Держи меня крепче

Азарт погони бурлил в крови. Шот в истинном обличии летел по пустоши Эдома, настигая свою жертву — низшего демона. Лавовые реки, глубокие каньоны и здоровенные валуны, только добавляли погоне пикантности. Он знал, его добыча от него не ускользнёт, мелкий уже начал выдыхаться, тогда как старший только-только разогрелся. Демон уже предвкушал хруст косточек на зубах, пряную кровь которая усладит его вкусовые рецепторы. Как же ему не хватало этого пьянящего чувства свободы! Возможности лететь вперёд и ни о чём не думать, кроме улепётывающей жертвы, всё ещё надеющейся спасти свою шкуру. — Развлекаешь? — раздался вкрадчивый голос. Мир вокруг Шота, в прямом смысле слова покрылся сеточкой трещин и со звоном осыпался. Не сразу несчастный осознал, что находится в одном из любимых залов особняка Асмодея в Аликанте. Сам правитель вольготно расположился на обитым бархатом диване, с бокалом… вина или крови? Демон понять никак не мог. — Мой Повелитель, — согнулся в поклоне Шот. — Тонкая ментальная работа мне никогда не нравилась, — заговорил Асмодей. — Тем более, когда нужно воздействовать так, чтобы не привлечь внимания. Надеюсь, я не зря трачу свои силы и время? Тебе удалось? — Да, мой Повелитель, — не разгибаясь отозвался Шот. — Я в Сопротивлении. — Хорошо, — удовлетворённо кивнул принц ада. — Что можешь сказать о них? — Что они отвратительны! — не сдержался демон. — Тошнит от ангельского запашка повсюду! Асмодей против воли хохотнул. Рождённые в Эдоме, никогда не видевшие верхнего мира демоны, тяжело привыкали к нему. У одних он вызывал реакцию схожую с наркотическим опьянением и эйфорией, у других депрессию и агрессию. Одно было неизменно: все они остро реагировали на аромат ангельской крови. Сама их суть требовала уничтожить раздражающий фактор. Потому Шоту сейчас точно несладко среди множества охотников. — Я спрашиваю о другом, — призвал Асмодей к порядку собственные мысли. — Что представляют из себя руководители? Всех ли мы знаем? Сколько с ними магов и кто они? Где находится их гнезовище? Их планы? — Повелитель! — взмолился Шот испугавшись града вопросов. — Я тут совсем недавно и мне ещё не доверяют. Плюс, они откуда-то знают, что в их рядах нечисто… Далее Асмодей слушал сбивчивый доклад подчинённого поджав губы. Он рассчитывал на большее, а по сути верный демон почти ничего нового не сказал. Лидеров они давно вычислили, имена магов Асмодей взял на карандаш. Где они находятся Шот не знал, так как попадали туда порталами, дал лишь название — Гора. Это ни о чём не говорило. Принц Ада по опыту знал, название не всегда отражает суть. Ну, а главное, Шоту никто ничего не сообщал. О том, что слили информацию, о шпионе, его засланец и то узнал случайно подслушав. — Мне нужно больше данных, — подвёл итог Асмодей. — Собирай любую информацию! Рой носом землю, но я должен больше знать об этой язве. — Как долго? — тоскливо произнёс Шот. — Пока я не скажу — хватит! — рявкнул Асмодей, который начал раздражаться. — Исполняй! На связь выйду так же. И не засветись там! Принц ада разорвал связь и вдали проснулся обливаясь ледяным потом демон, выглядящий как маг, понимая, что по глупости чуть не нарвался на гнев повелителя. Ему нужно