The Last Eros.

«(Кацуки) Юри…какой же ты эгоист» эхом раздавалось в голове японца. Каждое слово сказанное Никифоровым словно пуля, которая в дребезги разбивала все надежды и на победу, и на доверие своего тренера. Слёзы капля за каплей стекали по столь идеальному лицу, не выдержав такое напряжение, Виктор встал и распрямив свои плечи прямо в своём халате, направился к выходу из номера, оставляя Кацуки наедине со своей совестью. Понимание сказанного доходит не сразу и будучи уже в полном одиночестве Юри задумался, а почему он не может поступить так, как он сам хочет? Да и кто его вообще держит в этом фигурном катании… Юра вот например наверное будет очень счастлив избавиться от такого конкурента, как Кацуки. Но сейчас самое главное это хоть как-то оправдать надежды своего кумира, Юри просто обязан войти хотя бы в тройку лучших. Но сможет ли он это сделать? Один промах и необратимые последствия уже приветствуют его, как тогда, когда он наверное опозорился на весь мир. Слишком грандиозное падение. Нет. Такого в этот раз он точно не допустит. Шмыгнув от обиды, кареглазый встал, собрал свои вещи и куда-то пошёл. Теперь самое главное не напороться на кого-нибудь. На того же Криса или ещё хуже на Плисецкого. Поправляя постоянно съезжающие с плеч лямки, Юри последний раз кинул взгляд на отель, в котором находились фигуристы и опустив свою голову, пошёл прочь, куда глаза глядят. Разумеется японец был с очень мягким и спокойным характером, но что-то другое двигало им в этот момент, может это была обида, а может и что-то другое, сам парень ещё не разобрался в себе. Фигурист вызвал себе такси и, назвав новый адрес его проживания, поехал. В окне мелькали дома и деревья. Настроение было настолько паршивым, что словами не передать. Вдруг телефон начал вибрировать в кармане. Нехотя Юри потянулся за телефоном, на его удивление звонил Юра. Но кинув абсолютно безразличный взгляд на экран, парень отключил телефон. Слушать очередные ругательства и издёвки блондина, сейчас было некстати. Облокотившись на сиденье, парень заснул.

***

Темнота. Вдруг яркая вспышка прожекторов ослепила Юри, прямо сейчас он находился на льду, на том самом чёртовом состязании. Все выжидательно смотрели на него, тысячи, нет миллионы зрителей сейчас ждали его выступления. Музыка. Юри начал действовать, всё вроде шло нормально, пока не настало время прыжков. Это слабая его сторона и вот сейчас с большим фиаско он полетел прямо на лёд, сильно ударяясь своим позвоночником. Нужно продолжать, но…боль настолько невыносимая, что парень не может даже пошевелиться. Эхом в голове проносились недовольные и насмешливые голоса болельщиков. Вдруг на лёд вышел Виктор, но вместо того, чтобы помочь Кацуки встать, он резко остановился прямо в паре сантиметров от него. В его взгляде читалось разочарование. Глаза словно непроглядный айсберг, так холодно смотрели на своего подопечного, они были словно стеклянные, такие не живые. Виктор: — Ты очень сильно меня разочаровал, я только зря потратил на тебя всё своё время. Надеюсь, ты наконец уйдёшь из фигурного катания. Ты такое позорище Юри, я не хочу иметь с тобой ничего общего. «Я не хочу иметь с тобой ничего общего» проносилось в его голове, не было слов возразить ему…не было сил даже, что-то произнести. Вот она боязнь всего одного промаха. Разочарование своего кумира. Вот оно…то, что его полностью сломило. Неизвестно сколько времени прошло с того момента, но из царства Морфея его вывел голос водителя и то, как он аккуратно начал трясти Кацуки. Немного придя в себя, японец понял, что это был всего лишь кошмар и ничего больше, а сейчас он находится в такси и ему уже по хорошему нужно выходить. Юри: — Извините пожалуйста за то, что задремал у вас. Вот держите, хорошего вечера. Кацуки протянул несколько купюр и, не дожидаясь ответа, поспешно вышел из машины. Оглядевшись по сторонам, парень нерешительно пошёл в дом. Точнее в квартиру, которую он снял на пару дней. Его встретила очень милая девушка, отдала Юри ключи, взяла деньги и просто ушла. Кацуки устало свалился на диван, идти до спальни было просто невозможно, он слишком измотан. Да и продолжаться всю жизнь так не может. В последнее время его даже стало как-то тошнить от этого катания. А тренировки только усугубляли положение. Ну ничего, осталось совсем чуть-чуть, займёт не ниже третьего и со спокойной совестью может идти на все четыре стороны. Да даже его пропажу не заметят, ведь кому он там нужен? Правильно никому, значит и искать его тоже не будут. Сон взял своё, Юри отключился прямо на диване.

