Особенный

      С момента возвращения Тэхёна и всего лишь части его учеников обратно в город прошло около недели. Парни более-менее влились в привычный режим, но само собой они были подавлены, так как весь этот ужас произошёл у них перед глазами. Честно, весь город погрузился в некий траур. Такого никогда не было, но действительно, словно каждый человек горевал по погибшим. Возможно всё из-за того, что в городе давно не происходило подобных инцидентов. По статистике, которую вёл Намджун, за последние полгода в городе родилось очень много детишек, а погибло очень мало. Всего лишь двое заразилось, трое не вернулись с заданий и всего один умер из-за простуды. За полгода они потеряли шестерых, но за это время родилось семеро детишек. А ещё и Чонгук… К сожалению не долго он прожил в столь дружной семье. Но весь траур, что окутал город, был сущим пустяком по сравнению с тем, как себя чувствовал Тэхён…       Время лечит. Со временем ты понимаешь, что всё произошедшее — это судьба. Так и должно было произойти. К тому же, в данное время все привыкли к такому понятию, как смерть. Это стало чем-то обыденным. О смерти не боялись говорить. К несчастью, больше никого нельзя было шокировать, что в соседнем городе семья погибла от голода. Всё это приобрело стандартный вид. Раньше все распускали слухи о большой вечеринке, с радостью бежали в торговые центры, чтобы прикупить трендовую одежду, выпить вкусный кофе, сфотографироваться для инстаграма, но мир изменился. В торговый центр, а точнее то, что от него оставалось, бегут ради того, чтобы найти в нём устаревшие припасы. О вечеринках все позабыли, так как для неё просто-напросто не было реквизита, никто не мог позволить утроить настоящий пир. Каждый день можно было радоваться только потому, что ты сможешь прожить ещё одни сутки. Нет больше кофе, нет больше соц. сетей. И Тэхёну плевать на всё это, он-то и не видел ничего подобного, но ему вовсе не плевать на то, что из-за него погибло трое человек. Если бы он только развернулся и последовал за Чонгуком… Вероятнее всего, они бы никого не спасли, но их бы растерзали обоих. Так было бы намного лучше, нежели то, что произошло.       Тэхён в очередной раз смотрит на плотную верёвку, но снова эмоции берут над ним власть, он из последних сил сдерживает слёзы и отбрасывает верёвку в противоположный угол комнаты. Выходит на балкон и упирается руками о перила, переводя весь вес на них. Он пообещал Намджуну, что справится, что продолжит жить как и раньше, ведь это ничего не значит. Люди умирали, умирают и будут умирать. Нужно уметь отпускать. Тэхён умел до этого момента. Он отлично справлялся с этой задачей, натягивая на себя маску безразличия, но в этот раз что-то пошло не так. Он не справился. Он позволил себе слабину. Ему сложно. Такое ощущение, словно он потерял истинного. Как же иронично, ведь у Тэхёна нет истинного. Он не омега, он никто. Бесполезный человек, несущий за собой лишь одни беды. Ему страшно, что все близкие ему люди в скором времени погибнут из-за него. Страшно о таком думать, но взять контроль над мыслями не получалось.       — Прости меня… Прости меня за всё, — Тэхён сильнее сжал перила и зажмурил глаза, стараясь сдерживать эмоции. — Я правда хотел рассказать тебе всю правду. Хотел открыться… Хотел сказать, что ты очень дорог для меня. Ты всегда был важен для меня…       Это был не крик, а наоборот, очень тихий шёпот, который мог услышать только единственный человек. Истинный всегда слышит и чувствует своего родного.       Первые листья начали опадать с деревьев, заявляя о том, что наступила осень. Вернее будет сказать, что близилась уже вторая декада сентября. В этом году лето было более чем насыщенное. Произошло много всего интересного, но никто не горел большим желанием вспоминать о нём. Особенно при Тэхёне. На первый взгляд светловолосый никак не изменился, но все знали, что это лишь внешняя оболочка. Весь его вид так и показывал его типичную хладнокровность, но многие так же замечали, что теперь в его глазах не пустота, а тонны печали и скорби. Так было не всегда, чаще там действительно виднелась пустота, злость и раздражение, но время от времени, при случайном упоминании о запретном, его взгляд приобретал это необычное явление.       Тэхён чаще стал пропадать за пределами стен. Куда он ездил, никому не было известно. Он вновь вернулся в прошлое, закрылся в себе, превратился в Тэхёна до встречи с Чонгуком, но ко всему прочему теперь он был ещё более закрытым и холодным по отношению ко всем. Старался быть таким. Ему хотелось посочувствовать, но никто не решался сказать об этом, ведь это как раз относилось к теме запретное. С момента смерти Чонгука прошло уже около полутора месяца и никто не упоминал об этом темноволосом парне напрямую Тэ. Боялись напороться на лезвие ножа.       