Занесло.

Ривай окаменел. В сравнении с тихими днями до этого все то, что происходило сейчас, повергало в шок с каждым разом всё больше и больше. Сначала на него свалился дождь, затем по его душу прибежали волки, а теперь он с мелкой дрожью в теле смотрит на чужие ступни недалеко от себя. Взгляд мечется. Стоящий впереди к нему не спешит — осторжничает, либо уже направил на него лук или копьё, готовый атаковать. Аккерман же не видел его целиком. Присмотревшись он понял — ноги не смуглые, а грязные. Сглотнув, мужчина резким движением наклонился и поднял с земли фонарик, посветив вперёд. Незнакомца свет ослепил. Он испугался, закрываясь ладонями от свечения и рванул обратно, в глубь леса. Наблюдая за его побегом Леви, все ещё сжимая в руке копьё, понял, что встретился с местным. Встретился и напугал неизвестным тому приспособлением — фонариком. У местного была одежда из ткани. Хотя, скорее, лоскуты, повязанные на тело с помощью веревок или лиан — Аккерман не разобрал. Зато разобрал принадлежность к мужскому полу. И светлые волосы, хрупкое телосложение. Когда незнакомец скрылся меж деревьев благодаря темноте, то Леви смог спокойно выдохнуть. Но что ему делать теперь? "Владельцы" территории будут знать, что здесь чужак, и точно придут за его головой. Может за ним уже следили, раз спасли. Спасли. А ведь действительно. При желании тот парень мог пристрелить его сразу же, а не отгонять от него волков. Да и когда Ривай посветил на него, то тот уже убрал свое оружие за спину, и стоял перед ним без какого-либо средства защиты или убийства. Убежал, потому что испугался странной для него вещи. Вдруг хотел выйти на контакт? А Леви спугнул. Мужчина сделал шаг, затем второй и на автомате двинулся вслед за.. кем-то. Зачем? Не знал и сам. Дождь стих, вокруг было мокро и скользко. А самое неприятное — грязно. Грязь была везде, и даже мох превратился в неприятное месиво, по которому мужчине противно было ступать даже в ботинках, не то что босым. Сам Ривай промок до нитки, мерз и дрожал, проклиная всех и вся. А больше всего чёртову учёную Ханджи, которая его сюда засунула. Леви никогда не думал, что будет скучать по тюремной камере. Но в данной ситуации от такой погоды все же был один плюс — следы. Человеческие босые следы ясно проступали и на мху, и на грязи, и Леви старался идти по ним быстро, пока те не потерялись. Кое-где мужчина все же плутал, но в конце концов все же натыкался на грязевые места, в которые ступил местный. В какой-то момент Аккерману показалось, что тот делал это специально — бежал именно по грязи, а не траве. И именно поэтому ему показалось, что ноги того парня были смуглыми. Они просто были грязными.

