Секрет Альбуса Дамблдора

*Джорджия* Утром следующего дня я проснулась от того, что по моей руке кто-то полз. Я открыла глаза и увидела змею Фреда, которая обвила мою руку и смотрела на меня желтыми глазами-бусинками. Цвет ее оставался неизменным – чёрным с синеватым отливом. Я совершенно забыла, что оставила ее в кармане мантии, где змейка провела почти сутки. Чем же ее кормить? Я окликнула больничного эльфа Дарси, и он приковылял к моей кровати спустя пару мгновений. -Ты знаешь, чем кормить змей? – спросила я у него и показала руку, где рептилия уже неплохо пригрелась. -Могу принести сушеных насекомых, мисс Белл, - прохрипел он и, увидев мой одобрительный кивок, трансгрессировал. Главная привилегия домашних эльфов в Хогвартсе – разрешённая трансгрессия. Ученики и многие учителя не могут этого делать в пределах замка, хотя и есть исключения. В сентябре в школу приезжал маг из министерства, который учил нас трансгрессии, и ради этого в Большом зале снимали запрет на пару часов. Правда, всего треть учеников получили сертификаты об успешной сдаче экзамена по трансгрессии. У остальных дела обстояли куда хуже. Две девочки с Пуффендуя подверглись расщеплению, но профессор Дамблдор помог им вернуться в прежнее обличие. Я немного дернулась от хлопка, с которым Дарси снова появился у моей кровати. Он протянул мне баночку, где виднелись сухие тараканы, сверчки и жуки. -Спасибо, Дарси, - произнесла я и, открыв банку, отсыпала несколько штук в ладонь. Змея сразу же всполошилась и подползла к еде, тщательно ее нюхая. Она выбрала самого жирного таракана и с противным хрустом проглотила его, тут же потянувшись за новой порцией. -Кажется, ей понравилось, - хрипло сказал Дарси и поковылял обратно в каморку. Я поставила банку на тумбу и продолжила наблюдать за рептилией, с удовольствием поглощающей сухих насекомых одного за другим. Ожидание того, что я беззаботно проведу несколько дней в больничном крыле, разрушилось о неприятную действительность. Как оказалось, лежать без дела очень скучно, а подготовка к экзаменам застопорилась, что меня очень расстраивало. Я пыталась читать книги, которые мне принесла Алисия вечером, но голова сразу же начинала болеть, и я снова укладывалась на подушку подремать. Мое состояние здоровья оставляло желать лучшего. -Судя по симптомам, ты где-то подхватила краснуху, - сказала мама утром на второй день. Она осмотрела сыпь на моем теле, которая всю ночь ужасно чесалась. Температура сбивалась после сиропа, но снова поднималась через несколько часов, заставляя меня то гореть, то трястись от озноба, укутываясь в одеяло. -Это не опасно, но неделю тебе нужно будет провести здесь, чтобы никого не заразить. Алисия говорила мне, что в детстве уже болела, поэтому она может приходить к тебе, - сказала мама, наливая в ложку сироп. Она взяла отпуск в больнице, чтобы не покидать меня всю неделю.       Больничное крыло пустовало. Все койки, кроме моей, были свободны. Я застряла в дне сурка, который меня совершенно не радовал. Дарси приносил мне еду по несколько раз в день, всегда захватывая с кухни лишний кусок яблочного пирога или остатки кекса, а потом ждал, пока я поем, чтобы унести посуду. В это время он рассказывал разные истории из своей жизни, когда он прислуживал одной семье. Он был молод и полон сил. Его хозяева относились к нему очень хорошо, никогда не наказывали и позволяли нянчить их детей. Пока в одну ночь не загорелся их дом. Вся семья погибла во сне, а Дарси пытался их спасти, но не смог. Он плакал, показывая мне обгорелые руки. Он винил себя в их смерти, потому что мог предотвратить пожар или заметить его раньше и всех разбудить. После того случая Дарси скитался по стране, ночуя то там, то здесь. Пока не встретил случайно мою маму двадцать лет назад и не поведал ей свою историю. Тогда-то мама и взяла эльфа личным помощником в больничное крыло школы Хогвартс. Целители менялись много раз, но Дарси неизменно был на своём посту, беспрекословно выполняя все поручения и развлекая больных в лазарете. Я доела последнюю ложку супа и протянула посуду эльфу. Тот спрыгнул с кровати и исчез с громким хлопком. Я опустилась на подушку и наощупь нашла на тумбе книгу по травологии. Открыв ее на главе «Травы и коренья для снятия проклятий», у меня непроизвольно вырвалась зевота. -Видимо, ты читаешь что-то очень скучное, - раздался знакомый голос. В лазарет медленным шагом зашёл Дэвис Скотт. Он держал в руках перед собой сверток. -Стой! – воскликнула я, и Дэвис недоуменно остановился в десяти футах от меня. -Ты болел краснухой? -Какой-то странный допрос, - засмеялся он. -Я не шучу, я заболела, - я показала Скотту свою сыпь, и он сделал шаг ко мне, чтобы присмотреться. -Кажется, у меня была такая штука в детстве, - произнёс он. -В таком случае, ты можешь подойти ближе. -Хреново себя чувствуешь, да? – Дэвис сел на стул около кровати