Мини-фф с тобой

<•·•·• Осаму Дазай •·•·•>

Брюнет раскрыл свои глаза цвета горького шоколада, в которых все пространство вокруг расплывалось. Сознание только начало приходить в норму, после того как в его кровь влили препарат, заставляющий погружаться в сон. Перед глазами открывается не самый приятный вид. Голые, серые стены, что украшены пятнами крови и цепями на них, света практически не было, но это не помешало ему разглядеть перед собой прикованную к стене его возлюбленную. Она тоже только очнулась, тело машинально дернулось, чтобы подбежать к ней, но руки Дазая крепко привязаны к ручкам стула. Глаза стали бегать по телу девушку, дабы убедиться, что на ней нет никаких ранений. — Т/И, не бойся, я найду способ выбраться — прокричал он, но вместо ответа они услышали звенящий звук ключей и скрип старой двери, где появился мужчина в маске, что скрывала пол лица, открывая вид на губы, и черном одеянии. За собой он вез тележку, на которой лежали инструменты, что так хорошо знакомы брюнету. На лице мужчины появилась ухмылка и послышался смешок, в то время как эмоции Осаму колеблились от шока до страха за свою возлюбленную. Глаза сузились при виде того, как этот мужчина выбирает нож. — Не смей прикасаться к ней! — прокричал брюнет, пытаясь освободиться от тисков верёвками, но безуспешно. Мужчина подносит нож к одной руке девушку и проводит вдоль нее, оставляя длинный порез, но не большой глубины, ведь ей еще рано умирать от потери крови. Страх и злость — окутали сознание детектива, он судорожно пытался выбраться, выкрикивая — Отойди от нее, ублюдок или я убью тебя! — душераздирающие крики разносились по комнате, когда на теле появлялся новый порез, надпись, оторванный ноготь. Эти крики приводили Дазая в ужас, заставляя чувствовать себя ничтожеством, что не может помочь. Снова. Из глаз текут слезы при виде на окровавленные конечности и одежду девушки. Всхлипы. Крики. Кровь. Кровь стекает на пол, с лица мужчины не сходит ухмылка, когда он видит эту безысходность в глазах детектива. Дазай сжимает ладони в кулаки, до хруста, в сердце боль и ненависть. Он хочет разорвать этого ублюдка, что сейчас приносит столько боли его возлюбленной, но не может... Последний хриплый крик и глаза закрываются, брюнет с шоком смотрел и понимал — конец. Мужчина снимает цепи с рук девушки, ее тело падает на пол, в собственную кровь, пока Осаму опустил взгляд на свое обездвиженное тело. Взгляд помутнел, становясь холодным, неживым — Убей меня — шепчет он. Но вместо ответа мужчина показывает записку*, отчего брюнет плотно поджимает губы, сдерживая крик отчаяния, из-за содержания, комната вновь становится мутной, веки прикрывают пустой взгляд, Осаму погрузился в сон... Он очнулся в переулке, на улице была ночь и лил холодный дождь, пока гремел гром, а молнии содрогали землю, освещая темное небо. Ладони сжимаются в кулаки, взгляд наполнен ненавистью, он направляется к своему бывшему боссу, зная, что он найдет того, кто так жестоко обошелся с его возлюбленной. Он готов вернуться к не менее жестокому человеку, что также был причастен к смерти близкого ему человека. Он готов сделать это, чтобы отомстить и истязать его тело со всей своей ненавистью. * Я не убью тебя, потому что желаю заставить тебя страдать как можно больше, как когда-то заставил ты меня.