***

В это же самое время в отеле. Немного успокоившись, Никифоров решил всё-таки поговорить с Юри, ведь наговорил ему сгоряча. К тому же он сам прекрасно понимал, что сейчас его подопечный очень сильно переживал из-за гран-при. Поэтому очень хотел наладить отношения, ведь если он отвернётся от него, то какой же он тогда тренер? По дороге он встретил Юру, который сильно возмущался тем, что Кацуки просто напросто не взял трубку. Хотя тот просто хотел спросить, когда Юри пойдёт на тренировку, не более. Потрепав немного нервы Виктора, блондин вроде как успокоился и ушёл в неизвестном направлении, наверное к себе в номер. Виктор уже начал подходить к их с Юри номеру, на ходу продумывая, что же он ему скажет. Потихоньку открывая дверь, он начал входить внутрь. Виктор: — Ю-юри-и, я хотел извиниться перед тобой за сказанное. Я понимаю, что ты сейчас на взводе, ведь впереди такое важное мероприятие~ Заглянув в спальню, он не обнаружил там японца. Виктор: — Юри? Парень начал искать его, но в номере Кацуки не было. Потом он начал искать его в отеле, но так и не нашёл. Начал звонить ему на телефон, но он был отключен. А потом абсолютно всех поставил на уши с известием о том, что Юри пропал. Вещей в номере тоже не было, а это означало только одно, он просто ушёл. Но куда? Все фигуристы разделились по группам и начали искать пропащего. Но где бы они не были, абсолютно никакого результата они не получили. На часах было четыре часа утра, а вся толпа из уставших фигуристов только вернулась в отель. Юри как сквозь землю провалился. Никифоров в отличие от остальных продолжал его искать. Но тщетно. Уставший, сонный, убитый тем, что так легко потерял человека которого он… Рухнув на скамейку, Виктор запустил свои руки в платиновые волосы. Он начал проклинать себя за то, что наговорил ему, особенно за то, что сказал Юри, что он эгоист. Ведь всё получилось наоборот, это Виктор эгоистично отнёсся к Кацуки. Не может же платиновый навязывать японцу то, чем тот не хочет заниматься. К тому же он сам захотел быть его тренером. Не так всё должно было закончиться. А если Юри просто улетел отсюда? Теперь он никогда в жизни его не сможет снова найти.

***

Обед. Никифоров только вернулся в отель и очень уставший отрубился, как только коснулся кровати.

***

Плисецкий проснулся в пять часов вечера, разбудил Отабека и нервно пытался дозвониться Кацуки. Но результат тот же, телефон до сих пор был отключен. Юра: — Куда эта котлета слиняла?! Да он с ума сошёл! У нас на носу гран -при, а он?! Я его на фарш пущу, пусть только появится! Отабек: — Мы же с тобой не знаем причину. Может у него, что-то случилось. Юра: — У него?! Да этот придурок видимо только о себе думает! Отабек: — Юра, Крис говорил, что до того как Виктор поднял тревогу, он шёл в номер очень обеспокоенный чем-то. Мы просто не знаем, что у них там произошло. Фыркнув ещё пару ругательств, взяв коньки, блондин кивнул казаху, чтобы тот шёл за ним. Они пошли на тренировку. На катке их уже ждали Яков и Лилия. Лилия: — Юра, это неприемлемо, что ты сейчас опаздываешь на тренировку. Яков: — Где остальные? Отабек: — Спят ещё. Думаю позже соберутся. Лилия очень была недовольна происходящим, она была настроена на то, что Юра просто обязан занять первое место, ни в коем случае не ниже. Началась тренировка. Яков постоянно, что-то кричал Плисецкому, Отабек спокойно повторял свою программу. Через час подтянулись и другие. Началась жёсткая подготовка.

