Ты меня не звала, но я пришёл.

      — Достойный ответ, — довольно протянул Сергей Семёнович после моего длинного доклада. — Достойная оценка. На экзамене я учту вашу работу за семестр. Если, конечно, и дальше будете радовать меня такими прекрасными ответами, София.       Вика, сидевшая рядом, отключила микрофон и ткнула меня в бок.       — Ты когда успела, зараза? — шепнула она.       — Так всю неделю готовилась же, — улыбнулась счастливо я.       По окончанию семинара мы все отключились, и я поплелась в ванную, чтобы привести себя в порядок перед универом. Полисорб с утра очень помог, поэтому чувствую себя как огурчик. А странно, мешала градусы как хотела. Как это работает? Но вот желание спать было просто ужасным, этого не скроешь.       Подруга быстро приготовила легкий завтрак и заварила любимый кофе.       — Прости за вчера, — искренне извинилась она, хлопоча на кухне. — Диминой маме стало плохо, он так переволновался, что даже не мог за руль сесть. Истерил ужасно.       — Ужас. Что-то серьёзное?       — Давление, — хмыкнула она и села. — Поэтому пришлось сорваться. Но я знала, что ты у своего экстрасекса дома, поэтому решила, что ничего страшного не будет, если я тебя оставлю. Но все равно прости, подставила я тебя знатно, — подруга встревоженно посмотрела на меня, ища в глазах поддержки.       Я тепло посмотрела на неё.       — Все хорошо, заяц, ты правильно все сделала. — я ободряюще кивнула. — И приоритеты ты абсолютно правильно поставила. Нельзя было оставлять Диму в таком состоянии одного. И маме помочь тем более надо. Не переживай, конечно, я понимаю полностью, о каких обидах может идти речь.       — Вот поэтому я тебя люблю! — Вика обняла меня и чмокнула в щечку. — Ты самая лучшая у меня.       — Но я тебя больше, — я сделала легкий ответный поцелуй. — Ты меня столько выручаешь, столько приходишь на помощь, постоянно вытаскиваешь из передряг. Ну вот как я могу на тебя вообще обижаться?       Кошка чинно вошла на кухню и прошествовала к миске. Лениво смотря на меня, она как-то кивнула, дернула мохнатыми ушками и больше не обращала на нас внимания.       — Вот так и пускай тебя, — хихикнула Вика. — Сначала приглашаешь пожить, а потом твоя кошка становится хозяйкой квартиры.       — Да не говори, — в ответ улыбнулась я. — Она у меня это… В душе аристократ. Нет, аристокот.       — Ты мне скажешь, отчего у тебя перемотана кисть? — резко переключилась Вика и дотронулась до бинта.       — Разбила бутылку в этих долбаных трипах, — я встряхнула рукой. — Собирать осколки начала, порезалась сильно.       Пугать лучшую подругу мне совсем не хотелось, поэтому я снова соврала. Ложь во спасение, буду успокаивать себя так.       — Ну даёшь, — покачала головой подруга. — Бинты надо поменять? Могу сделать.       — Нет, все хорошо, Олег помог, — я смущенно улыбнулась при упоминании медиума.       — Кстати, Олег, ходячий бог, — такая формулировка уже меня насторожила. — Вернёмся к нему. Как ты у него оказалась? Ты вообще какой-то партизан, из тебя ничего не выбить.       Что ж… Хотя бы раз хотелось сказать правду, целиком. Да и совет подруги мне был слишком необходим.       — В общем, такое дело, мы… — я помедлила, чувствуя нарастающее смущение. — Ну…целовались. А ещё у него есть бывшая девушка, с которой я столкнулась, когда была на приёме. И она к нему приходила вещи какие-то забрать. Много всего.       — Та-а-а-ак, до следующей пары ещё целых два часа, мне нужен подробнейший рассказ, — подруга сходила за сигаретами и вскоре вернулась. — Черт, Софа, а ты молчишь как всегда! Ты целовалась, на минутку, с популярным экстрасенсом! Ты че молчала вообще!       Мы пошли на балкон и, взяв любимый латте, начали болтать.

