Mad love.

Михэль лежал на полу и шипел, а внутри него была вера, что он сможет выиграть, но его надеждам не суждено сбыться, ведь у мучителя были совсем другие планы на него. Ангел смотрел на своего мучителя, который оказался победителем в их драке и в его голове были темные мысли, а фантазия вырисовывала картины жестокой расплаты, но из его мыслей выводила боль, что окутывала его туманом. Михэль попытался пошевелить одной из рук и зашипел от боли, кажется, его рука была сломана и ангел надеялся, что перелом не был таким серьезным, он молился на это. Но внутри него торжествовала справедливость, ведь не смотря ни на что смог нанести удары Томасу, довольно серьезные. На лице мучителя была кровь и он безумно улыбнулся, держа юношу за шею и был взбешен, как и его жертва. -И правда слишком своенравный и глупый ангел. Ты сам виноват, что будешь пожинать свои плоды. Псих дотянулся до ножа, что во время драки отлетел в сторону и слегка наклонил голову, неожиданно всадив нож в руку своего ангела, который почувствовал адскую боль в руке и закричал от боли, ударив Томаса ногой в живот и псих отшатнулся от своего возлюбленного, но смотрел на него со злостью. Мучитель зашипел от боли, что медленно разрасталась в животе, подобно пламя и оскалился, а в его голове зародился план, как он накажет юношу, вставав, Томас оставил Михэля одного в комнате и ушел куда-то. Ангел пытался как-то освободиться, но его сломанная рука ныла, а вторая от каждого движения рука горела огнем от боли, юноша закусил свою губу, он молился о том, чтобы псих не приходил, но его молитвам не суждено было сбыться. Томас зашел в комнату и улыбнулся, в одной руке он держал нож, что взял из кухни и прошелся взглядом по телу своего возлюбленного, останавливаясь на ручке ножа и подошел к юноше, а его глаза продолжали смотреть на ручку ножа. Томас резко надавил на нож ногой, переводя свой взгляд на лицо Михэля, который закусил свою губу до крови, чтобы не закричать от адской боли и хрипло дышал, а его глаза с ненавистью смотрели на психа. -Пора наказать ангела. -Иди к черту… Мучитель сел на живот жертвы и его глаза безумно смотрели на тело юноши, а в его голове рождались мысли и Михэль посмотрел на второй нож, чувствуя некий страх от своей беспомощности и попытался хоть как-то уйти от него, понимая, что будет ужасное чувство боли и не хотел ее чувствовать, но его руки не позволили это сделать, заставляя почувствовать свои руки мертвым грузом и псих разорвал на нем футболку, рассматривая вверх и до коснулся до груди, заставляя ангела вздрогнуть и отвести свой взгляд, а в его голове рождались темные мысли об убийстве Томаса. -Тут идеальное место. -Для че… Ангел снова закричал от боли, ему казалось, что по его груди водили раскаленным металлом, лезвие ножа вошло в его кожу, медленно вырисовывая что-то на его груди, а по коже текли алые капли, что разбивались об пол. Михэль хрипло дышал, жмуря свои глаза и пытался вырваться, спасти себя от этого мучения, но лишь сильнее причинял себе боль, а из его глаз потекли слезы, размывая окружающий мир вокруг него. Через некоторое время, когда пытка была окончена, Томас встал и оглядел свое творение, улыбаясь и посмотрел на свой окровавленный нож, а Михэль посмотрел на орудие пыток, чувствуя злость и желание ударить юношу, но его сил больше не было, оставляя за собой усталость и сонность. -Прекрасно. Просто отлично. Мучитель осмотрел грудь своей жертвы, на которой была рана, что кровоточила и кажется, кровь не хотела останавливаться. На самом деле рана представляла собой имя Томаса, что была вырезана на коже, да и подбородок был тоже в крови, ангел довольно сильно покусал свои губы, тем самым нанося себе новые раны. Из глаз юноши бежали слезы, что размывали мир Михэля и не девая нормально видеть своего мучителя, заставляя видеть размытый силуэт, а глаза с враждебностью смотрели на своего мучителя, который наклонился к своему возлюбленному и вытащил нож из ладони Михэля, посмотрев на кровь и провел по ней пальцем, пробуя ее на вкус, выводя тем самым юношу из себя. Псих улыбнулся и с некоторым безразличием унес ножи, теперь надо до конца сломить юношу, заставить его полюбить себя и у мучителя был план, смывая с лезвий кровь, а его возлюбленный не смотря на боль пытался отползти от места побоя, закусывая свою губу, понимая, что он может истечь кровью, да и вообще не понимал, как такое можно сделать с живым человеком. Он чувствовал страх и злость, что клокотала в его груди и понимал, что его мучитель настоящий псих и ему не хотелось снова почувствовать боль, которая разрывала бы его тело. Томас зашел в комнату, где был его ангел и безумно улыбнулся, а в его голове рождались темные мысли, заставляя желать увидеть эти картины в реальности, псих не спеша подошел к своей жертве, посмотрев на цепь и взялся за нее, тем самым притягивая к себе свою любовь и взял юношу за ногу. -И куда ты пытаешься отползти? Я хочу тебе помочь. -Помочь? В Михэле закипала злость, что была готова вырваться наружу, как вулкан, заполняя своей магмой все пространство. -Прекрасная у тебя помощь, не находишь? Сломал мне руку, сделал глубокую рану, а дальше что? Убьешь? Томас ничего не ответил, чувствуя ярость от этой ситуации и вздохнул, вытаскивая бинты, чтобы забинтовать раны, которые он сам нанес ему и продезинфицировал их, слыша иногда шипение или крики от боли, которые принадлежали ангелу, а после перебинтовал его и отнес в ванную не обращая внимание на угрозы о его смерти и мольбы о том, чтобы он поставил своего ангела на пол. Юноша посадил своего ангела в ванную, что была уже набрана и понимал, что ему придется снова менять бинты, но его не особо волновало это. Вскоре псих наложил гипс на сломанную руку, улыбнувшись и погладил своего ангела по щеке, даже не смотря на угрожающий взгляд. В голове Михэля появился вопрос, что крутился на его языке, который он тут же задал, ведь за последнее время он привык говорить о том, что думает. -Ты же мой одногодка и учишься со мной в одном классе. Меня этот вопрос давно интересует, почему ты живешь один в таком большом, как я думаю, доме? Мучитель посмотрел с удивлением на своего ангела, ведь не ожидал такого вопроса и улыбнулся, продолжая гладить юношу по щеке, не спеша опуская свою руку на ключицы. -Не ожидал, что ангел заинтересуется моей жизнью, ведь обычно я слышу от тебя лишь одни оскорбления в свой адрес. Это довольно просто объяснить. Дом принадлежит моей тети, что живет в другой стране и присылает мне деньги, я довольно взрослый человек и самостоятельный по ее словам, да и забирать меня с собой она не хотела, ведь тут я учусь. Жертва отвернулась и вздохнула, не понимая, как тетя, да и родители Томаса могли воспитать такого психа, что с легкой руки может убить человека, тихо сказав, ведь его голос снова был сорван. -Да, особенно психически здоровый… Почему твоя тетя или твои родители не убили тебя, когда ты был ребенком, тогда бы этого всего не было…. Томас навис над своим возлюбленным и осмотрел его властным взглядом, подмечая каждый вдох и выдох своей жертвы и удержал себя от желания до коснуться до груди юноши, надавить на рану, чтобы снова пошла кровь, но вместо этого поднял за подбородок, улыбнувшись. -Они не смогли это сделать из-за того, что любят меня, да и скоро по той же причине ты не сможешь меня убить, мой любимый ангел.