***

Кацуки проснулся, когда на часах было одиннадцать часов. Открыл свои глаза и лениво потянулся. Живот предательски заурчал, намекая хозяину на то, что пора бы уже подкрепиться. Размяв свою шею, он пошёл на кухню. Юри на автомате открыл холодильник, но разумеется там было пусто, ведь парень ничего с собой не взял. Но есть очень сильно хотелось, поэтому японец решил для начала принять душ, а потом уже идти в какую-нибудь кафешку. Прошло всего пятнадцать минут, Юри уже выходил из квартиры, на ходу закрывая за собой дверь. На поиск кафе ушло примерно двадцать минут, после чего парень не долго думая, зашёл в первую попавшуюся. Сел за столик, заказал себе салат и кофе. Пока ждал заказ, решил всё-таки включить телефон. Как же Юри удивился, когда увидел больше сотни пропущенных от фигуристов. Особенно шестьдесят пропущенных от Виктора и двадцать от Пхичита. Он ведь даже и подумать не мог о том, что хоть кто-то заметит его пропажу. Неужто его потеряли? Хотя какая уже разница? Ну позанимается он сегодня где-нибудь на катке. Завтра Кацуки должен выступить просто изумительно, не дай Бог, что-нибудь пойдёт не так. Подводить Никифорова совсем не хотелось, ведь тот возлагал такие надежды на японца, так что у Юри не было права на ошибку. Немного подумал о чём-то и решил, что не хочет отвлекаться на остальных, поэтому недолго думая, парень заблокировал всех «ненужных» людей. Теперь Кацуки сидел и листал Инстаграм, при этом попивая ароматный кофе. Ничего интересного он не нашёл. Поэтому расправившись с завтраком, он нашёл самый отдалённый каток и пошёл туда. Что ж время для тренировки. Парень достал свои коньки и неторопливо принялся их зашнуровывать. Юри начал выходить на лёд. Коньки плавно скользили по гладкой поверхности льда. Кареглазый включил музыку. Все движения начали выполняться автоматически, шаги, вот близится первый прыжок. Тройной аксель пройден успешно, четверной сальхов вышел более менее удачно. Каскад. Юри: «Должно получиться, я уверен в этом». Тройной тулуп. Кацуки неправильно выполнил прыжок и полетел прямиком на лёд, сильно ударяясь. Времени на раскачку не было. Но всё же размяться наверное стоит. А то такими темпами он сломает себе позвоночник. Потихоньку вставая, Юри тяжело вздохнул, выключил музыку и начал разминку. * * * Вечер. У Виктора зазвонил будильник, вытягивая парня из царства Морфея. Голова пульсировала и ужасно болела. Вставать не хотелось, но тем не менее он это сделал. Запустил в свои платиновые волосы руки и что-то невнятное промычал. POV Victor: Чувствую себя просто ужасно. Наверное никогда ещё так паршиво себя не чувствовал. Юри так и не нашёлся, скорее всего он улетел, ведь что ему это стоит? Ничего…почему всё вышло именно так? Наверное завтра мне даже не стоит идти на это гран-при… Что ж меня отвлёк стук в дверь. Не дождавшись ответа, кто-то начал открывать дверь. Это был Яков. Я устало на него посмотрел. Разговаривать мне сейчас совершенно не хотелось. Но видимо придётся, не просто так ведь пришёл человек. — Ты что-то хотел? Яков: — Я понимаю, что у тебя тут траур. Но завтра ты должен там присутствовать. Слышишь? — Я не хочу. Мне там нечего делать. Яков: — А ты не думал о том, что он может явиться на гран-при? Виктор: — Он этого не сделает. Яков: — Почему ты так в этом уверен? Виктор: — Видимо я отбил у него желание. Яков: — Ты не мог этого сделать. Не думаю, что один человек может отбить у него желание, к тому же он очень долго к этому шёл. В ответ я лишь промолчал. Может быть он прав, и Юри действительно не захочет бросить всё на ровном месте, но с другой стороны я не уверен в этом. Яков: — Как бы там ни было Витя, я всё равно буду тебя там ждать. Он произнёс это и молча вышел. Я задумался, а может и правда пойти? Даже если не будет Юри, хоть за Юру буду болеть…хотя тоже мне замена. Сидеть в душном номере не особо хотелось, к тому же я очень сильно захотел есть. Пришлось поднимать свою пятую точку с кровати и выходить из номера. Видок у меня мягко говоря потрёпанный. Я почти засыпал прямо на ходу, но всё равно продолжал идти на ужин. Он почти закончился, но видимо я вовремя проснулся. Так что у меня ещё было минут пятнадцать в запасе. К моему сожалению, когда я туда зашёл, за одним столиком меня поджидал Плисецкий. Только этого счастья мне и не хватало. Делать больше нечего, подхожу с подносом к столику и сажусь на против блондина. Киваю головой в знак приветствия. И начинаю есть свой ужин. Юра: — Чо ты такой кислый, ну подумаешь слинял, от Гран —при он всё равно никуда не денется. А если не придёт, я его из-под земли достану. Виктор: — Юрио…не начинай пожалуйста. Юра: — Что не начинай. Думаешь я не в курсе того, что ты там себе успел надумать? Кацудону дам таких плисдюлей, потом вообще никогда не будет выходить из поле зрения! И вообще, что у вас там произошло такого, из-за чего он свалил? Виктор: — Я ужасно с ним обошёлся. Юра: — Жизнь с ним ужасно обошлась, раз он вообще появился на свет. Виктор: — Хватит так говорить про него. Мне это не нравится Юрио. Сердито фыркнул я. Мне действительно не нравилось к чему всё это ведёт. Юра: — Пффф ты что-то не договариваешь. Колись уже. Что произошло? Виктор: — Я не хочу об этом говорить. К тому же это касается только меня. Я начал игнорировать прожигающий взгляд Плисецкого и просто начал есть. Хотелось просто уснуть, хотелось, чтобы всё произошедшее оказалось лишь идиотским сном. Но также уже понимаю, что конечно это всё реальность, которая приносит столько головной боли. Юра: — Так почему же ты так сильно из-за него убиваешься? Виктор: «Почему? Хороший вопрос, ведь тренер правда не вёл бы так себя. Значит дело не в этом? Так в чём же?» — Не знаю. Соврал я, отводя от парня свой взгляд. Конец POV Victor.

