Просто истории

      Рауль де Карре оглядел с надвратной площадки дорогу к замку, по которой уезжали подводы, доставившие первую партию камня для ремонта стены, и улыбнулся. Ему было чем гордиться. Всего четыре года прошло с внезапной пропажи родителей, а древний замок Карре, как и всё баронство, уже оживился. Снизились налоги для крестьян, выросли доходы и впервые начали сокращаться долги. А всего лишь нужно было хоть немного поработать головой и выкинуть уже наконец эти глупые древние традиции, запрещающие дворянам и землевладельцам заниматься ремеслом и торговлей. Может когда-то давно в них и был смысл, но не сейчас.       Рауль передёрнул плечами, вспоминая сколько раз он просил отца дать разрешение на строительство лесопилки, приводил доводы, цифры – нет! Отец слышать ничего не хотел. «Я дворянин, барон древнего рода. Я воин и не запятнаю свою честь презренным трудом». Рауль сплюнул в возмущении. Старый дурак. Может и хорошо, что он сгинул в Эфрантском лесу. Матушку, пропавшую вместе с отцом, конечно было жалко, но что он мог сделать? Тем более тогда, в пятнадцать лет. Из оружия он хорошо владел луком, кинжалом и саблей, отбиться от разбойников или защитить честь на дуэли он мог, а вот сражаться против подготовленных воинов или монстров Эфрантского леса уже нет.       Зато смог построить большую лесопилку с мощным водяным колесом и сразу тремя большими пилами. Полсотни рабочих и мгновенно утроившиеся доходы стоили того. То, что раньше они покупали, теперь стали продавать. Лесорубы, сплавлявшие лес по Лигне, с радостью сдавали им лес, не тратя неделю, чтобы добраться до Женара. Постройка большой крытой сушилки для древесины ещё больше улучшила дела, позволив построить канал до угольной шахты и поставить ещё и там водяное колесо. Не то, чтобы это сразу решило там все проблемы, но по крайней мере теперь добыча угля перестала уносить жизни и здоровье рабочих каждый день.       Эта шахта вообще была большой головной болью и королевским обязательством баронства. Закрыть её было нельзя из-за обязательств перед королём, хотя прибыли она никакой не приносила уже несколько поколений. А вот доходы пожирала как большой замок. А все дело было в угле, его было много, и он лучше всего подходил для выплавки стали в королевских оружейных. Пока добыча шла у поверхности баронство процветало, но по мере углубления шахты дела шли хуже и хуже. А требования королевских чиновников меньше не становились. Рауль до сих пор вздрагивал, видя на горизонте угольную баржу с королевским вымпелом, идущую к пристани замка за угольным налогом. Хотя вот уже полгода как проблем с отгрузкой не возникало. Наоборот, добыча немного выросла и впервые на памяти юного барона в донжоне в конце зимы протопили сразу две из шести основных печей, да еще и углём. Даже самые старые из слуг честно говорили, что так тепло им не было зимой никогда.       Рауль перевёл взгляд на посёлок у стен замка и снова улыбнулся. Вроде всего два года как он снизил подати с половины до трети урожая, а уже заметен эффект. Пустых домов в посёлке уже не было, люди не выглядели умирающими от голода, а на улицах зазвучал детский смех. Возможно, и супруга наконец начнёт оттаивать. Она была совсем не в восторге ни от мужа, ни от старого замка, ни от самого приграничного баронства. И не стеснялась демонстрировать своё отношение. Хотя они были помолвлены еще детьми. Пятая дочь графа Лангра, как и сам граф, были очень дальними родственниками их соседа, барона Терас и пока он был жив договор казался очень выгодной партией. Но только казался. Барон умер через месяц после пропажи родителей Рауля и его наследникам было не до старых договоров. Графство Терас и так богатым не было, а сам граф еще и в столице бывать любил. Свадьбу пришлось играть еще до совершеннолетия Рауля, когда стало понятно, что его родители скорее всего погибли на охоте. Приданного за жену он получил шестьдесят серебряных и старый ржавый хлам под видом оружия и доспехов из оружейной графа. Ничто даже по меркам приграничных баронств. Но для Рауля этого оказалось достаточно. Кузнецы за честное серебро быстро перековали старые и ржавые, но стальные мечи, топоры, булавы и пики с латами на шестерни для приводов лесопилки и сами пилы. И то металла едва хватило. Зато теперь лесопилка приносит до двадцати серебряных в неделю.       Рауль немного прикинул в уме свои дальнейшие действия. Если после переделки вентиляция наконец начнёт работать как нужно, то шахта скорее всего снова начнёт приносить доход, небольшой, но всё равно. Можно будет снизить подати до четверти или даже пятой части и оживить, наконец, пять баронских деревень, выживающих похоже только за счет крайне опасного охотничьего промысла в Эфрантском лесу, с которого барон получает - ни-че-го. Или не снижать, а нанять наконец хотя бы десяток нормальных стражников из ветеранов в отставке? Рауль посмотрел в сторону ворот и скривился, семеро стариков с оружием представляли жалкое зрелище. У ворот они ещё могли стоять, но послать на защиту отдалённой деревни в случае чего было уже некого.       ***       Появление крупного отряда аж в сотню прекрасно вооруженных пеших воинов, двух десятков всадников и десятка телег, под незнакомыми стягами с королевским вензелем стало неожиданностью для всех. Четвёрка всадников, возглавлявших отряд, завидев частокол вокруг поселка, пришпорила коней, направившись к воротам замка, не заходя в поселение. Срочно вызванный к вратам Рауль с непониманием смотрел на королевский приказ, о ликвидации приграничных баронств вместе с титулами и подчинении земель герцогу Аделарду Каслванн. Но возразить не рискнул. Герцог был хельдом и в одиночку стоил всего своего отряда. Прямо сейчас он, не особо сдерживая свою ауру, наглядно демонстрировал окружающим свое отношение к происходящему.       - Но мы же выплачиваем все королевские налоги… - тихо произнес Рауль.       - Дело не в этом. - жестко рявкнул герцог, услышав сказанное. – Мне нужен отчёт о делах в лене и состоянии замка.       - Дела шли неплохо. Водяная лесопилка на три лезвия с сушилкой древесины приносит до двадцати серебряных в неделю. Еще одно водяное колесо у угольной шахты налаживает дела и там. Мы уже год не получали замечаний по качеству и количеству угля. После снижения налогов крестьяне уже не умирают с голоду на улицах.       - Хорошо! А это откуда? – герцог властно указал на сложенный во дворе у стены тесаный камень.       - Купил для ремонта. Западная стена давно уже требует обновления.       - Как и весь этот замок. – зло оскалился мужчина. – Кто вообще его проектировал? Ворота в стыке стен, донжон справа, стены тонкие! Как вас не захватили еще?       - Карре никогда не захватывали. – тихо, но гордо ответил Рауль. – Башня донжона строилась на пять столетий раньше остального, по легендам еще королем Октом. Она расположена на крутом каменном уступе высотой в двадцать метров в излучине реки. И сама по себе почти не приступна.       - Королем Октом?! – расхохотались сопровождавшие герцога всадники. Но мужчина не поддержал их веселье, а внимательно посмотрел на сам донжон.       - Скорее наместником Октависом, по приказу сената. – неожиданно спокойно произнес Аделард, разглядывая большую пятиэтажную прямоугольную башню, возвышающуюся над всей округой. Смех тут же затих, сменившись изумлением.       - Сколько этажей в подвале?       - Три. В самом низу склады и колодец, дальше темницы, а под первым печи отопления, кухня…       - … и купальни. В центре от крыши до первого этажа широкий световой колодец и вокруг лестница. На первом узкий зал, вытянутый от входа к центру и помещения для слуг, второй и третий господские? – чуть вопросительно продолжил перечислять герцог.       - Да, так и есть. – подтвердил Рауль, удивляясь знаниям гостя. Сопровождающие присвистнули, переглядываясь.       - Не удивляйся, я встречал такие башни в столице. – пояснил герцог, неспешно поднимаясь ко входу в донжон. - В королевском дворце. Ромейский камень. Вечная постройка. Неудивительно, что стена разваливается, а башня как новая. Две тысячи лет стояла и еще двадцать простоит. – мужчина внимательно посмотрел на юношу и продолжил расспросы. – Четвёртый и пятый этажи свободны?       - Да, и третий тоже. Нас тут мало…       - Теперь много. Распорядись слугам всё подготовить и нужно нанять еще человек пятьдесят. Скоро прибудет второй отряд.       Именно в этот момент в дверях донжона появилась Сабрина де Карре приветствуя гостей.       - Господин Аделард. Какой приятный сюрприз, что вы посетили наш замок. – произнесла девушка, кокетливо улыбаясь и поправляя декольте. Рауль вздохнул, его супруга опять нарушила правила приличия, поприветствовав гостя первой.       - Сабрина де Карре. Моя супруга, герцог. – стараясь не морщиться, произнес Рауль.       - Герцог?! – мгновенно изумилась девушка, всем видом показывая свою радость. – Его величество бесконечно мудр в своей заботе о королевстве. Вы давно заслужили…       - В отличии от вашего отца. – хмуро прервал восхваления девушки мужчина. – Именно после его позорного банкротства наш повелитель в своей вечной мудрости сформировал приграничное герцогство Карре на основе графства Ланграс и приграничных баронств.       - Отец??? – Сабрина со страхом в глазах посмотрела на мужчину.       - Низложен. – жёстко ответил молодой герцог и, не отрывая взгляда от Рауля, добавил. – А вы теперь принадлежите мне! Раз уж мне поручено наладить охрану границы с лесом, то делать это удобнее всего именно отсюда. По воле его величества и собственному согласию я беру вас в супруги.       - НАС? – воскликнули молодые люди с очень разным интонациями. Сабрина, услышав, что становится герцогиней, была в восторге. А вот Рауль совсем наоборот. Для него превратиться из полноценного и самостоятельного барона в бесправного младшего мужа было немыслимо.       - Воля его величества – закон для дворян!!! – жёстко отчеканил Аделард, подходя к Раулю. – Не то, чтобы я собирался брать младшего, но раз уж ты есть – возьму.       - Жан, Огюст. Отведите моего младшего мужа в его покои и проследите, чтобы до вечера он не натворил глупостей! – добавил герцог, совершенно не ограничивая свою ауру хельда, от чего даже бывалые воины пригибались. А Рауль так и вовсе едва дышал, с трудом справляясь с охватившим его странным чувством силы и желанием подчиниться заведомо более сильному мужчине.       ***       С того момента и до самого вечера Рауль провёл в кабинете, который знал с детства. Изначально он не хотел занимать кабинет отца на втором этаже, слишком большим он был на взгляд юноши. Одни из основных блоков разделили на две, а не три части, разместив в большей библиотеку, а в меньшей сам кабинет. Сделали и обставили их в те времена, когда дела в баронстве шли намного лучше, так что помещения соответствовали не баронскому, а практически герцогскому уровню. В библиотеке в шкафах из дорогого лакированного дерева, стоящих вдоль стен, хранилось множество книг и даже в самые худшие годы их не продавали. В кабинете стоял красивый и дорогой рабочий стол из красного дерева с резьбой и такие же кресла. Вдоль стен стояли шкафы, заполненные обычными и учётными книгами, папками с документами, различными диковинами, хранившимися в их семье издавна. В углу слева от входа стоял угловой диван с чайным столиком. Когда-то там принимали особо дорогих гостей и проводили высокие переговоры, но еще дед Рауля в основном пил там. А отец больше тренировался с мечом, чем работал в кабинете. Сам Рауль хотел перебраться из слишком роскошного кабинета в комнату попроще, но, поняв сколько всего придётся переносить, предпочёл перебраться сам.       