Секрет Альбуса Дамблдора

*Джорджия* Я стояла на перроне вокзала Кингс-Кросс, пока вокруг меня ходили толпы учеников и встречающих их родителей. Мои мама с папой опаздывают, что не удивительно, ведь у них загруженная работа. И хорошо, если они приедут оба. За все годы обучения меня чаще всего провожал и встречал один папа. А мама просто напросто не могла выбраться со своей смены в больнице святого Мунго. Устало вглядываясь в лица, я надеялась поскорее заметить родителей, потому что ночь я провела практически без сна, предвкушая Рождество, а в поезде было настолько шумно и весело, что невозможно было сосредоточиться даже на чтении, что уж говорить о сне. Такая беда у меня с самого детства. Если я чего-то очень долго жду, то накануне у меня случается приятный мандраж: я не могу ни о чем другом думать, а ночью я просто лежу, глядя в потолок, и прокручиваю в голове разные варианты развития того самого ожидаемого события. Вдруг я заметила седовласую женщину, которая быстрым шагом приближалась ко мне с другого конца перрона. Ярко-лиловый пиджак и такая же юбка, виднеющиеся из-под расстегнутого пальто, так сильно выделялись, что я сразу же уставилась на неё, пока она не подошла ближе и я, наконец, не рассмотрела ее лицо. -Бабуля! – я со всех ног бросилась ей навстречу и совершенно забыла про свой чемодан, который одиноко остался стоять около большой кирпичной колонны. -Когда ты приехала? -Привет, милая! Да вот только что и приехала, чтобы тебя встретить, – женщина осмотрела меня с ног до головы и приблизилась, чтобы чмокнуть в щеку. -Я все время забываю, как ты уже выросла, дорогая, - бабушка стала быстро оттирать с моей щеки след от помады, который она оставила пару секунд назад. -А где родители? – я глянула ей за спину, в надежде увидеть маму с папой, но тех не оказалось. -Мама осталась дома, она накрывает праздничный стол. Ты же знаешь, как она любит наготавливать сто блюд, которые никто в итоге не доест, - бабушка прикрыла рот рукой и тихо захихикала. Ее лицо тут же покрылось множеством морщинок. - А отец задерживается в больнице, но пообещал явиться прям к ужину. Так что, мы доберёмся домой сами. Ой, а это не твой ли чемодан там стоит? – женщина заметила на уже полупустом перроне огромный красный короб с золотыми застежками. -Точно! -я было развернулась, чтобы пойти за ним, но бабуля меня опередила. Она взмахнула палочкой, и чемодан, поднявшись в воздух, плавно двинулся к нам. -Возьмём такси? -А где твоя машина, бабуль? – спросила я, вспоминая допотопный желтый автомобиль бабушки, на котором я любила ездить в детстве. -Моя Лиззи больше не хочет ездить, - грустно вздохнула бабушка. -Она старше тебя, Джорджия. Еле хватает, чтобы доехать от моего дома до фермы в соседней деревне. А потом ее приходится чинить несколько часов, чтобы мне доехать обратно, - на лице женщины появилась улыбка. Она очень трепетно относится к своей машине, и даже сейчас ни за что не хочет менять ее на новую. Бабушка всю жизнь проработала министерским послом в магловский мир, поэтому она часто использовала более привычный маглам транспорт, нежели обычную трансгрессию. Она хотела, чтобы ее сын – мой отец – тоже работал на министерство магии, но тот выбрал другой путь и стал целителем. Хотя бабушка считает, что это моя мать на него так повлияла. Ведь в больнице Святого Мунго проработало не одно поколение ее семьи. Но, несмотря на это, у мамы и бабули отличные отношения, которые стали только крепче после моего рождения.

