Всё ли так "просто"?

- В темницу её - тихо, но голос отбился от стен и громом ударил в уши       Лале смотрела в лицо этого ненавистного ей человека, искала подтверждение его слов - Ч-что? - голос дрогнул, глаза полезли на лоб, когда увидели...ничего, они не увидели ничего кроме, злости и ненависти - Я сказал, в темницу - повысил голос "недосултан"       "Нееет, нет, нет, нет, нетоннеможет и ещё раз нет" - Султан Мехмед - начала было Шахи-хатун, но была перебита осаждающим взглядом       Двое стражников двигались в сторону девушки. Сердце пропустило удар       "Что? Нет, он шутит, не важно что он не умеет шутить и никогда этого не делал, он просто шутит"       Страх молнией прошиб сознание, стража почти подошла к ней, ноги подкашивались, руки дрожали, а глазах застыл ужас - Нет! Шахи-хатун! Дядя Мурад! Софие! - девушка билась в руках двух мужчин, тащивших её к выходу, хватаясь как утопающий за соломинку, цеплялась глазами в опущенные лица, все стоят, только наставница Лале, сделала к ней торопливый шаг. Но разъяренный взгляд Мехмеда остановил её       Глаза выдавливает изнутри, болят будто в них насыпали песка, грудь сдавленную корсетом, давило в два раза сильнее, воздух покинул лёгкие, оставив вакуум. Ногти впились в руки мужчин, на лбу проступили маленькие капельки пота, волосы сложенные в аккуратную прическу растрепались, рассыпались по плечам. - Мехмед! Зачем!? Зачем тебе это нужно!? Ты хочешь отомстить мне!? За что!? За то что твоё эго в четырнадцатилетнем возрасте прижали!? Не дали отыграться на пленных тогда!? И ты отыгрываешься сейчас! Зачем!? Что они сделали тебе!? Ничего... Они ничего не сделали! Слышишь ничего! - на мгновение голос запнулся - Или тем что ссылаешь всех пленных, хочешь сделать больно Владу и Аслану!? - она вгляделась безумными глазами в его лицо - Да... Ты этого и хочешь... Кретин! Чёртов кретин! Они не заслуживают этого! - девушка билась в руках стражи, больно.., все равно, она хотела услышать хоть слово, любое, зачем он так поступает       Султан, в три шага подошёл, посмотрел на неё, как на падшую женщину, замахнулся и - Ах! - лицо резко отвернулось от него, шлепок, такой сильный, как только не выбил челюсть.       Щёку обожгло, из глаз брызнули слезы, она так хотела их сдержать, но те полились сами по себе, без её ведома. - Уведите - хладнокровно отвернулся и пошёл в сторону трона       Лале обмякла, перестала сопротивляться.       Коридоры, коридоры, длинные тянущиеся коридоры. Вот они уже подошли к винтовой лестнице уходящей вниз, пара факелов освещала её, и только.       Её почти несли на руках, она просто не могла пошевелиться.       Шаги размеренно отдающиеся где-то в черепной коробке, стали замедляться, пока вовсе не остановились. Звон цепи, щелчок замка. Руки девушки небрежно скидывают с плеч, чуть не упав вовремя опёрлась на ноги - Заходи - грубый голос из-за спины, сначала показался безразличным, а потом до помутневшего сознания дошли нотки сожаления.       Подняла голову. Слёзы так и текли тёплыми дорожками, не останавливаясь, поплывший от слёз взгляд направила сначало на одного потом на другого. Опустила голову. Спокойно вошла.       Изнутри все органы сдавливают тиски, конечности не сгибаются. Жгучая боль в солнечном сплетении, поднималась в грудь, в горло сухим непроходимыми комом.       "Почему, почему!? Почему я не закрыла свой рот вовремя!? Потому что ты не можешь молчать когда кто-то переступает границы дозволенного. Но я могла просто промолчать, потом высказать все Шахи-хатун, мальчикам, поплакала бы, как два года назад, нет же..."       Скрип тяжёлой железной решётки. Замок закрыли.       Смахивая слёзы с лица, осмотрелась, пол, каменный пол и...ничего больше. Только в углу маленький кусочек кирпича, взгляд поднялся и увидел что-то тот кто был здесь до неё, считал дни до освобождения, либо, до смерти. Одинокая капля сорвалась с потолка и упала в лужицу возле камушка       Ударилась спиной о такую же каменную стену, сползла по ней вниз и зарылась руками в волосы, ещё немного влажные.       Здесь было, сыро и холодно, поэтому тело быстро остывало, от чего мокрый ворот платья доставлял дискомфорт, и рассеивал озноб по всему телу.       Холодно, мокро, страшно, очень страшно.

*****

      Спустя, неизвестно сколько времени, послышались несколько пар ног, отбиваущих почти в один ритм пол. - Как тебе здесь? Нравится? - ох уж это противное лицо "султана". Желание впиться в него ногтями, через решетку было неимоверно большим.       Она сдержала себя       " Если я сделаю это, меня сразу положат на плаху." - Не слышу ответ - требовательно повысил голос - Нет, не нравится - почти спокойным голосом, даже сама удивилась как так смогла - Хм? Почему же? По-моему очень уютно - демонстративно наклонился вперёд, будто желая присоединиться       Молчит. Держит себя в руках и молчит. - Ну ладно, не буду тебе мешать отдыхать. Зигир, не давать ни еды ни воды, до завтрашнего вечера, а дальше посмотрим - Повелитель, но... - До завтрашнего вечера, ни воды ни еды, всё ясно? - наигранно спокойной перебил Мехмед. Бросил на сидящую на холодном полу Лале взгляд, довольно усмехнулся и ушёл.

*****

      Лале аккуратно зачеркивала четыре полоски выцарапанные ей в предыдущие четыре дня.       Пятый день в темнице, подол платья мокрый, спина тоже,от постаянного контакта со стеной.       Последний раз она ела пять дней назад, пила два дня назад.       "От меня просто хотят избавиться! Свести в могилу! Я...я долго здесь не протяну...это не в моих силах..."       Горло запершило от сухости, кашлянула и продолжила царапать линию.

*****

- Да как ты не понимаешь! Она там! А мы здесь! Мы ничего не можем сделать! Ничего! Мы никто! Мы! Никто! - обычно спокойный Влад, тряс Аслана за плечи, хотел утрясти в него все что исходило из него самого. - Я понимаю, мы никто, мы не можем ничего сделать - спокойно, смотря в ноги повторил Аслан - Нет! Я не верю что нельзя ничего сделать! Твою мать! Я. В это. Не верю! Аслан! Думай! Думай чёрт возьми, что можно сделать! Почему ты молчишь, почему!!! - истерика. - Через два дня нас будут готовить к переселению, наше время здесь, ещё пятнадцать дней и всё, и все эти дни без неё... Потому что мы, бессильны...