И теперь даже радовался этому решению. Ему было чем заняться, оказавшись в заключении. Юноша полностью оформил все документы к передаче владения, дважды проверив не забыл ли чего, подготовил заметки о работе лесопилки и шахты, написал пожелания в адрес свой бывшей супруги и свою последнюю волю, заключавшуюся в желании быть похороненным возле замка. О том, что он может остаться в живых, он не думал. Соглашаться на роль младшего мужа он не собирался. То есть отказывался выполнить королевский приказ. А следовательно, становился государственным преступником.       Ждать решения своей участи пришлось долго. Аделард появился только после заката, когда в кабинете пришлось зажечь лампы, сразу две, и охрану не интересовало, что масло для них стоило дорого. В расстегнутой рубашке и узких штанах мужчина выглядел расслабленным, и Рауль с удивлением понял, что он лишь немного выше и мускулистее его самого. Зато вьющиеся черные волосы, едва достающие до плеч вместе с яркими зелёными глазами и гладкой белоснежной кожей создавали запоминающийся образ. Правду говорили утверждавшие, что все хельды имеют привлекательную внешность. Сам Рауль был зеленоглазым блондином и, не забывая о тренировках с оружием, имел хорошую фигуру, но до властной привлекательности герцога ему было далеко. Как и до ещё кое-каких особенностей тела герцога. Узкие штаны весомо обтягивали крупную выпуклость в паху, подтверждая ещё один слух о хельдах – мало какой обычный человек мог сравниться с ними размером полового члена.       - Почему ты ещё не в постели и я должен тебя разыскивать? – недовольно произнес герцог.       - Я не намерен…       - Становиться младшим мужем? И даже прямой приказ короля ничего для тебя не значит? – с интересом разглядывая юношу, произнес мужчина.       - Король может требовать моей жизни, но не моей чести. – отчеканил Рауль.       - Но он это сделал! – Аделард бросил на стол вытащенный из нагрудного кармана рубашки сложенный вчетверо лист плотной бумаги, на котором действительно был приказ герцогу Аделарду взять под контроль земли пяти приграничных баронств, четыре из которых были без лордов. Барона пятого, Рауля, и его жену король приказывал взять супругами самому герцогу, одновременно обосновавшись в замке Карре.       - Этого не может быть! Я совершенно не подхожу на роль подстилки       - На подстилку нет, а на младшего, уверен, да! Давай проверим! – рявкнул Аделард и добавил уже своим подчинённым, - На стол его, животом вниз и держите руки.       Сделать что-либо Рауль не успел. Слишком сильными и подготовленными были его противники. Немногочисленные бумаги со стола улетели на пол, а самого юношу разложили на плоской поверхности, зафиксировав руки и плечи. Быстро стянув брюки с парня Аделард, облизнув сразу два пальца, аккуратно вставил их в девственный анус юноши, заставив того вскрикнуть. Скорее от неожиданности и необычности ощущений, чем от боли, которой, собственно, почти не было. Пара шлепков по обнаженным ягодицам и уже три пальца оказались внутри юноши, а мужчина одобрительно хмыкнул.       - Становится интересно… - произнёс Аделард, добавляя четвёртый палец и заставляя юношу охнуть и удивиться отсутствию боли. Хотя ему всегда казалось, что даже два пальца уже должны причинять боль. Неужели слюна хельда обладает обезболивающим эффектом? Вскоре боль появилась, Рауль снова охнул и задергался прижатый к столу, когда в него проник твёрдый и очень толстый, как у всех хельдов, член. И даже так боль была странной – тянущей, а не резкой. Хельд резко выдохнул.       - Потрясающе. Ты такой мягкий внутри. - тихо заметил он, начиная активно двигаться. Юноше оставалось лишь, сжав зубы и закрыв глаза, ждать, пока мужчина насытится его телом. И прислушиваться к своим ощущениям, которые были необычными. Хельд, не стесняясь, размашисто вбивался в доступное тело. Шлепки двух тел заполнили кабинет. Член как будто рос внутри и чем глубже он ощущался, тем больше возбуждался сам Рауль, даже совершенно не желая того.       - Переверните его на спину. Я хочу видеть его лицо. – приказал вдруг мужчина и воины мгновенно подчинились. Штаны, болтавшиеся на юноше, к этому моменту были полностью сняты, хотя он этого и не заметил, погружённый в ощущения от движения члена внутри себя. Не вынимая члена из попы Рауля, Аделард перекинул его ноги себе на плечи и, зафиксировав одной рукой, второй обхватил крепко стоящий член юноши и продолжил вбиваться в податливое тело. Только теперь уже медленно, наблюдая за лицом своего младшего мужа. Рауль не видел, каким заинтересованным взглядом следит за ним хельд. Как он меняет угол входа, скорость и глубину проникновения и чётко отслеживает мельчайшие проявления эмоций на лице юноши.       - Может откроешь глаза? – тихо произнес Аделард, не отрывая взгляда от Рауля. Короткая презрительная усмешка была ему ответом, сменившись гримасой от попытки сдержать стон наслаждения, когда член резко оказался весь внутри.       - И всё-таки, открой глаза.       - Зачем? – резко бросил юноша.       - Чтобы убедиться в мудрости нашего властителя. Мы подходим друг-другу больше, чем кто-либо.       - Это ложь. – тихо прошипел юноша и нехотя приоткрыл зажмуренные глаза, почувствовав, как его тело покидает что-то огромное. Слегка приподняв голову, Рауль не смог удержаться от изумления. Член Аделарда, стоявшего между разведённых ног Рауля, был исполинским, примерно как рука от локтя до сжатого кулака в длину и лишь вполовину меньше в толщину.       - Видишь, - Аделар, легко отодвинувшись, снова полностью вошёл в тело Рауля и тот увидел, как на его плоском животе проявилась выпуклость от головки. – Тебе даже не больно, хотя ты принял меня полностью.       - Как такое может быть? Это невозможно. – прошипел юноша.       - Наследие йотунов. – спокойно ответил Аделард. – Большая часть члена хельда прячется внутри тела, не мешая жизни. Женщинам и этого хватает. А нам нет. Для полноценного наслаждения нужно полностью выпустить член, а с женщинами этого делать нельзя. Поэтому нам нужны младшие, способные принять нас, подарить невероятное наслаждение и получить не меньшее.       - Ты лжёшь!       - Мой милый младший муж. – улыбнулся Аделард, наращивая толчки. – Пытаешься сжаться, думая, что мне это помешает. Но делаешь только приятнее. Внутри ты жаркий и восхитительно мягкий. Можешь молчать, сжимать зубы, злиться и ненавидеть меня. Но твоё тело честнее тебя. Оно наслаждается. И дарит наслаждение мне. И я его принимаю. А ты почему-то не хочешь. Твое право, младший. Но главное, мы подходим друг-другу идеально. – не дождавшись ответа, Аделард наклонился над снова зажмурившимся юношей, уперевшись руками на стол, внимательно наблюдая за его лицом и начал размашисто двигаться. Отчего по телу Рауля начали гулять настоящие волны удовольствия. Разрядка настигла юношу в тот момент, когда он почувствовал, как у него внутри извергается член хельда, наполняя его горячей спермой. Все внутренности как будто узлом завязало в клубок наслаждения и тянущей боли, перекинувшийся в голову. Сознание, и так перегруженное тяжелым днём, просто отключилось, спасая своего хозяина.       - Невероятно. – тяжело дыша от невероятного оргазма, произнёс Аделард, медленно выходя из отключившегося Рауля. Даже не пытаясь убрать давно уже не выходивший полностью член в узкие штаны, мужчина подошёл к находящемуся без сознания супругу и осторожно коснулся пальцами его виска. Мягкий отклик эмоций младшего мужа подтвердил установившуюся связь супругов.       - Брак консумирован! – чётко произнёс он и, не убирая руку от виска парня, склонился к его лицу. – Мой младший муж, Рауль де Карре. Я, Аделард де Карре, твой старший муж, запрещаю тебе даже думать о самоубийстве и как-либо вредить себе. Ты мой. И только мой!       И только после этого мужчина поднял на руки юношу и отнёс в спальню. Ещё вчера она принадлежала Раулю, но теперь стала их общей. Где она находится Аделард знал, так как планировка башни полностью совпадала с двумя такими же в королевском замке в столице. И отличалась простотой. По сути, каждый этаж представлял из себя двенадцать огромных комнат, по три на каждый угол башни. Две вдоль длинной стены и одна вдоль короткой. С выходом в центральный проход с главной лестницей. (Аделард хорошо помнил старые хроники. Сколько горя принесли штурмующим эти центральные лестницы, оказавшись на которых, штурмующие попадали под массированный удар почти всех защитников башни разом)        Ещё с древности господскими этажами были именно второй и третий. Выше размещали отряды бойцов. Большие комнаты обычно делили на три части, две средних комнаты с окнами для господ и одна без окон для прислуги. Точно также было и здесь. Только пусто. В королевском замке только в башнях проживало по пять сотен жителей. А здесь на всю башню и полусотни не было. Бароны де Карро занимали всего три блока и то один был кабинетом с библиотекой. Пять человек на этаж, способный с королевским комфортом разместить пятьдесят.       Мужчина позволил себе улыбнуться, ему повезло, что строптивая дурочка изначально заняла отдельные покои и теперь спальня Рауля была для неё закрыта. Зайдя к девушке первой, Аделард за полчаса умотал её до полной отключки. Сейчас Сабрина спала, не мешая мужчине устраивать свою жизнь. Поначалу он был уверен, что именно её спальня станет главной. До этого дня все его попытки отношений с кандидатами в младшие заканчивались неудачно, не помогали ни масло, ни растяжка. Мужчина до сих пор с трудом верил, что нашёл того, кто смог принять весь его член без малейших проблем и подготовки. И не просто уместить в себе без повреждений, а полноценно принять всю силу и страсть хельда. Подарив наслаждение, которого хельд еще никогда не испытывал. И отказаться от которого уже был не в состоянии.       Вот только отношение младшего к случившемуся было далёким от благодушия. Рауль мало что знал о младших и принимал свою роль как нечто противоестественное. Как и многие в провинциях. Если бы Аделард только знал, что всё сложится вот так, он вёл бы себя иначе. Фактическое изнасилование новоиспечённый младший муж не забудет никогда.       ***       Утро для Рауля началось как всегда рано. В их семье все мужчины просыпались рано и, умываясь, выходили на разминку, завтракая только в девять. Но не в этот раз. Несмотря на прекрасное самочувствие, тело буквально пело от энергии, душевно юноша был раздавлен. Слишком много всего произошло за один день, и утро оказалось не лучше. По состоянию кровати юноша понял, что спал не один. Его… муж… спал с ним. Использовал как девку гулящую. И оставил.       Тут Рауль грустно улыбнулся, был и плюс в его одиночестве. Не так, конечно, он представлял свою смерть, совсем не так, но как верно говорила его мама - мёртвым безразличны чувства живых. Пусть себе презирают за самоубийство, хоронят за оградой. Ему будет уже безразлично. Уж лучше так, чем видеть отвращение в глазах нормальных мужчин и женщин. Небольшой, но острый кинжал из тумбочки удобно ложится в руку и… в глазах темнеет, а на взмахе пальцы просто расслабляются. Кинжал вылетает из ладони, падая со стуком на пол.       Сразу открылась дверь и появился Аделард. Внимательно осмотрев спальню, он поднял кинжал и покрутил в ладони, проверяя баланс.       - Неплохо. – мужчина перевёл взгляд на Рауля. – Пытался убить себя? Зачем?       - ЗАЧЕМ?! – задохнулся от возмущения Рауль, у которого наконец прошла муть перед глазами. – Затем, что я так решил!       - Но зачем ты решил себя убить? – спокойно глядя на супруга, повторил вопрос Аделард.       - Затем, что мне незачем больше жить.       - Это почему же? Что такого вдруг случилось этой ночью, что ты решил бросить наших людей, нашу землю, замок, меня в конце концов?       - Ты случился. – тихо и спокойно ответил Рауль, не опускаясь до криков как грязный деревенщина. – Ты забрал у меня всё, лишил меня титула, земли, жены, чести. Жизнь - это всё, что у меня осталось, но мне она не нужна!       - Зато она нужна мне. – спокойно и расслабленно ответил Аделард.       - Это твои проблемы. Ты не можешь запретить...       - Могу. – всё также расслабленно ответил мужчина, не отводя взгляда от юноши. – Нам не так много досталось в наследство от первородных йотунов, но возможность очень ограниченного ментального контроля всё же есть.       - Это ложь. – не веря в услышанное, отступил Рауль. Ему доводилось читать в книгах о «приказах» старших мужей-хельдов младшим мужьям, но был уверен, что это просто приукрашивание.       - Это правда. И ты сам только что убедился в этом. – Рауль в ужасе смотрел на стоявшего напротив мужчину, не веря в услышанное. Хельды могут и это?       - Понимаю, о чём ты думаешь. – вздохнул Аделард. – Если у нас такие способности, зачем нам вообще согласие, можно же выбрать любого? К счастью, это так не работает. Иначе нас давно уничтожили бы. Я могу приказывать только своему младшему мужу и только то, что он сам хоть как-то принимает. Заставить тебя сделать то, чего ты сам действительно не хочешь не смогу даже я. Самоубийство же всегда претит нашей природе. В действительности ты не хочешь умирать. По крайней мере вот так, без пользы и смысла.       - Ты не можешь… - сотрясаясь от напряжения, произнёс Рауль.       - Могу. И делаю. Я не позволю тебе совершить самую страшную ошибку в жизни.       - Это моя жизнь!!!       - И ты решил закончить её только из-за того, что я засунул в тебя свой член. Только из-за того, что ты доставил своим телом удовольствие другому мужчине и при этом сам получил не меньше. И всё это без боли, грязи и мучений.       - Ты лишил меня всего!       - И чего же я тебя лишил? – чуть удивленно поинтересовался мужчина, - Замок стоит как стоял. И твои покои никак не изменились, разве что в них ты теперь не один, а со мной. Жена… да, забрал, но, по-моему, вы и раньше близки не были. Одновременно титул вырос с барона до герцога, земли выросли в десятки раз, доходы... – тут Аделлард хмыкнул скептично. – тоже… немного выросли.       - Мне-то, что со всего этого, если я принадлежу тебе как вещь. Ты можешь сделать со мной всё, что хочешь.       - Как и любой муж со своей женой. И что-то женам это не мешает управлять своими мужьями. И не всё, кстати, я могу делать.       - То есть я могу отказаться? Переехать отсюда…       - Нет, мой любимый младший муж. – с улыбкой перебил юношу Аделард, чувствуя, что в стене уныния Рауля появились трещины. – Переехать из нашей спальни ты не можешь, как и отказаться от секса. Я не собираюсь ни отказываться от самого потрясающего секса в своей жизни, ни лишать этого удовольствия тебя. Чтобы об этом ни думал твой разум, твоё тело наслаждается не меньше меня. А вот насчет отказаться от остального… ты уверен, что хочешь отдать замок, шахту, свою лесопилку с рабочими, деревни и посёлки, в том числе новые, и даже три города под руку Сабрины?       Рауль замер. Внутри него мгновенно вспыхнула ожесточённая борьба между унынием и ответственностью, при мысли, что Сабрина де Карро начнёт управлять хоть чем-то, внутри всё просто вспыхивало раздражением.       - А при чём здесь я? - настороженно спросил юноша, понимая, что ответственность побеждает. Не мог он вот так просто бросить то, что строил, своих рабочих, крестьян и землю в руки жены. Она собой-то управлять не могла. Служанки выли от её постоянных капризов.       Получив наконец хоть какой-то заинтересованный отклик от младшего мужа, Аделард мысленно выдохнул с облегчением и ответил.       - При том, что младший муж не постельная игрушка, а помощник старшего. Важный помощник. Я не знаю, откуда ты вычитал, что младший муж вещь, но могу тебя уверить — это не так. Я вообще очень рад, что ты такой способный в управлении, и я смогу оставлять на тебя всё герцогство, уезжая.       - И я смогу владеть оружием? И ты не будешь одевать меня в платья или другие безумные наряды? Я смогу носить свою обычную одежду?       - Платья? – изумился мужчина и даже отошёл на шаг, оглядывая фигуру своего младшего мужа. Рауль замер от этого взгляда. – Нет. Я вообще не поклонник таких игр. Мне очень нравится твоя тренированная мужская фигура. Так что носи, что нравится. Кроме белья. Выкинь все эти уродующие тебя панталоны. Я закажу тебе нормальное белье младших и носить будешь только его. Или запрещу владеть оружием. – мгновенно добавил Аделард, увидев, как гневно раздулись ноздри Рауля.       - Выбирай, панталоны или оружие? Хотя я вообще не понимаю, о чём здесь можно говорить. Белья всё равно никто кроме меня не увидит. Зато тренироваться по утрам сможем вместе, и, поверь, ты не найдёшь лучшего учителя по любым стилям боя.       Юноша задумался, взвешивая, что для него дороже: выглядеть неприятно для старшего мужа или чувствовать себя мужчиной, владея оружием. Чуть хмыкнув про себя, юноша понял, что выбор на самом деле отсутствует. Он был достаточно умён, чтобы понимать, что, если он действительно сильно нравится хельду, тот рано или поздно всё равно найдёт способ одеть его по собственному желанию. О том, что секс у них будет вне зависимости от его желания, он тоже догадывался. Оставалось лишь выторговать для себя хоть немного приемлемые условия.       - Секс только в спальне один раз в день, я занимаюсь управлением, могу владеть оружием и тренироваться, верхнюю одежду выбираю сам. – резюмировал Рауль, настороженно следя на Аделардом.       - Согласен. – спокойно произнес хельд, но про себя ликовал. Ему удалось пробить броню ненависти своего младшего мужа через ответственность и возможность быть полезным. Он больше не думал о самоубийстве. Но это был только первый шаг на долгом пути по приручению младшего мужа, в конце которого Рауль, как надеялся Аделард, откинет предрассудки и примет свою чувственность. И превратится в настоящего младшего: сильного, умного и страстного.       У Аделарда был отличный пример в виде младшего мужа собственного отца. Мужчина был отличным воином, верным другом, умным и преданным советником герцога Каслванн. И страстным любовником. Юному Аделарду доводилось видеть, с каким удовольствием тот отдавался отцу, совершенно не обращая внимания на свою роль принимающего. Уже в столице мужчина долго искал такого же младшего, но в итоге полностью разочаровался вообще во всех младших. Потому и согласился на предложение короля возглавить новое герцогство на границе с Эфрантским лесом. То, что в нагрузку шли юный барон и его жена его мало волновало, «мешающие» легко могли трагически погибнуть на охоте, избавив герцога от своего общества. Но именно здесь он и нашел того, кто мог стать для него тем самым единственным.       Получив согласие Рауля, Аделард тут же вытащил его в кабинет, где уже полноценно вошёл в курс дел в самом бывшем баронстве. К его огромной радости, в делах Рауля действительно был порядок, как и на его землях. Относительно всех остальных частей герцогства баронство натурально процветало, имея самые низкие налоги при самых высоких доходах. Высоких для баронства.       - Мда. – резюмировал для себя ситуацию Аделард. – Значит так, Рауль. Первое. Завтра я уеду осматривать все остальные земли герцогства и разбираться с доставшимся нам наследством. Это займёт недели две, может больше. За это время подумай, что можно сделать для увеличения наших доходов без огромных расходов. Замок я оставляю на тебя. Запрещать тебе покидать его не буду, рассчитываю на твое благоразумие, но вот теперь вне замка тебя будет сопровождать охрана. У солдат за главного останется Кристиан Д’Арис. Вскоре прибудет второй отряд, потом и третий, солдат нужно будет разместить в замке и обеспечить всем необходимым. Часть этого отряда я заберу для размещения гарнизонами вдоль границы.       Увидев напряженное лицо Рауля, Аделард подошёл к сумке, лежащей на диване, и вытащил шкатулку, которую поставил на стол перед супругом.       - Это второе. Здесь шестьсот серебряных. Используй их пока меня нет. Для найма слуг, обустройства солдат, кормёжки. Заплати мастерам на лесопилке, я забрал оттуда все готовые доски и брус для кроватей и прочего для обустройства солдат. Инструменты у них есть, а вот материал нужен местный.       Рауль задохнулся от такой новости. На складе помимо обычной берёзы, бука и клёна, лежали отличные орех и дуб, пригодные на отделочные панели. За них он рассчитывал выручить пару сотен серебра. Сжав губы, он лишь кивнул, о прибыли теперь можно было забыть, но хотя бы он сможет заплатить рабочим.       - Третье. Я приказал разобрать половину третьего этажа и переделать под проживание солдат. Среди солдат есть рукастые мужики, сделают. Кристиану я уже отдал приказ, но ты контролируй их.       - А солдаты твои меня слушать будут? Я для них вообще кто?       - Ты для них младший герцог, мой супруг. Так что тебя они слушать будут. Но очень ограниченно.       ***       Разговор продолжался долго, но бесконечно прятаться в кабинете Рауль не мог. В полдень Аделард лично зашел за ним, и они вместе с Сабриной вышли во двор замка, где собрались слуги и построились солдаты. Рауль не смог сдержать дрожи, когда его громко представили как младшего мужа. Поднять глаза он так и не решился.       В это же время Сабрина была в полном восторге и буквально излучала уверенность и властность. Внезапно сбылись все её мечты. Высокий титул, новый статус, отличный муж из по-настоящему богатой и знатной семьи, да ещё и великолепный любовник. Правда младший муж присутствовал, но судя по его «убитому» виду ненадолго. Но всё равно она собиралась посодействовать скорейшему избавлению от конкурента за постель герцога. Аделард вчера, после потрясающего секса в их спальне, ушёл к младшему и не ночевал с ней. Да и утром, как оказалось, сидел в кабинете с этой тряпкой, вместо того, чтобы заниматься любимой женой. Младший муж был явно лишним в их семье.       На обеде, поданном в малой зале возле кухни, за столом сидело всего десять человек, но девушка впервые была рада обедать здесь, хотя обычно требовала подавать себе еду в свою комнату, не опускаясь до уровня черни. Ей было безразлично, что даже старые бароны спокойно ели в этом помещении, ничуть не стеснясь близости кухни. Но не в этот раз, сам герцог и командиры его дружины, все как один младшие дети знатных родов были волне достойным обществом для молодой герцогини. Даже если они собрались обедать возле кухни.       Наблюдая за едва копающимся в тарелке Раулем, который почти не поднимал глаз, она испытывала удовлетворение. Как она злилась, когда ей пришлось из комфортного родительского особняка внезапно перебраться в глухую дыру, став женой безвольной тряпки. Когда он снизил налоги в баронстве вместо того, чтобы купить ей новые платья и съездить в столицу, она была в ярости. Как вообще можно было думать о черни, а не о жене. Хотя увеличить количество её служанок отказался и Аделард, задав точно такой же вопрос, как и Рауль в своё время – «А зачем тебе столько прислуги?». Но девушку это почти не расстроило. Она была уверенна в скором переезде в Ланграс, столицу графства, отца низложили, а значит вся собственность графа теперь принадлежит герцогу. И герцогине!       - Переезд. Что за глупость. – фыркнул Аделард услышав вопрос о переезде в город, - У меня приказ наладить охрану границы с лесом и лучшего места, чем замок Карре, для этого не найти. Столица герцогства теперь здесь. Но если вам что-то нужно из особняка вашего отца, то я могу это привезти, так как буду проезжать там с инспекцией владений. Что-то не очень большое.       - Инспекция? А когда? – тут же вскинулась девушка, мгновенно прикидывая, что можно отнести к «не очень большому», шкаф или только сундук.       - Я отбуду завтра до зари. Так что, если вам что-то нужно, список предоставьте сегодня вечером. Утро мне будет не до вас.       Сказать, что девушка была в шоке от этих слов, значило ничего не сказать. Она уже распланировала какие комнаты заберёт себе в старом особняке, какую мебель поставит в своих покоях. Кого пригласит из знакомых. И тут такое. Мало того, что замок — это не комфортный особняк, так ещё и вся прислуга её терпеть не может, зато Раулю в рот смотрит. Но ничего, этим вопросом девушка займётся в самое ближайшее время. Но сначала нужно составить список жизненно необходимых ей вещей из отцовского особняка.       Занятая своими мыслями девушка не замечала скептичных взглядов Аделарда и переглядываний остальных сидящих за столом. Мнение о ней сформировалось быстро и положительным назвать его было сложно.       Ещё хуже ей стало вечером, список, который она составила не вызвал никакого особого интереса, а сам супруг даже не дождался пока Сабрина уснёт. Ушёл, даже не стесняясь и не скрываясь. К Раулю. Скрип двери соседних покоев она знала наизусть. И обратно уже не возвращался. Уехал герцог с отрядом и четырьмя телегами рано утром, когда девушка спала и только Рауль вышел на балкон, откуда наблюдал за отбытием отряда. Три последующих дня Сабрина провела как всегда в сладком ничегонеделании. Единственная попытка зайти в покои Рауля провалилась. Дверь была заперта, а солдаты, прибывшие с герцогом и теперь постоянно патрулирующие все этажи, следили за каждым её движением, очень раздражая девушку. Не удалось пройти и через балкон, там теперь тоже постоянно были солдаты, да и двери на балкон, как правило, всегда запирались. Библиотека была открыта, но и тут её ждала неудача, кабинет был заперт. Устроившись с книгой на диване, девушка только через час дождалась появления Рауля. В сопровождении одного из командиров солдат, с которым это ничтожество обсуждало какую-то переделку, переноску и… оплату серебром.       Девушка злорадно улыбнулась, поняв, что её бывший муженёк оказался той ещё шлюхой, и теперь обслуживает не только герцога, но и всех его командиров, да ещё и за деньги. Если герцог об этом знал, то Рауль оказывался совершеннейшей блюдью, а если нет, тогда уже скоро она не только избавится от этого ничтожества, но и увидит как его повесят. Оставалось лишь внимательно следить за Раулем и офицерами, собирая доказательства. Целых два дня после этого открытия Сабрина пребывала в прекрасном настроении, постоянно прогуливаясь по донжону и наблюдая за окружающими. Тогда она и увидела, выйдя на балкон, две нагруженные телеги во дворе. И рядом Рауля с какими-то бумагами. Молнией пронеслась в её голове мысль о том, что герцог уехал с инспекцией по своим только что полученным землям. А значит это вещи из её списка, герцог в первую очередь выполнил ЕЁ просьбу! (О том, что за три прошедших с отбытия герцога дня, всадники с телегами могли разве что добраться до Лонграса, но никак не вернуться, её не посетила)       - Кто тебе позволили копаться в моих вещах тварь! Почему мне не сообщили об их прибытии? – начала кричать девушка, вылетев из донжона.       - Сабрина, держите себя в руках. – спокойно отозвался Рауль, отрывая взгляд от письма в руках. – Эти вещи прислал герцог…       - Для меня из моего дома по моей просьбе, шлюха! Твое дело солдат жопой своей обслуживать вот и… – продолжила орать девушка и попыталась отобрать бумаги в руках Рауля, но в этот момент произошло то, чего она никак не ожидала. Её ударили. Сильно. Настолько, что она упала на брусчатку.       - Отведите супругу нашего герцога в её покои и заприте там. Одну! – приказал командир солдат, тот самый, с кем Рауль разговаривал, идя в кабинет. – Пусть Аделард сам разбирается со своей супругой.       Произошедшее поначалу выбило Сабрину из обычного состояния. Её никогда не били. Мало того, она была уверена, что такое случается только с чернью или полными дурами, забывающими свое место возле мужа. Но себя она таковой не считала и быстро нашла очередное объяснение случившемуся. Рауль чем-то понравился этому командиру, вот тот его и защищает. Но как только вернётся герцог, она позаботится, чтобы и командира и этого выродка повесили на замковых воротах.       Ещё несколько раз прибывали гружёные телеги и каждый раз рядом появлялся Рауль, которому передавали запечатанные письма. Иногда выходил и тот самый командир. Сабрина, видя эту картину, скрипела зубами от злости. Она была уверена, что письма герцог пишет ей, высылая добычу из оставшихся без владельцев замков. Вещи переносили в замок. Что-то даже на второй этаж, в библиотеку или кабинет. Судя по звукам, доносящимся через дверь. И ни разу Рауль не принёс ей, законной герцогине и хозяйке замка, отчёт о доставленных ценностях.       ***       Сам новоиспеченный младший муж в эти пятнадцать дней много и активно работал. Перестройка третьего этажа, подготовка замка к прибытию двух отрядов солдат, размещение прибывших, найм дополнительных работников в замок, решение проблем с едой и дровами, которых сразу стало очень мало, требовали постоянного прямого участия Рауля. Порой он даже забывал о своём статусе. Но жалостливые взгляды прислуги быстро ему обо всём напоминали. Прибытие первого небольшого обоза из двух тяжелых «армейских» телег с вещами из ближайшего замка, вошедшего в герцогство, оказалось для Рауля неожиданным. Его никто не предупреждал о такой возможности, и он был немного растерян, читая послание Аделарда с отчётом и списком присланных вещей, куда, как правило, входили дорогие ткани, хорошее вино, дорогая посуда, редкие и ценные книги, ковры, картины, всяческие диковины, любые карты земель и малочисленные в приграничье драгоценности. Иногда была мебель, вроде изысканного секретера или пошарпанного, но всё ещё невероятно красивого туалетного столика с тремя зеркалами сразу.       Безусловно, туалетный столик стоило бы сразу отдать Сабрине, но Рауль после её невероятной выходки и чудовищных оскорблений, совершенно не хотел не то, что общаться с ней, но и вообще видеть. А герцог и не требовал. Рауль не стал скрывать происшествие, хотя написал кратко, добавив, что благодарен Кристиану за его вмешательство, так как сам не смог бы сделать подобного. Никаких указаний на этот счёт Рауль не получил в следующих письмах и даже не понял, а читал ли Аделард его письмо вообще.       О том, что герцог внимательно читает все их послания, Рауль понял после того, как написал о визите купцов, пожелавших заключить договор на обработку древесины на Ка́рраской лесопилке. Эфрантский лес был богат на любые дары природы, но требовал к себе очень особого отношения. Мало было тех, кто мог чувствовать лес, понимая, когда и куда можно идти. Но такие были, и некоторые купцы нанимали их на добычу ценной древесины, получая неплохой доход даже от продажи брёвен. Но доски всегда выгоднее брёвен. Пока лесопилка была в баронстве, купцы не хотели связываться с ними, но после образования герцогства тут же появились. А осмотрев лесопилку, из-за чего Раулю пришлось в сопровождении троих солдат покинуть замок, рассказали, что их предприятие в настоящий момент самое мощное на всём течении Лигны. И пилы у них лучше, и обработка качественнее, и хранилище больше. И вообще они очень хотят сотрудничать с герцогом.       Аделард, получив сообщение о предложении купцов, сразу сообщил, что оставляет право решать Раулю, так как верит, что он примет наиболее выгодное для герцогства решение. Что Рауль и сделал, скрепив договор оставленной ему малой печатью и своей подписью - младшего мужа Рауля де Карро. И, к его большому удивлению, купцам этого хватило. Они вообще не обратили внимания на его статус, оценивая исключительно его слова. Спорили об условиях почти полдня. Но смогли договориться и расстались довольные друг другом.       Также Рауль активно размышлял об увеличении доходов герцогства. В голову приходили самые разные варианты и тут же отбрасывались из-за слишком малого населения. Вроде и многое можно было сделать, но либо не было денег, либо не было людей для работы. Единственное, что они могли сделать прямо сейчас - это построить вторую лесопилку. Для неё были и место, и сырьё и покупатели реально в очередь выстраивались. Но даже так их доходы оставались ниже необходимого. Только на содержание солдат требовался золотой в день, не считая остального.       Оставалось экономить и главным здесь было тепло. Бесплатные дрова сразу убирали треть расходов. Любые излишки угля уходили в замок, где складировались на зиму. А вот с дровами вопрос был немного сложнее. Им ведь теперь нужно было обеспечивать не только себя, но ещё и три замка вдоль реки, где теперь стояли гарнизоны. Вроде всего по тридцать солдат в каждом, но им всем была нужны еда, одежда и тепло. Еду получали от крестьян и рыбаков на реке, одежда и ткань шли из городков бывшего графства, а дрова были проблемой. На их стороне реки деревьев было мало.       Немного подумав, Рауль решил договориться с «лесными охотниками». Из леса вытекали тысячи притоков Лигны, и в излучинах этих притоков всегда были гигантские завалы пней, корней, веток и целых брёвен. Разбор таких завалов был сложен, но не вызывал агрессии леса, а значит можно было использовать и обычных людей. Получая оплату теми же дровами, добровольцы сами в очередь выстраивались. Загружать лесопилку обработкой такой примитивной продукции было жалко, но выхода не было.       Хотя обнаружился и неожиданный плюс, среди завалов часто встречались обломанные ветки черного дуба и красного кедра. Эти деревья росли в глубине леса и добыть их было очень сложно. Стоили они дорого. Даже за небольшие, но пригодные на декоративные поделки ветви платили серебром. А за доски из нескольких найденных старых стволов им вообще золото прилетело. Но это было уже летом.       ***       Аделард возвращался в замок в смешанном настроении. Состояние дел на его землях было в высшей степени паршивым. И хуже всего было в бывшем графстве. Казнённый идиот-граф ухитрился довести налоги до трёх четвертей, что было категорически запрещено королевским законом. И без того не самые крупные городки были опустошены как после разграбления вражеским войском. Половина домов пустовала везде. Поля зарастали. Скотины не было. Глядя на такую картину, Аделард снизил налоги с половины до трети уже во всём герцогстве. При такой нищете возможное падение доходов уже не имело значения, этих доходов всё равно не было.       Но были и хорошие известия. Его младший муж не сидел сложа руки. Заложил вторую лесопилку, подписал соглашение с купцами, налаживал поставки дров, убрав весомую статью расходов. Договорился с рыбаками на увеличение вылова взамен ремонта их лодок за счёт герцогства. Даже не глядя на приведённые цифры, Аделард понимал, Рауль всё делает правильно. Снижение доходов лесопилки компенсируется экономией на кормёжке солдат. Получив помощь, рыбаки утроили вылов и открыли коптильню, для которой получили дрова и уголь от младшего герцога. Вопрос полноценного питания для всех гарнизонов фактически был закрыт. И всё это Рауль сделал, не используя деньги вообще.       