***

Ривай плутал до самого утра. Из сил выбивала усталость и голод. Когда он свалился за высоким кустарником на берегу неглубокой реки (такой чистой, что буквально можно было разглядеть дно и рыбу), то утер лицо ладонью, брезгливо сморщившись. Он был мокрым, грязным. Безумно хотел принять душ и поспать в кровати. Поесть, пусть даже и тюремную похлёбку. От безысходности хотелось выть. Поднимая взгляд и рассматривая небо, причудливо окрашенное в цвет малинового рассвета, Леви уже собрался подняться на ноги и продолжить свой путь, как неподалеку внезапно послышались голоса. Мужчина опасливо пригнулся, оглядываясь и прислушиваясь. Голоса доносились из-за спины, а если быть точнее, то по ту сторону от берега, поэтому Аккерман как можно более аккуратно выглянул из своего укрытия, замерев. На другой стороне реки были люди. Сосчитать точное количество было сложно — их одеяния почти сливались с растительностью вокруг. Леви и вовсе смог их разглядеть только из-за того, что они двигались. Их кожа была смуглой, в отличие от парня, которого он видел ночью, но в следующее мгновение кто-то из племени подал сигнал и все двинулись вперёд, подгоняемые одним человеком. Приглядевшись, Ривай смог разглядеть юношу. Он был высоким, поджарым, смуглым и носил волосы до плеч каштанового цвета, а ещё именно он подгонял всех остальных и раздавал указания с таким серьезным видом, что брюнета пробрало на легкий смешок. Правда в этот момент, словно почувствовав его взгляд, шатен резко и неожиданно посмотрел прямо в сторону кустарника, за которым прятался омега, а тот в свою очередь в панике пригнулся, чувствуя как сердце начинает биться чаще. Его ведь не заметили, правда? Голоса стихли через пару минут. Когда из-за кустарника Аккерман осторожно выглянул в очередной раз, то на том берегу уже никого не было. Нахмурившись таким обстоятельствам Леви, точно убедившись что вокруг никого не видно, поднялся, и этим совершил ошибку — в миллиметре от его головы пролетела стрела, врезавшись в ствол дерева позади. Он ринулся бежать. Бежать туда, куда глаза глядят. И теперь-то местные не сдерживали громких переговоров и кличей, рванув за беглецом-омегой. От страха сердце колотилось так, что стучало в висках. И от адреналина во всем теле Ривай даже не замечал того, с какой скоростью несётся вперёд, виляя среди деревьев и чудом умудряясь уворачиваться от летящих в него стрел. Вот так приключения. Скрывшись за массивным камнем тогда, когда удалось хоть немного оторваться, дабы передохнуть, мужчина буквально захлебывался воздухом — настолько жадно дышал, хватаясь за бок. Не в его возрасте такие марафоны устраивать. Но все же нужно было бежать дальше и омега, поднявшись на ватных ногах, продолжил свой побег, постоянно поглядывая назад. Когда силы и вовсе покинули его, то брюнет, чуть ли не валясь с ног и шатаясь туда-сюда развернулся, следуя спиной вперёд, дабы разглядеть — бежит ли за ним кто-то, но когда упёрся в нечто, то замер, чувствуя как мурашки бегут по телу. Он бы мог подумать, что врезался в дерево. Почему нет? Но запах. Запах альфы, удушающий и такой яркий, что накрыло с головой, окутал его всего, заставив замереть. Леви и свалился бы, так и не повернувшись, но сильные смуглые руки придержали, схватив за локти и лишив возможности вырваться. — Kayka! Nami! — вдруг послышалось слева и мужчина обернулся, понимая, что у него не осталось сил даже на то чтобы вырываться. Запах и общее состояние тела пригвоздили его, лишили всех возможностей, и он рассеянно глядел на подбегающего к нему пацана, узнав в нем своего ночного знакомого. А все потому что тот отличался от всех. Светлая кожа, светлые волосы, светлые глаза. Как белое пятно среди всех. — Inemo ti. Inemo..ti fato..— Леви знал древний язык. Знал, но ни слова не мог разобрать — всё-таки он давно не практиковался, да и не мог собрать мысли в кучу. Но по интонации можно было понять, что блондинчик, к слову тоже омега, пытался остановить стоящего сзади. Тот, к слову, выругался на родном языке — было понятно по интонации, и прижав Леви к дереву связал его руки, грубо дёрнув на себя. Когда его развернули, прижимая к стволу дерева крепкой рукой, Аккерман встретился с ядовито зелёными глазами. В стоящем впереди альфе он узнал того самого, который и обратил внимание на куст, за которым прятался непутёвый путешественник во времени. На гостя в своей территории шатен смотрел хмуро, принюхивался и странно, но забавно жмурил нос, ни на секунду не ослабляя хватку. — Eren..mie-no.. — блондин снова подал голос и Леви теперь знал имя того, кем был схвачен подобно какому-то зверьку, ведь в сравнении с «охотником» при своем росте он был совсем уж миниатюрный. Так называемый Эрен продолжал сверлить Леви хмурым взглядом, пока потихоньку вокруг стали собираться и остальные члены его «стаи», внимательно, но тихо рассматривая омегу. — Diam Armin! Gr..— шатен рыкнул в сторону спасителя Аккермана, а после грубее впечатал омегу в дерево, нахмурившись пуще прежнего: — Siapa namamu? Эрен говорил намного чётче и громогласнее. Леви не знал, в чем именно дело, но от сковавшего страха буквально сразу же сообразил, что от него требуют назвать свое имя. — Леви! — выкрикнул он, так как альфа схватил его за ворот, притянув к себе ближе из-за короткого молчания со стороны Ривая. — Леви Аккерман! — Ackerman? — внезапно складка меж бровей шатена разгладилась. Он перестал хмуриться и теперь только недоверчиво щурился, пока все вокруг вдруг стали переговариваться и шептаться. — Н-ну да.. то есть! Iya! — Леви готов был врезать себе за то, что заговорил на непонятном для местных языке и это могло дорого ему стоить. Эрена действительно непонятная речь смутила и он нахмурил брови вновь. Его снова отдернул Армин: — Eren, kita harus membawanya ke Yang Agung, biarkan dia memutuskan apa yang harus dilakukan..— робко произнес он и шатен рыкнул, дёрнув мужчину на себя. Теперь его, окружив, вели словно пленного неизвестно куда двое других местных, крепко держа. День выдался хуже некуда.