добыть информацию о грёбаном Сопротивлении чего бы то ни стоило, при этом не выдать себя. Сложно, но он обязан справится. Сам Асмодей распахнул горящие дьявольским огнём глаза и хищно усмехнулся. На самом деле для нескольких дней это не самые плохие результаты. Такое быстрое внедрение в ряды противника — уже успех. А данные соберёт, со временем. Он Шота не плохо припугнул. Страх гораздо лучше любви стимулирует на безупречную преданность. Пока боится, будет делать всё, чтобы не разочаровать. А вот то, что кто-то шепнул о его человеке в Сопротивлении, это уже нехорошо. Лишь несколько человек знали об этом. Трое приближённых и собственный сын. Кто же из них волк в овечьей шкуре, откуда ждать удара? От любого — мрачно осознал Асмодей. Все эти личности имеют слишком много власти, поэтому через чур осмелели. Надо найти крысу, это уже вопрос принципа. Шорох сбоку привлёк внимание демона. Это был всего лишь нефилим, звали его Рен. Его Асмодею презентовал Магнус, после того как разнёс Бункер не без помощи этого существа. — Не больно довольный у тебя вид, — хмыкнул Асмодей. — Магнус обещал мне, что если я буду работать на него, то вскоре смогу жить в безопасности, — с надрывом начал «подарочек». — Интересной и сытой жизнью в большом красивом доме, а не вот это вот! Лживый ублюдок! — За языком следи! — цыкнул Асмодей. — Ты о моём сыне говоришь! К тому же, в чём тебя обманули? Ты живёшь в большом и красивом доме, всегда накормлен, твоей жизни ничего не угрожает, да и сама жизнь, полна… кхм… развлечений. — Лучше уж смерть, чем такая жизнь! — отозвался Рен. Бывший охотник, теперь уже предатель, много раз горько пожалел о своём поступке. Он хотел спокойной и приятной жизни. Без рисков, без смертей. В сытости и уюте. Эта война забрала у него жену, вместе с ней и душу. Рен пытался бороться с собой, но понял — плевать он хотел на будущее расы и идеи Сопротивления. Тогда он и заключил с Бейном сделку, условия которой добросовестно выполнял, а благодарность, вот она какой оказалась… После того как он сдал Магнусу Бункер, собственноручно убив двух магов и несколько охотников, чтобы пробраться к месту откуда можно деактивировать руны, Магнус с ним даже разговаривать не стал. Через несколько дней мрачный как туча колдун просто передал его своему отцу, словно вещь… Тут, в логове Асмодея, Рен на собственной шкуре познал Ад на земле. Жизнь правда стала «насыщенной». Над ним издевались все подряд, фактически вытирая о него ноги. Его использовали как мальчика для битья и утех. За несколько часов от самооценки Рена ничего не осталось. А за несколько дней единственной мечтой стала смерть. — Ну нет, — хмыкнул Асмодей. — Я обещал тебя не убивать. — Будто демоны держат обещания, — прошелестел Рен. — Держим, — оскалился Асмодей. — Только знаешь ли, даже демоны не любят предателей. Вчера ты предал свой народ, сегодня предашь нас. Нет уж, гниль надо контролировать, чтобы не разросталась. К тому же, с незапамятных времён, ходят байки о коварстве демонов, и заключая сделки, даже с теми кто демон лишь наполовину, нужно чётче формулировать условия. Ведь, как уже говорил, все договорённости Магнус выполнил. А то, что не понравилась подача, так это только твои проблемы.