***

Ещё с улицы я услышала, как на кухне гремят сковороды, все шкворчит, шипит, булькает и стучит. Это мама, что есть мочи, отбивала мясо на огромном круглом столе, покрытом прозрачной скатертью. Через приоткрытое окно на улицу валил пар. Бабушка забрала из багажника такси мой чемодан, и тот снова плавно полетел к дому. -Миссис Белл! – крикнула бабуля и громко постучала во входную дверь. -Ба, ты ведь просто можешь ее открыть, - воскликнула я. Она, в отличие от меня, может пользоваться магией. -Я гостья в этом доме, поэтому предпочитаю, чтобы хозяйка сама открыла нам дверь, - проговорила женщина с важным видом, и я согласно кивнула ей в ответ. Спустя пять минут мама все-таки услышала наши настойчивые стуки и открыла дверь. Цветастый фартук отлично дополнял мамин образ средневековой кухарки. На голове красовался не менее цветастый платок с рюшами, а на лице кое-где виднелась мука. -Ой! Я вас совсем не слышала! - пробормотала мама, отходя в сторону и пропуская мой огромный чемодан внутрь. Он сразу же полетел наверх в мою комнату. -Доча, я так рада, что ты дома! – женщина крепко прижала меня к себе. Мне в нос сразу же ударил приятный запах свежеиспеченных булочек и жареного чеснока. -Элис, проходите! – мама помогла бабушке снять пальто и так же сильно заключила ее в объятия. -Говард прислал сову, он будет через полчаса. Если вы голодные, я могу дать вам перекусить перед праздничным ужином. Мы с бабушкой переглянулись и одновременно кивнули, засмеявшись от нашей синхронности. Я почувствовала прилив нежности и счастья. Домой всегда приятно возвращаться, особенно, если тебя там ждут.       Мы с бабушкой расположились за круглым столом. Все вокруг казалось мне таким незнакомым, но в то же время я понимала, что знаю эту кухню всю свою жизнь. -Джорджия, а где твоя сова? – спросила мама, раскладывая по тарелкам гороховое пюре с отбивными. -Она умерла, мам. Чуть больше месяца назад. Я думала, бабушка рассказала тебе, - тихо сказала я, а бабуля удивленно повернула голову. -А я думала, ты сама расскажешь, - бабушка положила свою руку на мою и крепко сжала. -Эх… - мама тяжело вздохнула. -Жалко птицу, но она уже была довольно стара. -Да, мы почтили ее память в замке, - произнесла я и тут же осеклась. -Мы? -Да… я попросила профессора Дамблдора мне помочь, - я опустила глаза в тарелку. «Не спрашивай больше ничего, пожалуйста!» - мысленно взмолилась я, обращаясь к маме. -Альбус хороший человек, - задумчиво сказала мама. -Он всегда всем помогал, когда учился в школе, а потом стал прекрасным учителем. -Вы что, учились вместе? – и тут меня осенило, что Альбус всего на несколько лет старше моей мамы. Раньше я не особо задумывалась об этом, потому что разница в возрасте сглаживалась, когда мы были вместе. Просто я никогда не сопоставляла ее с разницей между мной и моими родителями. -Ты разве не знала? Он на три года старше нас с папой, а когда я работала в Хогвартсе, он там уже преподавал, - мама положила на горячую сковороду новую порцию отбивных, и по кухне разнесся скворчащий звук. -А ты не хочешь снова вернуться? – спросила я и положила в рот ложку пюре. -Я думала об этом, но пока ты учишься – точно нет, - мама засмеялась. -А то будешь часто ко мне бегать и отвлекаться от учебы. -Мне кажется, у Джорджии могут быть проблемы с чем угодно, но только не учебой, - раздался низкий, но мелодичный голос. В дверях стоял темноволосый мужчина в бежевом плаще, на плечах которого лежал снег. -Папа! – я сорвалась со своего места и уткнулась в папину широкую грудь. Я закрыла глаза и вдохнула. Запах медикаментов и лакричного сиропа смешивался с запахом корицы и табака. В детстве я каждый раз бежала встречать отца с работы, порой даже выбегая на улицу, и запрыгивала на него с ногами и руками, как маленькая обезьянка. И пах он каждый раз одинаково. На первом курсе кто-то разлил амортенцию в кабинете зельеварения, и тогда я почувствовала знакомый и такой любимый аромат. В тот день я не выдержала и первый раз заплакала от тоски по дому прямо на трансфигурации, тогда Дэвис Скотт первый раз и пошутил надо мной. А Альбус, чтобы поддержать меня, сказал, что тоже может всплакнуть, когда скучает по родным. Соврал, конечно. Но тогда одиннадцатилетняя девочка первый раз взглянула в его небесно-голубые глаза и поняла, что он не даст ее в обиду. -Снег пошел! – отец снял плащ, и белые хлопья с плеч посыпались на деревянный пол. -Как дела на работе, Говард? – спросила бабушка, когда папа подошёл обнять ее, после того, как поцеловал маму. -Ужасный день. Группа туристов наткнулась на стаю пикси в Корнуэлле. Ничего серьезного, но у меня ушло три часа, чтобы обработать раны и ссадины у двадцати человек. Пять человек упали с высоты огромной сосны, когда мелкие твари подняли из-за уши вверх и отпустили. Трое отделались легкими сотрясениями, а у двоих были сломаны рёбра, - отец замолчал и заглянул маме через плечо, посмотреть, что она готовит. -Так, кто поможет мне накрыть на стол? – мама развязала фартук и достала четыре тарелки. Папа сразу их взял и поставил на стол, напротив четырёх стульев. -Кстати, утром привезли Миранду Уилдфрик. Она сошла с ума. Никого не воспринимает, то и дело пересказывает сама себе разные сказки и бормочет песни себе под нос. Скорей всего, она останется в больнице на неопределенный срок, - папа снова подошёл к маме и забрал у неё огромный котёл с гороховым пюре. -Это же… - начала я, но мама меня перебила. -Да, мама того погибшего мальчика, - закончила она за меня и замерла на месте. -Что? – переспросил отец. -Фред Уилдфрик с пятого курса умер от отравления. Кажется, в этом виноват Дэвис Скотт. Но его отец все выставил, как суицид. Поэтому даже разбираться никто не стал, - я закончила говорить и поняла, что трое взрослых с серьезным видом на меня уставились. -Тогда мне понятна причина ее состояния, - проговорил отец, потерев переносицу большим и указательным пальцами. -Может не будем об этом говорить? Рождество, как никак! - умоляюще протянула я. Мама натянуто улыбнулась, кивнула и продолжила подавать отцу блюда, чтобы тот ставил их на стол, а бабушка задумчиво замерла, сцепив руки на столе перед собой.