Только ты

Айлин сидела на диване, внимательно смотря на стоящего напротив неё Ямана агу. Шехзаде приехал несколько часов назад и сразу же принялся решать вопрос с Джихан. — Сегодня будет вынесено решение, — сказала султанша. — Не важно, каким оно будет. Возможно, Шехзаде даже пожелает помиловать Джихан и всех вас. Но не я… Недавно, ко мне приходил Исмаил ага и просил помиловать тебя, говорил, что лично ручается за тебя. — Госпожа, — стоя с опущенной головой произнес евнух. — Я служил Джихан Хатун только потому, что это был личный приказ Фатьмы Султан. Она приказала мне присматривать и помогать ей, во что бы то ни стало. Вынужден признать, даже если вы помилуете меня, я все равно обречён… — Если я захочу, то Фатьма Султан и пальцем тебя тронуть не сможет! — воскликнула девушка, резко встав. — Я —Айлин Султан, и эта змея ничто рядом со мной! Ты будешь служить в гареме и дальше, но теперь, будешь на моей стороне. А если я узнаю, что ты предал меня, то клянусь, твою голову преподнесут Фатьме Султан в качестве подарка! Евнух нервно сглотнул, опустив голову ещё ниже. Довольно усмехнувшись, Султанша выпрямилась. — А теперь иди! — приказала Айлин, уже более спокойным голосом. Яман поклонился и поспешно вышел. За ним сразу же зашёл Исмаил ага. — Он скоро будет… — тихо произнес евнух, близко подойдя к Султанше и внимательно смотря на неё. Айлин сразу же изменилась в лице. Было видно, что она очень волнуется. Глубоко вздохнув, она кивнула, торопливо выходя из покоев. *** Аяз Ага в очередной раз огляделся, прежде чем войти в одну из комнат дворца, вход в которую сторожил Исмаил ага. Глубоко вздохнув, хранитель покоев вошёл. Айлин стояла спиной к нему, смотря в окно. На ней было зелёное, шёлковое платье. Волосы были собраны, а на голове сияла изумрудная корона. — Скажи Аяз… — задумчиво произнесла Айлин, — чего ты ожидал от своего признания? Взаимности? — О таком я и мечтать не мог… — еле слышно пробормотал хранитель покоев. — Тогда объясни мне свой поступок! — воскликнула султанша, резко развернувшись. — Ты думал, что узнав о твоей глупой влюбленности, я тут же все брошу и побегу к тебе в объятия? Думал, что после этого признания, я позволю тебе находиться рядом с собой?! — Госпожа, — вновь произнес Аяз, — я знаю, мое признание удивило вас. Но поймите, я уже многие годы не могу подавить это чувство в себе и… — Ты женишься! — перебив его, холодно сказала Айлин. — Что…?! — непонимающе произнес Ага. — Я хочу, чтобы в ближайшее время ты женился! — повторила султанша. — Уже долгие годы, я пребывал во тьме, — смело ответил Аяз, приблизившись на шаг.— Всеми силами пытался заглушить этот голос сердца… Вы можете заставить меня жениться. Можете сделать так, что я больше никогда не увижу вас, можете в любой момент оборвать мою жизнь. Вы можете заставить меня сделать все, что угодно, но не любить. Ведь если в сердце живёт кто-то, нельзя полюбить другого… Он замолчал, получив звонкую пощечину, от разгневанной госпожи. — Не смей! — чуть ли не прошипела Айлин. — Кем ты себя возамнил, ага?! Я госпожа! Законная жена Шехзаде Мехмеда, мать его семерых детей и ты мой слуга, мой раб! Ты женишься, заведешь семью, детей, а обо мне забудешь! Ты меня понял?! И впредь, не смей говорить о подобном. Если по твоей вине моя жизнь и жизнь моих детей хотя бы на мгновение, будет стоять под угрозой, то я клянусь, ты пожалеешь, что вообще на свет родился!.. Сказав это, она быстрым шагом направилась в сторону выхода. — Разве ты не видишь?! — воскликнул Хранитель покоев, не желая заканчивать на этом разговор. — Шехзаде больше не видит в тебе ту добрую и невинную девушку, в которую когда-то влюбился. Вместо счастливой улыбки, теперь твое лицо вечно хмурое. Твои руки уже по локоть в крови и однажды, он решит заменить холодную и жестокую женщину на добрую и неспособную на коварства. А я нет. Я полюбил тебя такой, какая ты есть. Добрая, злая, жестокая и мстительная, мне без разницы. В моих глазах ты все ещё та прекрасная госпожа, ради которой я готов жизнь отдать… — Я даже вдумываться не стану в свою бессмысленную болтовню, — холодно ответила Айлин чуть развернувшись. — Даю тебе два месяца, Аяз, и либо ты женишься, либо умираешь. Выбор за тобой… — Если у вас такая любовь, то почему вместо того, чтобы казнить Джихан, Шехзаде велел немедленно сослать