<•·•·• Накаджима Ацуши •·•·•>

Ацуши приоткрыл свои глаза и пытался понять, где находится, он попытался двинуться, но это было невозможно. Он оглядел комнату, где увидел свою девушку, прикованной к стене — Т/И! — закричал он, а та полняла на него помутневший взгляд после действия снотворного. Текущее положение уже пугало светловолосого, он попытался освободиться вновь, но бесполезно, руки были окружены свечением в виде змеи, что была обмотана вместе с ручками стула. Способность лунного зверя не работала. В комнату вошла низкая фигура, что напоминала девушку, на ней было кимоно с белыми узорами на черной ткани у самого подола, а на лице белая маска кошки, она прошла к стене, что находилась за спиной Накаджимы и вернулась с тележкой, на которой он увидел ножи, скальпель, щипцы и перчатки. Эти атрибуты заставили его испугаться сильнее в особенности, когда она остановилась у его возлюбленной, что также со страхом и шоком в глазах оглядела тележку. Она смотрела то на нее, то на эспера, в ее глазах читалась надежда на спасение при виде своего любимого, в то время как он испытывал полную безнадежность. Женщина в кимоно взяла в руки скальпель и провела по лицу девушки, которая заскулила от боли. Она проводила острием по щеке, переходя к шее и не задевая артерий. Струйка крови потекла по коже девушки — Прекрати! — закричал Ацуши, а женщина продолжала проводить скальпелем по телу девушки, вырисовывая кровавые рисунки. Второй рукой она охватила нож и резко воткнула его в ладонь девушки, а та издала громкий, жалобный крик, пока Накаджима дергался на стуле, крича ее прекратить, но в ответ были слышны лишь новые крики его возлюбленной. Из желтых глаз полились слезы, смотря на то, как истязают тело его девушки. Всхлипы и крики разносились по комнате, отдаваясь неприятным эхом в ушах эспера — Нет...Прекрати! Хватит! — он снова дергается, снова крик — Остановись! Лучше убей меня, но оставь ее! — душераздирающий крик, а из глаз тигра лилась новая партия слез. Этот кровавый спектакль взращивал ненависть в сердце юного детектива к себе, к той женщине. Он ненавидел себя, что настолько слаб, что не может противостоять чужой способности. Его сердце разрывалось от криков и вида крови возлюбленной, чей голос уже начал хрипеть, а глаза сжечь от количества пролитых слез. Женщина берет все ещё нетронутый нож и проводит им по шее девушки, кровь стекает по телу на грязный пол, из-за глубины пореза. Красные от слез глаза застыли и, помутнев, спрятались под веками. Тело освобождено от цепей и с грохотом падает на пол. Каждый звук отражается эхом по комнате, будто стреляя в тело, приносили боль светловолосому. Тишина. Он слышал биение собственного сердца, собственное дыхание. Тишина давила на мозг, сводя с ума. Мертвое тело его возлюбленной лежит в крови прямо перед его глазами, дверь захлопнулась, женщина в кимоно исчезла из комнаты, а Ацуши осталось лишь смотреть на каждый порез, каждую надпись и узор на теле девушки. Позже его найдут коллеги, но к тому времени он уже не будет прежним. Разум падет, сменяясь безумием, а на улицах Йокогамы будут находить множество трупов и детективы будут бессильны против безумного юноши с ненавистью в сердце.

