15 уровней.

"...начнётся новый день, где утро больше не спешит. огнями поездов, что не вернут людей домой. запомни меня таким - пока я тут..." время - вышел покурить только в фильмах бывает так, что погода подстраивается под ситуацию, и, допустим, свадьбу главных героев яркой дугой обрамляет семицветная радуга, тут же подгоняя пушистые молочные облака, а на похороны траурно, под тяжелую тихую симфонию, выпускает нещадящий ливень цвета мокрого асфальта. на самом деле, она вообще живет далеко не под стать людям и даже сейчас, когда уставшие и перегруженные экзаменами выпускники захотели дать себе передохнуть с друзьями - холст неба покрылся кляксами кучных туч, и заморосил прохладный дождик. акио зябко поежился от ледяных капель, с плохо скрытым раздражением вспоминая, что не взял зонта, и тот мирно стоит себе в сухом коридоре у двери. где-то рядом скрипнуло авто, и вскоре показался растерянный водитель с зонтом в руках. - такано-сан, вы же простынете! парень отмахнулся от уже бессмысленной подачки и молча сел на переднее сидение. наверное, нужно было сначала согреть руки, приложив к выемкам автомобильного кондиционера, но кисть сама собой потянулась к телефону в кармане. аку не отвечал который час, и это нервировало, но больше беспокоило. акио не знал как спросить будет ли тот на выпускном. однако, он нашел сведения о том, что его друг точно собирается, а это уже +40% к удаче. всю сцену, что должна произойти сегодня, он обыграл в своей голове раз пятнадцать. только за сегодняшнее утро. домохозяйка с волнением глянула на такано, что выходил из ванной, в которой пять минут назад точно был слышен его голос. телефон парня лежал на столе. акио незаметно сжал гаджет, ожидая вибрации от уведомлений. тот, как назло, молчал, подобно партизану на эшафоте, и парень стиснул зубы, оставляя проблески надежды на то, что кайоши просто-напросто занят перед выпускным. висок пульсировал то ли от страха перед неизбежным, то ли от злости на несчастный смартфон. сердце не переставая ухало мерзким комком где-то в горле. взгляд нервно метался по улицам, мимо которых они слишком быстро проносились. все больше хотелось остановить и развернуть машину к дому или вообще выпрыгнуть на ходу, умчаться в подворотню и, прислонившись к жженой кирпичной стене спиной, ловить побледневшим от стресса лицом холодные капли. но это уже трусость. попытка избежать реальности, обманывая себя тем, что еще слишком рано, и он не готов. кто именно не готов - парень пока не знал. однако чувствовал, как время мелкими песчинками высыпается из его рук, проходя через пальцы и падая в щель внизу, откуда уже не достанешь, не соберешь вновь. и чем ближе становился судный день, тем дальше казался кайоши. и если акио сейчас встанет посреди дороги, то парень со светлыми вихрами на голове и поразительно глубокими глазами скроется за горизонтом. скроется и никогда не обернется, не побежит назад, не возьмет его за руку и не потащит за собой в алый закат. потому что сейчас акио для него незнакомец. даже враг. руки снова превратились в кулаки, и водитель напрягся, видимо ожидая принять эту странную злобную ауру, исходившую от подопечного, на себя. машина с легким толчком притормозила у одноэтажного приземистого здания, обнесенного вокруг шатким железным забором. у главного входа, под крышей, столпились знакомые лица, передернутые недовольством от внезапно наступивших холодов. взгляд невольно пробежался по скоплению людей и тускло завис, не найдя знакомой макушки. может опаздывает? хаттори поблизости тоже не видно, зато ватанабе, с которым тот должен был прибыть, топтался на нижней ступеньке, и пластиковая прозрачная крыша еле-еле укрывала озябшего парня от немилосердного дождя. такано сжал ручку двери, собравшись с мыслями. водитель, видимо хотевший что-то сказать напоследок, молчал, стуча пальцами по кожаной поверхности руля. дверь авто, наконец-таки открылась и хлопнула, когда парень ступил на влажную землю. мужчина облегченно выдохнул и дернул рычаг, отъезжая назад. акио нерешительно постоял и, нацепив на лицо привычную маску холодного безразличия, двинулся к зданию. могли, конечно, выбрать и снять что-то получше, но это тебе не частная школа, где каждый может позволить себе хоть пять таких практически загнивших построек. возмущаться и негодовать не хотелось, поэтому парень безмолвно прошел в толпу, что смирно расступалась перед ним. он неслышно остановился у компании парней и облокотился на стену у двери. внутрь почему-то не запускали. к такано приблизился знакомый с "тройкой" на голове. - ну что, акио, отец доволен результатами экзаменов? тот пропустил сказанное мимо ушей, решив бить вопросом на вопрос. - где хаттори? брови парня напротив изумленно подпрыгнули, а в глазах появилось удивление. - с каких пор мальчиками интересуешься? - отвечай. - да мелькал где-то в толпе. возможно, пошел на задний