Особенный

      Чонгук продолжал смотреть на парня, пытаясь прочесть его мысли. Невооружённым глазам заметно, что Тэхён о чём-то задумался. И это его волнует, не позволяет до конца расслабиться. У них недолгий отдых, но Тэ всё равно напряжён. Чон хочет помочь, хочет взбодрить, успокоить, хочет сделать хоть что-нибудь для любимого омеги, но не знает, что именно. Ему кажется, словно он некая обуза. Не может сделать ничего полезного, он так, лишь для общей массы. Чимин профессионал своего дела, бывший головорез. Юнги вообще раньше занимался контрабандой. А кто Чонгук? Обычный парень, живший до этого в стенах безопасной для него лаборатории. Обучался, помогал, а за это его снабжали всем необходимым, чтобы не чувствовать себя полуживым, чтобы не ощущать на себе роль выживавшего. Да, Тэхён тоже раньше не был таким самостоятельным, коим является сейчас, но уже более четырёх лет он следит за собой сам. Несомненно, ему помогали старшие, на ноги снова поставили, научили реагировать на все ситуации в ладах с разумом.       Тэхён действительно повзрослел. Чонгук хорошо помнит его со времён жизни в лаборатории. Этого парнишку, пытающегося выглядеть устрашающе, но он был лишь ребёнком. Он не умел признавать поражения, а теперь же он их вообще не допускает. Раньше и его внешность выдавала то, что перед тобой стоит ребёнок. Как бы он не старался выглядеть старше, но круглое лицо, худощавое телосложение и наивные глаза выдавали в нём четырнадцатилетнего мальчишку, но сейчас он превратился в настоящего мужчину. Появилась чёткая линия нижней челюсти, черты лица стали выглядеть более мужественно, тело преобразовалось таким образом, что во-первых парень вырос, во-вторых его плечи, руки и грудь стали выглядеть мощнее, а глаза перестали смотреть на мир с наивностью, теперь в них мир отображается только в серых тонах, а если точнее, то мир выглядит в них настоящим. Тэхён смотрит на всё с хладнокровием.       Благодаря жизненным ситуациям он закалил свой характер. И Чонгук без ума от этого Тэхёна. Он даже не может точно сказать, каким светловолосый нравится ему больше. Сейчас он такой притягательный, но и когда на его лице можно заметить улыбку, то внутри всё скручивается в приятный узел, душа радуется. Значит, Гук влюблён в Тэхёна целиком и полностью.       — Когда всё это закончится, надо будет съездить в путешествие. Только ты и я, — Чонгук сел в большое кресло, которое стояло таким образом, что сидя на нём, можно любоваться видами через окно.       — Медовый месяц? — усмехнулся младший чуть оборачиваясь к парню.       — Неплохо звучит, мне нравится, — альфа улыбнулся в ответ. — Иди ко мне, — подозвал, а затем протянул руку.       Тэхён не стал придумывать отговорку тому, чтобы не сесть к Чонгуку, так как и сам поймал себя на мысли, что в любом случае оказался бы с ним в одном кресле. Не позвал бы его темноволосый, то пошёл бы и сел сам. Так или иначе Тэхён всё равно оставался эгоистом и делал так, как хотелось ему. Только вот благодаря Чону эта черта в младшем дала небольшую трещину, ведь время от времени Тэ поступал не совсем так, как ему хотелось. Он слушал в первую очередь мнение Чонгука, даже если об этом никто не подозревал. Альфа стал для него верным помощником, советчиком, психологом, родным, любимым. Он совмещал в себе всех, кто так необходим обычному человеку.       — Когда я вот так вот рядом с тобой, то начинаю задумываться о том, что поступил неправильно. Что не нужно было соглашаться… Но с другой стороны, я не мог иначе… — Тэхён начал сжиматься в маленький комок, находясь в объятиях Чонгука.       Темноволосый крепко обнял Тэ, который сел к нему спиной и тоже смотрел в окно, любуясь звёздным небом. Чонгук аккуратно положил подбородок на плечо светловолосого, а затем нежно поцеловал того в щёку, ушко, линию нижней челюсти.       — Не важно, что ты выбрал, как поступил. Я считаю, что в любом случае твой выбор верный, если не ошибаюсь, то я уже говорил тебе об этом. Не бывает правильного или неправильного, бывает только то, что мы выбираем, это то и становится правильным автоматически.       — Мне кажется, что я задохнусь, если тебя когда-нибудь не окажется рядом, — Тэхён сильнее прижался к альфе.       — Малыш ТэТэ, я люблю тебя, зачем мне тебя оставлять? — Чонгук мягко улыбнулся и зарылся носом в светлые волосы, чувствуя сладкий аромат лаванды.       — Мы правда всегда будем вместе? — Ким резко развернулся к старшему лицом и заглянул в глаза с таким пронзительным взглядом, что на момент Гук опешил, но быстро вернулся в сознание и ответил без колебаний.       — До последнего вздоха, — ответил, прижавшись лбом ко лбу любимого и закрыл глаза.       Тэхён тоже прикрыл веки, расслабляясь в сильных руках. Медленно он поднял одну ладонь и расположил её на щеке парня напротив. Тот не дрогнул, только сильнее прижался к холодным пальцам. В их действиях не было ничего такого, что могло смущать, но они оба понимали, что если бы сейчас их хоть кто-нибудь увидел, то они бы вспыхнули огнём. Ничего такого, но они считали этот момент очень интимным и секретным. Он навсегда останется в их сердцах. Сегодня, завтра, послезавтра, не важно когда. Тэхён спокоен, так как Чонгук пообещал, что никогда не оставит его одного. Он будет всегда рядом.       