***

— Это немыслимо! — возмущённо вещал Джонатан. — Папа, мы — взрослые люди! А ты обращаешься с нами так, будто нам лет пятнадцать. — Тебе и Алеку двадцать два, остальные ещё младше, — ровно отозвался Валентин. — Так что не больно вы взрослые. Особенно, если смотреть на ваше поведение. Достаточно вспомнить вашу пьянку в Бункере. Щеки всех присутствующих разом окрасил румянец. Ну да, это было из тех ситуаций, когда вроде и стыдно, но сожалеть не получается. — Мистер Моргенштерн, это был обычный отдых, где мы немного перегнули палку, — вмешался Джейс. — Немного? — иронично приподнял бровь Валентин. — Хорошо, — скис Джейс. — Сильно перегнули палку. — Как это вяжется с вашим заявлением, что вы взрослые? — спросил Валенлентин. — Папа, хватит разводить пустую полемику! — начал сердиться Джон. — Ты прекрасно осведомлён, мы хорошие охотники и способны справляться с заданиями не хуже остальных! Взгляды родственников скрестились как клинки. Валентин не желал отступать, так как слишком боялся за родных. А Джонатан, больше не мог выносить это заточение в каменном склепе. Посидев тут несколько дней, он хорошо понял сестру, которая слёзно умоляла взять её перед последней злополучной вылазкой. Потому и был намерен стоять на своём до конца, а именно — заставить отца отпускать их на задания. Всех их. — Ладно, отправляйтесь хоть сегодня, — наконец отступил Валентин углядев в глазах сына стальную решимость. — Вы четверо. Клэри останется в убежище. — Папа! — взвыла Клэри. — Это нечестно! — Меня куда больше волнует твоя безопасность, — отчеканил охотник, — чем всякое честно-нечестно. — Ты сам как часто бываешь снаружи? — заговорила в отчаянии Клэри. — Через день? Раз в день или несколько? Как надолго тебе хватает выдержки тут торчать? Неужели ты не понимаешь, тут совсем недолго свихнуться! Валентин смутился. Он и правда минимум раз в два дня выбирался из Горы, так тут правда было тяжеловато находиться слишком долго. Возможно, из-за обилия вкрапления некого минерала, который подавлял магические потоки, но также мог негативно сказываться на самочувствии людей. Не всех, но многие чувствовали дискомфорт. Да и сама мрачноватая атмосфера убежища не способствовала желанию тут находиться лишнее время. Колдунам тоже работать было намного сложнее. Приходилось буквально чистить породу, чтобы можно было магичить. К сожалению, с некоторыми неудобствами приходилось мириться. Ведь кроме перечисленных минусов, это место обладало одним огромным плюсом — ни один маг или демон не сможет заметить их магическим зрением. — Клэри, ты не готова, — постарался Валентин достучаться до дочери. — Твоя физическая подготовка не соответствует уровню среднестатистического охотника. — У меня и другие таланты есть, — парировала девушка. — Сейчас речь о плохих боевых навыках, — гнул своё Валентин. — А кто виноват в этом?! — окончательно утратила контроль Клэри. — Я знаю, что ты хотел меня защитить, но твоя защита вышла боком. А расплачиваюсь за это почему-то я! Ты не хуже меня знаешь, могут уйти месяцы, а то и годы, прежде чем ты решишь, что я готова. А за это время от меня ничего не останется. Лишь жалкая сумасшедшая. Оболочка без желаний и целей. Слова дочери стали пощёчинами для Валентина. Не ожидал он, что она решится отчитывать его на глазах свидетелей. Со стыдом он ощутил, как кровь прилила к лицу. Какой позор! И это один из лидеров Сопротивления?! — Мы хорошие охотники, умеем сражаться, и если что прикроем Клэри, — вступил в разговор Алек, пока Валентин искал слова для ответа. — В твоих боевых умениях я не сомневаюсь, Александр, — вздохнул Валентин. — Ты правда отличный воин, остальным ещё не хватает опыта. У неё, — указал он на дочь, — ни того, ни другого. А ты лучше кого-либо должен понимать, любой