двор. акио, не одарив знакомого даже взглядом, не то, что словом, направился за здание. тройка оказался прав. под раскидистой сосной стояла небольшая группа людей, среди которых четко виднелись угольные волосы. такано не спешил подходить, сложив руки на груди и выжидая. а ждать он умел. через несколько минут раздались радостные возгласы с главного входа. видимо, их все же запустили внутрь. компания под деревом, заслышав голоса, тоже пошли обратно. строй замыкали брюнеты - тот самый хаттори и ватанабэ - староста. акио подождал, пока "ненужные" пройдут дальше, и встал перед двумя парнями. те даже не шелохнулись, лишь бросили на преграду презрительный взгляд. первым заговорил хато. - в чем дело, такано? но тот игнорировал само существование старосты здесь, решительно упираясь темными глазами в его соседа. тот также упрямо смотрел на него своими серо-зелеными и, словно поняв, чего хочет одноклассник, кивнул другу. - иди, хато, я догоню. тот хотел было воспротивиться, поймав сверкнувшую искру ненависти между парнями, но все-таки послушался и с напряженным вздохом обошел акио. оставшиеся на пустыре сверлили друг друга немигающими взорами и, если бы кто-то из них состоял из бумаги, а другой обладал умением сжигать дотла глазами, то исход был бы ясен как день. но, к счастью, или к сожалению, ни у того ни у другого не было характерных способностей, и парни молча стояли, возможно надеясь, что они вдруг проявятся. ясуши прервал их мысленное сражение. - чего ты хочешь? - знать, где кавамура, - просто пожал плечами нежелательный собеседник. вечно сдержанный хаттори неожиданно подорвался, схватил парня за грудки и, тряхнув для надёжности, зашипел ему в лицо: - только попробуй к нему подойти. тот был, несомненно, выше и сильнее, но отчего-то сопротивляться не спешил. даже противная улыбка не расплылась по его самодовольной роже. он смотрел серьезно, с упором, не кривясь и не смеясь. - я просто хочу поговорить, успокойся. ясуши разжал пальцы, слегка толкнув того в грудь. - знаю я твои разговоры. язык дамнификанта, да? - просто скажи где он. не переживай. хаттори посмотрел так, словно это "не переживай" обратится в точеную саблю, что быстро и бесповоротно вонзится в его друга. - сгинь. парень, специально задев плечом акио, зашагал к зданию. такано безучастно посмотрел в след. внезапно раздался приглушенный звон, брюнет остановился и достал телефон из кармана, приложив к уху. - да, мам? кайоши? он уже должен быть на вокз... - парень прикусил язык, резко обернувшись на такано, что стоял, вновь сложив руки на груди, и наблюдал за одноклассником, внимая каждое слово. ясуши мгновенно осознал свою оплошность и, когда акио поторопился к выходу из двора, хотел броситься за ним, но мать в трубке настойчиво просила приехать и помочь ей. скрепя зубы, он беспомощно смотрел за удаляющимся противником и молился всему на свете, чтобы кайоши взял трубку, когда он договорит с матерью. "сучий сын". дождь постепенно прекращался, оставляя после себя редкие просветы лучей солнца в тучных облаках и широкие грязные лужи, что разлетались брызгами при каждом шаге. какого черта кайоши на вокзале? он уже уезжает? почему не сказал? акио фыркнул, все больше вжимаясь в ворот водолазки, словно тонкая ткань спасет его он вездесущего ветра. конечно он не сказал... такано тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли, и ускорился, уже заметив за углом знакомую черную иномарку. ему стало плевать на все - на бежевые штаны, что покрывались уличной грязью, на ботинки, что стерлись от бега, на растрепавшиеся волосы, которые он долго укладывал лаком утром у зеркала. главное - не опоздать. еще не поздно. не должно быть поздно. парень влетел в салон пулей и, наспех щелкнув ремнем безопасности, рявкнул на несчастного водителя: - на вокзал!                                     *            *            *   три дня назад. мятые футболки, деним-джинсы, широкие худи - все летело на кровать, заметно превращаясь в огромную груду. ясуши деловито стоял в дверях, оперевшись плечом на деревянный наличник, и наблюдал за картиной. а наблюдать было за чем. кайоши по колено утопал в своем хламе, рылся руками в нем же и изредка откидывал находку на постель. - кавамура, ты даже экзамены еще не сдал. это была уже четвертая попытка остановить возбужденного поездкой парня. пока тщетная. когда тот рассказал о событии, то в глазах ясуши невольно повзрослел. однако сейчас, выбирая между еловой и салатовой футболкой, вновь приобрел прежний облик. неряшливого, бестолкового и упрямого парня. - завтра сдам. ясуши хмыкнул. - конечно, куда ж ты денешься. но собираться я бы посоветовал попозже. кайоши оторвал взгляд от безнадежно пустеющего шкафа и перевел на друга. - почему? - а что ты будешь носить до выезда? парень задумался и приостановил сбор. швырнул лежащую до этого в руках толстовку куда-то назад и