Так забавно выходит, ведь раньше блондин спокойно мог справляться и один, чувствовал себя в одиночестве даже намного лучше, нежели в команде. Несомненно, каждому человеку необходимо время от времени общение, но так как Тэ ещё тот интроверт и социофоб, то ему это общение нужно крайне редко, да и пары слов вполне хватало, но теперь он осознаёт, что прожить один день не видя Чонгука, не ощущая его тепло и ласку — сродни пытке. Вот до чего всё это дошло…       Тэ мог бы догадаться, мог бы предотвратить изначально, но не успел понять вовремя. Он никогда до этого не любил, знал лишь какого это только сос лов знакомых, с наблюдений за другими, но никогда не испытывал самостоятельно. Но видимо, Чонгук научил его по-настоящему любить. Тэхён познал, что такое жить и наслаждаться жизнью, а не существовать лишь потому, что так надо. Тэ ещё до конца не осознавал, но по-тихоньку начал понимать, что он живёт, потому что сам так хочет, а не потому, что когда-то его родители отдали свои жизни за него. Тэхён хочет просыпаться и видеть рядом с собой Чонгука, хочет наслаждаться всеми красками жизни вместе с ним. В момент печали или радости хочет, чтобы альфа был рядом. И сам не против всегда помочь старшему. Он хочет любить всю жизнь. Пока смерть не разлучит их, ведь так говорят? К сожалению, смерть не такое редкое явление, а тем более в столь сложном путешествии.       Тэхён проснулся первым, услышав капли, стучавшие по окну и крыше. Дождь. Отлично, так будет даже проще пройти незаметно. Торопиться вставать парень не стал, так как почувствовал на своей шее горячее дыхание. Аккуратно обернувшись назад он обнаружил спящего альфу. На несколько секунд омега застыл, внимательно рассматривая каждую родинку на лице любимого. Такой привлекательный и такой милый, когда спит. А то больно уж острый на язык в обычное время. Но Тэхён лишь немного усмехается на эту мысль, ведь всё равно обожает его любым. Снова не может сдержать себя, чтобы не докоснуться до мягкой щеки. Альфа слегка нахмурил брови, а затем уголки его губ слегка приподнялись.       — Ты долго во мне дыру ещё сверлить будешь? — интересуется с закрытыми глазами и только после сказанных слов, открывает их, встречаясь с глазами напротив.       — Ты так сладко спал, не хотел мешать тебе ещё немного времени, — шёпотом ответил блондин, ни чуть не смутившись того, что старший словил его на любовании.       — Нам нужно идти, да? — снова спросил Чонгук, на этот раз тоже шёпотом.       Тэхён лишь кивнул, но затем поддался чуть вперёд, чтобы накрыть губы напротив своими. Короткий поцелуй, но очень необходимый для продолжения пути. Парни уверены, что этот короткий поцелуй подарил им намного больше энергии, нежели сон, который продлился несколько часов. Осталось только разбудить двух сонных тюленей и можно выдвигаться. Удивительно, как они все не проснулись от звонкого храпения синеволосого.       — Готовы? — через некоторое время спросил Тэхён у всей команды.       — Да, — чуть вымученно произнесли все, но знали, что выбора у них всё равно нет.       — Идём, — Тэ постарался не показывать и своей усталости, чтобы ненароком не заразить ею и всех остальный вдобавок, нужно было сохранять боевой дух, как предводитель.       Все вышли, закрывая за собой дверь. Естественно, покидать данное место совершенно не было никакого желания, ведь тут тепло, вполне уютно, никто их не видит и не слышит, хотя, удивительно, что солдаты не пришли на храп Чимина, но ладно, это уже отдельная история, которую парни будут вспоминать, чтобы развеселить друг друга.       Оказавшись на улице, Чонгук на момент вытянул руку в сторону, чтобы остановить остальных парней, а сам прислушался и пригляделся получше.       — Стойте. Там впереди патруль, — остановка и неподвижность на несколько минут. — Ну всё, ушли. Идём, — и снова вперёд.       Ночной город выглядел совсем по-другому. Дождь придавал ещё некоторую изюминку. Развалины, перевёрнутые машины, казались сейчас совсем другими, нежели днём. Обломки, что создавали неровность рельефа сейчас выглядели, не как препятствия, а наоборот, они скорее служили оградой от солдат. Можно было пригнуться, тем самым остаться незамеченными. Вот только вечно незамеченными остаться никогда не удастся… На момент все парни расслабились и спокойно двигались вперёд.       Чонгук прошёл один из небольших туннелей, как вдруг из-за угла появился один солдат, который тут же сильно ударил того ружьём по шее, тем самым Чона откинуло на землю возле. Юнги, Чимин и Тэхён напряглись в один момент, но не успели они толком что-либо осознать, как на них направили свет от фонаря, который был прикреплён к ружью.       — Быстро, все вышли! Без глупостей! На колени! — строго проговаривал солдат, чуть повышая тон голоса.       К этому времени рядом оказался ещё один «нарушитель» спокойного пути, поэтому времени на придумывание плана, который бы позволил быстро выйти из ситуации не было. Парни не думали, а только подняли руки на уровень своих плечей и вышли из туннеля, опускаясь на колени. Сопротивляться бесполезно, выстрелят моментально. Чёрт, влипли.       — Сканируй, а я доложу. Достали эти нарушители. Не слышали указание? — недовольно хмыкнул тот солдат, который сильно ударил Чонгука.       — Ты в порядке? — тихим шёпотом поинтересовался Тэ, взглянув на Чона.       — Заткнулись! — процедил второй военный, доставая из кармана странный прибор.       