***

***       Две пары прошли ужасно скучно и нудно и, покинув университет, мы с Викой блаженно устремили взор на ясное небо. Наконец ясное.       — Это только понедельник, — сказала она, созерцая красоты безоблачности. — А я так заебалась, будто уже пятница.       — Понимаю, — хмыкнула я и посмотрела вдаль. — После долгого отдыха тяжело привыкнуть к учебным будням. Завтра ещё и на работу.       — Ты кстати, сейчас куда? — уставилась на меня подружка.       — Мне надо домой. Сегодня вечером с Олегом встречусь.       — Подробности! Мне нужны по-дроб-нос-ти! — взмахнула руками Вика. — Неужели он смог разобраться с твоими постоянными недосыпами и депрессией? До последнего не верила, что экстрасекс тут сможет хоть как-то помочь. Тем более ты знаешь мое отношение к этим… «ясновидцам».       — Как бы странно не прозвучало, но я верю ему до последнего слова. Ты знаешь, он говорит такие вещи…       Я замялась, вспоминая, что говорил Шепс о моем отце, как он описывал его, что рассказал о маме.       — На первом приёме я ни словом же не обмолвилась о том, кто я, как выглядят мои покойные родители, что меня беспокоит. А он просто взял и разложил все по полочкам. Абсолютно все. В соцсетях у меня больше нет фотографий с родителями, ничего, абсолютно ничего нет, понимаешь? Да и ты же знаешь, что из близких друзей никого кроме тебя у меня и нет. Поэтому я верю ему.       — С ума сойти. Думала, Лерка была в восторге от него как от парня, когда щебетала о том, какой этот медиум проницательный. Что ж, если так, то я рада, что в тот день именно эта рекламка приклеилась к лобовухе. Но бля, все равно пока что отношусь настороженно, сорян.       — Фома ты неверующий, ничем не пробить! — воскликнула я. — Но мне нужно домой, кое-что поискать, — поковыряла я ботинком замёрзшую брусчатку. — Олег сказал, это важно… — чуть не забыла добавить.       — Поняла. Пойдём, докину тебя до дома, все равно никуда не надо. Димка у родителей остался.       — Спасибо, — я благодарно улыбнулась. — Сможешь помочь с поиском, если тебе не трудно?       — Да без базара, — засмеялась она и подошла к белой Тойоте. — Могла бы не задавать таких глупых вопросов.       Подъехав к дому, мы вышли из машины. Вика покосилась на сидящих на лавке бабушек и направилась к подъезду. Квартира пустовала, но в воздухе была какая-то тревожность.       — Ничего не чувствуешь? — повела я носом, ощущая странный знакомый запах.       — Всмысле? — разуваясь, спросила Вика. — Вроде ничего. Чем-то воняет?       — Нет, — я тревожно огляделась и прошла на кухню. Оглядывая помещения, я сновала туда-обратно, словно ожидала увидеть что-то странное. — Неужели не чувствуешь? — снова повела носом я.       — Абсолютно, хоть убей. — Вика непонимающе ходила за мной. — Что я должна почувствовать?       — Здесь кто-то был, — чувство страха расползлось предательски по телу, и холодок пробежал по позвоночнику. — Здесь кто-то был, говорю тебе.       — Ты уверена, что прервать курс седативов было хорошей идеей? — осторожно спросила она. — С чего ты взяла?       — Не знаю, — я рассеянно посмотрела на неё. — Вик, правда не знаю. Уже несколько дней мне кажется, что за мной кто-то наблюдает, не могу избавиться от этого ощущения.       Это после Влада? — прошлась по кухне подруга. — Или это как-то связано с твоими недосыпами и кошмарами?       — Не знаю, — рассеянно ответила я. — Но почему-то мне кажется, это из-за Влада.       — Успокойся, — она подошла и крепко обняла меня. — Больше этот урод ничего тебе не сделает, обещаю.       И я очень хочу ей поверить. Но…       … липкое чувство все равно не покинуло меня. Побродив ещё по квартире, я убедилась, что по прежнему ничего не изменилось.       Странный отдаленный запах все ещё витал в воздухе. Едва уловимый, он смешивался с домом.       — Вечером досмотрим «Магазинчик Сет-Бёль», — ободряюще решила Вика. — Помнишь, что с меня светлое пиво и пицца? Я сдерживаю обещания.       — Точно, совсем забыла, — скрыв тревогу, улыбнулась я. — От пива я никогда не отказываюсь. Ладно, чёрт с запахом, мы здесь не за этим. Олег сказал поискать какое-то кольцо на цепочке, говорит, я его носила. Не могу понять о чём он, хоть убей.       — Как раз спросить, — кивнула подруга. — Ты его потеряла, что ли?       — В смысле? — ошарашено уставилась на неё я.       — У тебя память отшибло совсем? — в свою очередь удивилась она. — Ты его не снимая носила.       — Да о чём вы все? Не знаю я ни про какое кольцо, я никогда его не носила! Я вообще украшения не ношу!       Сговорились они все, что ли?       Вика с непонятной мне жалостью посмотрела на меня.       — Мамино… Кольцо… — вкрадчиво начала она. — После ее смерти ты оставила себе на память. Сколько себя помню, ты его носила не снимая.       Викины слова прозвучали осторожно, будто она разговаривала с больной.       Впрочем, она может быть права.       — Вик, кажется, я начинаю сходить с ума, — я обхватила голову руками. — Я не помню этого, Господи. Думала, что Олегу показалось.       Подруга заметно напряглась.       — Ты меня иногда очень пугаешь, — она присела на корточки и заглянула в глаза. Сама того не осознавая, я осела на пол и обхватила колени руками.       — Себя я пугаю ещё больше, — испуганно посмотрела на неё я. — Что со мной происходит?.. Я не помню.       — Так, — деловитго уселась Вика по-турецки. — Попробую напомнить.       Подруга взяла свой смартфон и принялась что-то искать. После недолгой паузы она удовлетворенно хмыкнула и протянула мне телефон.       — Узнаёшь? — она ткнула пальцем на мое фото, и я вгляделась в изображение. Как сейчас помню: прошлый год, отмечали сдачу сессии. Вот сидим в кафе, я в светло-серебряном джемпере, а на шее кулон, о котором говорил Олег и только что упомянула подруга.       — Блять, Вик. У меня отшибает память. Первый раз его вижу, — я в панике посмотрела на неё и вернула взгляд обратно на фото.       Потемневшее от времени серебро, даже слегка черноватое… Тонкая цепь…       Черт, что это за магия?!       — Я не знаю его.       Та ошарашено уставилась на меня и, найдя ещё несколько фото, вернула телефон мне.       — А тут? Неужели совсем? Соф, три года носишь, как ты можешь не помнить, я просто не понимаю!       — Сама не знаю! — истерично воскликнула я, понимая, что зрение меня совсем не обманывает и я просто вижу колечко на тонкой цепочке.       — Так, не паникуй. Может, такое бывает. Головой давно билась? — она потрепала меня по волосам. — Давай просто забьем на то, что ты его неожиданно забыла. А то мне уже страшно становится.       — А что тогда…       — Так, ты его потеряла, как я понимаю. Но дома я на него не натыкалась. Хотя украшения эти… Вечно затеряются и не находятся сразу. Олег попросил его поискать?       — Ну… Да, — голос предательски дрогнул. — А цепочка тонкая?       — Ну да, — она вытащила свой кулон. — Как у меня, только серебряная.       — Ничего не понимаю. Вик, я схожу с ума, черт, да что за кольцо…       — Пить завязываем, подруга. У вас началась амнезия. Почему мы должны его искать?       — Олег сказал, что это кольцо может иметь какое-то отношение к моим кошмарам.       Подруга скептически посмотрела на меня в ответ и выгнула бровь.       — Ебатория космическая. Никогда в подобный абсурд, конечно, не верила, но ладно. Ты была недавно дома?       — Да. Надо было взять фото родителей.       — Мдэ, понятно. Ну хорошо, спрашивать не буду зачем. А когда?       — В прошлый понедельник.       — Что ж. Видимо, потеряла. Его очень нужно найти?       — Очень нужно.       — Хорошо. — Вика собрала волосы в пучок. — Отставить панику на борту! Юнга, — она требовательно посмотрела на меня. — отставить панику, говорю! Перевернём квартиру полностью и найдём то, о чем нам сказали. Как понял меня?       — Понял-принял! — бодро ответила я и встала.       — Прекрасно. Начинаем с кухни.

