Решение, изменившее жизнь

Разбитая ваза, с осколков которой стекают прозрачные капельки. На полу огромная лужа с мелкими стеклышками, разбросаны белые лилии, чьи лепестки и стебли искорежены острыми углами, от чего на месте царапин образовались потемнения. Девушка сидит в ванной и плачет, облокотившись о стену напротив раковины. Сверху висит зеркало, где видно отражение растрёпанной волшебницы. Она держится руками за голову и безостановочно хнычет. В комнате раздается звонок в дверь. Протяжный звон нервирует и так расшатанную психику блондинки, поэтому она молча поднимается и идёт к двери. На пороге слышны копошения гостей. Видимо пришли навестить подругу. Хартфилия проворачивает ключ в замке и открывает квартиру для друзей. Аловолосая волшебница сначала хотела кинуться с обнимашками, но заметила состояние согильдийки, что уже направлялась к кровати с разбросанными вещами. — У меня не убрано… — единственное, что отвечает хвостатая. Команда осторожно заходит в квартиру и ошеломленно оглядывается по сторонам, замечая сущий хаос во всём помещении. — Люсь… А что тут произошло? — неловко интересуется Грей, когда гости сели на диван, пока хозяйка разбирала раскромсанную одежду на покрывале. Хартфилия награждает Фуллбастера усталым взглядом и продолжает убирать мусор. Нацу, пытаясь поддержать прежний радостный настрой, бежит на кухню в поисках еды, но натыкается на разбитую посуду и наполовину съеденную еду в полупустом холодильнике. Эрза проходит по комнатам и замечает в основном крушения личных вещей парня подруги. — Люсь… Что произошло? Что сделал Леон? — осторожно спросила Скарлет, дабы не спугнуть девушку. Хартфилия заметно напряглась. Она остановилась и перестала разбирать вещи на полу, затем присела на край кровати и пустым взглядом посмотрела в стену. Её руки задрожали, а в уголках глаз скопились слёзы, но она продолжала молчать. — Люси, ты можешь нам рассказать. Мы ведь твои друзья! — мечница подошла к волшебнице и внимательно посмотрела ей в глаза, присев на корточки перед этим. Она взяла её ладони в свои и слегка их сжала, когда подруга робко опустила взгляд на аловолосую. Люси выдохнула и зажмурила глаза, стараясь настроиться. Она вскинула голову и упала на кровать на спину, при этом удерживая ладони на лице, предварительно вырвав их из рук согильдийки. — На тумбочке… Там… — Люси хотела ответить на вопрос подруги, но слова давались слишком тяжело и ком в горле постоянно прерывал речь. Эрза посмотрела на тумбочку рядом с кроватью. На поверхности лежала справка. Три недели беременности. — Люси? Ты беременна? — тихо уточнила Скарлет, получив в ответ кивок. Грей и Нацу подавились воздухом, когда услышали слова мечницы. Парни удивлённо посмотрели на девушек. Им было непонятно поведение Люси, ведь ребёнок от любимого человека — то, о чём мечтала Хартфилия. — Но что не так? Дело в Леоне? — продолжила Эрза. Блондинка кивнула. А затем поднялась и произнесла: — Он мне изменил… Глаза всех округлились. Грей сжал кулаки. Названный брат предал лучшего друга, но ещё хуже, что она носит его ребенка. — К-как ты узнала? — в этот раз спросил Драгнил. Люси встала с кровати и принесла смятые фото из ванной. На них отчётливо было видно лицо Бастии, целующего Джувию. — Д-Джувия?! — все были удивлены, особенно Грей. Не так давно эта водяная волшебница вновь признавалась в любви Фуллбастеру и от того её поведение на этих бумажках было непонятно каждому. — Кто тебе их дал? — спросила Эрза. — Сама сделала, — тихо ответила заклинательница. — Шла от Полюшки и заметила его затылок. Хотела обрадовать его такой «замечательной» новостью, но… Как видите, его бы это не особо обрадовало. Все замолчали. И только тиканье часов разрезало воздух. — Убью! — резко выкрикнула троица друзей.

***

— Ты уверена? — переспросила Полюшка. — Назад дороги не будет. Может ещё подумаешь? Срок не такой большой, ещё есть время. Ребенок не виноват в его родителе… Целительница хоть и не любила людишек, но в такой ситуации не пыталась грубо воздействовать на девушку, чью душу и так уже ранили. Неверное слово — ошибка на всю жизнь. — Я хотела ребенка от человека, которого люблю я и который любит меня! Но если отец моего ребенка не любит меня, то зачем мне этот ребенок? Он не будет любить не только меня, но и ребенка тоже! Зачем ему ребенок от нелюбимой? — Люси была уверена в своём решении и не хотела чтобы её переубеждали. — Но ребенку будет достаточно, если его будешь любить хотя бы ты… Люси… Ты взрослая девушка, тебе уже не восемнадцать. Ты сможешь обеспечить его. — Не стоит меня переубеждать! Я всё решила. — Я и не думала. Просто… Как бы ты сама потом не пожалела обо всём.