враг, если узнает Клэри, сделает всё, чтобы взять её живой. И тогда её ждёт страшная судьба. Маги рассказали мне, что даже если она устоит и откажется от сотрудничества, то даже её кровь — ценнейший ингредиент. Цедить её можно по капле, годами. Я не хочу такой судьбы для свой дочери. — А я готова рискнуть, — влезла Клэри. — Всё лучше, чем медленно лишаться рассудка тут. Повисло тяжёлое, вязкое молчание. Валентин понимал, в очередной раз он виноват. Дочка права, он своей заботой оказал ей медвежью услугу. Но ведь он как лучше хотел! Также, права Клэри и в том, что постоянно тут находиться невозможно. Это чёртово место угнетает живых. Только как найти в себе силы пускать её на поверхность теперь, когда твари прознали о её способностях? Алек закусив щёку изнутри отвёл взгляд. Слова Валентина о страшной судьбе в руках Асмодея или Магнуса, в очередной раз отозвались уколом вины внутри. Он сам не так давно отдал её в руки Бейна, поставив её жизнь на самый край пропасти. Сейчас Алек задавался вопросом: смог бы он спокойно жить, не явись за рыжей Сопротивление? Ведь её ведьмины глаза уже тогда не давали ему покоя, мысли о судьбе девчонки занозой засели внутри. Остальные, включая саму виновницу напряжения ждали ответа Валентина. А ему взвыть хотелось от безысходности. Ситуация тупиковая. Отпуская неготовую дочь в большой мир сейчас он рискует её жизнью, а будет удерживать тут, так она действительно может лишиться рассудка и душевного здоровья. — Ваша взяла, — хрипло произнёс Валентин отворачиваясь, чтобы молодёжь не видела застывшего в глазах отчаяния. — Спасибо, папа! — воскликнула Клэри. Она хотела обнять отца, но споткнулась о тяжёлый взгляд родителя. — Но, — Валентин одарил сына и Алека пристальными взглядами, — вы отвечаете за неё. Особенно ты, Джонатан, как старший брат и тот, кто затеял этот бунт. И ты, Александр, как единственный кто мастерски владеет боевыми искусствами и занимается подготовкой Клэри. Если с ней что-нибудь случится, я забуду о том, что вы ещё совсем дети. Раз требуете относиться к вам как ко взрослым, то и отвечать будете соответственно. Впрочем, Изабель и Джейс, вас это тоже касается. Юные нефилимы переглянулись, а Клэри ощутила себя не в своей тарелке. Она была готова взять на себя любую ответственность, рискнуть. Но имеет ли она права требовать подобного от других? От людей, которые вовсе не обязаны отвечать за неё? Какого чёрта творит отец? — Ребята, не стоит, — прошептала Клэри. Ей хотелось разреветься, но слабость показывать не желала. Вот надо всё вывернуть так, чтобы она сама отказалась! Папа иногда оказывается чёртовым гением манипуляции! — Да ладно мелкая, не дрейфь, — улыбнулся Джон. — Прорвёмся. — Я сам вызвался, — пожал плечами Алек. — А мы что? — развёл руками Джейс. — Мы как все. Правда, Из? Изабель только кивнула, улыбнувшись избраннику. — Что же, значит решили, — мрачно подвёл итог Валентин. — Хорошо. Сегодня ещё побудьте здесь. Я пока подумаю, чего вам поручить. Свободны. Пререкаться никто не стал понимая, в каком расположении духа Валентин. Ребята молча покинули кабинет и лишь отойдя на несколько метров, смогли выдохнуть. — Мы это сделали, — первой подала голос Изабель. — Смогли заставить его передумать! — Не стоило вам соглашаться на такое, — грустно улыбнулась Клэри. — А чего изменилось-то? — вмешался оптимист-Джейс. — Мы бы так или иначе приглядывали за тобой и отвечали за тебя. Так что, не заморачивайся, Клэр. Мы же банда! Разве нет? Ответом стал многоголосый хохот с которым нефилмы отпускали остатки напряжения последних минут. И если четверо из компании давно считали себя друзьями, то Алеку было странно. Слишком для него необычно — ощущать себя частью социума, а не абсолютным изгоем. Но так уж было.

