В постели с Дьяволом

За панорамными окнами виднеется ясно-голубое небо, кроны деревьев, что плавно колышутся от лёгкого ветра, и, кажется, что снаружи дышится намного легче, чем в тесных офисах многоэтажной высотки. Но Намджуну приходится просиживать штаны в своём кабинете и лишь мечтать поскорее стать более свободным и независимым. Пожилой мужчина, сидящий в кресле напротив, имеет статную фигуру, и только седые волосы выдают в нём возраст. Взгляд у мужчины властный и строгий, Намджун всегда чувствовал, что в его руках он всего лишь марионетка. — Как продвигаются дела? — мужчина внимательно смотрит на Намджуна, и выражение его лица говорит о том, что он ждёт только хороших новостей. — Всё идёт по плану, господин Чхве, — отвечает Намджун, чувствуя, как невидимые оковы на его запястьях становятся крепче. — Смотри, чтобы старик не передумал и не выбрал своего более компетентного сына, — господин Чхве с неким пренебрежением оглядывает Намджуна. — Ты не имеешь права на ошибку. — Я знаю. — Ты же понимаешь, что твой папаша признал своего внебрачного сына только благодаря мне и моим связям? — Понимаю, — Намджун опускает глаза, стараясь лишний раз не выводить господина Чхве из себя. — И очень Вам признателен. — Надеюсь, я не пожалею об этом, — хмыкает мужчина. — Иначе в первую очередь я заставлю жалеть и тебя. — Я не подведу Вас, — уверяет Намджун, а сам чувствует невероятную усталость от всего происходящего.

***

— Ты как пластилин, Чимин, — говорит Чонгук, наполняя бокал красной жидкостью. — С какой стороны тебя обработаешь, туда ты и будешь смотреть. Чимин замирает, зная, что львиная часть этих слов, является правдой. Чимин всегда был таким. Даже когда их дружба с Тэхёном переросла в нечто большее, у Чимина это было скорее не от больших чувств, а потому что так просто было удобно. Тэхён был удобным, никогда ничего не требовал и был готов ради него горы свернуть. Конечно, были моменты, когда Чимин был по-настоящему счастлив в этих отношениях, но этого было ему недостаточно. В детстве Чимину всегда приходилось донашивать вещи своего старшего брата, в школе часто отказываться от обеда, но он старался, как мог, чтобы быть таким, как все. Установки взять своё любой ценой были заложены в нем с самого детства, когда он смотрел на своих родителей, а те порой отдавали ему последнюю порцию еды. Семья Пак не жила за гранью бедности, но у них никогда не водилось лишней копейки. Чимин просто искал своё счастье, но вряд ли получив то, что хотел, он бы его обрёл. Его методы были недостойными, Чимин это признает, но пока в его сердце лишь эйфория от предстоящей выставки, он ещё не успел ощутить пустоту в душе от потери Тэхёна. — Но я не имею права судить тебя, — продолжает Чонгук, слегка улыбнувшись. — После этой выставки наши пути разойдутся. Чимин не знает, откуда взялся этот парень. В один день ему просто пришло письмо на почту, в котором говорилось, что есть люди, заинтересованные в его картинах. Чимин, не раздумывая, согласился на встречу, где в первый раз увидел Чонгука. Тот говорил прямо, без утайки, сказал: «твоё тело — мои деньги», и всё было решено. Чимин согласно кивнул головой, задумавшись лишь на долю секунды. «Тэхён ни о чем не узнает», — решил он. — Хорошо, — отвечает Пак и кидает на Чонгука внимательный взгляд. — Скажи мне, откуда Тэхён узнал, где я? Откуда он вообще тебя знает? — Мы пару раз пересекались... И это я его пригласил. — Ты пригласил? — удивляется Чимин, чувствуя лёгкую обиду. — Но зачем? — Затем, что за каждый свой выбор приходится платить, Чимин.

