Только ты

Айлин стояла перед гаремом, внимательно смотря на выстроившихся девушек. На ней было красное платье и разные украшения из драгоценных металлов и камней. Султанше нужно было набрать девушек в гарем ее сына, что оказалось требовалось больше терпения, чем ожидалось. За одно только утро, к ней пришли три девушки, молящие ее отправить в гарем Шехзаде. Медленно идя в перед, она отбирала некоторых девушек. Остановившись напротив красивой блондинки, Султанша внимательно оглядела ее. — Как тебя зовут? — с интересом спросила Айлин. — Елена, госпожа, — ответила девушка. Султанша сразу же чуть нахмурилась. Ей не очень нравились девушки с подобным именем, поэтому, она направилась вперёд. Каждая из девушек смотрела на нее с надеждой и лёгкой мольбой, что немного веселили султаншу. По итогу, выбрав десятерых, Айлин вышла из гарема, направляясь в дворцовый сад. Совсем скоро, все должны были поехать на открытие мечети Султана, поэтому, нужно было приготовиться и для начала, забрать Ибрагима с тренировки на саблях, откуда он даже и не собирался уходить. Увидев впереди Селима, девушка лишь склонила голову, продолжая идти. Шехзаде крепко схватил ее за руку, останавливая. — Ты, кажется, начала забываться, Айлин, — произнес он, не скрывая надменности. — Начала забывать, с кем имеешь дело. Или это брат Мехмед тебя подстрекает? — Я не понимаю, о чем вы, — спокойным тоном ответила Султанша. — Все ты понимаешь, — усмехнувшись, сказал Селим. — Твоя власть имеет небывалые размеры. Может, это и стало причиной твоей смелости…?! Ты угрожала мне, я подобного не забываю. — А вы подослали ко мне шпионку, — произнесла Айлин, стараясь быть как можно спокойнее. — Если бы не мои слуги, то и представить себе не могу, что бы вы сделали с моей печатью. Я оказала вам честь, не сообщив обо всем Шехзаде Мехмеду. Думаю, он был бы очень зол… Вырвав свою руку из крепкой хватки, Султанша поклонилась и быстро ушла, оставив Селима лишь прожигать ее спину взглядом. — Рано или поздно, все встанет на свои места, — прикрикнул Шехзаде. — И те, кто не достоин власти, потеряют ее в одночасье! С неприязнью фыркнув, Айлин лишь ускорила шаг. В саду вместе с Ибрагимом были рядом Ахмед и Мурад, которые увидев Султаншу поклонились. — Мама, — произнес Ахмед. — Мы как раз собирались возвращаться во дворец. — По Ибрагиму не скажешь… — протянула Султанша, бросив взгляд на сына, которые не прекращал тренировку. — Он очень упрямый, — улыбнушвись, сказал Мурад. — Совсем нас не слушает… — Как твои дела, Мурад? — с улыбкой спросила Айлин. — Я слышала, что ты уже в санджак отправился. — Так и есть, госпожа, — согласился мальчик. — Лала все время от меня не отходит. Он уже многому меня научил. — Это хорошо, — произнесла Султанша, погладив мальчика по голове. — Дай Аллах тебе долгих и счастливых лет жизни. — Аминь, — с улыбкой ответил Мурад. — Я слышал, что вы хорошо играете в шахматы, надеюсь, что однажды, мы с вами сыграем. — Я была бы очень рада… — сказала Айлин, снова улыбнувшись. — Прошу прощения, госпожа, — произнес Шехзаде, бросив взгляд за спину Султанши. — Но мне пора идти. Был рад побеседовать с вами. — Хорошо, — кивнув, ответила Айлин. Мурад поклонился и быстро побежал в сторону пришедшей за ним служанки. Султанша же, перевела взгляд на сыновей. — Мама… — протянул Ахмед, отойдя чуть в сторону. Айлин нахмурилась. Подойдя к сыну, она внимательно взглянула на него. — В чем дело? — непонимающе спросила Султанша. — Я хотел серьезно поговорить с тобой, — ответил Шехзаде, глубоко вздохнув. — С отцом мы уже говорили на эту тему и он в принципе не против. Ну… Он сказал, что если ты позволишь, тогда и он согласиться… — О чем ты?! — непонимающе произнесла Айлин. — Я бы хотел, что бы Демир отправился вместе со мной в Бурсу, — сказал Ахмед, стараясь не выдавать своего волнения. — Мы с ним дружим уже много лет, и он мог бы стать хранителем моих покоев или что-то подобное… — А что на счёт этого говорят его родители? — чуть изогнув бровь, спросила Султанша. — Они… Не дали точного ответа, — чуть замявшись, ответил Шехзаде. — Это плохая затея! — твердо сказала Айлин. — Но, мама…! — возразил Ахмед. — Ты остаёшься здесь, братья и сестры тоже. Я, получается, буду совсем один. А так, со мной будет мой лучший друг, на которого я смогу положиться. — Ахмед… — устало протянула Султанша. — Прошу, — упрямо произнес Шехзаде. — Так, ты будешь уверенна, что рядом со