***

Подбирать им задание Валентин явно не спешил. Алек не знал, рад он этому или наоборот. С самого утра всё валилось у Алека из рук. Он был настолько рассеян, что на вечерней тренировке, сам не понял как, но оказался повержен. Подобному удивилась даже его рыжая ученица. Родные тоже заметили странное состояние Лайтвуда и пытались выяснить в чём дело. Он неловко отговаривался, а больше отмалчивался. Уверял только окружающих, что всё с ним хорошо. — Так себе идея прятаться в этом месте, учитывая, что сам мне его показал, — голос Клэри заставил Алека вздрогнуть. Слишком глубоко он погрузился в свои мысли и воспоминания. — Кто сказал, что я прячусь? — слабо улыбнулся Алек. — Ты сегодня весь день сам не свой, Алек, — ответила Клэри присаживаясь рядом. — Может поделишься, что тебя гложет? Ну вот какое им всем дело? Неужели один день он не может подумать о своём? Обязательно докапываться? Алек собрался было послать девушку, привычно отмахнуться, как вдруг передумал. Внезапно осознал, Джейсу или Изабель он бы рассказать не смог. Странно, они родные ему, а вот открыть душу оказалось проще Клэри, с которой не так давно знаком. Почему-то казалось она поймёт его лучше. — Сегодня было бы ровно четыре года у нас с Магнусом, — тихо отозвался Алек. — С этой ночи, четыре года назад всё и началось. — С ночи? — вздёрнула брови Клэри. — Да, — кивнул Алек. — Я был в душе, как он зашёл ко мне и помог дойти до разрядки. После чего увлёк в спальню и… — тут он бросил взгляд на свою собеседницу и увидев её лицо цвета перезрелого помидора понял, что слишком увлёкся. — В общем, так начались наши отношения. Клэри была ошарашена. С её трепетным отношением к близости, подобный старт истории любви казался каким-то диким. Да ещё и Алек чуть было не выложил всё в мельчайших подробностях, заставляя её жутко смутиться. От одного понимания, чем баловался парень в душе у неё горело лицо, не говоря уж об остальном. — Ну, эээ… — дара речи Клэри явно не хватало. — Как видишь, некоторые отношения начинаются так, — развёл руками Алек, который и сам смутился недавнего приступа откровенности. — Становятся вполне серьёзными и продолжительными. Хочется верить, у кого-то на всю жизнь. У нас вот не сложилось. Смущение быстро прошло, душу снова затопила печаль. Почти четыре года Алек любил этого мужчину всем существом. Буквально растворяясь в нём и этих отношениях. Странных, кажущихся с каждым днём теперь всё более нездоровыми. Но тогда Алек был счастлив, ведь иной любви не знал и не мыслил. Даже сейчас глупое сердце роняло слёзы. — Я не знаю, что следует говорить в таких ситуациях, — призналась Клэри. — Прости. — Да всё в порядке, — слабо улыбнулся Алек и снова замолчал. — Ты всё ещё любишь его, — осенило Клэри. Посетившее её откровение на какой-то миг лишило Клэри равновесия. Ей это чудовищно не понравилось. Она не понимала своих эмоций. Какое ей дело до этого? Сам Алек внезапно испугался. Какого чёрта? Как она поняла? Ему что теперь делать? — Нет, — поспешно ответил Алек, а потом подумал: была не была! — Да, люблю. Чё-ё-ёрт! Она не ошиблась… — Ненавижу себя за эти чувства, — выдавил сквозь зубы Алек. — Можешь не бояться, это не имеет никакого значения. Между мной и Магнусом всё кончено. Навсегда. Потому что, если я к нему вернусь, то тогда значит от меня действительно ничего не осталось. — Алек, что ты такое говоришь, — прошептала Клэри. — Больше я не хочу любить, — произнёс парень, надреснутым голосом. — Никогда. Не хочу так растворяться в другом человеке, полностью теряя себя. Последнее время я только и думаю, а кто я и что я сам по себе. Как самостоятельная личность, а не избранник Магнуса. — Ты хороший парень, — попыталась успокоить Клэри. — Странный местами, но добрый и отзывчивый. — Рыжая, я убивал ради него, — горько усмехнулся Алек. — Был готов на всё ради одной лишь улыбки… После чего Алек пустился в рассказ о своих отношениях. Чем больше говорил, тем острее осознавал, как был зависим от Магнуса. Клэри, слушая тихий голос парня, ощущала как ей становится не по себе. Это не любовь, это болезнь какая-то. Подобного она и врагу бы не пожелала. Ей оставалось только догадываться как