Avanti o popolo alla riscossa!

      Надо сказать, тотальная уборка квартиры в поиске никак не помогла. Вика не сдавалась и заглядывала в самые потаенные уголки квартиры. Комната родителей, в которую я ненавидела заглядывать, ничем не помогла. Часа три усиленных поисков по итогу ни к чему не привели.       — Панику отставить! — все так же бодро продолжала подруга, видя мое расстроенное лицо. — Сколько времени?       — Шесть, — я посмотрела на дисплей и удивилась. — Долго мы, прости, пожалуйста.       — Поищу дома. Позвоню Геле на всякий случай и спрошу, может, ты у неё обронила случайно. Ты сегодня видишься с Олегом?       — Да, — рассеянно ответила я. — В восемь или девять, он сказал.       — Позвони ему, чтобы точно узнать, — она кивнула в сторону айфона. — Отвезу тебя тогда.       — Спасибо большое. Прости, что тратишь столько времени на меня. Домашку на завтра всю сделаю за тебя.       — Успокоились, дамочка, все успею! — улыбнулась она. — Он не писал тебе сегодня?       — Нет. Да как-то неудобно отвлекать, он говорил, что на съемках сегодня.       — Тогда напиши сама, — не унималась подруга.       Словно в ответ прозвучал рингтон.