<•·•·• Эдогава Рампо •·•·•>

Он открыл свои изумрудные глаза, осматривая комнату. Зрачки сузились. Он увидел пред собой свою возлюбленную, что была прикована к голой стене с багровыми пятнами. Запах крови и сырости резко ударил в нос, вызывая тошноту. Его девушка еще не очнулась и Рампо был даже рад, что она еще не увидела этой атмосферы. Он посмотрел на свои руки и радость пропала, он понял, что он — бессилен. Способность удерживает его от побега и какой бы хороший план не возник в его голове он не сможет его исполнить. Он посмотрел на свою любимую в то время, как в голове гуляли мысли не самого лучшего исхода. Он уже знал, что будет дальше, но оставался вопрос, кто подвергнется пыткам? Он надеялся, что это будет он, но факт разных положений тел, давал ему понять, что выбор пал на его возлюбленную. Девушка приоткрывает глаза и видет перед собой детектива — Рам…по, где мы? — тихим голосом произнесла она, а детектив прижал губы друг к другу, мысленно ответив "В пыточной", а сказал — Не волнуйся, остальные уже наверняка ищут нас, будем надеяться, что они сумеют справиться без меня — он старался вести себя как обычно, чтобы не пугать ее еще больше, надеясь, что с истезателем они встретятся не скоро. Но сегодня все идет не так, как того хотел детектив. Его желания не исполняют по первой просьбе, как это было в агентстве... Дверь раскрывается. Появляется мужчина в клоунском костюме и длинной золотистой косой, с белым плащем за спиной — Оох, как много у меня работы на сегодня — наигранно грустно произнес клоун — М? Так это ты один из тех, кто может помешать Дос-куну? Да, это ты, но сейчас ты бесполезен, ахахах — смех, такой неприятный, разносится по комнате, а затем сменяется широкой ухмылкой. — Остальные найдут нас и ты пожалеешь за содеянное — холодно ответил Рампо, прожигая тяжелым взглядом лесных глаз. — К этому времени, они найдут только ваши трупы, а сейчас я покажу тебе по настоящему хорошее представление, покажи мне свои эмоции детектив — запустив руку в плащ, он достал из него нож, зеленые глаза округлились, в них читался ужас. Он провел ножом вдоль ключиц девушки, затем он глубже вонзил лезвие ножа, заставляя девушку издать крик. Тонкое лезвие отделяет кожу от тела, по комнате разносятся душераздирающие крики, а на лице Великого Детектива смешались боль и безысходность. Крики его возлюбленной заставляют тело содрогаться, сердце бьется невероятно быстро, глаза застыли от такой картины. Он дергается на стуле, хотя в этом т нет смысла — Остановись! Не трогай ее! — кричит он, а на глазах выступают слезы, в то время как губы клоуна расплылись в широкой ухмылке. — Ох, не волнуйся, я уделю время и тебе — этот наигранный тон причинял ещё больше боли. Последовал еще один крик возлюбленной детектива, на этот раз он вонзил нож в ее руку, перед этим проведя достаточно глубокий порез. Безумные глаза блондина с неподдельным удовольствием следили за тем, как брюнет мечется от страданий. Из его глаз льются слезы, крики отчаяния вперемешку с мольбой прекратить слышатся из уст Великого Детектива. Окровавленный нож падает на пол, оглушая этим звонким звуком. Настроение блондина сменилось и им завладело непонятное чувство, он снял маску и одарил зеленоглазового серьезным взглядом. Его страдания и безысходность понравились этому безумцу, собственно, это непонятное чувство уже давно было в его сердце при виде Рампо, ведь он следил за ним по приказу Дос-куна, чтобы найти его слабость. Чувство ревности заполнило его сердце, смешиваясь ненавистью к этой девчонке, что забрала его детектива. Он направился к брюнету, наклонившись к его уху, пока Рампо уже не мог понять происходящего. Боль отупляет мозг, слезы обжигают кожу, пока глаза направлены на тело его возлюбленной, что тяжело дыша, терпит страдания, что принес ей этот безумец. — Пожалуй, я оставлю тебя у себя, ты будешь интересной игрушкой для меня, детектив — веки стали тяжелыми, а в глазах поплыл образ девушки и комнаты. Он проснется уже в другом месте, более пригодным для жизни, обычной комнате в какой-то квартире, в которой нет ни единого способа связи. В то время, как его коллеги уже нашли труп его возлюбленной. — Уже проснулся, детектив? — чьи-то руки легли на плечи Рампо, а ухо обжигало дыхание. Он резко повернулся и отскочил, с ненавистью смотря на Николая, который в свою очередь ухмылялся этим ярким эмоциям брюнета.

