, впервые со смерти отца. она в порядке. значит, ему тоже нужно быть жизнерадостным. она столько всего перетерпела, она заслуживает счастья. но порой ясуши задавался вопросом - а разве он тоже его не заслуживает? нет, мама важнее. и он терпел. терпел эту ледяную ненависть, доносившуюся от ичиро. терпел это безразличие и колкость новоиспечённого отчима. видимо, мама тоже терпела, потому еще через год она не выдержала. скандал. крики, но только мамины, были услышаны домом, что три года стоял в тишине, он будто бы затрещал в швам. почему только мамины? отчим молчал. придерживая опущенную к полу голову рукой, он сидел на стуле и тихо вздыхал. ясуши не знал причины скандала, он и не хотел знать. громкий хлопок входной дверью. мама ушла. тишина вновь пронзила комнаты. отчим все еще находился на кухне и молчал. но потом, походив туда-суда и пошуршав пакетами, ушел и он. на завтра он не вернулся. и даже через неделю. ичиро остался жить с ними. но не потому что так сильно этого желал. ему просто было негде жить. ясуши мимолетно слышал это из разговоров матери и отчима. мать ичиро вышвырнула обоих из своей квартиры и велела не возвращаться. за этот год маме ясуши очень прижился ичиро, она считала его своим сыном, поэтому при любых вопросах, не долго думая, отвечала что детей у нее двое, умолчав то, что они являются сводными. отношения с "братом" не клеились. не то, чтобы он хотел между ними вечную дружбу, но и война его не устраивала. а еще он ревновал. всю свою жизнь он был единственным и любимым, а сейчас часть любви, которую он заслуживает, нечестно отдана этому неоткуда пришедшему мальчику. мама действительно относилась к ним одинаково, казалось, что они и в правду братья, только совсем не похожие друг на друга. это очень смешило тех, кто спрашивал про них. недавно ичиро уехал погостить у отчима, который уже смог арендовать себе небольшую квартирку на окраине города. он не мог переехать туда насовсем, так как отец впахивал на работе изо всех сил, чтобы оплатить дальнейшее обучение сына в университете и дома бывал редко. так что мама ясуши сама настаивала на том, чтобы ичиро продолжал жить у них, хотя они с отчимом еще не помирились и их общение дальше обсуждения обоих детей не заходит. прошло всего три дня с момента как ичиро отправился к отцу. ясуши чувствовал какую-то свободу, легкость и облегчение. даже настроение улучшилось. они с мамой снова одни. как хорошо. на стрельбу из лука ясуши начал ходить в конце начальной школы, как мама сказала - "чтобы отвлечься". и правда, когда сосредоточенно вглядываешься в мишень, натягивая тугую тетиву, никакие мысли, кроме твоей цели, не возникают. ясуши проводил в клубе практически все свободное время. худощавый немолодой тренер весело хлопал по его плечу и периодически похваливал. полностью отдавая себя этому занятию, ясуши стал лучшим в клубе, хоть и не особо пытался им быть. бесконечные соревнования и турниры действительно не давали ему думать о чем-либо другом, кроме как о стрельбе. да, это помогало избавиться от воспоминаний об отце, но так же было слишком энергозатратно. он приходил домой немного раньше полуночи, вымотанный плелся сразу в свою комнату и мгновенно отрубался, а через 6 часов как штык стоял на автобусной остановке и, поминутно зевая, ехал на учебу. после заняттй он вновь отправлялся в клуб. так и проходили его дни. друзей у него не было, потому что просто не хватало времени на дружбу с кем-то, но он и не парился из-за этого. до одного случая. 1 сентября. собрание в новой средней школе, куда он поступал. длинные коридоры и просторные классы. совершенно чистое оборудование и невредимые шкафчики. ясуши был впечатлен, потому что начальная школа была очень маленькая и старая. шкафы были то ли поржавевшими, то ли просто грязными и все во вмятинах. младшеклассники были жутко дикими. ясуши передернулся от воспоминаний. проходя по коридору, он вдохнул приятный запах, выходивший из столовой. неплохо, хотя школа и находилась довольно далеко от центра города. началось собрание. учеников было, на удивление, мало. 27. ясуши зашел в класс и сел позади. все были с родителями или хотя бы с одним из них. его же мама не смогла прийти к нему, она все еще немного переживала на счет школы и отказалась, потому что могла переволноваться, а ей сейчас это вредно. ясуши осмотрел учеников. дети как дети. но тут его взгляд наткнулся на мальчика, сидящего недалеко от него. он пустым взлядом смотрел в пол, а рядом не было никого из родственников. "может опаздывают?". но ни в начале, ни в конце собрания к нему никто не подошел. когда на перекличке назвали его фамилию, он слегка повернул голову к учительнице и медленно поднял руку. его странноватость пугала и притягивала. ясуши все время поглядывал на него, но тот продолжал сидеть, не двигаясь и даже, возможно, не дыша. он никому не смотрел в глаза и не оборачивался на крики под окном, как остальные. он не записывал ничего из перечисленного учительницей и не поглядывал на часы, в ожидании конца. до чёртиков напрягает. как только прозвенел звонок, все гурьбой вывалились из класса. выходя, ясуши снова оглянулся на того ученика. он неторопливо поднялся, повернулся к окну и задумчиво вздохнул. потом снова отвел взгляд куда-то вниз и прошел мимо ясуши, не замечая его. первый день занятий. класс был намного шумнее, чем на собрании, видимо, ученики почувствовали свободу без присутствия родителей. ясуши вновь покосился на того странного. он как и тогда сидел, прижав к себе свой портфель и втыкал в кафель. внезапно ясуши поднялся и направился к нему. он долго смущенно стоял возле незамечающего ничего мальчика и рассматривал его. находиться в близи было еще страшнее. тот зашевелился. ясуши вздрогнул от неожиданности, но затем быстро перевел дыхание. - привет! мальчик поднял на него удивленные глаза. "выглядит даже обыкновенным, когда не смотрит насквозь". он молчал. - ты же кавамура да? я слышал это на перекличке во время собрания. кайоши еще больше удивился. ясуши посмеялся в себя. "каким бы безчувственным ты не казался, не можешь нормально скрыть свои настоящие эмоции". мальчик поерзал и вдруг заговорил. "у него приятный голос". они недолго беседовали, ведь ясуши вспомнил про стрельбу и поспешил из класса. обернувшись на выходе, как и в день собрания, он наконец смог словить его взгляд и улыбнулся. - я надеюсь, мы подружимся, кавамура! конец 7 главы. "у него не было нормального детства и семьи. ему не хватает любви и заботы. я долго думал над этим и решил, что тогда я стану его семьей. и буду защищать его до конца жизни, потому что он мне важен." (с) хаттори