Тэхён запрыгнул на Вонта и помчался за пределы города. Сегодня у него выходной, поэтому он захотел провести весь день на конной прогулке. Одиночество позволяло немного расслабиться, наконец выдохнуть и посмотреть на мир так, как на самом деле хотелось. Со страхом, с сожалением, с печалью и тоской. Хотелось вспоминать запретное. Когда рядом никого нет, то подобное парень мог себе позволить. Ресницы дрогнули, но он научился сдерживаться. Больше он не плакал. Верил, что Чонгук почувствует его печаль и тоже будет грустить. Тэхён поверил в то, что они истинные.       Возвращался блондин уже в позднее время. Где-то уже начали трещать цикады, а в городе потихоньку начали зажигаться первые фонари. Семьи проводят время вместе за вкусным ужином. Дети играют и смеются, а родители с улыбками на лицах наблюдают за своими непоседами. В такие драгоценные минуты никто не позволял себе думать о заражённых и о смертях. Но важная новость всех отвлекла от привычного времяпровождения. Все выбежали из своих домов и последовали к главным воротам. Тэхён ещё не знал, что там произошло, ведь только медленно подъезжал к самим воротам, но с внешней стороны. Он не заметил никого на посту и это насторожило.       — Вот ведь ленивые сосунки, — выругался себе под нос блондин, получая в ответ такое же недовольное фырканье жеребца. — А ну быстро открыли ворота!       Парню не пришлось долго ждать, так как после крика стены практически сразу начали раздвигаться. Но то, что он увидел перед собой, заставило провалиться сквозь землю.       - Я думал, что ты только на меня так кричишь. Знаешь, а даже обидно, — перед въездом стоит темноволосый парень с улыбкой на лице.       Тэхён не помнит, как спрыгнул с Вонта, не помнит за сколько секунд добежал до парня напротив, но помнит эти крепкие объятия. Тэхён не замечал всех людей вокруг, не заметил ни Минхо, ни Ынхёка, которые находились чуть поодаль, сейчас перед ним находился лишь единственный.       — Ты живой… Ты вернулся… — Тэхён с трудом сдерживал слёзы, но голос выдавал его настоящие эмоции.       — Я не мог умереть, ведь тогда не простил себя за то, что оставил тебя одного, — шептал приятный голос, а крепкие руки продолжали прижимать к себе всё крепче и крепче.       Тэхён абсолютно перестал контролировать свои действия, он был одурманен этим голосом, этими словами, этой правдой, поэтому взглянул в тёмные глаза, убеждаясь в реальности происходящего, а затем подался вперёд, накрывая бледно-розовые губы своими. Говорят, что первый поцелуй запоминается на всю жизнь. Тэхён определённо запомнит его на долгое время.       Глаза медленно открываются. Способность дышать снова возвращается. На момент Чонгук подумал, что он вот-вот умрёт, так как невольно задержал дыхание и только сейчас смог вновь с жадностью схватить кислород в лёгкие. На душе умиротворение, в животе бабочки, а в руках любимый человек. Когда Гук был уже совсем близко к городу, то невольно начал представлять, как же его встретят знакомые. Будут ли злиться? Или наоборот, очень сильно обрадуются? И конечно в особенности его интересовала реакция Тэхёна. Он пытался хотя бы предположить, но не получалось, ведь всё смешивалось в один огромный снежный ком. Казалось, что он должен был быть рад, но с другой стороны мог начать и злиться, ведь темноволосый ослушался указания и поступил так, как посчитал нужно самостоятельно. Но реальность оказалась куда приятнее, нежели себе вообразил альфа.       — Не могу поверить в то, что это действительность, — прошептал низкий бархатный голос, который так сладко обволакивал душу брюнета.       — Я сказал, что вернусь с парнями, и у меня получилось. Мне столько нужно рассказать тебе, Тэхён. Мы хотели вернуться как можно скорее, но то серьёзное ранение Минхо, то все мотоциклы поломались… — начал было оправдываться Чонгук, но его практически сразу же прервали.       — Нет, подожди… Ты будешь в состоянии завтра ближе к вечеру составить мне компанию в конной прогулке? — неожиданно спросил светловолосый, смотря своими кофейными глазами в самую душу.       — Д-да, к-конечно, — Чон удивился резкому и очень странному вопросу, отчего даже начал слегка заикаться.       — Отлично. И чтобы без опозданий, солдат, — вдруг голос Тэхёна вновь приобрёл нотки своей строгости.       Парень отпрял от мощных рук альфы, вытянулся струной, как он обычно и стоял, когда выдавал объявление или приказ для учеников, а затем развернулся и последовал вместе с Вонтом в конюшню как ни в чём не бывало. Все стояли вокруг в оцепенении и не понимали, что происходит. Точнее, вроде бы все были счастливы по тому поводу, что потерянные новички-солдаты вернулись, что они не погибли, но мозг не успевал обработать всю поступающую информацию. Вот все только увидели парней, вот сам Ким Тэхён кинулся в руки Чонгука и поцеловал его, а вот он уже выдал какой-то там приказ и последовал дальше по своим делам, словно никто и ничего не видел. Определённо, с появлением в городе Чонгука происходят чудеса. Этот альфа точно способен разбавить скучные, серые дни в нечто неожиданное и диковинное. Главное, чтобы это не переходило свои границы.       — Даже не знаю, как это прокомментировать… Что он приказал тебе? — вдруг рядом оказался на удивление не Чимин или Хосок, а Юнги.       — Сказал, что завтра поедем на конную прогулку, — ответил альфа, всё ещё до конца пропуская через себя всю информацию.       — Ох, крепись, — Юнги выглядел так, словно Чонгука на дуэль вызвали.       — Это плохо? — до Гука резко дошло происходящее, и он только сейчас осознал, что под термином «конная прогулка» подразумевается езда на лошади.       — Предлагаю привязать к своей заднице самую мягкую подушку. Радуйся, что ты альфа, — усмехнулся Сокджин, который подошёл совсем недавно.       — Когда ты стал таким пошлым? — а после Джина рядом оказался и Намджун.       — Я не пошлый, а вот ты, вижу, улетел в мир фантазий. Каждый думает в меру своей испорченности, командир, — Сокджин чмокнул своего любимого в кончик носика, но Чонгук уже не обращал на них внимание, ведь слишком сильно погрузился в свои мысли.       Сложно было понять, хорошо или плохо то, что ему предложил Тэхён. Он ведь даже с такой обеспокоенностью спросил… Неужели завтра именно тот самый день, когда крепкая стена между ними наконец-таки рухнет? Больше никаких барьеров? Или действительно лучше уже начинать поиски самой мягкой подушки для того, чтобы сохранить свою задницу? Чонгук не может сказать наверняка, но то, что он в седле словно корова на льду, заставило побеспокоиться за свою пятую точку.       Сомкнуть ночью глаза для Чонгука оказалось не простой задачей. Он думал, что в первую же ночь после возвращения с превеликим удовольствием побежит в свой дом, скорее к кровати, упадёт на неё и заснёт таким крепким сном, о котором мечтал всё время пешего хода. После того, как мотоциклы поломались без шанса на починку, всем троим парням пришлось добираться до дома на своих двоих. Чонгуку казалось, что они уже не жильцы. Он надеялся на лучшее, всегда подбадривал парней, но где-то в самой глубине души боялся, что завтра точно произойдёт что-нибудь… не самое лучшее для них. Он боялся, что кто-нибудь может заразиться. Внушало радость лишь то, что им чудом удалось пробраться сквозь целую толпу заражённых в городе. Раз там им улыбнулась удача, то и во время своего возвращения Гук надеялся на эту самую удачу. И у них получилось… После такого странствия темноволосый мог только мечтать об отдыхе, о тёплом душе, о своей мягкой кроватке, на которой проспит несколько суток подряд… Но что-то как обычно пошло не по плану. Неожиданный поцелуй с Тэхёном не хотел никак вылезать из мыслей альфы. Через неделю начнётся гон, но списывать все свои чувства на него — уже просто-напросто глупо. Теперь же глаза не хотели закрываться, мозг не погружался в стадию глубокого сна, ведь предвкушение завтрашней прогулки наедине с Тэхёном не позволяла отвлечься на что-либо другое. Хотя они будут не совсем одни, лошади тоже живые существа. Нельзя обесценивать братьев наших малых, особенно при светловолосом парне. Так или иначе, Чонгук до сих пор убеждён в том, что Вонт для Тэхёна в несколько раз важнее, чем тот же Чонгук к примеру. Ага, Дожили, Гук начал сравнивать себя с конём… Лучше будет сказать с жеребцом, так хоть немного более солиднее, придаёт себе хоть самый маленький плюсик в статусе.       Утро наступило практически незаметно. Разумеется, Чонгук всё же смог сомкнуть глаза, хоть и не надолго. Так или иначе, этот сон казался ему одним из лучших за последние недели. Неважно, что он поспал всего лишь несколько часов, главное заключалось в том, в какой обстановке и на чём именно он погрузился в мир Морфея. Что же, насколько парень готов к сегодняшнему знаменательному дню? Почему вдруг самый обычный осенний день превратился во что-то предвкушающее? Чонгук и сам-то ответить нормально не может, им веяли чувства. Вчера ему позволили вкусить сладкий плод, а так же предложили в подарок кое-что ещё, вот только сама интрига заключалась в том, что неизвестно, какой это за подарок-то такой. Он может и не понравится парню, но всё же им больше двигало любопытство. Так или иначе, вряд ли он потеряет многое. Даже если сегодня не произойдёт чего-нибудь грандиозного, альфа в любом случае побудет в компании своего возлюбленного. Это утешало и придавало сил на продуктивность.       