***

Утомлённый долгой тренировкой Кацуки возвращался домой. Ему просто невыносимо хотелось спать. Из-за старой травмы спина сильно ныла и болела, от этого парню стало ещё противней на душе. Устало упав на кровать, Юри прикрыл глаза. Он шептал: — Никто об этом не узнает…никто. Провалившись в сон, он начал как-то странно дёргаться. Юри всю ночь то и дело, что вздрагивал и бредил, ему было просто невыносимо жарко, парня очень сильно трясло. Кацуки было настолько плохо, что он просто не мог даже встать с кровати, с его лица скатывались капельки пота. Ровно шесть часов утра. Юри уже нужно готовиться к выступлению, сегодня ведь гран-при. Хотя о каком гран-при может идти речь, если он даже встать не может? Тут только к врачу идти, хотя лучше вызвать на дом. Не сможет он доехать, риск потерять по дороге сознание слишком велик. Кое-как дотянувшись до телефона, Юри звонит в регистратуру. После пяти минут ему удаётся объяснить всё что нужно, теперь остаётся только ждать приезда врача. Тяжело вздохнув, Кацуки уже понял насколько он невезучий человек. Слечь прямо в день проведения гран-при, когда некоторые люди рассчитывают на твою победу. Юри осознавал, что помимо Виктора, есть ещё Минако, которая спустит с него шкуру, если тот не явится на соревнование. Так пока он лежал в своих раздумьях в дверь, кто-то начал очень настойчиво стучать. Кацуки пошатываясь и держась за стены, пошёл к входной двери. Провернув пару раз ключ в замочной скважине, парень со скрипом открыл дверь. На пороге стоял врач, он скомандовал пациенту, лечь в постель. Юри послушно пошёл в сторону кровати и потихоньку улёгся в постель. ? — И так мистер Кацуки, сейчас будем мерить вам температуру, посмотрим на давление, а потом решим, как нам действовать дальше. Юри почти незаметно кивнул. Врач дал парню градусник, а сам начал что-то записывать в блокнот.