Чонгук лишь немного кивнул, сморщился от боли, но к счастью, она уже отступала. В следующую же минуту к нему приложили тот самый странный прибор. Через пару секунд он пропиликал, и солдат направился к Чимину, который сидел на коленях рядом. Тот же звук оказался и у синеволосого, и у Юнги, но когда очередь дошла до Тэхёна… не успел солдат поднести прибор к шее светловолосого, как тот резко развернулся, всадил ему в руку длинный кинжал, пронзая кожу насквозь. Солдат тоже среагировал моментально, ударяя светловолосого кулаком в лицо, заставляя того снова упасть, но теперь на спину. Он хотел выстрелить, но Юнги быстро спохватился, поэтому прыгнул на противника сбоку, сбивая того с ног. Солдат промахнулся. Второй военный начал целиться в Юнги, но Чимин среагировал быстрее, достав из портупеи свой пистолет, прицелился в одну секунду и выстрелил, попав в голову. Тело с грохотом упало в лужу. Чонгук тоже не остался в стороне, достал револьвер и зарядил пулю в лежавшего солдата, который пытался сбросить с себя невысокого альфу.       — Вот ведь уроды, — процедил сквозь зубы Тэхён, поднимаясь на ноги и сплёвывая кровь, скопившуюся во рту после удара.       Все отряхнулись, но светловолосый в это время скорее подошёл к прибору, который остался валяться на земле. Он взглянул на него и задержал взгляд на некоторое время на экранчике.       — Что-то не так? — Юнги поднялся с земли и отряхнул свою одежду.       — Нет, всё в порядке. Целы? Пойдём, пока их друзья не подоспели, — Тэ откинул прибор подальше и последовал вперёд.       Чонгук подошёл чуть ближе к заманчивой вещице и взглянул на экран, который оказался повёрнут к нему. На экране горел красный огонёк, и не пришлось долго думать над тем, чтобы понять, что благодаря этой вещи проверяли. Если бы Тэхён не среагировал так быстро, то сейчас бы от него оставалось только мёртвое тело, а затем бы расстреляли и остальных парней, как нарушителей. Тэ был бы первым, так как солдаты могли увидеть, что он заражён. Это в очередной раз напоминало, что Тэхён не такой, как все. Вот только Чонгук всё равно продолжает верить в то, что это не является чем-то хорошим. Всё потому, что он знает слишком много…       Но не успели парни успокоиться после неплановой ситуации, как Чимин заметил впереди патрульные машины. Говорить ничего не понадобилось, так как это не проскользнуло и от глаз остальных. Парни без замедления повернули в другую сторону и рванули вперёд. Слов не нужно было, если бы хоть кто-нибудь из них крикнул любую фразу, то это только привлекло лишнее внимание. Сейчас необходимо спастись. Сбежать. Чего бы этого не стоило.       Чонгук был замыкающим, но после смены направления он превратился в ведущего. На размышление куда бежать не было ни единой секунды времени, поэтому темноволосый этого и не делал, он бежал, куда глаза глядят. Впереди оказался обрыв, поэтому не медля он спрыгнул в него. Остальные тоже не останавливались, наоборот, подгоняли друг друга. Все оказались внизу. Логично, что военные машины остановились на возвышенности, и сразу же послышались звуки от открывающихся дверей, а затем и чужие голоса. О парнях доложили. Теперь их ищут. Они влипли, и этим всё сказано.       — За мной. Быстро, — негромко скомандовал Тэхён.       На этот раз Чонгуку в голову даже мысль не пришла о том, чтобы хоть чуточку закатить глаза на произнесённый приказ, причём, к слову, в своём воображении тоже, в данном случае указания Тэхёна как никогда кстати. Он единственный из всех, кто знает город лучше всего. Логично, что именно ему удастся более-менее спокойно провести остальных. Если же их, конечно, не настигнут раньше солдаты… Вот сейчас парни на собственной шкуре прочувствовали вс. прелесть темноты вокруг вперемешку с проливным дождём. И ещё, сломанные машины тоже сыграли очень важную роль, так как за ними можно было прятаться от крупных фонарей, расположенных на машинах солдат. Они освещали большое пространство, были настолько мощными, что спокойно было видно и то, что находилось в паре десятке метров по периметру.       — По сигналу все бежим за мной, — на этот раз светловолосый прошептал ещё тише, так как боялся, что неподалёку могут находиться солдаты.       Машины то в темноте видны хорошо, а вот люди, за этим необходимо следить очень тщательно. Сломанные автомобили, пустые бочки и прочие подручные средства, за которыми можно было спрятаться хоть и успокаивают, но не могут позволить расслабиться, ведь на кону жизни всех парней. Тэ мельком взглянул на карту и сразу же понял, где же им можно будет скрыться. Приятно оно или нет, но единственное место по близости — это канализация.       — Сейчас! — чуть вскрикнул, и все тут же побежали в слегка согнутом положении, чтобы не дай бог не попасться под столб света.       Огромная труба из которой доносился невыносимый запах встретила парней с распростёртыми руками. Вонь и личная брезгливость отошли далеко на задний план, так как собственная жизнь играла куда более важную роль. Грязная вода по пояс, шум, доносившийся на поверхности. Чонгук готов взять все слова обратно. Когда он там заикнулся об адреналине в крови? Сейчас он бушует в нём, как никогда до этого. Вся жизнь перед глазами пролетает.       Невольно, ему сразу же вспоминается мёртвое тело Роуз. Девушка ведь действительно пожертвовала собой ради его жизни. Не уж то, кто-то из этих троих парней тоже способны на ткое? Как бы это не было с одной стороны приятно, всё равно Чона эта мысль только ужасала. Это последнее, о чём он мог бы хоть когда-нибудь желать.       