Как назло весь день тянулся так, словно время приостановили. Казалось, будто минуты превратились в часы. Само собой, Чонгуку дали время на отдых, на восстановление после долгого и опасного возвращения в город, поэтому у парня совершенно не было никаких дел. Он и так весь день гулял по городу, предлагал всем свою помощь, но все любезно отказывались. Люди, видимо, считали, что не стоит нагружать молодого альфу работой, он и так спас и привёл обратно двух подопечных солдат, ему необходим качественный отдых. Чонгук же в свою очередь чувствовал себя прекрасно, поэтому своеобразный подаренный ему «отдых» не так сильно радовал. Вот кого бы это точно обрадовало, так это Юнги-хёна, он уже давным-давно говорил о желаемых днях «ничего не делания». Хён один из тех людей, кто независимо от мыслей мог бы поспать парочку суток так точно. Возможно, он бы предпочёл побыть в компании своего любимого омеги. Вроде у них там всё серьёзно… Интересно, а каков шанс того, что в скором времени Чимина можно будет наблюдать с чуть округлившимся животиком? Нет, ну, а что? Чонгук не раз слышал из уст Чимина радостные нотки, когда речь заходила о детишках. Да и Юнги вроде как не против, он придерживался мнения того, что желает оставить свой «плод» независимо от того, каков мир сейчас. В конце концов, как бы это в данный момент пессимистично не прозвучало, но кто точно знает, вдруг эта эпидемия теперь навсегда въелась в планету? Что если она никогда не закончится? Мир больше никогда не станет прежним. Что тогда? Не жить совсем? Не имеет значение, что происходит за стенами города, внутри безопасно, а значит и ребёнок сможет расти и развиваться в лучших условиях, которые в данное время могут предоставить родители. Одно дело родиться в неблагоприятной карантинной зоне, где с самого рождения маленький малыш будет видеть перед собой жестокость и хладнокровие по отношению к другим людям, а совсем другое, когда он с детства будет жить в прекрасной и счастливой семье, обучаться у не менее прекрасных и профессиональных людях. В городе его смогут научить выживанию, но так же и тому, как не потерять здравый рассудок в столь жестоком мире. И да, на заметку, Чимин часто заглядывал на воспитательные уроки для детей, которые проводил Джин. Помимо своей основной задачи лечения всех людей в городе Сокджин также занимал пост воспитания детей. Он выступал для них неким психологом. И Пак очень часто помогал ему с маленькими лучиками солнца, которые очень сильно полюбили синеволосого за его доброту и щедрость. Удивительно, ведь раньше, да и сейчас тоже, у Чимина очень часто проявляются садистские наклонности, но при этом он продолжает относиться ко всем детям, как к настоящим драгоценным сокровищам. Чонгуку не терпится увидеть будущее, где Чимин и Юнги будут с широкими улыбками и лучезарным блеском в глазах смотреть на своих детей. Чонгук станет не менее счастливым, если просто посмотрит на эту картину, он уверен…       Наконец-то время приближалось к вечеру, поэтому Чонгук быстро оделся так, чтобы ему было более-менее комфортно сидеть верхом на лошади, а затем выбежал из дома и поспешил к конюшне. Как и всегда Вонт встретил его громким гугуканьем. Сейчас, возможно, прозвучит странно, но Чон соскучился по этому четырёхкопытному монстру. Темноволосый заметил небольшую морковку, лежащую на бочке с овсом, взял её и подошёл к деннику солового жеребца, протянул лакомство. Тот с удовольствием принял угощение и довольно фыркнул, вот только тем самым он испачкал Чонгука.       — Спасибо, брат, ты мотивируешь меня стирать все свои вещи почаще, — усмехнулся брюнет.       — А я не раз говорил, что Вонт — чудесный конь, — Тэхён зашёл в конюшню, начиная говорить как обычно, ещё находясь позади Чонгука.       Темноволосый обернулся и улыбнулся подходящему блондину. Тот прошёл мимо, заходя в денник какой-то лошади, которая стояла неподалёку от Вонта. Буквально через несколько секунд Тэхён вывел из денника красивую пегую (чёрно-белую) лошадь.       — Это для меня? — Чонгук сразу же взглянул на высокую лошадь, которая в холке около ста восьмидесяти сантиметров так точно.       — Это Резвая. Чудесная кобылка, самое то для тебя. Да и Вонту она очень нравится в компании, — Тэхён проговорил всё это, не отрываясь от поглаживания шеи кобылы.       — Признайся, ты даёшь мне её только ради Вонта, — Чонгук с ухмылкой покосился в сторону жеребца.       — Раскусил. Так или иначе она вполне спокойная, хотя по имени и не скажешь. Отлично подходит новичку, как ты. У неё удобные аллюры, — кратко объяснил Тэхён, начиная седлать высокую красавицу.       — Ну что, брат, будем завоёвывать сердца на пару? — тихо поинтересовался Гук у Вонта, на что в ответ конь весело гугукнул.       Когда Чонгук впервые услышал предложение на то, чтобы съездить на конную прогулку, то он даже представить себе не мог, на что подписался. Конечно же все парни сразу предупредили его, посочувствовали, но эмоции настолько заполнили бедное сердце темноволосого, что он не мог ни о чём думать помимо проведённого времени наедине с предметом обожания. Ведь сам Тэхён позвал. Сам Тэхён поцеловал. От такой неожиданности каждый растеряется и не сможет оценивать те или иные события адекватно. Вот и Чонгук потерялся в тот самый момент и до последнего уверял себя, что ничего плохого не случился, а, наоборот, он получит уйму положительных ощущений, так как Тэхён всё время будет рядом… И на самом деле, так оно и было, но буквально. Почему же? А потому, что блондин не умел двигаться на лошади с такой медленной скоростью, да и Вонт горел сильным желанием показать себя во всей красе перед дивной кобылкой, которая шагала себе в самом стандартном темпе. И спустя час езды шагом Чонгук уже не выдерживал. Мышцы ног чувствовались совершенно не так, как обычно. Но на боль можно было наплевать, если бы хотя бы Тэхён находился рядом и не молчал, но нет, между парнями словно образовался невидимый барьер. К сожалению, Чонгук всё не мог понять, этот барьер построен из неловкости, или Тэ в очередной раз закрылся от него? Хотелось бы верить в первый вариант, но брюнет не был уверен в своём предположении.       — А куда мы вообще едем? — спустя час молчаливой езды Чон не вытерпел и всё же решил подать голос.       — Тебе не нравится прогулка? — наконец Тэхён немного натянул удила на себя для того, чтобы притормозить Вонта и сравнять лошадей параллельно.       — Нравится, но долго ли нам ещё шагать? — Гук хотел разрушить этот ненавистный барьер, испарить чёртову неловкость и наконец окончательно расположить к себе доверие светловолосого.       В этот самый момент Тэхён чуть опустил голову вниз, посмотрев в глаза кобыле, и усмехнулся как-то по-хитрому, что проскользнуло мимо глаз Чона. Сразу же после усмешки глаза Резвой словно сверкнули неизвестным огнём, она приподняла шею и моментально оживилась.       — Для начала рысью, — тихо прошептал ТэТэ.       Раздался голос младшего, после чего его жеребец сорвался в интенсивную рысь, а кобыла следом. Чонгук не мог ожидать подобного, поэтому немедля вцепился в бедное животное ногами так, что его начало раскачивать из стороны в сторону. Первой же реакцией темноволосого было — схватиться за повод и максимально натянуть его… но Резвая не оценила его поступок, она сильнее ускорилась, потянув длинную шею к земле. Гук не удержался и повалился с высокой красавицы на первом же повороте, вызывая громкий смех где-то неподалёку. Тэхён притормозил жеребца и подъехал к упавшему всаднику, весело смеясь и явно наслаждаясь данной картиной.       — Да, очень смешно, браво, — недовольно проговорил брюнет, поднимаясь с земли, и начал немедля отряхиваться от пыли и грязи.       — Ты бы ещё сильнее вцепился в неё, — продолжал посмеиваться Тэхён. — Такими темпами ты никогда не научишься чувствовать лошадь под собственным весом. Нужно расслабиться.       — Ага, и свалиться при первой же возможности? — Чонгук уже не скрывал своего недовольства.       — Чем сильнее ты зажимаешься, тем меньше шансов прочувствовать её аллюры, меньше шансов ощутить свободу на скорости, — наконец Тэ смог унять свой смех и теперь начал объяснять действительно необходимые вещи, но совершенно непонятные для ученика.       — Ты ведь прекрасно осознаёшь, что я ни черта не понял, — Чонгук подошёл к кобыле и залез на неё в очередной раз.       — Никто не говорил, что это легко и никто не отменял падения на первом этапе, но со временем ты научишься, — с интересом пояснял младший.       Гук не мог упустить этого от своего взгляда. Он моментально заметил заинтересованность Тэхёна по поводу этой темы, поэтому начал быстро размышлять. К удивлению, он пришёл к выводу практически сразу же. Честно, ему не так хотелось, но этот огонёк в чужих глазах оказался куда сильнее собственного нежелания.       — Попробуем ещё раз? — совершенно серьёзно спросил темноволосый, пронзительно смотря на парня рядом.       — Ты серьёзно? Только что ведь упал, — Тэхён действительно впал в небольшое оцепенение, ведь никак не мог ожидать инициативу со стороны Чона.       — Ты только что сказал, что падений на первых порах не избежать, но я действительно хочу научиться.       Тэхён улыбнулся, но не издевательски, не хитро, а с нежностью. Его очень сильно порадовало желание Чонгука учиться, а тем более в таком направлении, как езда верхом. Тэхён горел этим, он обожал животных и никто никогда не мог принять эту странную любовь. Никто никогда не проявлял такого же желания научиться ездить верхом, но впервые появился такой человек, который сам захотел продолжить обучение по своему собственному желанию. С каждым новым поступком Чонгук поднимался в глазах Тэхёна на ступень выше. Он всё ближе и ближе к заветной двери, которая называлась «Абсолютное доверие».       Один, два, три… Падение за падением. Чонгук уже не чувствовал своей пятой точки и то, это ещё мягко сказано. С одним падением ещё можно было смириться, со вторым тоже, третье уже раздражало, а последующие и вовсе выводили из себя. Хотелось выплеснуть все эмоции из себя, психануть, закричать и всё бросить, но он не делал этого. А всё потому, что после каждого падения Тэхён по-доброму посмеивался, затем хвалил за то, что на этот раз удалось продержаться на пару секунд дольше, подбадривал. Гук не мог всё бросить, ведь понимал, что в таком случае больше не услышит этого нежного смеха, не увидит этой улыбки, не услышит похвалу в свою сторону. Он попался в сети стихии Тэ, а значит обязан обучиться верховой езде, чего бы это ему не стоило. И снова очередное падение…       — Тебе необходимо поймать её ритм и начать привставать. Когда тебя выталкивает, то задерживайся на один темп в воздухе, а затем садись обратно. Следи за моими движениями и повторяй, — с нежностью в тоне голоса проговорил Ким Тэхён, останавливаясь и разворачиваясь к парню.       — То есть ты сейчас в открытую разрешаешь пялиться на себя? — ухмыльнулся Чонгук в тот момент, пока поднимался с земли и подходил к Резвой, которая уже и сама оборачивалась и следовала к своему всаднику.       — Не пялиться, а подсматривать. Вижу у тебя появилась подруга, — взгляд светловолосого стал ещё более мягким и добрым, когда он заметил, как кобыла сама тянулась к рукам Чонгука.       — Просто ни одна девчонка не может устоять передо мной… — но не успел Чонгук закончить свою самовлюблённую фразу, как кобыла решила громко фыркнуть, поэтому все её сопли полетели прямиком на одежду альфы. — Класс, второй раз за день. Лошади определённо меня ненавидят.       Лицо темноволосого вызвало у Тэхёна очень громкий и по-настоящему искренний смех. Парень не мог сдерживаться, да и вовсе позабыл про свою закрытость, он поддался эмоциям, не скрывая ничего. Ему хотелось смеяться так громко и так заливисто, он не запрещал себе этого делать. Он смеялся, смеялся и смеялся, не боясь того, что его видит посторонний человек. А хотя, посторонний ли для младшего Чонгук? Это уже очень сомнительный вопрос. А сам же альфа потерялся в пространстве. Он не понимал, иллюзия ли всё это, галлюцинация после большого количества падений? Он что, очень сильно ударился головой? Или это действительно реальность? Как такое может быть?.. Чонгуку не верилось, что именно он слышит этот смех, который скрывался в блондине все эти года, которые он закалял себя. Да, Гук был уверен в том, что ещё никто не слышал этот смех. Даже Намджун… Насколько бы родным и близким он не был бы для ТэТэ, но такой смех точно не звучал в его присутствии.       «Ты потрясающий», — проскользнуло мимолётно в голове у альфы. Он бы с радостью сказал это и вслух, но боялся спугнуть. Побоялся, что Ким сам испугается и замолкнет. А чего хуже, и вовсе закроется в себе в очередной раз. Чонгук дал себе слово, что больше никогда не совершит подобную ошибку. Даже при том, что он вспомнил обо всём… Зная всю правду того, как же он связан с лабораторией и Тэхёном… Это всё в прошлом, а они сейчас в настоящем. Прошлое давным-давно прошло, а вот будущее ещё должно наступить. И только от самих парней зависит, каким же оно будет. Всё в их руках.       Резвая слегка толкнула хозяина под бок, когда поняла, что тот слишком увлёкся рассмотрением своего тренера. Чонгук чутка покраснел от неловкости, но сразу же постарался скрыть стыд, поэтому замельтешил, но быстро забрался в седле. Так, была не была. Очередная попытка, в которую альфа не имеет права опозориться. Тэхён подарил ему частичку себя, подарил столь искренний смех, поэтому Чонгук обязан выложиться во все силы, что у него только есть.       Голень ноги сжала бока кобылы, и та ринулась в интенсивную рысь. На первых темпах темноволосого как и в прошлые разы начало жутко трясти, перебрасывая с одной стороны на другую. Казалось, словно вот-вот ещё капелька и он упадёт… но вдруг в его голове промелькнуло воспоминание о том, как он впервые встретился с Тэхёном, последующие диалоги с ним, бесконечные недовольные взгляды друг на друга, соперничество, потом и первый поцелуй, первые намёки на проявление доверия со стороны светловолосого, а затем и его неожиданная встреча, когда он узнал, что Чонгук выжил. Всё это словно плёнка проскользнула в голове Чонгука, и он даже сам не сразу заметил, как поймал темп кобылы. Он вновь пришёл в себя и ему не верилось, но он действительно чувствовал, будто Резвая бежала сама по себе, а он парил точно в птица в небе. Невысоко, но ведь высота не так важна, а важно то, что он не на земле, он верхом на лошади. Удивительно, но его больше не перебрасывало с одного бока на другой. Он ехал ровно, привставая на один темп, а затем мягко садился обратно в седло. иТтеперь это казалось так просто, что даже смешно становилось с самого себя. Да и Резвая только довольно фыркнула, так как больше никто не сковывал её движения, а, наоборот, ей было очень удобно.       