***

*В это же время в отеле.* Никифоров метался как берсерк, он с самого утра рвал и метал. Как только проснулся, при первой же встречи с Плисецким, который опять хотел вставить парочку колких комментариев. Покрыл его десятиэтажным матом, оставляя парня витать где-то в Астрале. Яков никогда не видел Виктора в таком бешенстве, весь персонал обходил его стороной. А фигуристы просто пытались держаться на расстоянии, некоторые заранее решили приехать в место проведения мероприятия, кто-то просто ушёл разминаться на каток. Юра: -… Отабек: — Какая муха его сегодня укусила? Мила: — Кто знает. Впервые вижу его таким. Обычно такой спокойный. Юра, а ты чего молчишь? Это тебе тоже не свойственно. спросила девушка. Отабек: — Юр, ты вообще живой? Алло Земля вызывает Плисецкого, приём. Юра: — А…да…я в норме. Просто ещё не совсем отошёл. Мила: — Ты про то, что на тебя Виктор так сорвался? Да ладно, от него ещё и персоналу тоже досталось, ты не первая жертва. Отабек: — Ладно, давайте тренироваться, гран-при никто не отменял.

***

*Дома у Кацуки* Юри пошатываясь одевался, врач прописал ему строжайший постельный режим. Но у японца были другие планы. Парень вызвал себе такси и доехал до ближайшей аптеки, ему нужно было купить себе обезболивающее. Юри купил всё необходимое, находясь уже дома, парень вколол себе обезболивающее, на всякий случай выпил ещё пару таблеток. И скрипя зубами, взяв с собой коньки, пополз на каток. Кацуки с трудом добрался до катка, тут его приключения и начались. По дороге до катка, его чуть не сбила машина. Чуть позже его кто-то зажал около входа. Удачно отвязавшись от подозрительных людей, парень прошмыгнул на каток. Сегодня он полностью пустовал. Юри начал делать разминку, шипя от боли. Заглушить боль полностью обезболивающим у него не вышло. Поэтому пришлось терпеть, главное особо не перенапрягаться, нужно оставить силы на само соревнование. Кацуки включает музыку и начинает свою разминку, плавно двигаясь в такт.

***

Виктор сидел в машине, устало массируя свои виски. Он понятия не имел, что произошло с ним утром. У него до сих пор все вызывали ненависть, они выводили его из себя просто своим присутствием. Но парень не понимал, почему же это всё происходит? Никогда в жизни у него не было подобной ситуации. Никифоров устало смотрел в окно, тишина сильнее давила на его нервы. Яков сидел молча, он не хотел лишний раз провоцировать Виктора. Плисецкий поехал вместе с Лилией, так как на нём и так лица не было. Голубоглазый что-то невнятно прошептал про себя. Яков: — Витя, ты мне ничего не хочешь сказать? аккуратно спросил бывший тренер, поглядывая в окно. Виктор нехотя взглянул на него: — А что ты хочешь от меня услышать? Яков: — Например объяснение феномена, который произошёл с тобой утром. Виктор: -… Яков: — Ладно, не хочешь говорить, я не собираюсь вытягивать слова из тебя клещами. Рад что ты собрался ехать на гран-при. Виктор: — Скажи мне, какой толк от того, что я там буду? Яков: — Твои фанаты будут в восторге, журналисты тебя облепят, ну и я рад что ты там будешь. пожимает плечами. Виктор: — Скука смертная. Яков: — Это лучше, чем заниматься самобичеванием в номере. Виктор: — Он не придёт… Яков: — Ты из-за него разнёс пол отеля? Виктор: — Нет…я не. Яков: — Витя-Витя, давай ты разнесёшь всё, что только захочешь, но только после гран-при? Ты всех фигуристов распугал. Машина остановилась, голубоглазый начал медленно выходить из транспорта. Яков посмотрел на время, у них в запасе оставалось ещё полчаса. Что-то сказав Виктору, мужчина махнул рукой и пошёл встречать Плисецкого и Лилию. Никифоров осмотрелся, уже сейчас он видел кровожадную толпу журналистов, парень по-быстрому скрылся, пока они его не заметили, у него не было никакого настроения встречаться с ними. А уж тем более давать интервью.