и протянул мне сверток. -Я принёс тебе кое-что из Сладкого королевства. Я развернула желтый пергамент и увидела шипучие леденцы. -Мои любимые… как ты узнал? – я посмотрела на Дэвиса, и тот загадочно улыбнулся. -Я много чего знаю о тебе, Белл. -Это и пугает, - усмехнулась я и кинула в рот одну конфету. Кислая присыпка сразу же зашипела на языке, и я скривилась. Дэвис сидел, сложив руки перед собой на коленях, и неотрывно смотрел на меня. В приглушенном больничном свете он выглядел загадочно. Его волосы были убраны назад, и ни единый локон не выбивался из общей картины. Его взгляд был настойчивым, и мне стало неловко. Ведь я выглядела, наверняка, не особо хорошо. Я уже несколько дней не расчесывала волосы, просто собирая их в нелепую косу, которую закидывала на плечо. -Выглядишь не очень, Белл, - Дэвис озвучил мои мысли, но, как ни странно, его слова прозвучали мягко и по-доброму. Совсем не так, как он издевался надо мной все школьные годы. -Долго тебе ещё лежать? -Я не знаю. Пока мама не скажет, что я здорова. -Мама? – Дэвис испуганно осмотрелся. -Да, моя мама теперь здесь работает, - произнесла я. -Ты чего напрягся? -Она ведь знает, о том, что на самом деле произошло тогда, - Дэвис выдохнул и потер переносицу большим и указательным пальцами. -Она будет против того, чтобы ты со мной общалась. -Мы же просто друзья, что в этом такого? – сказала я, хотя в душе понимала, что мама будет против даже этого. Дэвис Скотт, как и его отец, ей не особо симпатизировал. За время каникул я не раз слышала разговор родителей обо всей этой ситуации. Мама пару раз заикнулась, что неплохо было бы упечь Скотта младшего в Азкабан. -Я не хочу быть просто друзьями, Джорджия, - тихо пробормотал Дэвис и снова уставился на меня. -Что ты имеешь в виду? -Ты мне нравишься, ты знаешь об этом, - его взгляд ужасно смущал меня, и я просто хотела спрятаться под одеяло, пока он не уйдет. -Давай поговорим об этом, когда я вылечусь, ладно? – жалобно протянула я. Подобные разговоры неизменно начинали напоминать мне об Альбусе, мысли о котором болью отдавались в сердце. -Хорошо, Белл. Отдыхай, - Дэвис встал со стула и наклонился ко мне. Он аккуратно поцеловал меня в щеку, от чего я густо покраснела. Скотт бросил взгляд на мою тумбу и отпрянул. -Черт! Зачем тебе эти жуки? – Дэвис скривился и взял в руки банку. Я достала из-под одеяла руку, на которой спала сытая змея, и показала ему. -Странные все-таки у тебя увлечения, Белл, - Дэвис поставил банку на место. – Ладно, хочешь, чтобы я зашёл завтра? -Как хочешь, - я улыбнулась, и Дэвис направился к выходу. Я смотрела ему вслед, не понимая, что мне делать дальше. Может, Альбус прав. Может, не стоит доверять Скотту? Он и правда стал другим, хотя глупо сейчас судить об этом. Прошло слишком мало времени. Я снова спрятала под одеяло руку со змеей и уставилась в потолок. Дурные мысли лезли в голову, и я всячески старалась их выбросить. Чтобы отвлечься, я стала перебирать имена для змеи. Я не знаю, как ее называл Фред Уилдфрик, и для начала нужно будет поспрашивать ребят с его курса. Может, кто-то и помнит. А если нет, то я придумаю для неё особенное имя. Я чувствовала вину перед Фредом и понимала, что это мой долг – позаботиться о его животном. Я не заметила, как уснула, проспала несколько часов и проснулась, когда мама растирала меня вонючей настойкой, чтобы сбить температуру. Я открыла глаза, которые тут же заслезились от запаха. За окном уже было темно, и у моей кровати горели светильники. -Что это, мам? – спросила я, отодвигаясь от неё ближе к другому краю кровати. -Ты горишь, Джорджия. Если завтра температура не придёт в норму, я должна буду положить тебя в больницу, возможно, пошло воспаление, - лицо мамы было максимально серьезным. Первый раз у неё не получается меня вылечить. И это ее сильно беспокоит. У меня был сильный жар, но в целом состояние стало лучше. Сыпь светлела и больше не чесалась. -Не переживай, завтра мне точно станет лучше, я обещаю, - тихо сказала я. Лицо немного пощипывало от дурнопахнущей настойки. Я бросила взгляд на тумбу и увидела оранжевую коробку и две новых книги. Мама сразу же заметила, куда я смотрю. -Ах, да. Пока ты спала, приходил профессор Дамблдор. Он узнавал о твоём самочувствии и принёс тебе гостинцы, - мама подала мне коробочку, в которой оказались лимонные дольки в сахаре. Альбус их очень любит. – И ещё, он оставил тебе книгу. Сказал, что тебе полезно будет почитать, пока подготовка к экзаменам у тебя притормозилась. А вторую книгу принесла сова. Там что-то про змей. Я не очень поняла, зачем тебе это, но наверное, тебе лучше знать. Я взяла в руки тонкую книжку, на обложке которой маленькими буквами было написано: «Краткое пособие по уходу за некрупными змеями». -Да мам, это как раз то, что мне нужно, - сказала я и открыла первую страницу. Я знала, что к книге Альбуса я даже не притронусь.