В бывших баронствах тоже удалось поживиться. Нашлось и неплохое оружие, доспехи и кое-какие деньги. А вот в поместье графа всё обстояло намного хуже. Основные ценности забрали за долги, а остальное хоть на грамм ценное продали его жена и третья дочь, оставшиеся в трёхэтажном поместье без средств к существованию. Их судьбу король оставил на усмотрение Аделарда и уже без каких-либо указаний. Если Рауля и Сабрину мужчина был обязан взять супругами, то этих женщин мог спокойно выкинуть на улицу. Но не стал этого делать, всё же это были родственники его жены, да и в обществе на такой поступок посмотрели бы очень косо. Содержать особняк в городке у него не было ни желания, ни средств, и женщины отправились с ним в Карре. Места в замке хватало, да и присматривать за дамами там было проще. Особенно за третьей дочерью графа, Анной. Очень красивой двадцатипятилетней девушкой, на фоне которой миловидная Сабрина просто терялась. И которая почему-то была не замужем. Ну и заодно в замке появится круг общения для жены.       Ситуация с которой теперь требовала решения. То, что девушка разбалована родителями он понял сразу, но таких безобразных сцен не ожидал. По идее это скорее Рауль должен был злиться и мстить всем окружающим за унижение, которое действительно было. Но он просто занимался делом, а Сабрина от безделья похоже возомнила о себе слишком много. Аделард, забирая мать и сестру жены в замок, держал в голове надежду, что они повлияют на Сабрину.       Мысль о том, что идея привезти в замок родственников жены была не самой удачной появилась у Аделарда сразу, как он увидел Рауля и его окаменевшее лицо при взгляде на Габриэллу Ланграс. Но через мгновение ему стало не до любования младшим мужем. Из донжона вылетела разъярённой фурией Сабрина де Карре и сходу бросилась обвинять всех и особенно Рауля и лейтенанта Кристиана во всех смертных грехах и заткнулась только после пощечины.       - Сабрина. Я удивлён, что вы считаете меня настолько глупым, предполагая, что я не знаю, что происходит в моё отсутствие в замке или не осознаю, какие приказы и кому отдаю. – спокойно произнёс Аделард, снимая перчатки и отдавая меч помощнику, - Мне трое, включая моего младшего мужа, сразу написали о вашем отвратительном поведении и чудовищных оскорблениях, высказанных в адрес Рауля и лейтенанта Кристиана. По закону я могу прилюдно вас высечь за это плетью…       - Что? Какой еще закон? Я герцогиня! – держась за щёку воскликнула Сабрина.       - Вы женщина и дворянка. И, как и все мы, подчиняетесь закону «о супружеских правах и обязанностях». Мужчину за высказанные прилюдно оскорбления вызвали бы на дуэль. Но вы женщина и моя супруга, ответственность за ваши слова несу я. На дуэль меня вызывать никто не будет, но это не значит, что вы можете говорить что угодно и кому угодно. На этот раз я прощаю ваше незнание законов, но, если вы еще раз позволите хоть что-то подобное, прилюдно познакомитесь с плетью.       Аделард повернулся в сторону родственниц жены.       - Теперь, когда вам больше не нужно заниматься очень важными делами в поместье, я уверен, Габриэлла, вы найдёте время заняться образованием своей дочери. – жестко произнес он. – Ах, да. Добро пожаловать в Карре.       ***        Уже через полчаса Аделард вошел в кабинет, где его ждал младший муж с отчётами. Но не со слов началось их общение, а с глубокого поцелуя. Рауль не ожидал такого и не успел стиснуть зубы, как делал в первый и второй разы. Аделард, прекрасно понимая настроение супруга после консумации брака, не торопил события и предпочитал ласкать и нежить младшего, стремясь получить хоть небольшой отклик. Тело младшего легко принимало страсть старшего и живо откликалось на ласки, но сам Рауль оставался совершенно пассивен и безучастен. И даже в таком виде он всё равно возбуждал старшего.       Вот и теперь, едва вернувшись и быстро обмывшись Аделард думал не об отчётах, а о младшем, его горячем сильном теле и мягком нутре, вбиваться в которое так восхитительно приятно. Но всё, что он смог получить - это небольшой поцелуй, полученный скорее от удивления младшего, чем от его желания. И всё. Для остального был исключительно вечер. И постель, в которой Аделард мог полноценно и неспешно насладиться младшим. Рауль вообще воспринимал все нежности со стороны старшего мужа как некое ущемление своей мужественности и демонстративно «терпел» их, несмотря на положительную реакцию собственного тела. Вот и сейчас от одного небольшого поцелуя он уже покраснел, сжав губы, не зная, что делать с видимой эрекцией. По правилам высшего света подобное проявление желаний считалось невоспитанностью и невоздержанностью и сильно влияло на отношение в мужчине.       - Ох Рауль. – огладил проявившуюся выпуклость на штанах мужа Аделард, - тебе совершенно не стоит стесняться своей реакции когда мы наедине. Ты мой муж и мне нравится видеть, как ты откликаешься на мои ласки.       - Разумеется господин, вы можете делать всё, что считаете нужным. – отчеканил юноша, склонив голову и пряча глаза.       - Какой же ты упрямый. – вздохнул Аделард, отходя к дивану.       Чтобы хоть как-то отвлечься, мужчина начал выспрашивать у Рауля причину его неприязни к Габриэлле Ланграс. Что тоже оказалось непросто, Рауль очень воспитанно говорил только хорошее о матери жены старшего мужа. Аделарду пришлось постараться чтобы получить нормальный ответ.       - Она ещё в первый приезд в замок на свадьбу смотрела на меня как на мусор. Высказывалась вслух о нищете замка. Они с Сабриной очень похожи характерами. – тихо ответил наконец Рауль.       - Тем хуже для них. – спокойно заметил хельд, - ещё пара таких выходок и король лично даст мне развод. И я выкину их отсюда. Очередь из желающих стать новой герцогиней де Карре выстроится от замка и до столицы. Но тебя мой дорогой младший муж это не касается. Младшим мужьям хельдов развод не дают, но зато я могу наказывать тебя как захочу.       - Я знаю. – совсем тихо ответил Рауль, сгорбливаясь.       - Ох, Рауль. – спохватился Аделард, осознав, что его естественно не так поняли, - Наказывать не просто так, а за дело. Я могу наказывать тебя только за нарушение моего приказа или законов. В остальном я, как все остальные хельды, полагаюсь на ответственность и сознательность младшего мужа. То, что я вижу в тебе мне очень нравится. Мой отец на своего младшего ни разу даже голос не повысил, хотя спорили они порой очень жарко. Вы с ним похожи, оба умные, ответственные и умелые воины. Именно у него я начинал учиться военному искусству.       - У твоего отца был младший муж? – проявил интерес Рауль.       - Разумеется, и не был, а есть. Герцог Каслванн с семьёй живы и здравствуют. Ты ещё успеешь с ними познакомиться. – улыбнулся хельд и прислушался к открытой двери на балкон, - Похоже Габриэлла восприняла мои слова как приказ.       Рауль, прислушавшись к натуральным визгам, доносящимся из покоев Сабрины, хмыкнул.       - Сабрина всегда так орёт, когда ей говорят, что она не получит желаемого или что-то должна, чего не хочет делать. Когда её привезли на свадьбу и она увидела, где будет жить, тоже орала. А Габриэлла ей также громко отвечала.       - Только не говори, что я сам привез в замок еще двух мегер. – поморщился Аделард, — это будет сложно выдержать.       - Только одну. – усмехнулся Рауль, - Анна совсем другая и это неудивительно.       - Ты о чём? – тут же проявил внимание Аделард, которого очень интересовала ситуация с этой девушкой.       - Ты не слышал о черной вдове де Ланграс? Её выдали замуж в пятнадцать, и к двадцати пяти она похоронила троих мужей. Трижды вдова. Сам понимаешь, что о ней говорят. Хотя на мой взгляд это несправедливо. Все её мужья были старше пятидесяти лет. И если в постели она такая же энергичная как Сабрина, то я не удивляюсь смертям её мужей. Мне вообще откровенно жалко её. Её красота стала ей проклятием, при свадьбе приданное за неё платил не отец - а жених. Граф хорошо заработал на дочери. Наследники же каждый раз избавлялись от неё, отправляя к отцу.       - Так это о нём слухи ходили в столице? – изумился Аделард, - там же десятки золотых были выплачены. Куда он умудрился спустить такие деньги?       - Я слышал столичный особняк графа…       - О! Понял. – Аделар шумно и облегчённо выдохнул. – Какое счастье, что король забрал его в казну и нам не нужно тратиться на содержание той громадины. Когда поедем в столицу на зимние праздники, жить будем в особняке отца, там полно места, мы там будем желанным гостями. Родители очень любят, когда все дети с семьями собираются вместе.       Мужчина бросил взгляд на немного настороженного младшего и предвкушающе улыбнулся.       - Раздевайся мой дорогой супруг. Полностью. – неожиданно произнёс мужчина, разворачивая свёрток, принесённый с собой.       Сжав зубы, Рауль выполнил указания, оставшись обнажённым и гадая, что ещё за унижение для него придумал хельд. Странные тканевые ленты в руках Аделарда не добавляли спокойствия. Но оказались всего лишь невероятно развратным вариантом нижнего белья.       - Они называются стринги, Рауль, и они невероятно тебе идут. - довольно улыбаясь, сообщил Аделард, наблюдая за мужем, - С этого дня будешь носить только их.       Рауль хмыкнул, не поленившись немного пройтись по кабинету, несмотря на форму, сильного неудобства они не причиняли. Ткань была очень дорогой, мягкой и тянущейся. Под одеждой они вовсе почти не ощущались, хотя и требовали определённой привычки в ношении. Юноша постарался побыстрее одеться под жаркими взглядами супруга и сел за стол.       - Ладно, давай свои бумажки. Будем думать вместе, как нам дожить до следующего лета.       ***       В это же время буквально через одни покои происходили иные события. Мать Сабрины де Карре, Габриэлла, была шокирована сценой, которую наблюдала по приезде в замок. Её дочь вела себя совершенно кошмарно. Одно то, что она позволила себе повысить голос при муже, уже было неприемлемо. Потому, быстро ознакомившись с предоставленными покоями и тут же отметив для себя, что Анне предоставили покои с выходом на балкон, а ей обычные боковые, она дала указание служанке, куда что раскладывать из немногочисленных вещей, и отправилась к младшей дочери. Та явно забыла наставления матери.       Забыла Сабрина не только наставления, но и уважение к матери. Габриэлла не ожидала, что дочь отнесётся к ней, как к безродной купчихе. Конечно, их статус в замке был очень непрочным, но не до такой же степени. Дочь с чего-то была уверена, что её слово закон даже для мужа, хотя это было совсем не так. Одной сцены по приезде хватило женщине, чтобы понять, у Рауля уже намного больше власти, чем у Сабрины. И поведение дочери совсем не способствует улучшению положения. Попытки разъяснить дочери её ошибки привели к скандалу, по итогу которого женщина уяснила одно – мысль, что Рауль может быть в глазах Аделарда равен статусом жене, Сабрина вообще не воспринимала. Точнее воспринимала, как прямую угрозу лично себе.       