мной не будет подателя или какого-нибудь шпиона. — Ну да, это многое меняет… — закатив глаза, ответила Айлин. — Поговорим об этом позже. *** Мечеть, построенная по приказу Султана, была по истине прекрасна. Большая и величественная, она поражала своей красотой. Айлин стояла чуть в стороне, внимательно оглядывая здание. — Айлин… — ослышался голос со стороны. Только Султанша развернулась, как Баязид заключил ее в объятья. — Шехзаде, — растерянно произнесла Айлин. — Где ты нашла такое золото? — с улыбкой спросил Баязид, переведя взгляд на стоящую чуть в далеке Дефне. — Это долгая история… — оправдалась Султанша. — Рада, что вам понравился мой подарок. Ах да, поздравляю с рождением сына. — Спасибо, — кивнув, ответил Шехзаде. — Ну ладно, я пожалуй, пойду. Айлин поклонилась, а Баязид ушел к своей фаворитке. Усмехнувшись, Айлин развернулась обратно. — Ты сумела вновь вернуть его к жизни, — произнес подошедший Джихангир. — Смерть Хуриджихан стала для него ударом, но теперь он снова цветет и пахнет. — Это хорошо, — смеясь ответила Султанша. — Каждый достоин счастья. — Это верно… — согласился Шехзаде. — Последние новости сильно омрачили наши жизни, но несмотря на все это, повелитель всеми силами пытается скрасить последние дни мамы. — Вы правы, — кивнув, ответила Айлин. — Никогда бы не подумала, что увижу в его глазах столько боли и отчаяния… — Знаешь, когда-то я считал тебя монстром, — произнес Джахангир, смотря на здание. Айлин перевела на него непонимающий взгляд. — Мне казалось, что власть которую ты получила, начала застелить твои глаза и совесть. Теперь же, я понимаю многие твои мотивы. Ведь, ради своего ребенка, я бы тоже пошел на многое. — Это радует… — протянула Султанша, чуть нахмурившись. — Я, пожалуй, пойду. Поклонившись, Айлин направилась в сторону беременной Михримах. *** Громкий смех детей был слышен по всему дворцовому саду. Вокруг на крытого стола собралась вся многочисленная семья. Все ожидали появления Султана и Хасеки. — А мы уже научились ездить на лошадях, — с гордостью произнесла Арифе. — Правда? — улыбнувшись спросил Мехмед. — Да, — согласилась Кайя. — Совсем скоро мы с Арифе сможем сами кататься, без сопровождения конюхов. — Безусловно… — ответила Айлин, чуть поправив темный волос дочери. — Идите поиграйте с сестрами. Улыбнушвись, девочки на перегонки побежали в другую сторону. — Как же быстро они все выросли, — смотря им в след, произнесла Султанша. — Вроде как ещё совсем недавно я впервые взяла на руки Ахмеда, а уже сейчас он уезжает в своих санджак. — Время летит безумно быстро… — тяжело вздохнув, ответил Мехмед. — Не успеем мы опомниться, как и сами состаримся. Айлин засмеялась, обняв мужа. — Вот уж нет, — возразила она. — Я не собираюсь так просто отдаваться в руки седых волос и морщин… — Не скажу, что удивлен твоему высказыванию, — сказал Шехзаде, на что Султанша снова засмеялась. — Султан Сулейман Хан Хазретлери! — громко прокричал стражник. Все сразу же направились к столам, стоя в поклоне. Совсем скоро должна была появится и Хюррем Султан. Ее прихода не пришлось долго ждать, в дворцовый сад она вышла чуть больше, чем через десять минут. Сев по своим местам, все начали трапезу. На лицах всех были улыбки. Некоторые все ещё не теряли надежды на то, что Хасеки все же сумеет выздороветь, были и те, кто все ещё не осознавал сложности всего этого. Михримах сидела с улыбкой смотря на мать. В ее глазах виднелась все ещё не погибающая надежда. Селим перевел взгляд с Нурбану вперед. В его голове все никак не могла прижиться мысль о том, что его матери совсем скоро не станет. Баязид с улыбкой смотрел на сидящих неподалеку дочерей, а затем с любовью взглянул на мать. Джахангир кормил свою сидящую рядом дочь. Она была ещё маленькой и Шехзаде не отпускал ее от себя ни на шаг, оберегая, словно сокровище. Мехмед же, старательно скрывал свое подавленное состояние. Он всеми силами пытался смириться с мыслью о том, что скоро случиться, но понимал что к этому, нельзя быть готовым на все сто. Он взглянул на улыбающуюся ему мать и сам не смог сдержать улыбки. Трапеза длилась не долго. Когда повелитель и Хюррем Султан встали из-за стола, все так же поднялись со своих мест. Они внимательно следили за тем, как они вдвоем уходят. Остановившись, Хюррем бросила последний взгляд на свою семью, улыбнушвись и чуть склонив голову. Развернувшись обратно, она, крепко держа повелителя за руку, ушла.