К счастью, через некоторое время парни услышали чёткие разговоры солдат с поверхности. Они говорили о том, что их отзывают обратно к стене. Снова пространство окутали звуки двигателей машин. Они уезжали. Поэтому Чонгук и Тэхён чуть ускорились, чтобы открыть большую калитку впереди, которая ввела вновь на улицу. на свежесть. В прямом смысле этого слова, кстати, так как дождь так и не прекращался. Но сейчас оно даже к лучшему, хоть смоет эту дерьмовую вонь с одежды.       Чонгук понимал, что сейчас не время, но он не смог оторвать взгляда от окрестности вокруг. Высочайшие многоэтажные здания, но не целостные, одно упало на второе, но не разрушилось совсем. Некоторые стёкла были выбиты, но всё равно, это даже внушало свою собственную изюминку для общей картины. Наполовину обломанные мосты, частично заросшие мхом и прочей другой растительностью. Протёртые знаки, много воды из-за дождя… Кто-то мог сказать, что это выглядит убого, что зона сама по себе хоть и огромная, но в столь просторной территории не мало и различных заброшек, в некоторых из них даже обитали заражённые. никакой безопасности, но так или иначе, Чонгук восхищался видами вокруг. Его привлекала эта сырость. Ему нравилось, что он одет в слегка потёртую одежду, рад, что ему не приносят всё на блюдце. Ему нравится ощущать, что он сам следит за своей жизнью. Отчасти конечно, ведь он в команде, но всё же.       Из мыслей в реальность его вернул раскат молнии, а затем и громкий звук от неё же. Гром гремел так звонко, из чего можно было сразу сделать вывод, что сверкает то неподалёку. Раньше всех учили не стоять под деревом во время грозы, ни в коем случае не находиться в воде, но сейчас на это плевать. Это лишь предостережения, которые не факт, что могут произойти. А вот то, что парней в любой момент может заметить патруль — вот это уже более весомый факт.       Несколько усилий, и вот, они вскарабкались на наполовину разломанный мост. Перед глазами открылись те самые многоэтажные здания, но теперь их можно было разглядеть совсем близко. Видны были даже самые первые этажи. А вокруг творился хаос. Огромные обломки от этих домов, треснувший асфальт, превратившийся в горы высотой в несколько метров, перевёрнутые ржавые машины, марку которых невозможно назвать, так как от самого авто толком то ничего и не осталось.       Но не успел никто объективно оценить пейзаж вокруг, как раздался громкий крик каких-то чудовищ. Заражённые… Четверо парней сразу чуть напряглись и осмотрелись по сторонам, но никого не заметили. Скорее всего это где-то относительно далеко, а крик — всего лишь звонкое эхо. Но так или иначе расслабляться нельзя. Если всё пройдёт более-менее гладко, то уже к утру они будут на базе, а до этого нельзя спокойно выдыхать и лениться. Они, грубо говоря, на финишной прямой. Самой опасной из всего, что им до этого пришлось пережить и пройти, но заветный плод всегда находится в самом неподходящем месте. Это элементарный закон подлости. И то, что они попались на глаза солдатам — закон подлости. Спасибо на том, что их не поймали. В любом случае, пока что не поймали.       Развалины мешали пройти напрямую, поэтому как бы этого не хотелось, но нужно было идти сквозь заброшенные здания. Именно из них и слышались до этого крики, издающиеся заражёнными. Сегодня команде точно не везёт. Интересно, хотя бы остальным парням сейчас легко?       Естественно, что внутри дома было очень темно, поэтому ручные фонарики пошли в ход. Снова много дверей и комнат, в которых можно, конечно, отыскать некоторые полезные штучки, но к сожалению, их было не обильное количество. Кто знает, сколько эти здания носят на себе титул «заброшенные»? Возможно, что очень даже давно, поэтому люди, обитавшие по близости, или те же самые солдаты могли давно всё сгрести к себе. Никому никогда не будет всего достаточно, все жадничают лишь для того, чтобы прожить ещё как можно дольше. Если и дальше всё будет двигаться в таком русле, то победить пандемию не смогут никогда. Если каждый будет думать только о себе, то ни о каком спасении и речи идти не может.       В столь сложное время необходимо помогать друг другу. В самом начале, когда грибок только начал распространяться по всему земному шару, то по телевидению и радио об этом вещали. Держаться вместе, помогать нуждающимся и прочее. Все соглашались с этим, одобрительно кивали, только вот практика показала совершенно противоположные итоги. Но людей понять можно. Это вполне себе очевидно, что так оно и произошло бы. Тэхён не осуждает, он всё понимает. Но всё равно, те военные, которые расстреливают ни за что… Это ему не понять никогда. И к сожалению, сделать с этим хоть что-то он не может, это не в его возможностях, как бы этого не хотелось. Блондин просто скрывает всю скорбь в себе, по правде говоря, ему очень жалко всех, кто погиб без повода. Тем более, от его собственных рук…       Чонгук хотел открыть одну из дверей, но она не поддалась ему с первого раза. Чимин заметил это, поэтому подбежал и тоже навалился на злосчастный предмет мебели. Несколько сильных толчков, и дверь распахнулась с ужасным звуком, режущим по ушам. Чонгук выдохнул, так как лишь на одно открытие потратил уйму сил, но не тут то было. Не успел он отдышаться, как сбоку резко появился щелкун и набросился на него.       — Чонгук! — вскрикнул Тэхён, доставая из портупеи пистолет.       В это время тварь уже повалила темноволосого и попыталась дотянуться до его лица, чтобы разорвать на клочья. Чон удерживал монстра на расстоянии, но понимал, что долго так не протянет. Слава, что Тэ успел пнуть заражённого, тем самым отбросил того от парня и выстрелил в самую голову. Можно было, конечно, сказать, что выстрелил он в мозги, но смотря на это чудовище, уже и не понятно, где именно у него расположен мозг. Один лишь ужасный грибковый наросток, который разросся в мозгу, и очень сильно видоизменил его.       — Ты цел? — Юнги обеспокоенно посмотрел на младшего.       — Порядок, спасибо, — обратился Чонгук сначала к альфе, а затем и к светловолосому омеге, при этом тяжело дышал после неожиданного нападения.       Зацикливаться на подобном инциденте сейчас было не время, поэтому все быстро постарались выкинуть это из головы. Пока было время, лучше всего следовало поискать припасы. Здание огромное, комнаты более-менее уцелевшие, поэтому парни принялись тщательно рыться в ящиках, которые удавалось открыть. Как они уже успели заметить, до них здесь побывало много людей, так как большинство ящиков оказались пусты, но так или иначе, кое-что найти всё же удалось. Мелочь, но тоже может пригодиться.       Команда решила, что хватит, ведь и так времени много потратили. Что ухватили, то и взяли, что уж там. Пора выбираться отсюда. Кто знает, задержатся ещё немного, и набежит целая орда вонючих тварей, готовых разорвать всё живое на мелкие кусочки за считанные секунды. Не хотелось именно таким образом встретить свою участь, поэтому все вполне были солидарны с мыслью поскорее покинуть это место.       На этаж выше попасть можно было только благодаря подсаживанию, поэтому Чонгук подошёл к стене и подсадил Тэхёна. Светловолосый омега по физической форме уступал только самому темноволосому альфе, а так, из всех остальных считался самым сильным, поэтому когда он оказался на верхнем этаже, то сперва проверил, что вокруг никого нет, а затем наклонился, подавая руку. Все оказались на этаже выше, и снова, хотелось выдохнуть, но не тут то было…       — Скорее, в укрытие! — шепотом вскрикнул Чимин и побежал к столу, за которым можно было спрятаться.       Все сразу же последовали примеру омеги, так как в этот самый момент в комнату вошли сразу два щелкуна. Твари хоть и слепы, но их слуху позавидует каждый. Один громкий выдох или вдох — ты не жилец. Но хоть какое-то счастье было, ведь судя по звуку характерного щёлканья, монстров было всего лишь двое.       Чимин и Тэхён мельком переглянулись, кивнули друг другу и аккуратно с двух сторон практически ползком начали приближаться к заражённым. Резкий рывок, и вот, омеги ловко воткнули кинжалы в сонную артерию чудовищ. Как никак это тоже когда-то были люди, а значит, что уязвимые места у всех одинаковые. Но всё же, это такой маленький плюс из всего творившегося, что на него никто не обращал должного внимания. Никто не отменял наличие спор, от которых также можно было заразиться…       Прохода дальше не было, поэтому пришлось выходить на наполовину обломанный балкон. И к слову, парни находились уже примерно на этаже так десятом, не меньше, ведь здание то практически лежит, а они как раз с той стороны, которая находится чуть выше. Конечно проходить было страшно, все четверо словно вжались в стену. Если вдруг нога чуть дрогнет, то пиши пропало. Полетишь вниз и убьёшься без каких-либо других последствий. Переломами не отделаешься, ведь внизу куча обломков бетона, стекла, кирпичей, ударившись об которые вряд ли кто-либо сможет выжить.       Спасибо на том, что идти по внешней стороне многоэтажного здания пришлось немного, поэтому никто толком то и осознать всего не успел. Адреналин и цель затмили страх, осознание всего сумасшествия пришло только после того, как они вновь оказались в очередной заброшенной комнате. Вот только на этот раз комнаты не радовали внешним видом совсем, и дело не только в разрухе… Огромное количество трупов встречалось на каждом шагу.       — Думаешь, они тоже шли к Хёнджину? — решил поинтересоваться синеволосый, оглядывая очередной труп мужчины.       — Не знаю, — сухо выдавил Тэхён, но где-то в глубине души был уверен, что Чимин сказал верное предположение, верить в которое совершенно не хотелось.       Чонгук уже значительно продвинулся дальше, поэтому остальные решили тоже не отставать и нисколько не пожалели, так как уже совсем скоро смогли выбраться на улицу. Наконец-то свежий воздух, а не вонь трупов вместе с сыростью и каким-то дерьмом, в прямом смысле этого слова. Но как только парни хотели выдохнуть, конечно, естественно же, им этого не удалось сделать.       Только-только Юнги присел на землю, только-только Чонгук опёрся руками о свои колени, чтобы отдышаться, но не тут то было. Закон подлости решил преследовать команду всю ночь. Сзади послышались крики всеми знакомых бегунов.       — Они близко! Валим! — скомандовал то ли Тэхён, то ли ещё кто, не имело никакого значения, а важно было лишь то, что пора делать ноги.       Юнги моментально вскочил, Чонгук выпрямился, и они все вчетвером рванули вперёд. Времени решать куда именно бежать не было, смотреть на карту тоже, поэтому приходилось действовать по собственной интуиции. Чимин так и чувствовал, что ему в спину дышат, хватают за одежду, но он не оборачивался, продолжал бежать, хотя понимал, что всё очень плохо.       — Туда! Быстрее, шевелите задницами! — крикнул Юнги и влетел в чуть приоткрытый гараж.       Все последовали за ним и в самый последний момент опустили тяжёлую дверь, когда все четверо оказались внутри, а заражённые на улице. Несколько минут твари ещё бились о металлическую дверь, но её так просто не пробьёшь. Парни спаслись, но вот только вопрос, точно ли они побежали в нужном направлении? Точно ли этот дом безопасен? Ответы на эти вопросы можно было дать только по истечению некоторого времени, которое терять попросту нельзя. Что же, надо выбираться на улицу, но через другой вход/выход, а там уже и сориентироваться по карте. Такое ощущение, словно эта ночь никогда не закончится.       Хорошо, что дверь гаража не была закрыта, поэтому открыть её совсем не составило проблем. Вот только нервишки знатно так расшатались, ведь план провалился. Пройти незаметно? Ага, конечно, легко. Видимо, не зря Намджун волновался за них. Будем надеяться, что парни, которые остались за пределами зоны, продолжают верить в команду. Им сейчас очень нелегко.       Снова заброшенные комнаты. Спасибо хоть на том, что есть немного патронов. Тишина вокруг пугала. Ни души. С одной стороны, конечно, это радовало, ведь нигде поблизости не слышалось хрипения заражённых, но с другой, такая мёртвая тишина действительно сейчас заставляла искать в чём-либо подвох. Но всё ведь не может идти гладко… Чонгук заметил, что проход в следующую комнату завалило огромными досками.       — Сейчас попробую приподнять, а вы быстро пройдёте, — выдал Чон свой план дальнейших действий.       — Я помогу, — вызвался вперёд и Юнги.       Оба альфы в один момент подошли к доскам поближе, глубоко вдохнули и изо всех сил приподняли. Из-за огромной тяжести не получалось поднять достаточно высоко, но и этого хватило, чтобы быстро проскользнуть. Чимин и Тэхён как можно скорее проползли под трескающимся деревом.       — Теперь ты. Быстрее! — с трудом проговорил Чонгук сероволосому альфе.       Юнги осторожно опустил доски, тем самым передавая всю тяжесть на руки бедного темноволосого парня, но никак иначе нельзя. Только Мин нагнулся и начал пролезать, как сверху послышался очень громкий треск, и всё, что было над ним полетело вниз… на альфу.       — Юнги!       — Чонгук!       Голоса смешались. Картина перед глазами помутнела. Чонгук хорошо запомнил лишь тот момент, когда вся орда досок и камней полетела в его сторону, но, к счастью, ему удалось быстро отскочить назад. Только вот после этого послышался душераздирающий вопль Чимина, а Тэхён словно и вовсе исчез, его слышно не было.       — Ребят! Как вы?! — Чонгук сразу вскочил на ноги и попытался увидеть хоть что-нибудь через небольшие щели, но тщетно, ничего видно не было.       — Ю-юн… Юнги… — надрывно проскулил синеволосый, будто вот-вот сейчас заплачет.       Время для Гука словно остановилось. Сердце пропустило один громкий удар, а потом всё. Конец. Он падает в пропасть и не помнит больше ничего. Никого не слышно помимо Чимина, который на грани нервной истерики. Нет! Нет, быть не может! Все целы! Это галлюцинации. Это ложные предположения. Чонгук просто потерял сознание, а это картинка в его голове. Все живы…       — Чимин! Чимин, что произошло? Как ты? — темноволосый альфа запаниковал, но понимал, что омега в ещё более тяжёлом эмоциональном состоянии, чем он, поэтому постарался придать своему голосу твёрдый и уверенный тон.       — Чонгук, я здесь! Со мной и Чимином всё в порядке, но… ногу Юнги пронзило насквозь. Та доска, что обломилась, проткнула его бедро. Он жив, но столько крови, столько… — голос Тэхёна тоже дрожал.       На момент Чонгук немного выдохнул, так как услышал голос светловолосого, а это значило, что тот не пострадал. Хоть что-то хорошее. Но ведь не всё в порядке, ведь Юнги пострадал, и судя по описанию, очень серьёзно. Нужно было срочно что-то придумать, только вот голова как назло не могла нормально функционировать. Виски трещали, словно по ним с бешеной скоростью молотком били. Хотелось свернуться в клубок и закрыть уши руками, чтобы не слышать этого звона, но не получалось, ведь он в глове, а не из внешнего мира.       Срочно нужен был план. Темноволосый почувствовал себя беспомощным, так как он сейчас здесь, а все остальные парни на другой стороне. Причём, единственный альфа с ними пострадал, остались лишь хрупкие омеги. Да, Чимин и Тэхён бы убили Чонгука за такие слова, но в данный момент старший не думал об этом. Его волновало лишь их безопасность и состояние Юнги, а не глупые слова.       Для окончательного завершения картины словно из ниоткуда появились звуки щёлканья.       — Они здесь… Чимин, блять, щелкуны здесь! — последнее, что удалось услышать Чонгуку перед тем, как он снова запаниковал с новой волной.       Чимин не реагировал, он не мог поверить своим глазам. То, в каком состоянии сейчас находился Юнги настолько поразило его, что всё остальное отошло далеко на задний план. Плевать на щелкунов, плевать на самого себя, главное, чтобы Юнги остался жив. Только это…       — Я обойду с другой стороны! — крикнул Чонгук, когда услышал выстрелы с противоположной от себя стороны.       