И это было проблемой. Габриэлла, прожив всю жизнь в комфорте и внезапно оказавшись почти на дне без средств к существованию с удивлением обнаружила, что друзей у неё нет вообще, зато полно завистников. Жизнь с момента ареста мужа и до появления герцога была для неё натуральным кошмаром. Каждую минуту она ждала, что их выкинут на улицу или в дом ворвутся разъярённые горожане и убьют их. И ведь было за что убивать, хотя к делам мужа она отношения не имела, пусть и принимала все его подарки. Только потому ей и сохранили жизнь, забрав лишь драгоценности. Герцог сделал большое одолжение, взяв её с Анной и некоторыми слугами в замок. И сразу же родная дочь начала делать всё, чтобы их выкинули на улицу. Женщине хотелось взять палку и вбить в дочь понимание её места в жизни, но сделать этого она уже не могла.       Оставалось наблюдать на происходящим в замке. Какие именно отношения связывают Аделарда с Сабриной и Раулем она пока точно не знала. Видела только, что младшему мужу явно доверяют, как минимум, управление замком в отсутствии герцога. Он имел ограниченное влияние даже на солдат, раз те защищали его. Сабрина же, судя по всему, даже на кухню приказ отдать не могла. И при этом выдавала чуть ли не королевские запросы. Даже самому влюблённому мужчине такое не могло понравиться. А герцог особо влюблённым не выглядел.       В последующие дни, присутствуя на всех обедах в замке, подаваемых в небольшой, но уютной зале рядом с кухней, женщина всё больше убеждалась, молодой властитель герцогства излишних церемоний не любил. Пара перемен простых блюд без изысков, немного хорошего вина и спокойная беседа резко отличались от того, к чему привыкла женщина. В доме графа де Ланграс даже завтраки были окружены церемониями и порой это раздражало. Здесь же всё было просто, но не бедно, на столе всегда стояли фарфор, серебро и хрусталь, а сразу четыре нафтовых(керосиновых) лампы заливали всё ровным ярким светом. Зайдя же в библиотеку, женщина и вовсе ахнула, помещение было роскошным, а собрание книг, явно пополненное совсем недавно, очень богатым. Множество книг, включая настоящие древности, были аккуратно разложены на застеклённых полках по темам, на полу лежал восточный ковёр, а кресла были мягкими.       Кабинет, в котором хозяином явно был Рауль, ей удалось увидеть лишь мельком, но и того хватило, чтобы понять, замок Карре был далеко не таким нищим как казалось на первый взгляд. И хозяева герцогства, а их было двое, прекрасно ладили между собой, занимаясь каждый своим делом. Хотя определённое напряжение, исходящее от Рауля в сторону Аделарда ощущалось, но работе и тренировкам этих двоих никак не мешало.       Именно в этом явно и была проблема Сабрины. Габриэлла, прожив всего две недели в замке, чётко осознала, Рауль может и младший в постели, но совершенно точно равный в кабинете и в жизни. Младшая дочь же вбила себе в голову, что Рауль просто вещь для удовлетворения старшего мужа и страшно злилась, когда её восприятие сталкивалось с реальностью. Габриэллу очень пугала мысль, что герцог жену просто терпел, но долго ли он будет это делать и что тогда будет с родственниками бывшей жены, никто сказать не мог.       ***       В целом жизнь понемногу входила в определённую колею. Отношение окружающих к Раулю было… разным. Сабрина его очевидно ненавидела, хотя Рауль совершенно не понимал за что. Прислуга была нейтральна, особенно из новичков. А вот солдаты с офицерами похоже относились к нему с уважением, которое Рауль заслужил лично на тренировках с Аделардом. Как и обещал хельд, он стал заниматься с юношей, был жёстким учителем, но своё дело знал великолепно. За несколько месяцев Рауль освоил больше приёмов, чем за предыдущие три года.       Самым неожиданным стало отношение простого народа. Любовь. Крестьяне, рабочие, рыбаки, ремесленники и мастера, вдовы и сироты, торговцы и купцы, все шли именно к нему со своими прошениями, просьбами, предложениями, жалобами и запросами. До пяти человек в день приходилось принимать бывшему барону. Люди знали, что в его баронстве налоги были снижены ещё два года назад и теперь, после решения Аделарда, с чего-то начали думать, что это именно он уговорил мужа пожалеть людей. А герцог только и рад был поддерживать эти слухи.       И замысел у Аделарда был далеко не простой. Игра в «доброго-злого» правителя была известна давно и хельд с самого начала брал на себя роль именно «злого». Не знал только, кто у него будет «добрым», но всё решилось само-собой. Не менее важным для мужчины было отношение просителей к Раулю. Они не смотрели на его статус младшего мужа, их не волновало с кем спит Рауль. Бедняки видели в нем доброго защитника. Ремесленники – прозорливого хозяина, умеющего использовать любые возможности в свою пользу, без вреда для остальных. Купцы – хорошего хозяина, всегда помнящего о своей выгоде, но дающего заработать и остальным. Солдаты с офицерами открыто признавали, что младший муж у герцога способен не только постель греть.       И Рауль всё это слышал, потихоньку оттаивая. Прикосновения уже не заставляли его вздрагивать. Поцелуи замирать на месте. Вот уже месяц как их языки взаимно сплетались в танце нежности. В постели поза «бревно» на животе дополнилась позой на боку, позволяя мужчине играть с членом младшего и его милыми яичками. Огромной, хоть и случайной, удачей Аделард считал предложение состричь младшему волосы в паху, а тот возьми и ответь – «только после тебя».       - Рауль. Муж мой младший. Если ты думаешь, что мужественность мужчины в паховых волосах, то ты сильно ошибаешься! – торжественно заявил хельд опешившему парню, когда прекратил хохотать.       - А что подумают солдаты в купальне? – едко заметил Рауль, наблюдая за орудующим ножницами Аделардом.       - Ничего, там половина такие же стриженые в паху. – оскалился мужчина, подходя с ножницами к младшему. И получил доступ к сокровенному.       Вот уже два месяца как он наслаждается почти полным отсутствием волос в паху Рауля, и ему совершенно не надоедает толкаться внутрь сильного тела, лаская гладкий и твёрдый член мужа и чувствуя, как муж инстинктивно отвечает ему. Пока немного, но всё же. Уверенность юноши в том, что принимающая роль в постели лишает его мужественности, давала всё большую трещину. Вот уже четвёртый месяц как Рауль был исключительно принимающим и это никак не сказалось ни на нём самом, ни на отношении к нему людей. Наоборот, он стал сильнее, увереннее, умнее. Вызвать в нём неуверенность стало сложнее. Конечно, были исключения, наблюдавшие за преображением юноши в мужчину с ненавистью, но даже сам Рауль не обращал особого внимания на свою бывшую жену.       Сам Аделард тоже всё больше тяготился этим браком. Он не имел ничего против отношений с Сабриной. В постели она была хороша, но во всём остальном – невыносима. Постоянные требования нарядов, новой и очень дорогой мебели, украшений, ревность к своей сестре Анне, которая порой из своих покоев выйти боялась, капризы и придирки ко всему. И конечно ненависть к Раулю.       - Если ты думаешь убить Сабрину каким-либо способом, говорю сразу, я против! – заявил Рауль, когда Аделард зашел в кабинет после очередного скандала на почве ревности.       - Предпочитаешь дождаться пока она попытается тебя убить? – раздражённо ответил мужчина.       - Было бы неплохо. – спокойно отозвался Рауль, наблюдая как взгляд герцога мгновенно становится угрожающим, но не в его сторону. – Опыта у неё нет, так что она наверняка ошибётся, и тогда можно будет совершенно законно отправить её в монастырь .       - Я не собираюсь подвергать твою жизнь даже такому риску. Она может и не ошибиться. И тогда плохо будет всем в этом замке. Уж поверь мне! – буквально прошипел в ярости хельд.       - Тогда терпи. – Аделард скривился, - или возглавь.       Мужчина тут же поднял на младшего внимательный взгляд, в котором уже не было злости.       - Предлагаешь подбросить ей идею избавиться от тебя и проконтролировать её действия? Попытается – отправится в монастырь. Нет, значит какая-то порядочность в ней ещё осталась, и Сабрина останется.       Сказано-сделано. Быстро найденная молодая служанка была четко проинструктирована и приставлена третьей к Сабрине. К сожалению, худшие предположения имеют свойство сбываться гораздо чаще хороших. Сабрина мгновенно ухватилась за идею убийства Рауля, своего главного соперника за сердце, голову и член герцога. И даже то, как топорно подбросила идею неопытная служанка не вызвало в ней подозрений. «С трудом добытый яд» той же самой служанкой был собственными руками Сабрины высыпан в бутылку вина, которую служанка «отнесла» в спальню… Анны. В начале девушка решила всё же проверить эффективность метода на своей сестре.       Наблюдавший за всем очень пристально и с самого начала, Аделард вместе с офицерами только морщился от топорности действий жены. Доказать её вину в убийстве, в случае успеха разумеется, смог бы даже практикант из королевских прокуроров. И главное, девушка ни на секунду не задумалась над своими действиями.       Уже через час Сабрина оказалась в кандалах с обвинением в попытке убийства родной сестры из ревности. Свидетелей и доказательств было столько, что даже родная мать не рискнула выступить в защиту дочери. Суд был быстрым, но справедливым: Сабрина Ланграс была лишена титула, статуса жены и свободы. Ей разрешили взять лишь немногочисленные личные вещи, и в кандалах, но в экипаже, а не в клетке на телеге, отправили в монастырь под присмотром десятка солдат и сержанта.       Провожая взглядом уезжающий экипаж в сопровождении всадников, Аделард облегчённо выдохнул. Он не ошибся в своем младшем муже. Рауль нашёл отличное решение, в котором каждый участник сам сделал свой выбор. Никто не заставлял Сабрину травить свою сестру. Никто. Задумайся она хоть на секунду над своими действиями, и сама пришла бы в ужас. Но она этого не сделала. Даже на суде продолжала кричать и обвинять РАУЛЯ в своих проблемах, отчего морщились все присутствующие.       Габриэлла Ланграс после суда над дочерью затихла и буквально не выходила из покоев, объективно опасаясь вылететь из замка на улицу. А вот Анна, наоборот, буквально расцвела, уже не сидя целыми днями в своих покоях, изредка пробираясь в библиотеку. Аделард с интересом наблюдал за действиями девушки, ставшей очень общительной. То, что Анна явно желает занять освободившееся место герцогини де Карре, стало понятно быстро, но действия девушки были куда более продуманными. Она в первую очередь осторожно сошлась с Раулем, интересуясь его делами, обсуждая их и даже иногда советуя, но ни в коем случае не влезая в них. И постепенно смогла стать если не другом, то хотя бы приятным собеседником с которым Рауль начал даже улыбаться за обедами.       С Аделардом тактика была другой, легкое кокетство, невинные шутки с подтекстом, флирт. А когда её внимание было принято благосклонно, то и более откровенные чисто женские действия, закончившиеся в постели. И здесь Аделард был приятно удивлён. Анна была не менее страстной чем Сабрина, но при этом ещё и раскованной. Не ограничивалась в постели парой поз и не считала, что только она достойна ласк и нежности.       Но самым главным для решения в её пользу стали её действия в отношении Рауля после пролезания в постель Аделарда. Она не изменила своего отношения к парню, общаясь ровно также как и раньше. Разве что добавила своих женских чар. Совершенно не искушённый в общении с женским полом Рауль сам не понял, как, после всего одной бутылки вина, оказался в постели с Анной. Аделард, внимательно наблюдавший за происходящим и давший разрешение на действия девушки, с удовлетворением слушал как его младший, проснувшись в спальне рядом с Анной и увидев рядом старшего мужа, защищает девушку, беря всю вину на себя. Хотя Рауля самого трясло от ужаса.       - Рауль. – мужчина аккуратно обнял своего младшего мужа. – Если ты немного напряжёшь память, то вспомнишь, что я не запрещал тебе общения с женщинами.       - Не запрещал?!... – тихо произнес парень, немного расслабляясь.       - Не запрещал, так как доверяю тебе и твоему благоразумию. Но если найду тебя в постели другого мужчины… - продолжать смысла не было, Рауль вывернулся из объятий и весь его возмущённый вид наглядно показывал его отношение к подобным предположениям.       - Это просто невозможно. – заявила вдруг Анна. - Он слишком милый, так не бывает.       - Мой любимый супруг просто никак не может признать, что принимающая роль в постели не делает его слабее или глупее. Ему кажется, что наслаждение при сексе принимающим это что-то постыдное. – чуть грустно ответил Аделард, хотя глаза его были весёлыми.       - Какая глупость. Если боги тебе что-то дают, этим нужно пользоваться – фыркнула девушка.       - Но это неправильно! – воскликнул уязвлённый парень       - Дарить удовольствие и наслаждаться самому неправильно?!?!?! А что тогда правильно? – удивилась Анна.       - Отношения мужчины и женщины правильны.       - Чушь. Полнейшая. Поверь девушке, прожившей в столице три года и похоронившей трёх мужей, правильны те отношения, где оба партнёра получают равное удовольствие. Я знаю множество мужчин и женщин, которые живя с нормальными супругами много лет не получали от этих отношений никакого удовольствия, а вот боли, страха и унижений более чем. Рауль, наслаждайся пока можешь и дари наслаждение и не обращай внимания ни на что. А мнение людей просто пошли подальше. Судить тебя по тому, с кем ты спишь, будут только если больше о тебе сказать будет нечего. Но тебе это не грозит. Тебя уже уважают за твои дела, а не за мужа или жену.       - А вот про тебя слуги уже говорят разное… - тихо и нейтрально произнес парень, переваривая услышанное.       - Знаю. Но что поделать если я люблю секс и очень не хочу оказаться на улице. Будучи трижды вдовой меня уже даже статус содержанки не смущает.       - И ты не хочешь стать герцогиней де Карре? – спросил Аделард.       - Я бы соврала вам в лицо милорд если бы ответила положительно.       Аделард и Рауль синхронно хмыкнули, оценив честный ответ, и покинули спальню девушки, вежливо попрощавшись.       - Что ты о ней думаешь? – продолжил беседу Аделард, вернувшись в их общие покои.       - Что всё слишком быстро. Мне интересно с ней, она умна, но мы знаем её совсем немного. – задумчиво ответил Рауль, находясь где-то далеко в своих мыслях. Настолько, что не замечал, что делает.       - Согласен. И, муж мой, если ты продолжишь меня возбуждать, то я не сдержусь. – Рауль недоумённо поднял глаза, потом посмотрел на свои пальцы, выписывающие узоры на обнаженной груди мужа, и перевёл взгляд ниже, обнаружив внушительную выпуклость на штанах супруга. Впервые Рауль спокойно смотрел на возбуждение мужчины, не отводя резко глаз, и просто анализировал свои чувства, в которых было много всего, но не было отвращения. Слова Анны сильно повлияли на него.       Рауль осторожно опустил руку, начав поглаживать член мужа сквозь ткань и ответом ему стало резко участившееся дыхание мужчины. Подняв глаза, парень, не прекращая ласк рукой, внимательно рассмотривал лицо супруга, как будто впервые его увидел, и вдруг сам потянулся за поцелуем. Горячим, долгим страстным поцелуем, после которого Рауль обнаружил, что его рука ласкает член супруга уже не через ткань и сразу отдёрнул руку. И замер. Только через три вдоха он снова очень осторожно прикоснулся к члену мужчины, настолько, будто член мог его укусить. И в этой деликатности было своё очарование. Как и во всей ситуации, ведь младший муж впервые вообще касался члена старшего, не испугавшись даже полностью выпущенного органа, размер которого у всех хельдов был одинаков, различаясь лишь формой. И тут Аделард немножко гордился, не всем хельдам везло иметь прямой член с крупной головкой.       А Рауль как будто нарочно не торопился, с трудом решившись обхватить ствол рукой и теперь медленно водя вверх-вниз и доводя Аделарда до исступления своей медлительностью .       - Или ты начнёшь двигать рукой активнее или будешь наказан прямо здесь, - прошипел хельд, с трудом справляясь с возбуждением. Рауль вздрогнул, поднял глаза, улыбнулся чему-то и, обхватив ствол второй рукой, начал наращивать темп. Только наблюдал он теперь за лицом старшего мужа. И взгляд у него был такой, что Аделард очень быстро дошёл до грани, забрызгав и себя и Рауля. План мести созрел мгновенно, слизнув с лица младшего крупный потек собственного семени, он тут же поцеловал Рауля, не давая ему отстраниться и щедро делясь вкусом спермы.       Вечером изменения продолжились. Вроде Рауль всё также лежал на животе, отдавая всю инициативу супругу, но выгибался и стонал он так, что Аделарду не стоило труда понять, что нравится младшему больше всего. И это уже удивило мужчину, пассивного Рауля заводил довольно жесткий секс. Он с восторгом принимал глубокие резкие толчки. Некоторое ограничение вроде захвата шеи или рук. Но только некоторое, связывать его точно не стоило, и совершенно не терпел даже небольшой боли. Ущипнуть его сосок оказалось плохой идеей. Закрытые глаза пока оставались, как и некоторая скованность в виде определённых поз.       Но всё равно Аделард в этот вечер получил невероятный заряд воодушевления просто от изучения своего младшего, его симпатий и антипатий. Процесс приручения младшего мужа шёл достаточно быстро. Понемногу Рауль разделял постель и жизнь. Он уже не видел в Аделарде тюремщика, хотя до друга тоже пока не дошло. Статус младшего мужа перестал восприниматься им как конец жизни. А теперь, с неожиданной помощью Анны Ланграс, и постель похоже перестала быть для него обязанностью и скоро станет взаимной наградой. Мужчина мечтательно представил себе Рауля, «хотящего» секса, и жёстко сжал зубы. Как бы ему не хотелось трахнуть мужа где-нибудь в купальнях, показывая всем своё сокровище, демонстрируя своё право на него, спешить было нельзя ни в коем случае.       ***       Чем ближе подходила осень, тем чаще хмурился Рауль. И не только он. Ветераны, которых Аделард оставил на службе, причём во всех приграничных замках, тоже всё чаще поглядывали на небо.       - Что ты там хочешь увидеть? – спросил Аделард у своего супруга, поднявшись на самый верх донжона ранним утром первого дня осени. Рауль там был не один, а сразу с тремя ветеранами.       - «Бора». Обычный, но ранний. – услышал он в ответ сразу от всех присутствующих. Они смотрели на северо-запад, где над Эфрантским лесом была видна густая дымка.       - И что это значит?       - Это значит милорд, что этой зимой без работы вы и ваши солдаты не останетесь – ответил Рауль. На людях он всегда держал дистанцию и был сдержан. Аделард принимал это спокойно, считал это хорошим качеством для любого человека. Тем более, что совсем недавно младший наедине впервые назвал его на ты.        - «Бора»? Северный ветер? - уточнил мужчина.       - Верно только хуже. В наших краях «Бора» может стать почти мгновенной смертью. Бывает двух видов, обычный и лютый. Обычный до нас не доходит, оседает в лесу, как сейчас. А вот лютый может за один час дойти до самого Ланграса и превратить знойный день в ледяную ночь. Хуже всего если он ранний и ночью приходит. Температура падает так быстро, что многие спящие не успевают проснуться, замерзая насмерть. Да самой зимы ветер остаётся северным и очень холодным. К закату все лужи льдом покрываются и хорошо если к полудню оттаивают.       - Впечатляет. Но в этот раз не так?       - Нет, такое редко бывает, иначе жить здесь было бы невозможно. Просто иногда «Бора» приходит поздно в октябре, а иногда рано, как в этот раз.       - Чем грозит ранний?       - Нормальной зимой. Предыдущие шесть лет «Бора» оседал очень далеко и зимы были теплые, Сигна льдом почти не покрывалась, и мы были в безопасности. В этот раз зима будет нормальной, холодной. Но придёт не раньше, не сразу. Лёд на Сигне станет пригоден для перемещения к зимнему солнцестоянию. Вот тогда из леса и пойдут тамошние звери к нам на охоту.       - Насколько они опасны? – деловито поинтересовался Аделард у знатоков, проживших в этих краях всю жизнь.       - А насколько по вашему могут быть опасны волки размером с осла или медведь высотой с лошадь. – ответил один из ветеранов, - и хуже всего именно волки, если стая пришла, то и огонь не поможет. Не боятся они пламени.       - Против тяжелых арбалетов им шкура не поможет. – уверено ответил Рауль, разбивая возникшее уныние, - а в гарнизонах сразу по два десятка таких.       - Это верно. – тут же выдохнули ветераны. – Самое лучшее средство против стаи – слаженный залп под прикрытием пикейщиков.       - Нелёгкая здесь жизнь, как я посмотрю, если зима аж в конце августа явится. – заметил Аделард, спускаясь вместе со всеми вниз.       - Такое редко бывает. – сразу возразил Рауль, - Зато снега много и весна ранняя всегда. Яровые в апреле сеем. Озимые всегда богатые всходят, земля здесь плодородная.       - Как же баронства до такой нищеты смогли докатиться, если всё так хорошо?       - Так бароны деньги не с крестьян получали, а с охоты в лесу. Эфрантский мех очень ценится. Самая дешёвая шкура у волка – ползолотого. А вот за хорошего медведя уже два-три золотых. Лисица обычная два золотых, белая или чернобурка все пять. Рысь - три, тигр - десять. Но последние редкость. Куница, белка, соболь от одного до десяти золотых, но их сложно поймать. Кабан тоже ценится, за прочность, золотой как минимум. Добавь сюда редкие травы, ягоды, красную и чёрную древесину и получается очень хороший доход. В старых отчётах есть записи, когда в год по семьдесят – восемьдесят золотых чистой прибыли приносило баронство.       - Ого!!! Доход герцогства с небольшого баронства. Теперь понятно, откуда в замке дорогая мебель. Но что произошло? Почему всё прекратилось?       - Не знаю точно. Где-то триста лет назад лютый «Бора» вдруг стал приходить очень часто, почти каждые три года. Добычи сразу стало меньше, собиратели и охотники начали пропадать в лесу десятками. С тех пор всё так и не восстановилось.       - Я понял, о чём ты. Тогда погода везде как с ума сошла. Засухи с потопами одно за другим шли по всему королевству.       - Вот только в королевстве всё вроде вернулось в норму, а у нас нет. Этот «Бора» – первый за шесть лет, который мы нормально увидели. Предыдущие останавливались где-то там, зимы были очень теплыми, река была непроходима для зверей. Значит этой они все к нам пойдут.       - Не волнуйся, мы справимся.       Сразу как появился «Бора» и ближайшее будущее стало понятным, народ в герцогстве начал готовиться к зиме. Утеплять дома, проверять крыши, ремонтировать частоколы вокруг селений. Аделард снова проехался по своим землям, собирая налог, но особо не усердствовал. Больше проверял дороги и мосты через многочисленные мелкие притоки Сигны. Рауль вообще был спокоен, запасов еды в амбарах было достаточно для всех, как и дров на складах в замках. Рыбаки продолжали выходить на лов пока вода была хоть немного свободна. После чего все лодки были вытащены на берег и убраны в сараи. Не единожды бывали случаи, когда волки с медведями оставленное сгрызали и ломали.       