Тэхён уже ни на что не надеялся, особенно, когда заметил, что старший вот-вот и собирался в очередной раз повалиться на землю, но… Буквально блондин успел моргнуть, как вдруг увидел, что Чонгук, который находился чуть впереди, продолжил сидеть верхом на лошади. Да и не просто сжался весь, как клещ, а наконец начал правильно привставать. Он поймал верный темп и теперь ехал уверенно и даже немного быстрее. Невольно на лице Тэхёна образовалась улыбка, появление которой он сам не мог объяснить. Хотя сейчас он вообще не зацикливался на своей мимике и эмоциях, так как и на смех, который так надрывно вырывался из него несколькими минутами раньше, он не обратил должного внимания. В этот вечер маска, которую он создавал для себя все последние года, треснула. Он не планировал этого, но Чонгук собственноручно разломал её без спроса. Сначала маленькая трещина, но со временем она расходилась всё больше и больше. И только сейчас Тэхён словно услышал этот щелчок, этот треск. Глаза Кима округлились, ведь он всё осознал. Первое, что он испытал после — тревога. Она перерастала в страх, поэтому его дыхание участилось. Но именно в этот момент Чонгук, который ехал чуть спереди обернулся к нему со счастливым выражением лица, ведь парень был поистине доволен своим достижением. И тревогу словно ветром сдуло. Тэхён смог отпустить себя. Плевать на эту чёртову маску! Все эти года он мечтал избавиться от неё, но самостоятельно не получалось. Это просто стало чем-то обыденным, надевать её на себя изо дня в день. Ему становилось не по себе, когда он не ощущал своеобразную защиту, не чувствовал «крышу над головой», но рядом с Чонгуком всё иначе… Именно поэтому Тэхён сильнее сжал бока Вонта, пуская повод вперёд, из-за чего жеребец ускорился, ровняясь с темпом кобылы, идущей теперь рядом.       Улыбки на лицах парней поравнялись между собой. Глаза, в которых в данный момент можно было рассмотреть весь спектр эмоций, встретились.       «Я доверяю тебе», — Чонгуку удалось прочитать по губам напротив, которые зашевелились именно в этот момент. И это окончательно объяснило всё. Гук добился своего. У него получилось. Спустя столько времени его цель выполнена. Радость и уверенность в себе настолько переполнили его, что он краем глаза взглянул на прекрасные голубые ока его новой верной подруги, а та всё сразу поняла. Подавая корпус вперёд, сжимая бока кобылы чуть сильнее… Не прошло и секунды, как лошадь поднялась в галоп, опережая светлого жеребца.       Тэхён удивился, но его уже не шокировал тот факт, что Чонгук не падает и только с каждым новой минутой ускоряется, наоборот, его это только радовало. Он с улыбкой на лице закатил глаза, повторяя те же действия, что и альфа некоторое время ранее, поднимая Вонта в галоп.       Из-за высокой скорости ветер бил лёгкой вечерней прохладой осени, но Чонгуку вовсе не было холодно, наоборот, его настолько переполняли эмоции, что он совсем не замечал прохладу, а ветер превратился для него в одну из составляющих частиц свободы. Да, Гук чувствовал себя абсолютно свободным от всего внешнего мира. Именно сейчас он осознал, отчего же Тэхён так любит езду верхом. Ведь правда, ты забываешь обо всём вокруг, есть только ты и твоя лошадь, вы как единое целое несётесь через всё бескрайнее поле. Сравнить подобное ощущение можно только с полётом птицы, никак иначе. Птицы так свободны, они парят высоко в небесах, не боясь всего ужаса, что происходит на земле. До них никто не может дотянуться, все хотят обрести их крылья. Когда ты галопируешь, то у тебя словно вырастают те самые заветные крылья. Да, ты чувствуешь опору, ты сидишь, но всё равно это не мешает чувствовать, будто ты паришь.       Не успел Чонгук нарадоваться новым ощущениям, как спектр положительный эмоций пополнился по самые края. Боковым зрением темноволосый заметил, как его догнал светлый жеребец, неся на себе такого же светлого во всех смыслах парня. Гук не в силах был сдерживать себя, поэтому улыбка сама растянулась по его лицу, а Тэхён в это время смотрел прямо, но и на его лице вырисовывалось самое настоящее счастье. Интересно, когда в последний раз он был настолько рад минутам этой жизни? А был ли рад вообще?..       Чонгук немного потерялся в себе, отчего не сразу заметил, как к нему протянули руку. Альфа пришёл в себя и начал часто моргать, осознавая, что произошло в момент, когда он летал в облаках. В момент его полного сфокусирования с реальным временем, понял, что Тэхён уже смотрел на него и одна его рука, которая находилась ближе, тянулась к нему. Чонгук быстро подловил эту идею, поэтому вытянул левую руку, сцепляясь подушечками пальцев с чужими между собой.       Лошади сами поняли, что лучше всего поддерживать одинаковый темп для того, чтобы их всадникам было комфортно. А что сами всадники?.. Мир для них обрёл новые яркие краски, в любом случае, на данный момент так точно. Парни совершенно позабыли про эпидемию, про лабораторию, про тяжёлую каждодневную работу ради выживания, про все беды, которые им пришлось пережить, про всю кровь, пролившеюся от их рук. Никто из них сейчас не смел вспоминать о подобных вещах, ведь сердца кричали совершенно о другом. В один момент Тэ ощутил странный пульсирующий удар внутри себя, который словно электричество прошёлся по всему телу, оставляя после себя лёгкое приятное покалывание. Парень не ожидал подобного, поэтому одёрнул руку от Чонгука и стал часто дышать, но он не был напуган, скорее, просто сильно удивлён.       — Ты пахнешь лавандой? Потрясающе… — неожиданно выдал Чонгук с улыбкой на лице.       