Темноволосый альфа подорвался с места и помчался в другие комнаты в поиске заветной двери, которая приведёт его к остальным парням. В голове каша. Он растерялся не менее Чимина. Остаться одному, отдалиться от всех не по своей воле — худшее, что могло произойти за этот день. Хотя, нет, Чон уверен, что хуже всего сейчас Юнги. Гук вообще не знает точно, насколько там всё плачевно. Сможет ли Юнги передвигаться? Сможет ли выжить? Не хотелось думать о таких вещах, даже предполагать о потере друга страшно было, но смотреть на реальность необходимо, нельзя видеть всё через розовые очки. Да, очень хочется, но увы, невозможно.       Юнги медленно начал открывать глаза, когда услышал громкий гул в голове. Словно что-то било по вискам, оглушало с невероятным напором. Выстрелы. Он определённо слышал выстрелы возле себя. Крик. Снова выстрелы. Чимин. Слёзы на его глазах. Он стреляет нечётко, иногда промахивается, но всё равно валит чудовище на пол. Заставляет то биться в судорогах, но затем напрыгивает сверху и рубит, бьёт кулаками, превращая голову в настоящее месиво. Юнги понимает, что Чимин на взводе, он в истерике. Кричит, плачет, вымещает всю злость на твари, которое хотело убить его.       — Чи… Чимин, — слабым голосом, совсем тихо зовёт синеволосого альфа.       Чимин сразу же отвлекается, услышав любимый и родной голос. Слёзы перестают литься, словно застывают, да и в целом парень будто не дышит. Смотрит куда-то вперёд, перед собой, пытаясь поверить в реальность.       — Чимин, — снова повторяет Юнги, уже отчётливо смотря на парня.       — Юни… — жалобно пищит омега, переводя взгляд на раненного, а затем слезает с заражённого и быстро ползёт к своему альфе. — Юни… Мой Юни, — продолжает скулить младший, изо всех сил сдерживая слёзы.       — Всё хорошо, малыш. Ты не ранен? — всё таким же слабым голосом интересуется Юнги, поднимая ладонь к лицу омеги для того, чтобы стереть эти ужасные слёзы отчаяния.       — Ты, блять, издеваешься? Ты… Юни, ты… — Чимин правда старается держать себя в руках, но ком в горле так и норовит вырваться наружу, выдать все свои эмоции напоказ.       Чимину хочется орать во всё горло. Так, чтобы все в этом мире слышали его. Так, чтобы каждый понял его отчаяние. Он видит, что Юнги слабеет с каждой минутой. Он видит, как альфа становится всё бледнее и бледнее. Видит, как течёт кровь из раны. Понимает, что Юнги останется без ноги… Да чего уж там, он понимает, что Юнги не выживет. Они не смогут вытащить его. Он умрёт от потери крови. Да и кто знает, вдруг эта гнилая древесина уже передала какую-нибудь заразу в кровь сероволосого? К тому, что произошло, можно приписать ещё кучу чего далеко не положительного, но факт остаётся фактом, Юнги больше не жилец.       — Где остальные? Они целы? — Юнги понимает в какую дерьмовую ситуацию попал, знает свой исход, но перед уходом обязан удостовериться в том, что все остальные в полном порядке.       — С Тэхёном всё нормально, он уводит заражённых от тебя, а Чонгук пошёл в обход, он остался на другой стороне, — Чимин пытался говорить спокойно, но его голос дрожал, слёзы продолжали литься из глаз, хотя Юнги убирал их с его щёк.       — Хорошо… Чимин, давай. иди, помоги остальным, — неожиданно спросил Юнги.       Глаза светловолосого округлились. Он знал, что альфа так скажет, знал, что все посчитают этот вариант правильным, но Чимин всё равно думал, что это неверно. Он не оставит Юнги. Да, когда они только познакомились, синеволосый сказал, что теперь навеки вечном будет с Мином, не раз твердил всем, что истинные они или нет, он считает Юнги своим единственным альфой.       Когда младший впервые встретил всех парней, то естественно, он испугался. Его заинтересовала эта команда, он понимал, что может начать жизнь с нового листа, больше не быть игрушкой-убийцей, но ему всё равно было страшно. Юнги вытащил его из этого состояния. Он показал, что жизнь не вертится вокруг одних убийств. Помимо заданий есть и другие занятия. Юнги научил этого малыша всему. Научил жить. Научил любить. Чимин был, словно маленьким ребёнком, которого заново учили ходить, говорить… Всё это подарил ему Юнги. И парень сам даже не понял, когда стал всей вселенной для этого маленького солнышка, а тот в свою очередь, подарил ему…смысл жить. Оба парня стали единым целым, буквально конечно, но действительно, они понимали, что никто не сможет прожить друг без друга. И сейчас, Юнги понимает, что Чимин не оставит его, но надо попытаться, надо заставить того жить дальше. Но… Как ребёнок сможет ходить, сможет без помощи, если он не умеет этого делать самостоятельно?       Юнги показал ему, как это делать, но никогда не оставлял, всегда помогал… Чимин привык к этой постоянной помощи, вот и вырос, а ничему не научился. Он не выживет без Юнги. Тот для него, словно кислород.       — Я останусь с тобой. Мы ещё успеем столько всего сделать вместе… Я роже тебе столько детишек, ты ведь хотел много малышек, да? Они все будут похожи на тебя, — тараторил омега, чуть ли не захлёбываясь в собственных слезах, обнимая и прижимая к себе лицо альфы всё крепче и крепче.       