Любовь, секс и рэперы.

— Уже завтра, — сказал на выдохе Керамбит, зашнуровывая кроссовки перед выходом. — Именно так, — раздался низкий голос из гостиной, — мы отлично поработали над текстом, повторим ещё раз для большей уверенности, когда ты вернёшься. Ответом был лишь очередной глубокий вздох и шуршание одежды около входной двери. Видимо, попытка подбодрить не засчитана. Вова откинул голову на спинку дивана и провёл костяшками пальцев по шее, теперь скрытой горловиной свитера, до сих пор отчётливо ощущая на ней прикосновения губ партнёра по команде. Несколько минут назад, они ещё сидели в обнимку на этом самом диване, но при упоминании приближающегося мероприятия, Саша резко изъявил желание пройтись до магазина за сигаретами. АО помнил, что у того оставалась нетронутая пачка в кармане куртки, но спорить не стал, строя догадки о причине такого поведения. — Скоро вернусь, - сказал Керамбит, застёгивая молнию на лёгкой ветровке. — Жду, - вполголоса ответил ему Вова, обводя взглядом полумрак гостиной съёмной квартиры, погружаясь в свои мысли.       Саша становился немного нервным по мере приближения батла, но было ли это просто волнением перед выступлением? С некоторых пор они с АО стали чуть ближе, чем просто друзьями, оттого Вове казалось, что он на себе ощущал всё волнение Керамбита, но не решался напрямую спросить о причине. Их отношения начались не так давно. Из-за необходимости работы в команде, приехать в Питер накануне и детальнее проработать взаимодействие во время выступления показалось отличной идеей. И действительно, первые несколько дней прошли очень продуктивно, а на третьи сутки, после нескольких рюмок крепкого горячительного напитка, слишком искренних, немного несвязных пьяных комплиментов и случайных смазанных прикосновений, что-то непоправимо изменилось. Они не обсуждали это, просто поступали, руководствуясь странным и новым чувством. Прижимались друг к другу во сне, держались за руки и жарко целовались в перерывах между подготовкой к выступлению. Такая вот смена рода деятельности. АО был готов наслаждаться данным ему сейчас, а Сашу, кажется, что-то угнетало. И Вова боялся, что тот жалеет об изменениях в их отношениях, но не желая отталкивать соглашается с происходящим. От подобных мыслей отдавало тянущей болью в районе груди. Он твёрдо решил для себя обсудить это, каким бы неутешительным не оказался вердикт: всё равно смотреть на душевные метания Саши было тяжелее. К реальности его вернул характерный звук ключа, вставляемого в замочную скважину.       Вова встал с дивана и побрёл в сторону прихожей, собираясь с мыслями. Там его встретила неожиданно милая картина. Мокрый насквозь Керамбит, держа в обеих руках пакеты, топтался на маленьком коврике в прихожей, видимо примеряясь, как лучше дальше поступить, чтобы не намочить пол. Неужели Вова даже не заметил, как пошёл дождь? Он немедленно подошёл к Саше, освобождая его от ноши. — Неплохо ты за сигаретами сходил, - сказал Вова с улыбкой в голосе, относя мокрые пакеты на кухню. — Да, вот, решил купить всякого, - голос Саши звучал несколько бодрее, чем перед уходом, видимо он что-то для себя решил, или же питерский дождь помог собраться с мыслями. — Завтра после батла посидим, - сказал Керамбит, пока АО не без любопытства разглядывал бутылку виски, просвечивающуюся через тонкий слой белого полиэтилена с каким-то смутно знакомым логотипом. Интересно. Вова вернулся в прихожую, где Саша развешивал свою ветровку на дверце шкафа, чтобы не намочить остальные вещи. Вова проследил за каплей воды, скатившейся с мокрой кепки на открытую бледную шею и исчезнувшей мокрым пятнышком в ткани тёмной футболки. АО сам не заметил, когда оказался за спиной у Саши и глухо выдохнул ему в затылок. Керамбит слегка напрягся, это было видно по приподнявшимся плечам, руки едва заметно сжали ветровку, а шея покрылась мурашками. АО с трудом сдержал желание прикоснуться к такому открытому и трогательно - незащищённому участку кожи, но вместо этого снял с Саши промокшую кепку и почти прошептал: — Надо поговорить. Керамбит понимающе качнул головой, опуская руки и не оборачиваясь на Вову, уходя в зал. Вова, повесив головной убор, пошёл следом.       Сев в кресло напротив Саши, он начал: — Мы не обсуждали то, что происходит между нами, все случилось очень сумбурно и необдуманно. Меня все устраивало, однако... — Вова очень вкрадчиво всматривался в лицо Саши, сверлящего взглядом подлокотник его кресла, пытаясь найти в его мимике хоть какую-то подсказку, но оно выражало лишь крайнюю сосредоточенность, — я вижу, что тебя что-то беспокоит, если ты можешь мне это рассказать, я готов тебя выслушать и принять всё, что ты скажешь. Когда Вова закончил, Саша негромко и чётко сказал: — Я не хочу тебе ничего навязывать, в особенности свои чувства, ты мне очень дорог, - он поднял взгляд на парня, — я пытался довольствоваться данным нам временем, но не мог быть спокоен, осознавая, что после мероприятия всё закончится. АО, слегка подняв брови, смотрел на Сашу, а тот, выдержав небольшую паузу, видимо, собираясь с мыслями, продолжил. — Я не хочу, чтобы это осталось какой-то незначительной интрижкой, - Вова обратил внимание на то, как красивые, аристократичные пальцы сжались до белых костяшек. Сам Керамбит теперь смотрел куда-то сквозь АО, — я не хочу, чтобы это всё было случайностью, - выдохнул Саша. У АО после этих слов стало непривычно тепло на душе. Саша не только развеял его опасения, но и подарил надежду - кто бы мог подумать, что всё решится так просто. Не говоря больше ни слова, под всё таким же напряжённым взглядом Керамбита, Вова встал с кресла и сел к нему на диван. Пододвинувшись вплотную, он накрыл его холодные руки своими, тот не шевелился, лишь неотрывно продолжал следить за Вовиными действиями, словно стараясь запечатлеть их в памяти как можно четче. Он готовился к худшему, но, вопреки его ожиданиям, Вова легко улыбнулся и уткнувшись носом в жёсткую, напряженную шею прошептал прямо в неё: — Твое волнение безосновательно, - из-за остатков неприятно липнущей мокрой одежды, тело время от времени пробивала мелкая холодная дрожь, и чужое дыхание вызывало очередной табун мурашек, уносящихся вниз по позвоночнику, — я бы не простил тебе, если бы ты захотел закрыть глаза на произошедшее. Саша снова вздрогнул и неровно выдохнул, ощутив почти невесомый поцелуй на шее, в следующий момент высвободил свою руку из такого приятного и теплого кокона Вовиных ладоней, повернулся к нему, притянул к себе и, наконец, поцеловал. Сашино сердце пропустило удар, хотелось прижаться к этому человеку, согреть подрагивающие, ставшие непослушными пальцы, запустив их под складки безразмерного старого свитера и остаться так навсегда, - он невольно улыбнулся в поцелуй от инфантильности собственных мыслей. — Иди переоденься, - сказал Вова с трудом отстраняясь, не отрывая взгляда от таких желанных губ. Он встал и уходя в сторону кухни добавил: — Приходи разбирать пакеты и прогонять текст. Керамбит поднялся, только когда Вова скрылся за дверью, всё ещё не в силах избавиться от улыбки на лице. Он поспешил в комнату, желая поскорее выбраться из мокрых от дождя штанов, которые за время близости с АО стали ещё более тесными.