Эти слова ещё больше удивили Тэхёна. Чонгук почувствовал его запах? Но как?.. У Тэ нет запаха, ведь он не омега, у него нет никаких признаков, относящийся к той или иной расе. А, нет, подождите, у него есть не способная выполнять свои функции матка. Но запах… К тому же, разве запах омеги усиливается, когда он перевозбуждён положительными ощущениями, связанными с возлюбленным? Нет, да и к слову, напомним ещё раз, что Тэхён не омега! Этого быть не может. Да, он чувствует очень крепкий и стойкий аромат кофе, который исходил от альфы, он дурманил мозг, но это в порядке вещей. Тэхён прекрасно осознавал, что сильно нравится Чонгуку, а тот, что уж грех таить, нравился ему не меньше. Только об этом никто и никогда не узнает, если сам Ким не скажет, ведь раса не сможет выдать его, так как просто-напросто он не относится ни к какому природному закону. Он лишь ошибка мира. Он бесполезен. Но он тоже живой, тоже умеет чувствовать, поэтому и хочет жить, пусть даже такой гадкой жизнью. Он лишил большое количество полностью здоровых людей жизней, но раскаиваться именно сейчас не время, ведь уже и так поздно.       Оба парня притормозили лошадей, а затем светловолосый свернул в сторону, подгоняя Вонта в рысь, чтобы поскорее оказаться возле любимого озера. Лунный свет ярко отражался в воде, тем самым освещая бережок синеватым светом. Чонгук подъехал шагом, внимательно осматривая окрестность. На его лице застыло восхищение, отчего он не смог проронить и слова.       — Нравится? — Тэхён уловил этот взгляд, который вызвал у него усмешку.       — Слов нет, — Чонгук слез с Резвой, всё так же продолжая смотреть на потрясающие виды вокруг.       — Это моё любимое место. Никто практически не знает о нём, поэтому можешь считать себя особенным, раз я позволил тебе оказаться на этом месте, — парень моментально спешился с коня и направился ближе к воде.       — Завидую твоей скромности, — Гук слегка ухмыльнулся и последовал за младшим.       — Раньше я не был таким, — Тэхён на момент остановился возле воды, а голос его слегка поник.       Усмешка с лица альфы пропала сразу же после.этих слов. Он не мог понять, что сейчас бушевало в нём больше, волнение от того, что Тэхён сам затронул тему о своём прошлом, или же невероятное счастье, что в следующие же минуты он сможет лицезреть обнажённую душу этого парня? Сейчас он стоял к нему спиной, но Чонгук будто видел его стоящего перед собой вплотную, так как мог прочувствовать всю тяжесть его состояния на себе. Тэхён боится, ему страшно, но он всё равно не отступает. Наконец-то он настроил себя решительно, отчего сердце Чонгука разрывалось на куски, но почему именно ему самому не было понятно. Вся правда сейчас вскроется на поверхность?       — Я всё говорил загадками, скрывал от тебя правду о себе… На то были свои причины. Но теперь я доверяю тебе. Уверен, что ты сможешь воспринять это адекватно, — начал не совсем уверенно блондин, всё ещё смотря на чистейшую воду перед собой, но не на Чонгука, стоящего позади. — Моя главная задача в городе — убивать. За пределами города меня знают под псевдонимом «V» и практически никто не осведомлён, как на самом деле меня зовут. Я киллер, а оттого многие власти разыскивают меня, но я интересен не только властям, — на этом этапе парень начал снимать свою обувь. — Я не просто так стал интересен лаборатории. Когда мне было около тринадцати в мой дом пришли несколько профессоров, которые решили забрать меня под своё крыло… Среди них был Минджун, который убедил меня в том, что я полезен этому миру.       Чонгук молчал. Он внимательно наблюдал за действиями парня, поэтому когда тот начал снимать обувь и заходить в воду, то невольно дёрнулся вперёд, но затем вновь что-то заставило его остановиться. Силы заключалась в действиях младшего? Внутренняя интуиция? Чонгук не мог сказать точно, но он остановился недалеко от края воды, всё также продолжая наблюдать за светловолосым. Тэхён зашёл в воду по пояс, на место, где луна лучше всего освещала участок воды. Гук потерял дар речи. Ким выглядел так, словно ангел, спустившийся с небес… Вот только шрам на его лице и поникщие глаза, которые теперь он мог видеть, выдавали его людскую сущность. А может, он падший ангел? Грешник небес.       Руки светловолосого дрожали, но он сжал кулаки, чтобы хоть немного справиться со своей тревожностью. Глубокий вдох, а затем медленный выдох. Сердце пропустило несколько чётких ударов, а затем Тэ всё же удалось схватиться за края футболки. Он медленно потянул ткань наверх, обнажая верхнюю часть тела. Чонгук проглотил вязкую слюну, смотря более ошарашенными глазами, но… В следующий же момент Тэ выставил на обозрение свой левый бок. Под значительной татуировкой скрывался шрам. Его нельзя было рассмотреть сразу же, но приглядевшись, Чонгук увидел то, что там скрывалось на самом деле.       — Укус?.. Ты заражён… — глаза темноволосого округлились и многие факты, произошедшие ранее, начали подтверждаться.       -Да, — чётко и спокойно выдал Тэхён. — Уже на протяжении четырёх лет.