должно быть тяжело резко проснуться от подобного наваждения. — Мне казалось, нет в мире ничего, что бы я не смог простить Магнусу, но он всё же нашёл такой поступок, — тускло шептал Алек. — Он обещал мне, что никогда никто из его подчинённых или демонов его отца не тронут моих родных. Сначала убили папу. Самое жуткое — я тогда почти ничего не почувствовал. Что я за монстр такой, раз мне было плевать на родного отца? Больно стало только сейчас, когда понял: я и только я, лишил себя семьи. Поэтому не знал его и уже не узнаю. Я даже не попытался их выслушать, и Магнус ничего не сказал. Хотя ему это как раз не было нужно. Я просто выкинул это из головы и жил дальше. И вот недавно вновь обрёл маму, а он её отнял. Лично. Наплевав на обещание. Даже на два. Ведь ещё он обещал всегда сначала выслушать меня, в любой ситуации. А он не стал, он убил мою мать. И что-то сломалось, я понял — больше не могу быть с ним. Даже моя вера и всепрощение оказывается имеют пределы. Но несмотря ни на что, я продолжаю любить его. Люблю и ненавижу. Но клянусь, к прошлому возврата не будет! Клэри была шокирована. Она смотрела на Алека огромными глазами, поражённая исповедью до глубины души. Как он справляется со всем этим? Как живёт, ненавидя себя за прошлое, убеждённый в собственной неполноценности? Собственные любовные неудачи показались ей такими незначительными на фоне драмы в жизни Лайтвуда. Магнус настоящая сволочь! Во имя собственного эгоизма, он сделал всё чтобы подчинить его себе, уничтожая любые попытки проявить себя в отношениях. Разве это любовь? Как можно так обращаться с тем, кого, якобы, любишь? — Послушай меня сейчас внимательно, — произнесла Клэри, вглядываясь в голубые глаза. — Ты сильный, Алек. Я видела тебя в бросселиандском лесу и уверена, если ты захочешь, у тебя всё получится. И не надо мне говорить, что это другое. Это всё твои комплексы и страхи, тебе лишь надо дать им бой и победить. И ты это можешь, тебе только нужно поверить в себя. — Клэри, я даже жить не умею как нормальные люди, — отозвался Алек чувствуя себя совершенно опустошённым, после того как выпотрошил душу. — Не понимаю вещей, которые остальным кажутся очевидными. — Тут нужен опыт, а он дело наживное, — мягко улыбнулась Клэри. — Так что заканчивай себя накручивать. И знаешь, ты уже рассказал каким был при Магнусе, я вижу каким стал сейчас, и эта новая твоя личность мне нравится гораздо больше. — Ну да, — невесело хохотнул Алек. — Развесил тут сопли, признался в собственной моральной убогости, и после этого нравлюсь? Рыжая, где твоя логика? — Иди ты, Лайтвуд, — хлопнула парня ладошкой по плечу Клэри. — А если серьёзно, то ты не без странностей. Иногда придурковатый и хамоватый, о твою тактичность можно убиться. И вместе с тем, ты честный, Алек. Ещё добрый и ответственный. Уверена, ты справишься с чем угодно, если задашься целью. Главное, больше не забывай кто ты и что для тебя важно. Я же рада быть твоим другом, на тот случай, если когда-то нужна будет помощь или совет. Тебе больше не нужно со всем справляться в одиночку. Теперь у тебя есть я и твоя семья. Вдруг показалось, будто солнце выглянуло из-за туч. Такое же рыжее, как огненные волосы сидящей рядом девушки. Этот свет согрел Алека, внушил надежду, что для него не всё кончено. Есть шанс, что когда-то он будет дышать полной грудью чувствуя себя свободным и потому счастливым. И всё это благодаря Клэри. Подумать только, недавно он считал её проклятием, свалившимся ему на голову, сейчас же она казалась благословением небес. — Спасибо, — впервые искренне за этот день улыбнулся Алек. — Я рад, что в моей жизни появилась ты. Эти слова почему-то заставили Клэри ощутить мимолётную неловкость. Время было уже позднее и ещё немного посидев в природном уголке, ребята направились спать. Тепло попрощавшись охотники разошлись по своим комнатам. Клэри была задумчива, слишком много мыслей крутилось в голове после рассказа охотника. Сам Алек ощущал умиротворение. Буря, бушевшая в душе целый день, улеглась, тоска отступила. Ему стало ощутимо легче. Он не знал сколько продлиться это состояние, но теперь верил, рано или поздно он со всем справится.