Яблоки и книги

Этим утром у Гермионы все пошло не по плану: сначала Живоглот чуть не проглотил крысу Рона, потом Гарри обиделся на то, что в последнее время девушка проводит слишком мало с ними времени, отказываясь третий раз за неделю посидеть с друзьями в гостиной Гриффиндора за обсуждением свежих сплетен, списывая все на огромный объем неизученных материалов, а после так вообще чуть не распласталась в коридоре Хогвартса, спеша на зельеваренье. В голове так и звучали отчеканенные Поттером фразы, на которые Грейнджер впервые не знала, что ответить. Гермиона, почему Малфой так смотрит на тебя? Гермиона, почему ты улыбаешься Драко? Гермиона, что он от тебя хочет? Девушка шумно выдохнула, прокручивая в туманных мыслях слова друга, как старую кассету. Она всегда уходила от ответа, что только сильнее подпитывало подозрения Гарри об их связи с Малфоем, вызывая в нем бурю не самых приятных эмоций. Еще бы, сама Гермиона Грейнджер имеет что-то общее, и с кем? С их заклятым врагом! Опоздание для Гермионы приравнивалось к смерти, поэтому она, почти летя, рассекала прохладный воздух, с каждой секундой набирая темп и не замечая, как наталкивается на чью-то широкую спину. — Ай! Потеряв равновесие, волшебница рухнула на каменную плитку, сильно ударяясь при падении. Шикнув, она подняла глаза наверх, встречаясь с легкой ухмылкой и прищуренными пыльно-серыми глазами, которые прожигали её насквозь, оставляя приятное покалывание на тонкой коже. — Малфой! — Он выдавил из себя смешок, протягивая девушке руку и помогая подняться, пока она судорожно бегала широко распахнутыми глазами по пустому помещению, выслеживая, нет ли кого-нибудь рядом. — Ты меня убить решил? — Если я однажды захочу это сделать, то явно метод будет изощреннее, чем просто толкнуть тебя. Цокнув языком, Гермиона ощущает на своей щеке влажный поцелуй, а на талии сжимающие её руки Драко, которые притягивали девушку к своему раскаленному телу. Не в силах держать обиду, Грейнджер расплывается в улыбке, зарываясь небольшим носиком в шею парня и касаясь бледной кожи горячими губами, заставляя Малфоя слегка постанывать от невесомых касаний. Его аромат сразу же бьет по тонким рецепторам, вынуждая волшебницу прикрыть свои огромные глаза от удовольствия, нежась в руках своего самого-злейшего-врага-на-свете и желая продлить этот момент, отбрасывая урок по зельеварению куда-то на задний план. — Не хочу портить момент, но мы должны спешить на урок, — она неохотно отстраняется от парня, и тот лишь натягивает на себя улыбку, качая головой. — Ну вперед, моя маленькая заучка, иди первая, а то вдруг еще опоздаешь. — Мерлин, ты невыносим! Сделав шаг вперед, Гермиона, словно специально, качнула бедрами, медленно двигаясь в сторону кабинета и вызывая у Малфоя новую дозу смешков. Она была слишком милой, когда злилась и морщила свой носик, демонстративно отворачиваясь спиной к Драко и всем своим видом показывая, что обиделась. Только долго обижаться на него у нее не было сил. Стоит Малфою только прикоснуться к девушке и оставить на шоколадной растрепанной макушке легкий поцелуй, как она мгновенно таяла, падая ему в объятья и улыбаясь, как чеширский кот. Выждав пару минут с того момента, как Грейнджер пропала с поля зрения и скрылась за массивной дверью кабинета, Драко неспеша двинулся на урок, все еще перебарывая в себе желание плюнуть на все и вернуться в свою теплую кровать, отдаваясь обратно в массивные лапы сна и вообще не думая об треклятом зельеваренье. Только мысль о том, что Гермиона потом выест ему весь мозг чайной ложечкой останавливала Драко пойти на поводу у своих желаний. Чей-то жуткий вопль вырвал Малфоя из собственных размышлений, и он, одним рывком прильнув к двери, резко остановился в дверном проёме, наблюдая, как его маленькая злючка о чем-то верещала, интенсивно жестикулируя руками. — Какого черта здесь так сильно пахнет яблоками? Рон смотрел на подругу, как на ненормальную. Его челюсть отвисла так сильно, что встретилась с полом, пока девушка укрывалась в свою мантию, пытаясь избавиться от назойливого аромата, который проникал в каждую её клеточку, отпечатываясь внутри. Она чувствовала, как в воздухе сплетаются нотки пергамента, пропитанные терпким одеколоном с маленькой щепоткой кайенского перца. Кому-то определенно следовало сменить парфюм, или