***

Семь часов. Кацуки устало сползает по стенке. Парень находится на парковке, до своего выступления он никого не хочет видеть. Просто хочет побыть наедине с самим собой. Юри здесь сидеть ещё долго, ведь выступает почти самый последний. По его лицу начинают стекать капельки пота, «температура начала расти», пронеслось в его голове. Кареглазый достаёт таблетки и запивает их водой, недовольно морщась. Несмотря на своё ужасное самочувствие, он должен выступить превосходно, ради Виктора, он не имеет права его подводить, кого угодно, но только не его. POV Yuri: Сижу на полу, судя по возгласам сейчас выступает Пхичит, я рад за него, он неплохо выступил. Устало разминаю свою шею, всё тело ужасно ломит, а меня самого трясёт. Наверное Виктор никогда бы не допустил меня на соревнования в таком виде. Но увы, сейчас его рядом нет, а значит никто мне не запретит. Начинаю медленно подниматься с места, пошатываясь иду в медкабинет, там мне как-то спокойнее, всё равно туда никто не сунется. Незаметно прокрадываюсь в место назначения, все слишком заняты фигуристом, сейчас им не до меня. Виктора нигде не видно, странно, обычно он всегда в центре событий. Сажусь на кушетку, дышать становится тяжело, внутри меня всё сжалось. Страх. Как всегда, моё волнение перед выступлением всё портит, мурашки пробежали по спине. Только не это, такого оцепенения я ещё никогда чувствовал. Не знаю сколько я ещё тут просидел, но следующим должны объявить меня. Встаю с насиженного места. Переобуваю коньки и иду прямо на погибель, мне сейчас точно придёт конец. Нервно выдыхаю и иду… Конец POV Yuri.

***

Виктор пошёл к Якову, который был на позиции, рядом Юрой. Голубоглазый незаинтересованно смотрел перед собой. Единственный человек, которого он хотел бы сейчас видеть, был Юри…