Юнги лежал на коленях омеги и смотрел на него с улыбкой, наполненной отчаянием. Всё кончено. Это та самая точка невозврата, которую боялись допустить все парни. Но Юнги понимает, что точка настала только для него, а не для всех. Да, они команда, но нужно уметь отпускать. И Чимин тоже должен научиться. Да, один он не справится, но рядом есть Тэхён, есть Чонгук, они поставят его на ноги. Помогут. Юнги уверен в этом. Увы, но пришло время отдать своё солнце в другие руки. Они не смогут согреть, как это удавалось сделать альфе, не смогут подарить всё то, что смог Юнги, но смогут уберечь, смогут хоть немного помочь. Чимин будет жить… только если сам этого захочет. Он сильный мальчик, всё сможет, надо лишь себя перебороть. Вот только этого как раз омега сделать и не сможет…       Чонгук слышит шум. Слышит выстрелы. Его пугает происходящее, а тем более пугает неизвестность. Он не знает, что там происходит, не знает, удалось ли парням отстреляться, удалось ли остаться невредимыми? Он идёт на звуки, не обращая внимание ни на что. Честно, Чонгук словил себя на мысли о том, что готов сейчас рассказать всю правду. Готов был сознаться во всём, лишь бы все остались целыми и здоровыми.       Он убивал всех заражённых, которые попадались ему на пути. Он даже не понимал, плачет ли сейчас. Паника — вот, что кипело в нём. Тревога — вот, что заставляло его двигаться вперёд, не оборачиваясь ни на минуту. Бежал, бежал, бежал. Спотыкался на лестнице, даже падал, но мигом поднимался и снова бежал. Впереди дверь. Она оказалась заперта, но за нем отчётливо слышались выстрелы. Чонгук почувствовал всем сердцем, что за этой дверью непременно находится Тэхён. Знал. Был уверен. Поэтому. Чонгук начал бить по двери. Он ударил ногой один раз, но тщетно. Второй, третий… Бил изо всех сил, но дрянная деревяшка не поддавалась.       — Тэхён! — закричал Чонгук, продолжая бить по двери.       — Я здесь! Чонгук, я здесь! — послышался ответ.       — Держись! — самый мощный удар, и дверь наконец вылетела.       Чонгук сразу же вбежал внутрь, мигом стреляя из дробовика, который нашёл и поднял по пути, пока обходил завал. Честно, темноволосый даже особо и не помнит, как подобрал это оружие, ведь находился в состоянии эффекта. Но теперь всё закончилось… Он воссоединился со своим любимым. Они снова вместе.       — Больше никогда не отпущу, — Чонгук заключил светловолосого в такие крепкие объятия, что дышать становилось тяжело.       — и не надо, — тихо ответил Тэхён, отвечая на нежность, прижимаясь только сильнее.       Но долго они не могли вот так вот стоять, ведь в соседней комнате находились их друзья. И неизвестно, в каком состоянии те прибывали. Чонгук и Тэхён, держась за руки, забежали в комнату и увидели эту душераздирающую картину. Чимин сидел на коленях, обнимал голову Юнги, лежавшего и гладившего нежную щёку. Юнги что-то шептал Чимину, а тот кивал, иногда слегка улыбался, выбивался даже смешок, но слёзы не прекращали литься. Это была истерика. Это была защитная реакция на происходящее. Чимин хотел проснуться, он верил, что это кошмар. Всё это ему только снится. Завтра он проснётся в тёплых объятиях любимого. Они начнут день вместе. Вместе навечно, ведь так?       Крики заражённых послышались издалека, но то, что они вообще были слышны — настораживало. В один момент в дверь начали бить. Парни сразу поняли, что за дверью целая орда, с которой им не справиться. Единственный способ — бежать. Время ограничено. Действовать нужно незамедлительно. Увы, но пора. Юнги придётся оставить. Только так.       — Идите, я подорву этих тварей, — сказал Юнги максимально своим голосом, хотя это давалось с трудом, голосовые связки хрипели, ему тяжело было дышать.       — Прости… — одними губами прошептал Тэхён, но мин лишь кивнул в знак того, что так оно и должно случиться.       — Я с тобой… Я тоже подорву их, у меня есть бомбы… — Чимин продолжал скулить и ещё сильнее прижался к полуживому телу.       — Не глупи, Чимин! Иди с парнями! — вдруг повысил голос альфа.       — Я уже пришёл туда, куда удалось, — вдруг синеволосый резко перестал плакать, а его взгляд стал более холодным.       — Чимин… ты заразился… — Чонгук не задал вопрос, скорее, это было утверждение.       Повисла тишина, которую нарушали только заражённые, пытавшиеся пробить и без того полугнилую дверь.       — Это так? — очень тихим шёпотом спросил Юнги.       Чимин приподнял штанину, показывая голень. На ней красовался чёткий след от зубов заражённого.       — Когда мы бежали от толпы. Одна тварь догнала меня и вцепилась зубами. Я сразу отбился, но… вот такие вот весёлые байки, — быстро объяснил младший.       Тэхён не мог поверить своим глазам и ушам, а вот у Юнги в свою очередь выбился лишь смешок.       — Не хочешь становится монстром? — сероволосый заглянул в карие глаза напротив.       — Ты пожалеешь меня? — Чимин шмыгнул носом и улыбнулся, ответив на зрительный контакт.       — Мой малыш, — улыбка Юнги стала такой широкой, когда он убрал прядь волос с прекрасного лица за ушко.       — Идём… — Чонгук потянул Тэхёна за собой.       Парень последовал без сопротивления. но смотрел на друзей до последнего. Чимин и Юнги тоже посмотрели на Тэхёна и одними губами произнесли «удачи и спасибо».       Всё. Один миг. В ушах звенит. Чонгук бежит и тянет за собой. Дверь проломилась.       Ещё миг. Крик Чонгука о том, что нужно ложиться. Всё машинально. Парни оказываются на полу. Взрыв. Мёртвая тишина.       Никаких заражённых поблизости больше нет… как и Юнги с Чимином. Они погибли вместе, сохранив обещание любить друг друга до тех пор, пока смерть не разлучит их. Никто не наврал друг другу.