***

Намджун видит несколько пропущенных на экране телефона, но даже не думает перезвонить. Ему хочется расслабиться, забыться, не думать о всех проблемах, снять скопившийся стресс. В голове появляется лишь одно имя, и он не знает, стоит ли срываться сейчас к нему или нет. Слишком опасно, его братья, наверняка, за ним следят, ищут поводы подловить. Лучше поехать домой, но Намджун всё равно останавливает свой палец на экране около имени Сокджина. Намджун выбрал именно этого телеведущего чисто случайно, зацепившись за красивую внешность и умение себя подавать. Но когда директор канала сказал, что тот отказался, Намджун почувствовал некую потребность в том, чтобы заполучить именно его. И когда звезды всё-таки сошлись, Намджун ни разу не пожалел о своём выборе. Он помешался на его красоте, потому что холодная внешность Сокджина становится невероятно тёплой и очаровательной, когда он разговаривает, улыбается или смеётся. Сокджин кажется Намджуну искренним, и это очень сильно цепляет. Намджун всё же набирает Сокджина и делает глубокий вдох. Что плохого в том, чтобы просто услышать его голос? — Алло, — раздаётся на том конце, и Намджун невольно улыбается. — Привет, — выдыхает он. Всё-таки глупая была идея, потому что услышав этот голос, он уже не может сопротивляться своему желанию. — Ты стал звонить только по ночам, а я всё ещё встаю рано, чтобы работать, — бурчит Сокджин, но Намджун не улавливает даже нотки недовольства. — Я приеду? — говорит Намджун прежде, чем здравый смысл успел к нему вернуться. Скажи нет, скажи, что занят. Но на том конце раздаётся такое тёплое: — Приезжай.