***

Кацуки незаметно мнётся около своей сцены. Ну вот, Кацуки Юри. Ему уже пора. Виктор тяжело вздыхает, внутри него что-то защемило и с треском оборвалось. Он не видел Юри и думал, что тот не пришёл. Юри скользит по льду прямо к центру. Ему сложно держать в себе все те эмоции, которые вот-вот могли вырваться наружу. Но вместо этого на лице появилась улыбка, он улыбался только ради Виктора. Музыка зазвучала, Юри начинает плавно скользить. Виктор резко распахивает свои полуприкрытые веки, его зрачки расширяются от удивления. Рот непроизвольно открывается. Это он, Кацуки всё-таки пришёл. Никифоров вскакивает с места и подбегает к катку. Всё своё внимание он приковал к этому парню. Юри улыбается, чувственно двигается в такт переливающейся мелодии, он выглядит расслабленным. Виктор с нескрываемым волнением смотрит на него. Кацуки отлично справляется с дорожкой. Время прыжков. Плисецкий занервничал, он не хотел чтобы его обошли. Из-за него ему досталось от Виктора, разве может он теперь уступить Кацудону? Для него это будет большим позором. Выступление Кацуки подходит к концу. Парень максимально сосредотачивается, четверной флип. Юри идеально справляется с этим прыжком, заканчивая своё выступление. Он заметил, как Никифоров на него смотрел, он смотрел на него с нескрываемым восхищением и волнением за парня. Кареглазый замирает, тысячи людей выкрикивают его имя. Парень тяжело дышит, он чувствует, как силы начинают покидать его. В глазах всё поплыло. «Только не сейчас, только не здесь «, пронеслось в его голове. Юри поспешно начинает удаляться с катка, он не хочет упасть в обморок при всех. Виктор радостно что-то ему кричит, вытягивает руки, платиновый хочет обнять своего подопечного, но Кацуки ловко перепрыгивает через бортик, сбрасывает коньки и сбегает куда-то вглубь здания. Никифоров пару секунд стоял в ступоре, пытаясь понять, что только что сейчас произошло. Голубоглазый без лишних промедлений ринулся искать Юри. POV Victor: Я должен его найти. Ну куда же ты убежал, Юри? Ты просто не представляешь, как сильно я волновался за тебя. Я уже оббежал уже пол здания. Юри нигде нет…на парковке тоже пусто, но не мог же он просто выбежать на улицу в таком виде? Осталось последнее место, куда он мог убежать, медпункт. Подхожу к двери, дёргаю за ручку дверь открылась, Юри… Конец POV Victor. Виктор: — Юри! обеспокоенно прокричал он. Кацуки лежал без сознания на полу, лицо было красное, у парня явно был жар. Виктор взял его на руки и уложил на кушетку. Как бы он не пытался привести Юри в чувства, у него ничего не получалось. Никифоров начал набирать кому-то на телефоне. Через пару минут в кабинет забежала медсестра она осмотрела Кацуки, она удивлённо вскинула брови. ? — Впервые вижу, чтобы человек вообще мог двигаться в таком состоянии. А уж тем более выступать на гран-при. Ему нужен постельный режим. Виктор: — Ему нужно в больницу? Может вызвать скорую? не унимался он. ? — Нет, он вполне может полежать и дома, главное чтобы за ним кто-нибудь присматривал. Виктор понятливо кивнул, нервно смотря на Юри. Он не понимал, зачем же Кацуки пришёл в таком состоянии и как он вообще смог так выступить? Он ведь даже побил рекорд самого Никифорова. Чему последний был очень сильно удивлён и в тоже время очень рад. Японец тяжело дышал, его грудная клетка постоянно то поднималась, то опускалась. Виктор слышал, как уже объявляют результаты, Юри занял второе место. Первое забрал в свои лапы Плисецкий. Но сейчас фигуриста волновало совершенно не это. Он слышал, как Кацуки вызывают, чтобы вручить медаль. Голубоглазый не знает что делать. Парень решает забрать медаль, а потом отвезти Юри в отель. Никифоров бросает свой взгляд на японца, а потом поспешно выходит из медпункта. На него все начинают смотреть с искренним недоумением, когда парень вместо Юри молча забирает медаль, а потом так же молча уходит. Яков пытается выяснить, что произошло, но Виктор уходит не произнеся ни слова, он хочет как можно быстрее увезти Кацуки отсюда. Голубоглазый заходит в медпункт, надевает медаль на победителя, а потом подхватывает Юри на руки. Виктор заранее взял ключи от машины у Якова и теперь аккуратно укладывая Юри на заднее сиденье, пристёгивает его. Заводит машину и едет в отель.

***

POV Yuri: Чувствую, как что-то холодное и мокрое касается моего лба. Слышу отдалённых шёпот, который эхом отдаётся в моей голове, я не могу разобрать слова. Я начинаю медленно открывать глаза, какого же было моё удивление, когда я вижу перед собой Виктора, по щекам которого стекают крупные капли слёз. Я не понимаю, что происходит. Помню только, как бежал…а потом в глазах потемнело. Видимо я всё-таки потерял сознание, но в какой момент это всё произошло? Виктор замечает, что я пришёл в себя. Виктор: — Юри, ты не представляешь, как напугал меня… Зачем же ты пришёл в таком состоянии? Тебе же нельзя так перенапрягаться… Я открываю рот, но не могу ничего сказать, горло сильно жгло, я не могу сказать ни слова. Отвожу взгляд, мне неловко за мой необдуманный поступок. Мне стыдно за то, что вместо того чтобы просто поговорить с ним, я сбежал из отеля…а потом не отвечал и вот так явился на финал гран-при… Никифоров понял, что я не могу разговаривать, на его лице появилась нежная улыбка, он аккуратно убрал локоны с моих глаз, а потом наклонился прямо к моему лицу.