Тепло сохранялось до самого ноября, когда в полном соответствии с ожиданиям ударили первые морозы, стремительно засыпая снегом всё герцогство. Две недели снегопада и вся земля укрылась метровым одеялом снега. Аделард ругался на чём свет стоит, оказавшись неготовым к такому снежному изобилию. Дороги в это время просто исчезали, а все местные сидели по домам, изредка вылезая к соседям. Хорошо ещё, что лёд на Сигне в это время был ещё тонким и хищники никого не тревожили. Но, судя по доносящемуся с ветром вою, на берег выходили.       Стоило снегопадам прекратиться, как Аделард вывел отряд на разведку и пробивание дороги. Ему совершенно не нравилось, что в случае сигнала тревоги ему придётся добираться до соседних гарнизонов больше дня, вместо трёх часов галопом. Рауль, привычный к такому положению дел, как мог успокаивал супруга и даже «жертвовал собой», уводя энергичность хельда в сторону постели. Где раулю пришлось проявлять всё больше участия, понемногу привыкая к удовольствию от пассивного секса. Да и герцог хоть немного успокаивался и отвлекался. Взгляды всех без исключения жильцов замка наполнились искренней благодарностью к Раулю. Герцог умел быть невыносимым и только младший муж смягчал его нрав. Именно в эти дни всем стало понятно, кто действительно дорог герцогу и имеет на него влияние, а кто рядом может постоять.       ***       По известному закону «мировой подлости», как только Аделард скрылся с отрядом в направлении севера, наблюдатели на крыше обнаружили приближающийся отряд с юга. И не просто отряд, а полноценный «выезд» кого-то из аристократов. Четыре кареты, медленно и с огромным трудом пробирающиеся по заснеженной дороге в сопровождении двух десятков конных воинов. И двигались они к замку.       Обеспокоенный Рауль, внимательно вглядываясь в герб на карете, всё больше начинал нервничать. Форма герба была герцогской, хотя рассмотреть изображение не удавалось. Но даже так Рауль догадывался, кто к ним пожаловал. Не так много семей высшей аристократии было в королевстве и только одна могла выразить желание посетить Карре. Семья герцога Каслванн. Недолго думая, Рауль натурально приказал служанкам немедленно одеть и подготовить Анну Ланграс к приёму важных гостей. Кто бы к ним не приехал, помощь молодой, но гораздо более опытной чем Рауль девушки, была ему необходима. А её статус любовницы… ну так его и поменять можно.       Вот так ко въезду карет во двор, к встрече были готовы все обитатели замка. Анна стояла рядом с Раулем и выглядела безмятежно-спокойной. Рядом, но на шаг позади стояла Габриэлла, её статус в замке был «неопределённым», но сейчас Рауль был рад любой помощи. Лейтенант Кристиан и вовсе напоминал статую в парадных доспехах. А вот Рауль в специально пошитом из дорогого кашемира камзоле нервничал. Настолько высоких гостей в их замке ещё не было. Род Каслванн был очень древним и богатым, они всегда стояли возле трона. И как они воспримут замок и его обитателей, особенно в отсутствии самого Аделарда, никто не знал.       - Это была самая дурацкая идея из всех, Шарлотта! – услышали встречающие, когда вторая карета остановилась во дворе.       - Ты говоришь это в десятый раз, Адриан! – из первой кареты выскочили вышколенные слуги и, подбежав ко второй, выдвинули подножку и открыли дверь.       - Скажу и двадца… О! – разговор резко прервался, и пассажиры неспешно выбрались на улицу, поёживаясь и оглядываясь. Двое мужчин и женщина, в добротной, но скромной и удобной одежде, напоминали скорее купцов, чем аристократов, и только властные манеры показывали, гости привыкли приказывать, а не просить.       - Добро пожаловать в замок Карре, господа. – произнес Рауль в полном соответствии с этикетом, немного наклоняя голову, как равный. Анна и Габриэлла отвесили полноценный поклон.       - Рады, наконец, добраться до вас. – отозвался, улыбаясь, высокий мужчина, напоминающий Аделарда. – Александр де Каслванн. Мои супруги Адриан… и Шарлотта…       Не успел Рауль выдохнуть хорошему началу знакомства, как тут же понял, что попал в ловушку. Представлять Анну нужно ему, но как?       - Рауль де Карре, младший герцог де Карре. – представился он и, вдохнув, решился. – Рядом со мной Анна Ланграс, будущая герцогиня де Карре и её мать Габриэлла Ланграс. Искренне рады вас приветствовать. Прошу в замок.       Гости, молниеносно переглянувшись, кивнули и направились в тепло хорошо протопленного замка.       - Я так понимаю Аделард…       - Отправился пробивать дорогу к соседнему гарнизону после окончания снегопада. – спокойно ответил Рауль, так как никакой тайны в этом не было.       - Как всегда. – хмыкнул Адриан, вертя головой во все стороны. - Рауль, поправь меня, если я уже совсем ослеп и отупел, но донжон… он очень похож…       - На королевский замок? Аделард говорил об этом, хотя сам я никогда в столице не был и не могу это подтвердить. Но донжон очень древний, на каждом этаже есть старые клейма «ОКТ». Мы раньше думали, что это неизвестный король Окт, а оказалось…       - … Наместник Октавис. Ромейская империя. – закончил Александр, уже и сам внимательно оглядываясь. – Судя по теплу, здесь работает старая система обогрева?       - Совершенно верно. Топим углем…       - Оно и видно. Снаружи мороз, а внутри в одной рубашке ходить можно.       - Рауль. – прижала руки к груди Шарлотта, глядя на него как на волшебника способного на чудо, - я слышала, в подвале ромейцы делали купальни? От них что-нибудь осталось?       - Всё осталось. – удивился Рауль, - Мы ими пользуемся. Это очень удобно, там рядом кухня и поэтому всегда есть горячая вода.       Улыбкой Шарлотты можно было осветить весь этаж. Супруги её, услышав о купальнях, переглянулись, улыбаясь.       Как оказалось, у супруги Александра была немного странная мечта, появившаяся после прочтения одной книги, увидеть настоящие ромейские купальни, а ещё лучше полноценно их опробовать. Якобы их отделывали особым камнем, который особым образом впитывал и отдавал тепло, из-за чего возникало особое влияние на организм. Вот только подобные купальни, отделанные не самым престижным серым мрамором, сохранились только в королевском дворце, и попасть туда было сложнее, чем в сокровищницу.        - Правда? Мне они всегда казался совершенно обычными. – отозвался Рауль, сопровождая гостей на второй этаж. Для них уже приготовили три блока покоев, куда уже успели добраться личные слуги гостей и каким-то неведомым образом распределить две спальни между хозяевами. Возможно, были какие-то особые условия, на которые ориентировались слуги. Шарлотта не торопилась, углубившись в беседу с Анной и Габриэллой. Её радовало наличие в замке собеседниц достойного происхождения. А вот Александр, ухватив Адриана быстро скрылся в своей спальне.       Рауль немного выдохнул, встреча и знакомство прошли приемлемо, и снова чуть не впал в панику. Где подавать обед? Уже начав готовить большой зал, он получил сообщение от Анны – готовить их обычную столовую.       По правилам высшего света, большой зал готовили только если визит был заранее обговорён или если глава семьи решал устроить торжественный обед. Во всех остальных случаях младший муж или жена имели полное право принять гостей не меняя распорядка. Рауль выдохнул и, отменив указания о подготовке зала, оставил только расширенное меню. Вот тут ему было чем похвастать, ягоды и грибы из Эфрантского леса даже король не на каждый праздник себе позволял. А они и варения варили и настойки делали, а с грибами так и вовсе, что угодно, вплоть до сладостей.       ***       Вечером Рауль мог гордиться собой, ужин прошёл великолепно. Гости изумленно пробовали предложенные блюда и ахали, узнав об ингредиентах. Застольная беседа была легкой и непринуждённой. Каждый нашёл себе собеседника, дамы наслаждались обществом друг друга, перемывая кости столичным знакомым, Александр обсуждал с офицерами что-то военное, а Рауль попал в цепкие лапы Адриана. Младший муж Александра де Каслванн был действительно очень умным мужчиной и даже по аккуратным ответам Рауля сложил картину их отношений с Аделардом.       - Ох, Рауль. Я тебе так скажу, отделаться от хельда невозможно, если он сделал свой выбор. Просто невозможно. – хмыкнул наконец Адрина, устав слушать уклончиво нейтральные ответы Рауля, в которых «всё хорошо». - Не даст он тебе уйти. Поверь. Не даст. Я тоже пытался, и даже не один раз. Ненавидел его люто.       - Как же ты справился?       - Не я. Он. Дал мне меч и сказал – «Пустишь мне кровь в бою, отпущу. Но за каждую проигранную попытку сам в постель со мной ляжешь.» Я и согласился сразу. Я же был уверен, что всё, девкой сделали без прав, а тут целый меч. Год с клинком не расставался, пока не понял, что, после выигрышных спаррингов, просто за «косой» взгляд меня стали обходить даже те, кто раньше свысока смотрел. А Алекс за это время ни разу не вмешался, признавая моё право. Так и понял, что вроде и младший, а по силе любого старшего заткну. Да и отказываться от секса уже не хотелось.       - Ад меня похоже взял. – тепло улыбнулся Рауль, - оружие и тренировки с ним. Я тоже думал, что всё, конец.       - И всё, этого тебе хватило?       - Нет конечно, это так, добавка к главному. Он меня на ответственность взял, вроде «ты готов отдать всё, что строил Сабрине?». Я как представил, что она наворотит, так дурно стало. Согласился ради своих рабочих.       - А сейчас, что думаешь? – спросил Адриан. Рауль усмехнулся, думая, что ответить.       - Да я понял уже, что никуда не денусь. Ади на меня всё управление и развитие земель повесил, а я и счастлив. Я о таких возможностях только мечтать мог.       - Не торопись. Жизнь у супругов хельда долгая, успеешь построить всё и даже больше.       - Длинная? Ты о чем?       - Ты не знаешь? – удивился в ответ Адриан, - Хельды не только сами живут дольше людей, но и жизнь супругам продлевают. В столице в постель к хельду прыгнуть готовы очень многие.       Рауль с большим интересом выслушал ответ и сильно задумался.       - То есть, Анна, скорее всего, знала об этом с самого начала…       - Она точно знала об этом. – отозвался Адриан, мгновенно поняв ход мыслей своего собеседника.       - Не будет ли большой наглостью…       - Попросить Шарлотту присмотреться к девушке? – закончил витиеватый вопрос Адриан. – Она уже. И пока вроде ничего негативного не заметила.       Рауль выдохнул. Всё-таки интриги, особенно женские, были для него слишком сложным предметом.       - И чем же это ты так моего мужа озадачил, что он сидит весь потерянный? – раздался вдруг рядом голос Аделарда, и Рауль едва не опрокинул бокал от неожиданных объятий очень холодных рук. И сразу облегченно выдохнул, Аделард вернулся. Гонца отправили сразу после прибытия гостей, но вот какое решение примет сам Аделард, Рауль не знал. Мог и дальше отправиться. Но всё же вернулся и теперь большая часть ответственности лежала на нём, а сам Рауль мог расслабиться.        Радость от встречи, охи и ахи, объятия и долгая беседа с обсуждением столичных новостей и слухов продлили этот вечер почти до полуночи. Некоторые известия даже Рауля заставляли резко просыпаться из дрёмы и внимательно прислушиваться, запоминая всё, что касалось торговых гильдий. Там порой цвет платья невесты главы купеческого дома влиял на цены сильнее войн. Привыкший ложиться достаточно рано парень клевал носом, не замечая взгляды, направленные на него, и улыбки сидящих за столом.       - Ты всё-таки нашёл свой идеал!       - Там, где никогда бы не подумал искать. – С улыбкой ответил Аделард, приобнимая любимого мужа.       - Вот и береги теперь, тогда он тебя беречь будет. А постель будет. Адриан тоже на меня прыгать не сразу начал. - Алекс! – пихнул старшего мужа младший, и все рассмеялись.       - Спасибо отец! – Искренне поблагодарил Ад.