Этот жестокий мир

      Внешний мир всегда казался Калиму волшебным и прекрасным.       Настрой жизнерадостного и никогда не унывающего Калима распространился по всей Скарабии, где всегда царил дух праздников, танцев и песен, где не было места грусти и слезам.       Волшебный, чудесный мир, как всегда казалось Калиму, никогда не изменится, в нём не будет горя и боли.       Неизменным останется и позитивный настрой общежития.       Ныне в Скарабии царил хаос.       Охваченный очернением Джамиль после своего столь позорного разоблачения не собирался отступать даже когда Калим, которого он сослал далеко-далеко в пустыню вместе с Юу и октавинелльским трио, попытался предпринять попытку остановить его.       Невыносимый дурак — всегда думал о нём Джамиль.       Чем он лучше? Почему должен быть первым, когда он, Вайпер, во многом его превосходит?       Несправедливо!       Джамиль перевёл обезумевший взгляд на потрёпанного Калима и только громче рассмеялся.       — Даже не пытайся меня остановить, Калим! Ничего не выйдет!       В груди Аль-Асима что-то кольнуло от этих слов его друга (хотя друга ли?). Однако, несмотря ни на что, он решил достучаться до Джамиля любой ценой, ведь очернение может стоить ему жизни.       Не обращая внимания на предостерегающие крики Юу, Калим, шаг за шагом, стал приближаться к Вайперу.       — Ты не понимаешь, что творишь! — Крикнул он, прикрывая глаза от песка локтем.       — О, я всё прекрасно понимаю, — прошипел Вайпер, начав медленно приближаться к старосте. — Это ты не понимаешь, каково было мне всё это время!       — Давай успокоимся и просто поговорим! — Выпалил Аль-Асим, подняв глаза на своего помощника. — Послушай меня, прошу!       — Я не намерен больше потакать твоим словам! — Скрипнул зубами Джамиль, потянул руку и вцепился пальцами в горло Калима.       Красные глаза Калима расширились в ужасе, и он вцепился в руку Джамиля в попытке убрать её от себя, но Вайпер держал крепко.       В состоянии очернения его силы возросли в два раза, а потом тягаться с ним было для Аль-Асима нереальным.       — Но ты должен послушать меня! Хотя бы… — От сильного удара из горла Калима вырвался болезненный вскрик. Джамиль впечатал его спиной в стену, сжимая пальцы на тонкой шее ещё сильнее. — Хотя бы… в этот раз!..       Калим дёргался в руках Джамиля, не оставляя попыток вырваться из стальной хватки.       Дышать становилось всё тяжелее, и если срочно не предпринять хоть что-то, Вайпер его окончательно задушит и глазом не моргнёт.       — Я больше не тот, кто будет бегать по каждому твоему зову, — прошипел Джамиль, словно змея, готовившаяся напасть на свою жертву. — Ты всю жизнь жил в роскоши, как ты можешь меня понять?!       Его слова втыкались в душу Калима, будто острые ножи.       Слышать такое от самого близкого друга… От того, кто был рядом с глубокого детства.       Аль-Асим вздрогнул, ощутив укол, похожий на укус змеи.       А ведь в чём-то Джамиль был прав…       Его слова звучали так искренне, что на мгновение Калим забыл о том, что его друг охвачен тьмой.       Все обиды, скопившиеся в душе Вайпера за семнадцать лет жизни, всё вырывалось наружу бурным потоком тёмной энергии.       — Мы ведь друзья, как ты можешь такое говорить?! — Как можно громче выкрикнул Калим, хотя голос его уже больше походил на хрип.       — Я тебе не друг, — Чётко выделил каждое слово Джамиль, приблизившись к его лицу вплотную. Змеи на его волосах злобно зашипели.       — Джамиль… почему… почему ты так говоришь?.. — Калим тихо всхлипнул. На его глазах блестели слёзы, и сдерживать их сил уже не было.       — Ты — потрясающий идиот, Калим! — Воскликнул Вайпер, растягивая губы в безумной улыбке, скаля зубы и свысока глядя на старосту. — Меня от тебя жутко тошнит.       И он снова рассмеялся.       Свободной рукой Джамиль вцепился в штаны Калима и резкими движениями начал сдёргивать их.       Аль-Асим сразу задёргался, пытаясь противиться Вайперу. Он потянул руку, чтобы остановить друга, но в этот же момент змеи обвились вокруг его запястий, удерживая на месте. Они шипели и готовились вот-вот ужалить, если Калим сделает хоть одно лишнее движение.       Избавившись от ненужной вещи, Джамиль подхватил Калима под бедро, чуть приподнимая и прижимаясь плотнее. Пальцами он провёл по внутренней стороне бедра старосты и впился в кожу ногтями, после которых наверняка останутся заметные следы.       Калим смотрел на происходящее и только тихо всхлипывал. Ни слова, ни действия с его стороны ничем не помогут.       Умоляй-не умоляй — Вайпер всё равно сделает то, что задумал.       Джамиль же отвёл его бедро в сторону для удобства и без всякой подготовки резко вошёл. Его движения, резкие и быстрые, причиняли Калиму невыносимую боль.       