ее в старый дворец? — отчаянно произнес Хранитель покоев, чуть нахмурившись. Усмехнувшись, Айлин вышла из комнаты, не желая отвечать на вопрос. Пройдя несколько коридоров, она резко остановилась, схватив за руку стоящего рядом Исмаила ага — Сейчас же иди к Парсу аге, — не громко сказала Султанша, наполненная злостью, — Джихан хатун и ее служанки не должны добраться до дворца живыми… Евнух кивнул и быстро ушел. Айлин же ещё некоторое время смотрела ему вслед, а затем направилась в свои покои. Пройдя очередной поворот, она встретилась с Джихан. Глаза ее были красными от слез, а дыхание слегка сбито. Выпрямившись, Айлин с надменностью взглянула на нее. — Можешь праздновать свою победу, — чуть хрипло произнесла Джихан. — Я уезжаю и ты больше никогда не увидишь меня. — Знаешь, я была сильно удивлена твоему глупому и недальновидному поступку… — сказала Айлин, тяжело вздохнув. — Столько лет, я ломала голову над тем, как бы избавиться от тебя, а ты и сама с этим прекрасно справилась. — У меня не такой хороший опыт в убийствах, как у тебя, — с ненавистью сказала Джихан. — С этим не поспоришь… — усмехнувшись, ответила Айлин. Еле заметно фыркнув, Джихан направилась вперёд, но Султанша остановила ее, резко взяв за руку. — Да простит Аллах твои прегрешения, — шепотом произнесла Айлин и отпустив девушку, направилась вперед. Джихан развернулась в сторону Султанши, смотря ей в след и понимая смысл ее слов. На глаза снова начали наворачиваться слезы от осознания неизбежного. *** Войдя в свои покои, Айлин глубоко вздохнула. В комнате было как никогда тихо. Медленным шагом, она вышла на балкон, положив руки на перила. Она увидела готовую карету и то, как в нее садятся Джихан Хатун и ее служанки, которых выгнали из дворца. Встретившись взглядом со стоящим рядом с ними Парсом Агой, она увидела как он кивнул ей. Кивнув в ответ, она снова глубоко вздохнула, закрыв глаза. Осознание того, что на одну проблему в ее жизни стало меньше, безусловно радовало, но мысли об угрозах шехзаде сразу же все омрачали. — Айлин… — послышался не громкий голос позади. Сразу же развернувшись, Султанша увидела Хюмашах. Улыбнувшись, Айлин подошла к ней, сев напротив нее на корточки. — Как ты, Хюмашах? — с добротой спросила Султанша. — Мама больше не приедет? — несмело произнесла девочка. — Боюсь, что нет… — чуть качнув головой, ответила Айлин. — Меня тоже скоро выгонят? — снова спросила Хюмашах, заметно волнуясь. — На что ты… — протянула Султанша, крепко обняв ее. — Теперь, ты всегда будешь со мной. Я никому и никогда не позволю обидеть тебя. Что бы ни случилось, помни, Хюмашах, я всегда буду рядом с тобой! Уже поздно вечером, во дворец пришло известие о том, что на карету Джихан хатун напали разбойники и, к сожалению, никто не выжил, а те самые разбойники пропали, словно их и не было… *** Амасья В покоях шехзаде так же находилась Атмаджа и Ташлыджалы. — Что там, Атмаджа? — чуть нахмуренно спросил Мустафа, смотря на прибывшую из Манисы посылку, а точнее, ответ Айлин. — Кажется, это змеиная настойка… — несмело произнес Ага, смотря на стеклянную бутылку и крутя ее в руках. — Я слышал, что такие изготавливают в Китае, говорят, они очень полезные и могут вылечит некоторые болезни. Тут ещё письмо есть. Атмаджа, вытащил бумагу и протянул Шехзаде. Тот сразу же распечатал письмо, принявшись читать его вслух. «Даже яд змеи порой может стать лечебным… Я не буду злиться на ваше крайне грубое высказывание обо мне, хорошо понимая ваш страх… Думаю, мне стоит объясниться. Своими необдуманными действиями, вы сами настраиваете своего брата против себя. Поэтому для того, чтобы он наконец-таки увидел в вас угрозу, мне не потребовалось ничего, кроме как терпения. Я не предпринимала ни единого действия, дабы изменить мнение Шехзаде Мехмеда о вас! Что насчёт вашей угрозы, я полностью готова с гордостью принять ваш удар, каким бы он не был. Но будьте крайне осторожны, зная ваш нрав, я боюсь что вы собственными руками выроете себе могилу, мне бы не хотелось, чтобы на моих руках была кровь династии…» Дочитав, Мустафа сразу же смял письмо, злобно нахмурившись. — Какая наглость! — воскликнул Ташлыджалы. — Как она посмела?! — Айлин намного умнее и сильнее, чем мы думали, — произнес Шехзаде. — И как же мы упустили тот момент, когда эта змея так глубоко пустила свои корни…