Сборник мини-зарисовок BTS

— Как прошла тренировка? — Джин небрежно скидывает пиджак на спинку кресла. Тебе душу греет, как Сокджин ревнует тебя. Не к тренировкам, а к симпатичному тренеру Чон Чонгуку. Мужчина зубы сжимает так, что желваки проступают, ногтями впивается в ладони, сжимая кулаки. Его выдаёт неравномерное дыхание через нос, даже ноздри расширены, и кажется, что скоро из них повалит дым. И не верит он в твои слова, что никогда ты не уйдешь от взрослого любимого мужчины к молодому мальчику. Не верит, но горделиво улыбается каждый раз, когда ты говоришь об этом. Ким снова начал репетицию спектакля: «Он точно трогал тебя за задницу», а ты выдыхаешь и потуже стягиваешь полотенце на груди. Когда-нибудь тебе это надоест, и ты устроишь самый настоящий концерт с оркестром из битой посуды. Но пока ты лишь смущенно улыбаешься и подходишь к своему мужчине, чтобы стянуть с его шеи галстук. — Хорошо прошла, — расстегиваешь ловкими пальчиками пуговки на его рубашке, останавливаясь где-то на середине груди. — Хочешь оценить результат моих стараний и твоих финансовых вложений? Ким Сокджин — самый настоящий «папик». Он спускает на тебя так много денег, что, кажется, на них можно открыть ещё один филиал его компании. Но он тратит все на тебя и никогда не попрекает тебя в транжирстве. Ноготочки, волосы, подтянутая фигура, красивая одежда, белоснежная кожа — это результат твоих стараний и его финансовых вложений. Скидываешь полотенце к вашим ногам, открывая обзор на своё тело. Джин его прижимает к себе каждую ночь и через ночь имеет на всех плоскостях, но ещё не рассматривал так внимательно при полном освещении. Его рука ложится на плечи, плавно скатываясь по бокам вниз, подобно каскаду воды, до самых бёдер, которые он так обожает. — Развернись, — его голос тихий, но глубокий, такой оседает на лёгких как сигаретный дым. И не какой-то там Captain Black, а премиальный Mackintosh. Это терпко и невероятно приятно. Сокджин разворачивает тебя и нежно поглаживает бёдра, ягодицы. Проводит средним пальцем между половинок, приятно ухмыляясь от идеальной гладкости. Мужчина встаёт сбоку от тебя, мягко целует в волосы, обнимая одной рукой в районе живота, будто придерживая, а второй продолжает поглаживать ягодицы круговыми движениями. Это так приятно, заводит и искушает. Ты знаешь, как сильно он любит твоё тело. Он говорил тебе об этом сотни, тысячи раз на пике оргазма и пока вдавливал тебя в матрац. Кусаешь губы от того, что слышишь, как сбивается его дыхание, он будто отрывается от лёгких клочками и обжигает кожу на щеке. Смачный удар, и ты едва не проседаешь на пол, но мужчина держит тебя на одной руке, не давая рухнуть. Это абсолютно не больно, просто слишком неожиданно. Ким профессионально может отшлёпать до искр из глаз и при этом не оставить синяков. Это потрясающий навык, жаль об этом не знает совет директоров, точно зауважали бы его ещё больше. Такой же звонкий удар по второй ягодице, а ты уже вжимаешься в плечо мужчины, заглушая в нём же пошлые крики. Парень вставляет указательный парень в твою вагину до самого упора, тихо хмыкая от того, насколько ты влажная. Конечно это его заводит, но ещё больше греет его внутреннее «я». Ты больше не сможешь сдерживаться, скулишь, стонешь и царапаешь его плечо, почти готова упасть к его ногам и умолять, чтобы он дал тебе кончить, ибо ты знаешь, что всё так быстро и легко не закончится. Сокджин делает это быстро и жёстко, трахает до хлюпающих звуков, до стекающей по бёдрам смазки. Переодически он вытаскивает пальцы, чтобы звонкими шлепками привести тебя в чувство, а ты вся в этих чувствах, тебя кроет настолько, что ты не контролируешь свой голос, почти срываешь его в глухих всхлипах. — Такая шикарная задница, — Ким шепчет на ухо, опаляя горячим дыханием, и поджигает твой внутренний фитиль. — Я хочу, чтобы все знали, кто трахает этот потрясающий зад, — новая порция смачных шлепков выбивает из тебя воздух. Ты вся горишь, плавишься в руках словно свечка. Голову кружит его дорогой парфюм, от которого приятно хмелеет разум. Огонь в груди плавно спускается вниз живота и взрывается сотнями фейерверков внутри тебя. Слабыми руками цепляешься за руки парня, сжимая его плечи сильнее, почти царапая. Тебе запредельно хорошо, настолько хорошо, что все и всё отходит на второй план. Джин целует твои щеки, уголки губ, прижимает к себе, как самое дорогое и ценное. — Я так люблю тебя, моя милая, — оставляет запечатывающий поцелуй на твоих губах.