<•·•·• Накахара Чуя •·•·•>

Чуя стал просыпаться после того, как ему вкололи снотворное. Его синие глаза приобрели немного мутный оттенок из-за того, что сознание не до конца вернулось в норму. Все вокруг плыло и он не мог понять, где находится. Зрение наладилось и он наконец сумел разглядеть темное помещение, что напоминает подвал, а перед глазами свою возлюбленную, ее руки прикованы цепями к грязной и пустой стене. Вокруг можно увидеть пятна крови и ее запах, смешивающиеся с сыростью и гнилью. Он собирался встать, разрушив это противное место, но ничего не вышло. Его способность сдерживало свечением алого цвета в виде дракона, напоминающего змею, что окутала его руки вместе с ручками стула. — Что за черт!? — раздраженно проговорил он, вновь подняв взгляд на девушку, что все ещё не очнулась. — Т/И, очнись! Эй, Т/И! — кричал он, дабы разбудить девушку. Ответом на свои крики он получил легкое качание головой и громкий, неприятный скрип двери, а в комнате рассеялась темнота от яркого света ламп, свет слепил глаза, но вскоре он смог лучше разглядеть свою возлюбленную и вошедшего парня. У него были блондинистые волосы доходящие до плеч и карие глаза, а одет он был в багровую рубашку и черные брюки с цепями, висевшие со стороны, с которой смотрел Накахара. — Эй, что здесь происходит?! — спрашивал он у вошедшего, на что тот лишь ухмылялся. Он подошел к девушке, что все ещё была в отключке и ударил ей кулаком по щеке, отчего вскрикнула и приоткрыла глаза. — Ты что творишь?! Не смей прикасаться к ней! — кричал он, дергаясь и пытаясь активировать способность. Когда девушка пришла в сознание, в ее глазах появился страх от вида Чуи и непонятного помещения, машинально дернув руками. Блондин достал из кармана лезвие и провел им по щеке девушки, небесные глаза Накахары сузились от понимания грядущего, а его попытки вырваться стали усерднее, хотя он понимал, что в этом нет смысла. Парень выбросил лезвие на холодный бетонный пол и, взглянув с усмешкой на рыжика, загнул большой палец на своей ладони. Девушка издала громкий крик, кость на бедре была раздроблена — На первый дробятся кости ног — произнес блондин. Ее боль будто передалась Чуе, этот крик приводил его в ужас и в гнев одновременно. Он вновь пытается активировать способность, прожигая взглядом, полным ненависти этого парня — Я убью тебя, как только освобожусь — холодно и со всей злобой произнес он. — На два дробятся кости рук и ломаются пальцы — усмехнулся он, загибая указательным палец. Раздался новый, более громкий и задевающий душу рыжика, крик. — Прекрати это, ублюдок! — прорычал он, а в голове появилась идея. — На три появятся узоры — продолжал блондин, загибая средний палец, а девушка почувствовала, как на ее теле появляются порезы. Второй рукой блондин провел рукой по свежим порезам на шее, опускаясь к окрававленной рубашке, в то время как рыжик снимал перчатки с своих рук — Я сказал не прикасаться к ней! — кричал он. — И что же ты сделаешь? Сейчас ты не сможешь спасти свою подстилку — ответил блондин, сжимая грудь девушки. Способность сдерживала арахабаки, но эмоции Чуи после оскорбления в сторону его девушку и слов о его беспомощности, было не сдержать. Гнев захватил его сознание, как и арахабаки, освобождаясь от плена способностью. В миг и черно-красная сфера появилась у его ладони и полетела в стену напротив мафиози, разрушая ее. Девушка упала на колени, не пострадавшей благодаря собственной способности, что похожа на способность его бывшего напарника. Накахара уже оказался перед ней, держа вторую сферу в своей ладони, она прикоснулась к ноге рыжика и его сознание вернулось, он упал на колени, улыбаясь от того, что эти страдания окончены.

<•·•·• Акутагава Рюноске •·•·•>

Девушка с трудом раскрыла глаза и пробежалась по темной комнате, где увидела своего возлюбленного, что был окутан непонятным фиолетовым свечением — Очнулась? — произнес он, смотря на девушку, которая резко дернулась и поняла, что имеет положение не лучше Акутагавы. Вокруг него прямо у ног, был фиолетовый дым, что постоянно поднимался и опускался — Рю, ты... — Нет, я уже пытался, я не могу шагнуть дальше этого тумана — как всегда с холодом ответил на вопрос, который уже знал "ты пытался выбраться?" В его голове гуляли мысли о том, кто и зачем их сюда привел. На эти несказанные вопросы ответом был скрип двери и шаги сопровождающийся звуком колес тележки, что появилась первее того, кто ее вел. Лицо скрыто под маской, которая открывала лишь цвет бордовых длинных волос и черное пальто, под которым белая рубашка с галстуком и брюки. Рюноске рассматривал вошедшую фигуру, что больше напоминала парня. Тележка была скрыта тканью. Юноша в маске оказался возле девушки, а брюнет насторожился, представляя не лучший исход этой ситуации. Ткань слетела на грязный пол и открылся вид на множество скальпелей, ножей, щипцов. Ненависть. Ненависть в мгновение окутало сердце безмолвного пса мафии, он с полной злостью в глазах смотрел на фигуру в пальто, а на языке так м и вертелось "рассемон". Он уже хотел разорвать его за то, что задумал этот юноша. Парень приподнес руку к инструментам, его ладонь металась от одного к другому, не зная с чего начать кровавый спектакль. Выбор пал на скальпель, которым он тут стал проводить по шее, заставляя девушку скулить и говорить — Рю... Брюнет резко шагнул вперед, но его оставило фиолетовое сияние, что превратилось в стену перед ним — Отвали от нее! — закричал он, ударяя кулаком об прозрачную стену. Юноша продолжал проводить скальпелем, переходя на ключницы, рисуя на них. Кровь стекала по шее вниз, пока Рю бился об стену фиолетового свечения с криками и угрозами адресованными этому парню. Он отбросил скальпель на пол, и вновь повернул голову к тележке. Он выбрал щипцы, вырывая один ноготь за другим, пока по комнате раздавались крики девушки и Акутагавы. Крики возлюбленной разрывали его сердце, пока он бил из всех своих по стене, расемон не действовал. Безысходность и боль, смешались в его душе, когда тело его девушки падает на пол, корчась от боли. Закончив с щипцами, он отпустил ее от цепей и достал пистолет из кармана пальто, направляя на нее. Выстрел. Первый. Второй. Третий. На лице застыл шаг, а в сердце боль. Рю падает на колени, не отрывая взгляд от мертвого тела своей возлюбленной, он не заметил как свечение пропало и раздался новый выстрел.