«Медиум Олег Шепс»

      — Светишься прям как начищенный самовар! — засмеялась она, когда я смущённо закончила вызов. Олег отправил мне адрес, по которому просил приехать. С номером домофона, это его дом. — Любо-дорого смотреть. Все, не бэцай, дома поищу кулон и позвоню Геле. Дораму отложим тогда?       -…Прости, — всё ещё витая в розовых слонах, выдавила я.       — Да все, — она отмахнулась. — Завтра тогда посмотрим. Пошли соберём тебя.       — Зачем… — замялась я. — Вроде нормально выгляжу.       — Подруга, «нормально» — это не то, что нам сейчас нужно — нужно великолепно. Быстро домой!

Софу заставили приехать домой. Да…

      Полностью ополоснувшись, я укуталась в большое полотенце и вернулась к Вике. Та, довольная, уже сидела на кровати и с кем-то переписывалась. Увидев меня, она улыбнулась и кивнула на рядом разложенные вещи.       — Ты даже белье выбрала, — ахнула я. — Вик, ты больная?! Я на свидание по твоему к парню собираюсь?       — Как говорила дамочка из «Мужского/Женского», высшее образование — как нижнее белье: видеть ты его не видишь, но чувствуешь себя увереннее. — довольна протянула она.       — Ну это же перебор, — попыталась я возразить, но безуспешно.       — Ну то, что ты думаешь о каких-то пошлостях, ко мне никак не относится. Ты вообще о чем там думаешь! Красивое белье по твоему только для секса что ли носят?       — Ну, нет.       — Ну и заканчивай препираться тогда! — сказала она нетерпеливо. — Все, давай-давай.       Понимая, что подруга не отстанет, я послушно начала переодеваться. Чёрные капроновые колготки, когда-то любимая серая обтягивающая юбка и свободная чёрная блузка, которую из-за длины нужно было заправить.       — Так, погоди. — Вика подошла. Выпустив один край рубашки, она поправила ворот и расстегнула пару пуговок.       — Эй, зачем?       — Сама же знаешь, что так лучше! В конце концов мы не на собеседование тебя везём. Кстати, ты на работу блузок захватила?       — Забыла, — ответила я.       — Поэтому их уже в сумку закинула я, — она улыбнулась. — Видишь, какая я молодец.       — Ты просто самая лучшая. — засияла я и обняла самого любимого человечка на свете.       — Да, я знаю. Так, суши волосы.       Фен оказался у меня в руках, и после сушки подруга взяла стул.       — Я твой стилист и визажист сегодня, так что доверься мне, — она подвела меня к зеркалу и усадила. — Все щас по красоте сделаем.       — Верю.       Повозившись с волосами, она сделала небрежный пучок, выпустила несколько прядок и принялась за макияж.       — Даже контуринг? — обомлела я, видя, как подруга достаёт палетку сухих консилеров.       — Так, не волноваться, говорю, — оборвала подруга и продолжила волшебство.       Чувствуя ее мягкие пальцы, скользящие по лицу и растушёвывающие тени, я расслабилась.       Потребовалось довольно мало времени, чтобы Вика сказала:       — Ну все, красотка. Смотрись.       Я взглянула в зеркало и удовлетворенно улыбнулась. Легкий дымчатый смоки, растушёванные маленькие стрелки и подчеркнутые брови выглядели просто прекрасно.       — Выгляжу бомбезно, — выдохнула я.       — Конечно, как ещё ты должна выглядеть. — она довольно закивала и положила кисть на стол. — Так, я знаю, чего не хватает.       Она порылась в косметичке.       — Совсем немного, — она мазнула матовой помадой по губам и вбила подушечками пальцев. — Да, прекрасно. Теперь точно что надо.       — Ты волшебница просто.       — Все, теперь поехали.       Она быстро убрала косметику и выкинула использованные спонжи.       Только я взяла в руки привычные ботинки, как подруга воскликнула:       — Не-е-е, это убирай! Какие ботинки под такую юбку красивую, ну ты вообще. У тебя сапожки высокие были, увозила ко мне? — не дожидаясь моего ответа она продолжила. — Вроде да.       — А чего спрашиваешь тогда, если сама помнишь? — цокнула я. — Да, куда-то в шкаф их закидывала… Ты вообще помнишь про каблук? Это ж самоубийство!       — Ой, ну будто ты пешком до него попрешься. Ищи и натягивай.       — Да блин, Вик, ну может не надо? — я умоляюще уставилась на подругу, но та была непреклонна.       — Нет, нет и ещё раз нет! Сейчас сама поищу, раз ты такая вредина.       — Это я-то ещё и вредина? — возмутилась я. — Собираешь меня будто на свидание.       — Ой, ну ты будто против, — приторно улыбнулась она и, порывшись в нижних полках, воскликнула: — Нашла-а-а!       Я нехотя покосилась на неё и недовольно приняла закинутые ещё давно сапоги.       — Ну на каблуке, ну Ви-и-ик…       — Все, все, напяливай, — не унималась она.       Я надела длинные замшевые сапоги на высоком каблуке и неустойчиво встала. Подруга довольно хмыкнула и протянула пальто.       — И нисколько не на свидание. Вспомни, ты раньше в универ так каждый день гоняла.       — Когда это было, — закатила глаза я и накинула розовый шарф.       — Вот именно, блин, когда?! Кутаешься в свои балахоны каждый день, и всегда все черное! Хожу с какой-то смертью бледнющей.       Мы вышли из квартиры и Вика торопливо закрыла дверь. Я вспомнила, что закрыла свою квартиру на три поворота ключа. Чтобы не взломали.       Погода была просто отличная. Чёрное безоблачное небо, тоненькая восходящая луна и немного раскиданных по углам звёзд.       В машину я спокойно села. Все это время меня, однако, щемило странное чувство, которое я никак не могла объяснить… Даже на сидении мне все ещё казалось, что кто-то исподтишка наблюдает за мной и провожает глазами.       — Вик, поехали быстрее, пожалуйста, — попросила я, видя как подруга не торопясь прогревает машину.       — Суженого своего увидеть хочешь поскорее? — съехидничала она, но после моих слов почти сразу поехала.       Смотря в окно, я наблюдала, как проезжают остальные машины, всё быстрее мелькают дома и проносятся идущие люди.       — Давай покурим? — предложила я, чувствуя как с каждым проеханным километром сердце стучит лишь быстрее.       — Сегодня ты угощаешь, — засмеялась она, не отвлекаясь от дороги.       — Пффф, конечно. Личному шофёру что угодно, — улыбнулась я и достала ванильный Чапман. На светофоре Вика вытащила сигарету и закурила.       — Вик, вот скажи, — начала я, выпуская в приоткрытое окно дым. — Все же будет хорошо?       — Конечно, заяц. Я уверена, что все будет прекрасно, — заверила она и сделала ртом колечко.       — Прости, что не рассказываю в подробностях, что со мной происходит, — извинилась я и взглянула на неё. — Это не потому, что я не доверяю или что-то подобное, правда…       — Я знаю, — она выдохнула. — Уверена, что на это есть свои причины, и нисколько тебя не виню. Если ты не говоришь, значит, нельзя или не нужно. А если не хочешь, то этому есть своё объяснение. Не волнуйся, у тебя и так нервов мало.       — Спасибо тебе. Просто за все, — тихо промямлила я и отвернулась к окну.       — Ты там, эй, помирать что ли едешь? Слышь, — ободряюще ответила она и продолжила втягивать привычный для нас обеих смог. — Ты завязывай с этим. Нам ещё год до диплома остался, ой, даже чуть меньше.       — И не дождёшься, пока помру. — я высунула язык и снова уставилась на улицу.       Хм. В боковом зеркале заднего вида видна машина, которая стояла недалеко от Викиной, когда она её ещё разогревала.       Нет, Соф, угомонись, ты снова себя накручиваешь. Прекращай.       Но я решила не спускать наблюдения с чёрной шкоды, стоящей в пробке довольно далеко.       А054ЕС 799. Ага, Московский номер. Зачем-то я запомнила его, но, отогнав дурацкие мысли, снова вернулась к внимательной на дороге подруге. Та уже давно докурила и спокойно объезжала через дворы пробки. Подозрительная машина свернула в другую сторону, и я облегченно выдохнула.       Точно паранойя.       Вика припарковалась возле довольно знакомого дома, и я, искренне поблагодарив ее, вышла.       — Будь осторожна, — банальнейшая фраза словно невзначай слетела с моих губ. Подруга озадаченно посмотрела на меня, но я уже была далеко.       Я подошла к подъезду и в нерешительности начала топтаться у входа.       Просто набери. Все.       Простояв около пары минут, я всё-таки нажала на домофон.       — Заходи, — прозвучал знакомый голос, и дверь приглашающе открылась.