***

Его привели в поселение. Такое, каким Ривай его и представлял: множество сооружений- домов — типи*, различных по размеру; в середине величественно размещалось большое место для костра, обложенное расписанными камнями; почти сразу же можно было разобрать где селился вождь; Ривай заприметил даже загоны со зверьми да и в общем-то поселение действительно было большим. Туда-сюда бегали дети и стоило им заприметить чужака, как они сразу же стали вести себя тише и отходили ближе к своим родителям, не переставая заинтересованно поглядывать на омегу. С Аккерманом все так же обращались не нежно. Постоянно подпихивали, что-то рявкали. Они подошли к самому большому из сооружений и Армин любезно открыл перед ними занавеску из кожи, которая служила дверью, тем самым пропуская внутрь. Леви рассматривал все заинтересованно. Одно дело видеть вещи, которым несколько тысяч лет, другое — видеть их вживую перед собой. Видеть живых древних людей, слышать их язык, полностью очутиться в этой атмосфере было просто невероятно. Любой, кто занимался историей так углубленно, мечтал бы об этом. В типи было всего четыре человека. Один из них, седой и старый, лежал на шкурах, укрытый чем-то тонким и хрипел. Над ним сидел человек, мазавший виски того непонятной и очень пахучей смесью, а в углу сидели две черноволосые девушки, совершенно спокойно глядевшие на Ривая. Эрен вошёл вслед за всеми, попутно давая указания кому-то снаружи с весьма раздражённой интонацией и видом. Но как только его взгляд скользнул на мужчину, который явно был в не наилучшем состоянии, то складка меж его бровей разгладилась моментально. Он подошёл к нему, становясь на колени рядом с его головой и огладил ладонью седые волосы, тяжело выдыхая. Сидящий рядом человек, по-видимому лекарь, стал что-то объяснять шатену, а тот в свою очередь внимательно слушал, пока в сторону наблюдающего Аккермана незаметно направилась темноволосая женщина. Ее прикосновение к плечу омеги заставило того вздрогнуть. Мужчины, что держали его, отошли, а женщина обошла Леви со всех сторон, внимательно разглядывая, ощупывая и принюхиваясь. На ней была одежда ярче, чем у остальных. Лицо уставшее, волосы длинные, а глаза по волшебному медовые и пронзительные — заглядывающие словно бы в самую душу. Когда она закончила со своим изучением, то встала прямо напротив омеги, произнося лишь одно: — Asing, — и все вокруг словно бы напряглись, даже воздух, казалось, стал тяжелее. Леви не был уверен до конца, но кажется она назвала его чужаком. Он стал мелко оглядываться на всех присутствующих, пока позади вдруг не послышалась едва слышная речь: — Karla, — говорил тот самый мужчина, что лежал на полу. Он хрипел, делал большие паузы, но говорил, — ramalan, jangan membunuh.. — Tapi..— вдруг подал голос шатен и его голос Ривай еле узнал. В этом типи он вел себя намного спокойнее и нежнее, если так можно сказать, что отражалось даже на его речи. — Eren! — лежащий повысил голос, от чего тут же закашлял, и альфа прикусил губу в наказание самому себе за свое возражение. — Ya, ayah. И Ривай обомлел. Он смог понять, что Эрен обращался к лежащему "отец". И если сравнить внешний вид женщины перед ним, размеры жилища с остальными, то можно сделать простой вывод: человек, лежащий на полу — вождь, Эрен его сын и наследник, а женщина, что так тщательно его оглядывала, — мать. — Dia dari langit. Bagaimana Anda bisa mempercayainya? — с угла послышалась спокойная речь коротковолосой девушки, которая до этого сидела рядом с, как выяснил Аккерман, Карлой. Она поднялась, поправляя свое одеяние, и строго посмотрела на Ривая, сдержанно подняв подбородок по обращению к матери Эрена: — mungkin dia datang untuk membunuh kita? — Itu? — снова заговорил Эрен и вдруг тихо посмеялся, поднимаясь с колен и двигаясь ровно по направлению к Аккерману. Медленно и, можно сказать, на показ, подобно хищнику, прожигая его взглядом. — Saya sendiri bisa membunuhnya kapan saja. Dia bahkan tidak bisa menjauh dariku.. — Tunggu, Eren, — женщина остановила его в метре от омеги, не давая подойти ближе. Он рыкнул, но послушался и сделал пару шагов назад, не сводя хищного взгляда. Леви сглотнул. Не то чтобы он боялся, но обстановка того, что его могут убить в любой момент, давила. — Taruh dia di kandang, kita akan cari tahu apa yang harus dilakukan dengannya nanti, — женщина отдала приказ тем, кто Аккермана сюда привел. Он не разобрал до конца что точно она сказала, поэтому когда ему снова вывернули руки за спину и куда-то повели, то стал паниковать и вырываться. В очередной раз он с ума сходил от неизвестности того, что будет с ним дальше. — Levi Ackerman, — произнес Эрен и стоящая рядом с ним девушка вмиг потеряла всю свою холодность. — Ackerman?..— в недоумении произнесла она, но шатен повторять не стал. Они остались одни в в своем типи, не считая матери и отца. — Ini memiliki bau yang sangat kuat..— только задумчиво произнес он, на что отреагировала мать: — Kuat? — возмутилась она, глядя на юношу, но тот только потерянно на нее взглянул и двинулся в сторону выхода, игнорируя оклики своей матери.

***

* — Леви Аккерман. — Аккерман!? — И у него очень сильный запах.. — Запах? *