По щекам Аль-Асима текли слёзы; он с криком выгнул спину и дёрнул руками, отчего змеи вновь зашевелились.       — Джамиль, прекрати, мне больно! — Из последних сил выкрикнул староста. Он плакал, будто маленький, беспомощный ребёнок и продолжал дёргаться, всё ещё надеясь отстраниться от Вайпера.       — Помогите… — Прошептал он, глотая слёзы, напрасно надеясь, что кто-то его услышит и придёт на помощь.       — Можешь умолять сколько угодно, — шепнул ему на ухо Джамиль и лизнул кончиком языка мочку. — Никто не посмеет приблизиться ко мне.       Калим вскрикнул от очередного грубого толчка и до крови прикусил губу.       — Я посмел, — пробормотал он, шмыгнув носом, и, к его удивлению, Джамиль на мгновение замер. Калим кое-как выдавил улыбку и продолжил: — Потому что ты — всё равно мой друг, и я помогу тебе любой ценой!       Крепкая хватка чуть ослабла; Калим уже было выдохнул с облегчением, что сумел достучаться до Джамиля, но не тут-то было.       В следующую же секунду Вайпер снова впился ногтями в его кожу и, резко выйдя, так же резко опять вошёл во всю длину и задвигался ещё быстрее.       Уже смирившийся со своей участью, Калим опустил взгляд и мгновенно побледнел.       — Джамиль… — пробормотал он дрожащим голосом, — Джамиль, т-там кровь!..       Но никакой реакции в ответ он не получил. Джамиль уже окончательно потерял всякую человечность.       — Джамиль… — Калим рыдал во весь голос, больше не сдерживаясь, — остановись… Тебе ведь самому больно!..       Но Вайпер только сильнее терзал тело своего старосты, ведь сам он в состоянии очернения боли ни капли не чувствовал.       — Пожалуйста, Джамиль… приди в себя. — Голос Аль-Асима звучал всё тише. Видимо, он и впрямь намеревался достучаться до друга любой ценой. — Я… я исправлюсь!..       Пальцы Вайпера сильнее сомкнулись на шее Калима, практически преграждая поступления воздуха, и тот закашлялся.       Прижавшись к нему как можно плотнее, Джамиль обильно излился внутрь с тихим рыком. В тот же миг его хватка ослабла. Джамиль отпустил Калима и отступил назад на несколько шагов.       Аль-Асим сполз по стене на пол, наконец свободно вдохнув в полную силу, и сквозь слёзы наблюдал, как скопившая вокруг его друга тьма постепенно рассеивается.       Вайпер медленно возвращался к прежнему облику и обессиленно рухнул на колени.       Поняв, что опасность миновала, Юу хотел было броситься на помощь Калиму, но Аль-Асим остановил его жестом руки.       — Ты очнулся, Джамиль, — с улыбкой произнёс он.       Услышав его голос, Вайпер вздрогнул и обернулся.       Молча глядя на Калима около минуты, он вдруг нахмурился и с каким-то презрением фыркнул.       — Жалко выглядишь.       Дрожащие губы Калима сжались в тонкую полоску; он прижал кулак к груди и через силу выдавил улыбку.       — Джамиль… — В его голосе звучала неподдельная радость. — Ты вернулся.       Вайпер молчал.       Постепенно к нему приходило осознание произошедшего, и, окинув взглядом устроенную разруху, заместитель старосты тяжело выдохнул.       Кое-как Калим поднялся на ноги и, пошатываясь, стал приближаться к другу. Сил у него уже не было, но Аль-Асим держался до последнего. Ну не должен ведь он показывать свою слабость перед другими?       Споткнувшись на полпути, Калим подобрался к Джамилю уже на коленях.       — Прости меня… — Он захныкал, как в далёком детстве, обняв Джамиля за ногу. — Мне так жаль, Джамиль!.. С этого дня всё изменится, я обещаю! Ты… ты больше не будешь чувствовать себя оскорблённым.       Волшебный мир, каким Калим его себе представлял, рушился прямо на глазах.       Окружающая реальность оказалась довольно жестокой.       — Калим, — Джамиль оглядел друга с ног до головы и ещё больше нахмурился, — ты идиот, — он оттолкнул Калима от себя и отступил назад, будто и без того униженный Аль-Асим был ему противен.       Калим потупил взгляд в пол и замолчал.       Сказать ему было нечего.       Джамиль ещё раз огляделся и с поклоном извинился за учинённый ущерб.       — Уборка предстоит долгая, — произнёс он и, развернувшись, направился в другую сторону, оставив Калима сидеть на полу в подавленном состоянии.       Аль-Асим пустым взглядом смотрел в пол. На подбежавшего для помощи Юу он не обратил внимания.       Внешний мир всегда казался Калиму волшебным и прекрасным.       Казалось, что он никогда не изменится и в нём не будет ни горя, ни боли.       Однако реальность оказалась совсем иной.       Этот жестокий мир, его суровая реальность прочно засели в груди Калима.       Аль-Асим поднял голову и утёр слёзы.       Он не был готов к нападению ядовитой змеи, что так долго ждала своего часа, но больше он не позволит подобному произойти.