<•·•·• Мори Огай •·•·•>

Он открыл свои рубиновые глаза и спустя несколько минут сумел осмотреть помещение лучше. Темные кирпичные стены, на которых можно увидеть гниль и бордовые пятна крови, а местами можно было увидеть ещё не застывшую кровь. К стене, цепями была прикована возлюбленная босса портовой мафии. Она не очнулась, чем заставила брюнета напрячься. Он осмотрел ее тело, ища следы ранений, но ничего не нашел и сделал вывод, что действие снотворного еще не прошло и она просто спит. Мужчина попытался двинуть руками, но безуспешно. Они были сдержаны наручниками прикованными к стулу, на котором он сидел. Девушка стала открывать глаза, а за стеной послышались шаги, что становились все громче. Звонкий звук, открывающего замка и ключей, которые сменились скрипом. В комнату вошел мужчина в маске, скрывающей половину лица, а тело скрывало черное платье, что носят священнослужащие в церкви. За собой он нес множество медицинских инструментов, которые прекрасно знал Мори и прекрасно знал для чего они предназначены в подвальном помещение. — Даже если я и моя супруга умрем здесь знай, ты уйдешь вслед за нами — спокойно, будто разговаривая со своими подчиненными, произнес Огай. Ответа не послышалось. В руках мужчины оказался небольшой нож, что он сразу воткнул в ладонь девушки, отчего та громко прокричала. Глаза брюнета сузились, он машинально дернулся, услышал только звон наручников. Он активировал способность, но эффекта не последовало, а на руке он увидел пентаграмму, что ярко светилась алым цветом, давая понять, что это сдерживает силу. Он со злостью и холодом посмотрел на мужчину, что проводил ножом от плеча девушки и вниз, делая глубокий порез, наслаждаясь жалобными криками. Мори дергался и пытался вытащить руки из наручников, желая помочь своей жене, но его попытки были бессмысленны. Тишину комнату прирывали душераздирающие крики и угрозы Огая — Тебя будет ждать сама смерть, будь уверен! — кричал он, а ответом слышал крики своей жены, что, будто иглы, вонзались в его сердце. Раздается звук разрушений и по комнате витает серый дым, в комнату входит Накахара, что с ненавистью осматривает происходящее. — Смотри не убей его, я хочу, чтобы он умер от более жестокой смерти — стараясь вернуть спокойствие голосу, произнес Мори, пока подчиненные освобождали от цепей его и супругу. Он моментально подбежал к девушке, поднимая ее на руки, а та потеряла сознание.