наносить на себя не целый флакон, потому что дышать было просто невозможно. Девушка подняла глаза, встречаясь взглядом с удивленными слизеринцами и гриффиндорцами, которые бросали в нее хитрые ухмылки, и только Гарри, покрывшись багровой краской, испепелял Гермиону, раздувая ноздри, словно бык, увидевший перед собой красную тряпку. — Вообще-то мы просто амортенцию разлили… Поперхнувшись, Грейнджер схватилась влажной ладошкой за рот, медленно поворачиваясь в сторону Драко, который, оперевшись об проем, скрестил руки на груди, выдавливая из себя ухмылку. Он поглубже втянул аромат свеженапечатанных книг и сладкого вишневого пирога, который Гермиона любила печь по выходным, чувствуя, как ее запах безжалостно проникает в него. Медленно, словно хищник, Малфой сделал несколько шагов навстречу девушке, срывая с губ всех присутствующих удивленные выкрики и вздохи. — Что, Грейнджер, спалилась? Гермиона чувствовала, как ком в горле не дает ей вырвать из себя уже до дыр заученную язвительную фразочку в сторону Малфоя, чтобы не дать хоть малейшего повода кому-то догадаться об их слишком тесных отношениях. Она сжала небольшие кулачки, пытаясь успокоить внутренних бесов, которые разносили по венам с бешеной скоростью гнев вперемешку с раздражением. Её жутко бесило, когда Драко при всех надевал на себя маску, задевая её и называя грязнокровкой, но по-другому просто было нельзя. Никто не поймет. А особенно Гарри, который и так слишком доставал Грейнджер расспросами про Драко. — Оставь свои мечты при себе, Малфой! — Да брось, Гермиона, — девушка удивительно выгнула бровь. Драко — взрыв эмоций, никогда не предугадаешь, что он сделает в следующую минуту. Он обошел девушку, рассматривая её с головы до ног и одним рывком притянул к себе, вызывая недоумения у всех, в том числе и у самой Грейнджер, — уже не отвертишься. — Драко! Не дав возможности ей высказаться, Малфой впился в губы Гермионы, так жадно, властно, что у обоих просто снесло крышу. Она вцепилась своими крохотными пальцами в его идеально выглаженную угольную мантию, отвечая на крышесносный поцелуй и сплетая влажные языки, скользя по белоснежному зубному ряду и сминая губы, которые буквально горели, словно от жгучих специй. Волшебница ощущала на себе прожигающие взгляды друзей, а до ушей доносились слизеринские улюлюкивания, но сил оторвать себя от Малфоя не было. Да и не хотелось. Пусть Поттер потом уничтожит её, превратит в пепел, или, еще хуже, просто перестанет общаться, Гермиона знала, что это временно. Он обязательно свыкнется с этим, обязательно примет её такой, с самым огромным для него недостатком — её парнем. Драко сжимал свои огромные ладони на её тонкой талии, скользя по плавным изгибам и вынуждая тихий стон вылететь с ее губ, который он моментально поймал влажным поцелуем. — Тише, Гермиона, стоны оставь для меня. Лично. Что-то внутри нее с силой сжимается, когда он шепчет ей эту фразу прямо в губы, неохотно отрываясь и заглядывая в два янтаря, которые переливались от блеска. Удушающее молчание повисло в воздухе, словно остановив время и заморозив всех, кроме их двоих, оставляя наедине с целым миром. Гермиона слегка отпрянула от слизеринца, но он моментально поймал её за запястье, с невозмутимым видом разворачиваясь в сторону всех присутствующих. — Малфой, ты что творишь? Гарри дернулся вперед, но крепкая рука Рона, остановившая его за плечо, не дала Поттеру возможности совершить необдуманный поступок. Гермиона чувствовала всю его злость на себе, пропуская этот невидимый яд, дымом вившийся из его радужек, сквозь все тело. Стыдливо опустив глаза в пол, девушка поджала губы, чувствуя, что сложного разговора не избежать. Но даже этот факт не мог её не радовать. Наконец-то больше не придется скрываться и придумывать очередную легенду, чтобы провести время вместе с Малфоем. И даже если первое время Поттер будет закатывать глаза от раздражения и демонстративно надувать губы, опуская в адрес Малфоя не самые приятные высказывания, она знала, что от этого он не перестанет любить её меньше. — Показал тебе доступно, что может быть, если разлить амортенцию, Поттер, — Драко фирменно ухмыляется, все еще держа Гермиону в объятьях и чувствуя, как от него отвязали огромный булыжник, тянувший его на дно, — в следующий раз советую не совать свои руки куда не следует.