***

Сокджин встречает Намджуна у самого порога в домашней одежде с ещё мокрыми после душа волосами. Его сразу подхватывают сильные руки и несут в сторону дивана. — Сегодня опять мало времени, да? — спрашивает Сокджин, стараясь не звучать слишком огорчённо, и его бережно опускают на диван. — Очень, — говорит Намджун и снимает с себя пиджак, нависая над парнем. — Поэтому поторопимся, ладно? Сокджин кивает, позволяя затянуть себя в страстный поцелуй, и пытается снять с Намджуна галстук. Тот усмехается, почувствовав, как пальцы Сокджина слегка подрагивают, и сам развязывает свой галстук. — Руки, — громко чмокнув Сокджина в губы, требовательно говорит Намджун. И две руки вытягиваются перед ним, послушно ожидая дальнейших действий. — Хороший мальчик, — хмыкает Намджун и туго завязает своим галстуком протянутые к нему руки. Сокджин чувствует, что уже возбуждается от одного взгляда на свои связанные руки. Он не может касаться Намджуна, ему дико неудобно, поэтому он просто тянется за поцелуем, но не получает его. Намджун грубо его переворачивает на живот, а сам устраивается сзади. На Сокджине пижамные штаны и футболка, он дёргается, когда чувствует, как мягкая ткань скользит по его ягодицам. Намджун оставляет нежный поцелуй на каждой из них, а потом на всю квартиру раздаётся смачный шлёпок. Сокджин стонет, сам не зная от боли или от наслаждения. Он не успевает придти в себя, когда его шлёпают по другой ягодице. Кожа на заднице чертовски горит, но ему не хочется, чтобы Намджун останавливался. — Смотрю, ты играл с собой, — говорит Намджун, когда пальцем ныряет в ложбинку между ягодицами и ощупывает колечко мышц. — Х-хотел быть готовым к твоему приезду, — шепчет Сокджин и получает ещё один смачный удар. — Охотно верю. Ты же знаешь, что не имеешь права спать с кем-то ещё? — строго спрашивает Намджун, и сердце Сокджина пропускает удар. Эти нотки ревности в низком голосе заставляют бабочек в животе затрепетать своими крыльями. — Не знаю, — отвечает Сокджин и вскрикивает, когда получает очередной удар. Он хочет схватить руку, которая так над ним издевается, но не может, потому что связан. — Теперь будешь знать, — большая рука Намджуна оглаживает красную половинку, а потом со всей силы бьет ещё раз. У Сокджина от боли выступают слезы на глазах, но при этом его член твёрдо стоит, а тело хочет продолжения. Намджун стягивает с себя рубашку, и Сокджин слегка поворачивает голову, чтобы разглядеть накаченную грудь и чёткие кубики пресса. В этом мужчине идеально всё... Сокджину кажется, что у Намджуна особенная энергетика. Она властная, требующая подчиниться. И несмотря на то, что Сокджин немного старше его, он всё же чувствует себя более слабым и ведомым в этой связи. Намджун не церемонится, оставляя на Сокджине футболку и припущенные штаны с бельём, снимает свои брюки, раскатывает презерватив и входит одним резким движением. Сокджин лежит на животе со связанными руками, чувствуя прикосновение горячей груди к своей спине через тонкую ткань футболки. Голова кружится, запястья ноют от тугости, с которой они связанны, а кожа на ягодицах продолжает гореть. Намджун вбивается в податливое тело быстрыми и резкими толчками, каждый раз вызывая у Сокджина чуть ли не скулёж. Всё это слишком... Сокджин жмурит глаза, чувствуя, что с трудом соображает. Вздохи спонсора где-то сзади находят отклик внизу живота Сокджина, где всё скручивает от наслаждения. Когда Сокджин чувствует, что он уже на грани, большая смуглая руки перехватывает его поперёк шеи, закрывая доступ к кислороду. Сокджин буквально задыхается, но не от недостатка воздуха, а от охватившего его оргазма. Перед глазами темнеет, и его тело обмякает, когда Намджун отпускает его горло, делает ещё несколько сильных толчков и кончает следом. Они часто и громко дышат, Сокджин чувствует тяжесть чужого тела на своём, но не торопится выбираться из-под него. Отчего-то дико приятно ощущать тепло кожи Намджуна, хочется просто продлить этот момент. — Я не шутил, когда говорил тебе, что запрещаю спать с другими, — говорит Намджун, отдышавшись. — А ты спишь с другими? — в ответ спрашивает Сокджин, чувствуя, что не готов услышать положительный ответ. Намджун некоторое время молчит, заставляя Сокджина немного понервничать, но потом говорит тихое: — Нет.

***

Намджун заходит к себе домой и с досадой думает, что нужно доделать ещё пару документов. Он заходит в свой кабинет очень тихо, стараясь никого не разбудить. Включает компьютер и расстегивает верхние две пуговицы рубашки, с улыбкой отмечая, что свой галстук он забыл у Сокджина. Когда Намджун уже во всю работает над документами, дверь кабинета приоткрывается и на пороге возникает девушка в шелковой пижаме. У неё длинные чёрные волосы, что красивыми локонами доходят до пышной груди. Девушка спала, на ней нет ни капли макияжа, но она всё ещё выглядит обворожительно. Намджун кидает на неё короткий взгляд и натягивает улыбку, а девушка подходит ближе, опуская руки на плечи мужчины, и начинает их массажировать. — Мой отец тебя совсем загонял, да? — сочувственно спрашивает девушка. — Ничего, скоро будет больше свободного времени, — отвечает Намджун, расслабляясь от нежных касаний. — Почему так поздно не спишь? — Уджин проснулся, захотел в туалет, — тёплая улыбка появляется на губах девушки. — Ладно, ты дорабатывай и ложись скорее спать. Мне одиноко без тебя. — Я приду через десять минут, — заверяет Намджун, и девушка, чмокнув его в макушку, выходит из кабинета. Намджун устало вздыхает и трёт переносицу, переводя взгляд на семейную фотографию, стоящую у него на рабочем столе. Там он в обнимку с красивой девушкой, а на руках они держат совсем маленького мальчика, который ярко улыбается своим родителям.