***

Леон с улыбкой на лице подбегает к дому, не подозревая, что его ожидает в квартире. Он открывает дверь своими ключами и, напевая под нос, проходит в коридор. — Люсь~, я принёс твои любимые фрукты! А ещё у меня для тебя сюрприз! — Бастия радостно забегает в спальню, но натыкается на три пары злых глаз. — Ребята? Что-то случилось? — неловко произносит пепельноволосый. — Где Люси? Грей? Фуллбастер молча встал и подошёл вплотную к «брату». Он сверил его злобным взглядом, а затем неожиданно ударил того в челюсть. — Какого?.. За что?! — встрепенулся парень. — За Люси, — ответил темноволосый, презрительно оглядев ученика Ул. — Эрза, Нацу, что происходит? — ещё раз спросил Бастия у хвостатых. Драгнил взревел и кинулся в драку с Леоном, пытающимся отбиваться от сакуроволосого. Нацу наносил удары один за другим, стараясь попасть хоть куда-нибудь и сделать побольнее. Эрза хотела уже было подключиться к сокоманднику, когда до её ушей долетел щелчок замка двери. Люси вернулась. Блондинка зашла в комнату, потирая шею. На ней не было лица. Уставший вид, словно приклеился к организму девушки. Она подняла голову и заметила друзей с парнем. — Люси… — выдохнул Леон. — А я уж было думал, что что-то произошло… Я так рад! — пепельноволосый собирался вырваться из хватки Нацу, подбежать к волшебнице и обнять её, но его удержали. Нацу сильнее сжал руки и не давал даже пошевелиться. Эрза подошла к подруге и приобняла ее за плечи, Грей сделал тоже самое. — Ты как? Ты всё-таки сделала это? — спросила мечница. Блондинка кивнула. Затем последовали разочарованные, грустные и долгие выдохи от всех, кто был в этой комнате, кроме самого виновника всего. — Эй, Нацу, отпусти! Почему меня не пускают к моей девушке?! Люси, что происходит? — чуть мягче спросил ледяной маг, обращаясь к названной. Хартфилия смерила его презрительным взглядом и собиралась развернуться, чтобы уйти, когда до неё долетела фраза. — Люси, я ведь люблю тебя! Объясни мне, что случилось! Заклинательница резко подняла голову. В её глазах стояли слёзы, а губы были сжаты. Ладони девушки немедленно сомкнулись в кулаки, а затем руки поднялись к груди, словно сжимая сердце, что так предательски болело от таких слов. Раньше при этой фразе Люси порхала от счастья, она хотела плакать от радости быть любимой, но не сейчас. Всё изменилось. — Ты делаешь мне больно даже сейчас… Леон, я верила тебе, но… Зачем была эта игра? Я думала, что после того, как ты признался мне в любви и мы начали отношения, ты наконец забыл Джувию. Ты перестал надеяться на ваш союз и полюбил меня! — Так и есть! Я люблю только тебя и никого другого! — Бастия кричал от безысходности. — Нет… Ты врёшь сам себе! Я видела вас. Я видела вас вместе и мне больно, что ты продолжаешь говорить такие слова, даже когда этими самыми губами касался губ другой девушки! — Ч-что…? — Леон, мы расстаёмся! — последние слова, сказанные хвостатой, перед тем, как она вышла из собственной квартиры, где остались близкие друзья, испепеляющие бывшего возлюбленного взглядом.

***

На холме стоит девушка, чьи волосы развеваются на ветру. Она смотрит вдаль, где виднеется океан. Закатное солнце озаряет её лицо, где расплылась довольная улыбка счастья. Лёгкое летнее платье колышется под напором ветра, норовящего унести соломенную шляпку, придерживаемую рукой. — Мама! — слышно где-то отдаленно. Люси машинально поворачивает голову и замечает молодую пару и бегущего к ним ребёнка. Все смеются и искренне улыбаются. В сердце резко что-то кольнуло, напоминая давнюю рану. С тех пор прошло пять лет. Люси уехала из Магнолии и начала путешествовать, чтобы забыть бывшего парня и боль, которую испытала из-за него. Лицо слегка скривилось от грусти прошлых лет, но затем вновь приобрело счастливую улыбку. — Пора бы возвращаться… — тихо подытоживает заклинательница, последний раз взглянув на закатное солнце. В её руке сжат голубой конверт с каллиграфической надписью и таким родным гербом. Она берёт в другую руку сумку и спускается с холма, направляясь к вокзалу, чтобы затем сесть в поезд и отправиться домой. Назад в Хвост феи. Туда, где её действительно ждут.