Нить недоверия

      Потребовалось некоторое время, чтобы собрать у входа в кислородную немногочисленный экипаж.       Курой собственными глазами, сквозь небольшое круглое окошко, видела на полу чье-то тело. Хотя, говорить «чье-то» уже было некорректно — хоть лица и не видно, но одежда определенно принадлежала капитану корабля — мистеру Брауну.       За спиной продолжался галдеж. Это была паника, тревога, страх.       — Дверь, откройте эту чертову дверь! — опираясь на стену, измотанный морально, выкрикивал Грин.       Ред безучастно стоял позади всех, мотая головой. Похоже, все еще не верил в происходящее и думал, что это какой-то розыгрыш.       — Насколько я помню, от кислородной всего два ключа, верно?       — Д-да, все верно, как раз один из них был у капитана.       — А второй у механика, верно же? — дополнил Аой, который только что вернулся из комнаты наблюдения.       — Точно, Блек, где Блек? — Курой пыталась найти среди собравшихся механика, но, казалось бы, он только что был здесь, а сейчас его уже нет.       Пройдя мимо Реда, девушка огляделась по сторонам, задумавшись, в какую сторону мог пойти Блек, и почему в такой ситуации он вообще где-то ходит.       — Да что, черт возьми, такое? Сейчас не самое лучшее время расходиться по кораблю.       — Можешь связаться с ним? — спросила у Аой Аква. В отличии от многих, Аква единственная сохранила холодную голову. На ее лице не ощущается ни капли волнения. И, казалось бы, как врачу, Курой следовало брать с нее пример, но по какой-то причине, стоило опустить взгляд вниз и посмотреть на свою дрожащую ладонь, она поняла, что насквозь пропотела. Ее одолевает страх, необъяснимый страх, который лишь возрастет, когда они откроют эту дверь. Вид капитана нагонял тревоги. Как долго он пролежал там? И почему дверь оказалась заперта? И что касается ключей… их всего два. Возможно, спор об этом еще поднимется в недалеком будущем.       — Нет причин связываться со мной, я уже здесь.       Все обернулись на знакомый голос, и уже не ожидали увидеть никого иного, как механика корабля — Блека. В вытянутой руке он держал тот самый ключ-карту.       — Какого хрена. Где ты вообще пропадал?       — Именно за ключом и ходил. Ты думаешь, я ношу его с собой?       — Открывай уже, — рявкнула Аква. Остальные отошли в сторону. Все волнуются за капитана, но никто не собирается входить первым?       Конечно, такая ответственность висела над Курой. Она должна скорее принять меры — возможно, капитану просто стало плохо и ему необходима срочная медицинская помощь.       В этой гробовой тишине послышалось характерное для электронного замка пиликанье, затем дверь, практически не издав ни единого звука, отворилась.       В двух-трех метрах, почти посреди комнаты лежало тело капитана Брауна. Курой поспешила внутрь, кто-то второпях последовал за ней — другие же предпочли наблюдать с коридора.       Курой припала к телу, перевернув его к себе. Теперь в прослушивании пульса или ритма сердцебиения не было никакого смысла: когда она схватилась за плечо капитана, перевернула его с правого бока на спину, голова его осталась в том же положении, а в шее раздалось пара звонких щелчков.       — Господи… Дерьмо… — со стороны коридора слышно, как выругался Грин. У Мурасаки, что стоял в первых рядах, начались рвотные позывы.       Здесь не было крови или настолько открытых ран, чтобы это выглядело, как в фильмах ужасов, но шея капитана успела настолько посинеть, а кожа заледенеть и побледнеть, что не каждый сможет спокойно смотреть на это. Благо глаза капитана оказались прикрыты.       — Мы… Я… Я даже не представляю, что нам делать вообще. Ну, в смысле… — Аой потерял дар речи.       — Нам есть смысл оставаться тут? Или лучше перейдем в другом место, где сможем обсудить дальнейший план действий? — спокойно произнесла Аква, сложив руки на груди.       — Да, черт возьми, у меня есть куча вопросов, — в очередной раз выругался Грин.       — У всех сейчас куча вопросов. И все же… давайте решать все по мере важности.       — Важно понять, как он умер… разве нет? — спросил Ред. Кто-то из присутствующих бросил на него раздраженный взгляд.       — Это и так понятно.       — Нет, я в смысле… Дверь ведь была заперта, нет? Он мог поскользнуться, упасть или что-то вроде…       — При падении повредить шею подобным образом просто невозможно, — перечеркнула вероятность Курой. Ей бы хотелось добавить, что это точно было убийство, но в и без того непростой ситуации, это нагонит еще больше тревоги.       — Мурасаки первый обнаружил труп, верно? А кто последний видел капитана? — поинтересовалась Аква.       — Д-да, я просто проходил мимо и… мое зрение случайно зацепилось за что-то темное, что я увидел в окне… когда я подошел ближе — на полу был капитан.       — Я последний видел капитана Брауна через камеры наблюдения, — сообщил Аой.       — Значит, ты видел с кем мог находиться капитан?       — Я говорю, что видел только его. Это было… не знаю, может два-три часа назад. Он как раз направлялся в кислородную. Я не сидел у камер все это время, так что не могу сказать точно, кто входил и выходил после этого.       — А дверь… она точно была заперта? — все внимание обратилось на Мурасаки. Может быть, он был первым подозреваемым в списке, но Курой уже знала, что через пару вопросов его место займет кое-кто другой.       — Да, я клянусь. Вы же сами знаете, что ключа всего два…       Вот оно.       — Да, один у Блека, но другой у капитана. Очевидно, что ключ капитана был украден. Убийца забрал ключ, и ушел, оставив тело внутри. Это очевидно, — рассудила Аква.       Курой, что все еще нависла над бездыханным телом Брауна, опустила взгляд на его карманы, затем провела ладонью через ткань, и после некоторых поисков наткнулась на кое-что, знакомое ей по своей форме. Запустив руку внутрь, она наткнулась на тот самый предмет, который и ожидала, и, одновременно, не ожидала увидеть. Когда она вынула его, короткий блик, отразившийся от поверхности металлической ключ-карты, привлек внимание всех присутствующих.       — Ключ капитана при нем.       Одна вероятность исключена. Курой поднялась с пола и встретилась взглядам с Блеком. Он и сам понимает, к чему все ведет.       — Черт, чувак… — Грин отступил на пару шагов, сжав кулаки.       — Вы, ребята, совершаете грубую ошибку.       К сожалению, слова Блека в данный момент не стоят ничего. По крайней мере, пока он не сможет убедить весь экипаж в том, что ключ находился не у него.       — Ты говорил, что не держал ключ при себе. Ты уверен, что никто его не брал?       Сейчас для Блека есть два варианта: либо соврать во благо, либо сказать правду, но, возможно, результат будет только хуже.       — Он находился там, где я оставил его в последний раз. Я не хочу врать, я говорю, как есть.       Курой слегка напряглась. Словно предугадала то, что случится дальше, и именно так оно и случилось.       — Хорошо, скажи нам, Блек, где ты находился последние три часа? — этот вопрос поставил в тупик скорее не самого Блека, а именно Курой.       То, что она пыталась скрыть ото всех, может прямо сейчас всплыть наружу. Но ведь от этого зависит безопасность Блека. Того самого человека, с которым в течении этих трех часов она имела интимную близость, закончившуюся обычным оказанием медицинской помощи.       — Слушайте, это точно не я… Да и вообще, с чего вы взяли, что это кто-то из наших? Не лучше ли нам…       — Я задала элементарный вопрос. Можешь не сомневаться, Блек, после он коснется и всех остальных. Сейчас каждому из нас необходимо иметь твердое алиби, но ты же понимаешь, ситуацию с ключом нельзя бросать на ветер, — Аква продолжает с напором.       — Я… — и тут взгляды Блека и Курой вновь встретились. В одном их них ощущается явное эгоистичное отрицание, — Я отдыхал у себя, вот и все.       — Курой, — как удар молнии, Аква неожиданно обратилась к Курой, — Я слышала, что наш механик получил травму сегодня утром. Он обратился к тебе тогда же, или немного позже? Просто, мне кажется…       — Да, это было утром, — хоть в космосе и не существовало таких понятий, как «утро» и «ночь», все же внутри корабля экипаж старался придерживаться человеческих норм, и у каждого имелись при себе электронные часы.       — Значит, другими словами, на последние три часа у Блека не было алиби.       Вот так сокрытие личного может усугубить всю ситуацию в целом. Как единственное лопнувшее звено браслета, после которого все остальные звенья просто рассыпятся. Курой хотелось бы верить, что эта маленькая ложь не выльется во что-то большее и не будет играть роли в будущем, когда ставки будут выше.       — Это самый очевидный сценарий. У камер никого не было. Брауна убили в течении последних трех часов, и никто не знает, где находился ты эти три часа. Единственный оставшийся ключ от двери был при тебе. Нет никакой возможности запереть дверь, оставив ключ внутри помещения в кармане капитана.       Остальные молчат. Они не знают — обвинять ли Блека, как это делает Аква, или попытаться хоть как-то оправдать товарища, с которым они провели не один десяток дней вместе.       — И что мы решаем? — подвел итог Аой.       — Что? Ну не выбрасывать же его за борт. Мы запрем его в камере, пока дело не прояснится. Ключи я заберу себе. Для надежности один помещу в сейф. Конечно, если есть возражения, я могу снять с себя эту обязанность.       Аква быстро адаптировалась к своей новой роли. Возможно, кто-то и был бы против, но произнести что-либо не решился. Курой могла бы понадеяться в этом вопросе на Аой, с которым была в дружеских отношениях, или же на Блека, но сейчас он главный подозреваемый и вообще выходит из круга «своих». Грин и Ред явно не подходят для такой ответственности, а Мурасаки… он до сих пор дрожит, не находя себе места. Если бы не ключ, все подозрения пали бы на него, как на человека, который первый обнаружил труп. Да и что ему вообще делать в этом корпусе?       — Серьезно? В камеру? Вот так просто? — Блек рассмеялся.       — Как я и сказала, это лишь временная мера. Аой, нам не остается другого выбора, кроме как объявить чп и запросить корабль спасателей.       — Да, Аква, ты права. Что же, с вашего позволения я отправлюсь в комнату связи, — Аой слегка поклонился и вышел в коридор. Вскоре он скрылся за углом. Казалось бы, здесь стало всего на одного человека меньше, а по телу каждого успел пройтись неприятный холодок.       — Все же, нам стоит хотя бы вернуться в столовую, — тихим голосом произнес Ред.       — Идем, Блек? — Аква с состраданием похлопала Блека по плечу. В ее действиях нет никакой ненависти. Она и сама понимает, что механик мог просто оказаться жертвой обстоятельств.       Курой протянула ключ капитана Акве. Комнату она покинула самой последней. Тело капитана решили оставить так, как оно есть.       В мыслях она извинялась перед Блеком за сокрытие истины. Алиби первое, что необходимо каждому из них.       В столовой собралось пять человек. Блек уже находился в изоляции от остальных. Вскоре вернулся и Аой. У него для всех были не самые приятные новости. И, огласив их, он, в принципе, не поведал ничего нового. Нет, ему удалось связаться с ближайшим спасательным судном, более того, они согласились помочь, но до того, как они прибудут сюда, пройдет очень… очень много времени. Достаточно для того, чтобы встретить их смог далеко не каждый член экипажа.