Наруто. Отравленный цветок

      Поток ледяной чакры Юкико усилился и Ханаками стало труднее на нее воздействовать. Тело Юкико начало менять свои очертания. Юкико хрипела, у нее пошла пена изо рта и глаза засияли нестерпимой белизной.       - Ты все же решила показать свой истинный облик? - спросила Ханаками с азартом. - Я все-таки смогла расшевелить тебя?       Юкико зарычала и ледяным хлыстом ударила противницу. Ледяной хлыст обвился вокруг тела Ханаками и начал его сдавливать. Ханаками разрушала лед своей чакрой, но лед сопротивлялся ее воле.       - Прекрасно, - рассмеялась Ханаками. - Это именно то, чего я хотела. Бой с достойным врагом. Это то, что нужно. Давай еще, Юкико. Давай, Юкико, не стесняйся.       Лицо Юкико превратилось в уродливую морду, а ее руки стали лапами. Поврежденная рука Юкико стремительно регенерировала. Ханаками очень внимательно наблюдала за всеми этими изменениями, потому что раньше она никогда не видела ничего подобного. Да, был тот подопытный с темной чакрой, но тогда Ханаками почти ничего не разглядела. Подопытный погиб и рассыпался слишком быстро, Ханаками не успела ничего понять и проанализировать. Другое дело Юкико. Ее тело менялось прямо на глазах Ханаками. Юкико зарычала и из ее рта вырвался ледяной поток.       - Ханаками, осторожно, - крикнул пришедший в себя Мамору и использовал свою темную чакру, чтобы сдержать поток льда.       Юкико повернулась к Мамору и зарычала уже на него. Но тут Ханаками ударила Юкико своей темно-зеленой чакрой и Юкико как бы замерцала. Ее ледяная чакра на миг ослабла, но потом восстановилась.       - А у тебя неплохое тело, - восхитилась противницей Ханаками. - Давай еще, Юкико. Покажи мне все свои возможности.       Юкико совершила резкий прыжок, нацелив на Ханаками свои когти и клыки. Ханаками увернулась, но Юкико успела ее быстро укусить и отпрыгнуть, чтобы Ханаками не достала ее своей чакрой. Кровь потекла по руке Ханаками, кровь запузырилась в местах укусов и раны Ханаками начали зарастать.       - Я и не знала, что тоже могу регенерировать, - опешила Ханаками, а ее глаза заблестели от азарта еще больше. - Вот зачем нужны такие сражения, Юкико. В мирное время не проявить всех своих способностей. В мирное время в оружии нет необходимости. К счастью, мирное время никогда не настанет, люди всегда будут грезить войнами и местью. На живое оружие всегда будет спрос.       Когда ее ранили, Ханаками испугалась, но ощущение змеи около шеи успокоило ее. «Мой создатель тоже не сразу всему научился, - подумала Ханаками. - Не сразу освоил столько техник, не сразу основал деревню Скрытого Звука, не сразу пришел к идее экспериментов. Но он же преодолел все препятствия на своем пути. Его убивали, а он возрождался. Он тот, на кого стоит равняться». Ханаками была так далеко от своего создателя. Ханаками была так близка к нему. Наблюдая за своим творением через змею на ее шее, Оротимару-сама почувствовал небывалое единение с Ханаками. Она думала как он, хотела того, чего хотел он. Ханаками была его продолжением, как меч в руке, разящий врагов. «Но только ли оружием является для меня Ханаками? - размышлял Оротимару-сама, наблюдая за ее боем с Юкико. - Она так преданна мне, что это граничит с наивностью. Стоит ли так открыто использовать ее и манипулировать ее отношением ко мне?». Раньше манипуляции Оротимару-сама ни капельки не смущали, но с Ханаками все было не так просто. Слишком трудным было ее создание. Ханаками не получится заменить, если она умрет. А что-то незаменимое поневоле начинаешь больше ценить и беречь. Ханаками продолжала бой, а Оротимару-сама продолжал думать о будущем Ханаками рядом с ним.       - Где же твое подкрепление? - снова спросила Ханаками у Юкико, хотя та могла только рычать в ответ. - И это все, что ты можешь мне предложить? Я немного разочарована.       Ханаками закончила фразу, а из леса с разных сторон на нее посыпался град ледяных ударов. Мамору отразил некоторые из них, но атакующих было слишком много. Ханаками выпустила поток темно-зеленой чакры и отразила оставшиеся атаки.       - Это уже лучше, - весело сказала Ханаками. - Но почему вы прячетесь? Покажите нам свои лица. Я хочу и с вами поиграть. Вы такие же как Юкико? Тоже в монстров превращаетесь?       Ханаками ударил ледяной хлыст, но в этот раз она увернулась от него еще быстрее. Ханаками физически ощущала как кровь бежит по ее телу, как чакра бурлит в ней и готова к бою. Чакра бежала за мыслью, а мысль Ханаками металась как мотылек перед пламенем. Ханаками охватила небывалая эйфория. Ханаками и не подозревала, что ей так понравится настоящий бой. Ее снова ранили, ее раны снова начали заживать. Ханаками призвала темно-зеленый хлыст из своей чакры и ударила в место, откуда прилетела одна из атак. Кто-то закричал. Ханаками увидела как ее хлыст пронзил противника, а его тело начало разваливаться на куски. Но на радость не было времени. Ханаками снова атаковали льдом, она снова уворачивалась. Противники атаковали быстрее, Ханаками уворачивалась быстрее. Поле битвы все больше окрашивалось кровью. Ханаками пронзила еще одного противника, он тоже развалился на куски. Эйфория захлестывала Ханаками все сильнее, ее тело обрело легкость как и разум. Мысли лихорадочно порхали как мотыльки перед пламенем.       - Довольно, - сказал мужской голос.       Атака немедленно прекратилась. Юкико все еще рычала. В лесу послышалось какое-то движение. Ханаками тоже остановилась в предвкушении развития событий. Мамору замер в спокойной позе, из которой можно было удобно перейти в атаку, если понадобится. Из леса вышел синоби средних лет. Символ на его повязке был не знаком Ханаками. И Оротимару-сама его тоже не узнал. «Я многое упускаю, сидя под надзором Конохи, - подумал создатель Ханаками. - Я отстаю от жизни, а это может стоить очень многого». Синоби подошел к Юкико. Сжал пальцы на своей руке и Юкико заскулила.       - И это все, на что ты способна? - спросил у Юкико синоби. - Ты столько тренировалась и все впустую? Ты не можешь или не хочешь постараться лучше, Юкико? Или у тебя не хватает нужной мотивации, чтобы желать победы в битве?       Облик монстра стек с Юкико. Под слоем ее ледяной чакры был виден человек. Синоби снова сжал пальцы, а Юкико заскулила громче.       - Никчемная, - бросил синоби жестокие слова, дернул рукой и Юкико упала на землю, корчась в судорогах.       Другие синоби, Ханаками наконец-то разглядела их среди деревьев в лесу, не вмешивались. Юкико валялась на земле и стонала. Ханаками стало жаль ее. Синоби сильнее сжал пальцы, Юкико чуть ли не билась в агонии, ее глаза закатились, а изо рта снова выступила пена. Ханаками сжала свои пальцы и направила свою чакру на синоби. Его ледяная чакра была на ощупь как айсберг, его чакра была очень плотной и сопротивлялась воздействию Ханаками.       - Она не прошла проверку, - невозмутимо сказал синоби. - Она плохое оружие и не оправдала возложенных на нее надежд.       - Тогда отдайте ее мне, - предложила Ханаками.       - Чтобы ты доставила ее к своему создателю? - спросил синоби. - Исключено.       - Теперь я еще больше хочу забрать от вас Юкико, - настаивала Ханаками и усилила поток своей чакры. - К чему вообще была эта слежка за мной и эта спонтанная атака? Должна же быть какая-то цель этой операции? Проверить Юкико? И только? Выведать мои тайны? Странные методы. Похитить меня? Что, опять?       Синоби перевел свою ледяную чакру на Ханаками. Ханаками ощутила как промерзает изнутри, а потом ее регенерация снова активировалась.       - Как интересно, - прошептала она, не прекращая воздействовать на синоби.       Синоби заметил змею на шее Ханаками. Атаковал ее льдом, но Ханаками разрушила этот лед.       - Не тронь змею, - сердито предупредила противника Ханаками.       - Это особенная змея? - недоуменно спросил синоби.       - Самая обычная, - вздохнула Ханаками. - Просто не люблю, когда издеваются над змеями, вот и все.       - А вдруг он сейчас следит через эту змею за всеми нами? - предположил синоби.       Ханаками на миг представила, что это было правдой. «Тогда бы он слышал то, что я о нем говорила, - подумала Ханаками. - Тогда бы он видел мою битву». Юкико испугалась предположения о том, что Оротимару все это время следил за ними. Юкико почувствовала себя бабочкой, приколотой к дощечке булавкой. Крылья дергаются, но уже не взлетишь.       - Вам же хуже, если это так и есть, - сказала Ханаками и погладила змею на своей шее. - Вам больше не удастся тайно проводить эксперименты и копировать идеи моего создателя. Оригинал вам никогда не превзойти.       - Ханаками... - прошептала Юкико и протянула к ней руку, а ее ледяная чакра мерцала, почти потухнув.       - Что, Юкико? - весело спросила ее Ханаками. - Теперь я снова стала твоей единственной надеждой на справедливость? Теперь ты не считаешь, что быть мной позорно, а, Юкико? Ты все еще хочешь быть моей подружкой? Я могу это устроить. Хочешь я избавлю тебя от них?       Синоби атаковал Ханаками, та снова замерзла, но регенерировала и боролась с ледяной чакрой. Внутри Ханаками закипала ярость. Темно-зеленая чакра бурлила в ней, текла по венам вместо крови. Тело Ханаками словно обожгло огнем. Чакра вырвалась из-под контроля и потекла по ее телу, покрывая его зеленым свечением и витиеватыми узорами. Из глаз Ханаками хлынули зеленые слезы. Синоби брезгливо отшатнулся от нее.       - Что у тебя за чакра такая? - не выдержав, воскликнул он.       Ханаками сжала пальцы и синоби охватил зеленый свет. Ханаками чувствовала как его ледяная чакра крошится в ее руках, как ломается его сопротивление. Змея так плотно прижалась к ее шее, что стала почти ее продолжением. «Как будто я всегда была вместе с этой змеей, - подумала Ханаками среди всего этого безумия. - Как будто эта змея всегда была частью меня». Ханаками словно впала в транс. Она снова увидела то существо из ее снов, которое бежало по небу, открывало рот и пело. Она снова хотела дотянуться до этого существа, но оно удалялось от нее, оставаясь недосягаемым. Зато теперь Ханаками ощутила еще чье-то присутствие рядом с собой. Ханаками оглянулась вполоборота и заметила тень огромного существа. Ханаками оглянулась полностью, охваченная любопытством, смешанным со страхом, и увидела нечто, похожее на клубок змей, сплетенных в единый организм. Ханаками подняла голову и заставила себя посмотреть существу в глаза. В этот миг ее тело и сознание пронзила нестерпимая боль.