встал, потягиваясь. мышцы расслабленно вытянулись, кости громко хрустнули, и кайоши даже подумал, что сломал себе что-то в районе позвоночника. было бы обидно, конечно, поэтому он настороженно прогнулся еще раз, но, к счастью, боли и дискомфорта это не вызвало. довольную ухмылку парня прервал вопрос хаттори. - ты собираешься на выпускной? - неа, - кайоши перешагнул к порогу через одежду, что находилась теперь во всех углах комнаты, образуя некий мягкий слой, - прикинь, у меня поезд в тот же день. даже заглянуть не успею. какая жалость. он старадальчески закатил глаза. друг прыснул. - прекрати язвить, ты же не враг народа. - это смотря какого, - парень прошел мимо, направляясь на кухню. вода угрожающе покрывалась пузырями и выпускала обжигающий пар, который клубился в тесном чайнике и, все-таки находя щель в виде носика, расплывался в воздухе, а затем стремительно таял. кнопка щелкнула и бурление приостановилось. "две ложки растворимого кофе и одна - сахара" - инстинктивно пронеслось в мыслях у кайоши, когда он снял горячий прибор с подставки и поднес к кружкам. через минуту одна из них опустилась прямо перед носом залипающего в телефон друга. тот молчаливо кивнул и продолжил что-то строчить. кавамура уставился на него, грея ладони о теплые стенки кружки. - а ты? - м? - ясуши уже потерял нить прошедшего разговора, но вдруг опомнился, - а. пойду, ага. хато позвал за компанию. - еще не успел уехать, а мне уже замену нашли, - кайоши картинно громко вздохнул. - дурак, - друг отпил из кружки.                                     *            *            * утреннее небо серело, вызывая странную тревогу и разбушевавшуюся радость. толстый чемодан стоял у порога, а сам его владелец прокручивал в голове, что же он мог забыть. не найдя причин возвращаться в комнату, он прощально оглядел дом и вышел за дверь, волоча багаж за собой. повернул ключ два раза и спрятал в карман. ну вот и все. за спиной в миг вырос ясуши. - почему ты шатаешься как осенний лист? опять не спал сутки? - да. волновался, - честно признался кавамура, не оборачиваясь, - в синкансене высплюсь. - смотри не грохнись на перроне. - куда ты ходил? - да вот... сигарет тебе купил. кайоши медленно повернулся и хихикнул. - спонсируешь мне рак легких, чтобы я остался? брюнет нахмурился. - просто "спасибо" было бы достаточно. у тебя же кончились, и ты по-любому будешь нервничать, еще выбесишь кого-нибудь. меня уже успел. кавамура панибратски хлопнул его по плечу. - ну что вы так злитесь, хаттори-сан... или лучше звать вас семпаем? ясуши раздраженно развернулся к дороге, смахнув руку. - пошли уже, такси приехало. и в правду - алый убер весело пыхтел у тротуара, а рядом курил водитель. он лениво повернул голову к приближающимся парням и, выпустив кольцо дыма, кивнул на чемодан. - вещи - в багажник. поняв, что все придется делать самому, кайоши дернул крышку багажника, и та, неохотно, но поддалась. сумка тяжко упала на дно, а после раздался хлопок. кавамура отряхнул руки от вековой пыли, что скопилась на ручке багажника, и опять подошел к другу. тот выглядел как всегда непосредственно, и лишь серые глаза, в коих на дне плескалась неуловимая тоска, демонстрировали его неравнодушие. друг как-то нелепо улыбнулся. нелепо и грустно. - удачи. было непонятно, кто из них это сказал, но в любом случае так можно обратиться к обоим. они так и стояли, выжидая не пойми что, пока таксист не присвистнул, садясь за руль и закрывая за собой дверь. ясуши покачал головой. - напиши как сядешь. - ладно. кайоши попытался натянуть улыбку, но у него плохо получилось, и он лишь нелепо усмехнулся. - прощай. - до встречи. они в последний раз перебросились взглядами, и кавамура протиснулся в автомобиль. тот фыркнул, дернулся и тронулся с места, оставляя за спиной все то, чем жил парень эти семнадцать лет. он подумал, что, наверное, будет даже скучать по своему пугающему старому дому. и по ясуши. обязательно будет.                                     *            *            * монотонный голос оператора в телефоне уже порядком выводил из себя. почему он не берет трубку? акио, сам того не замечая, сжимал многострадальную ручку двери. время в пути тянулось удивительно медленно, словно они застыли где-то между этим и иным миром. везде были повороты и перекрёстки, но долгожданная вывеска вокзала так и не появлялась. все длилось и длилось, пока акио не искусал себе губы в кровь. он легко смахнул красную каплю. дурная привычка, надо избавляться. когда автомобиль резко дрогнул, останавливаясь, такано дернул ручку и выскочил. сердце из горла спряталось обратно за ребра, но продолжало истерично биться. пальцы подрагивали, и тело двигалось по инерции, потому что разум парня был затуманен. собраться с духом помогла девушка, что в микрофон на весь вокзал объявила о посадке. ее голос тревожным эхом отозвался в голове акио. только бы успеть.