<•·•·• Федор Достоевский •·•·•>

Видеть перед глазами такой интерьер Федору не в первой. В таким комнатах он находился сам, когда ради плана ему нужно было позволить поймать себя. В таким комнатах он ломал тех, кто не желал рассказать ему то, что требовалось от заключенных. Но впервые он оказался в такой комнате, потому что его смогли похитить по настоящему, а по его плану. Впервые он не испытывает удовольствие при виде, как человек прикован к стене и ожидает своей участи, потому что этот человек — его ангел. Девушка и демон уже давно очнулись, брюнет думал о том, как выбраться из этой ситуации, успокаивая свою возлюбленную, ведь она думала, что худший исход будет ждать именно юношу. Дверь с неприятным скрипом раскрылась и в комнату вошел мужчина, которого прекрасно вы оба. Тот что пытался силой заставить полюбить себя, он не отличался от Федора складом ума, единственное у него было куда больше эмоций — Осаму Дазай — исполнитель портовой мафии. Он с ухмылкой направлялся у девушке, прикованной у стены. — Похоже в этот раз ты проиграл, демон Федор — произнес он, смотря на брюнета, что был привязан к стулу. — Ты собираешься поступить так жестоко, но зовешь демоном меня — возразил Достоевский, ухмыляясь. Дазай повернулся к девушке, смотря на нее сначала с нежностью, но после он схватил нож из кармана и провел им по щеке, резко. Вскрик эхом раздался по комнате. Федор помрачнел, понимая, что он не сможет помочь своей возлюбленной. Осаму провел ножом по пуговицам блузки, оголяя грудь, начав вырисовывать на ребрах буквы, пока девушка дергалась, крича от боли. Он делал глубокие порезы, настолько, что задевали кости. Он делал это, чтобы показать, что теперь она принадлежит ему, вырисовывая свое имя на ребрах. Кровь стекала по коже. Ненависть переполняла Федора, он хотел разорвать своего врага, но не мог, на каждый крик он машинально дергался но бесполезно. В глазах был гнев смешанный с болью от этой картины. Эти душераздирающие крики не приносили удовольствие как раньше, было больно, сердце набирало ритм. Закончив с подписью он стал делать глубокие порезы на руках, так, чтобы не убить, проводио ножом по животу, ему нравилось делать это. — Прекрати — произнес Федор, не выдержав, при виде мучений его ангела. Дазай помрачнел, смотря на подпись, губы расплылись в улыбке, а по комнате раздался истерический смех, который приводил в ужас обоих заключенных. Федор понимал, что это значит. — Ты прав, мне не к чему использованная игрушка, но я рад, что заставил тебя страдать, как ты меня, когда забрал ее у меня — с удовольствием в голосе произнес он, он воткнул нож возле сердца, делая отверстия, пока девушка издала последний крик. — Держи, ты ведь говорил, что ее сердце принадлежит тебе, так забирай — брюнет ошарашенно смотрел на вырванный орган, из потекли тонкие струйки слез, а губы плотно прижались друг к другу. Он с ненавистью посмотрел на ухмыляющегося брюнета.

<•·•·• Николай Гоголь •·•·•>

Очнувшись в темной комнате, что так сильно пропахла кровью и гнилью, резко, давая почувствовать этот неприятный запах. Но блондину он нравился, этот запах крови приводил его в дрожь, ведь этот запах сопровождался пытками, что также нравились ему. Но оказаться на месте заключенных в пыточной, ему приходится впервые, как и видеть прикованной к испачканной в алых пятнах голой стене, свою возлюбленную. Ему не нравилось это положение дел, ведь он прекрасно понимал, что это означает. Он прекрасно понимает, кто почувствует на себе холодное, сверкающее лезвие ножа. Девушка только начала приоткрывать глаза, после сна вызванного препаратом, как дверь в комнату боли вошел мужчина, скрываюший свое лицо под маской. За спиной он вел тележку с множеством медицинских инструментов, ножей, металлических щипцов, он прекрасно знал предназначение каждого предмета на этой тележке и это приводило его в ужас. Да он любил страдания, но он никогда не хотел причинять их своей пташке таким способом. Рука в черных перчатках подняла нож, делая неглубокие порезы на коже девушки, что уже скулила от боли, пока Николай смотрел с ненавистью на то, кто делает это. Закончив с ознакомлением боли он решил приступить к более жестоким действиям, взяв в руку щипцы. Второй рукой он схватил ладонь девушки, плотно сжимая, поднеся к пальцу щипцы. — Нет! Не смей! — прокричал блондин, в ответ услышав пронзительный крик. Он раскрыл рот от шока, смотря на страдания своей возлюбленной. Глаза округлились, пока он с трудом проглатывал этот воздух, что был невероятно тяжелым. Пульс, как и дыхание, участились. Крик. Крик боли, который когда-то ласкал слух, желающего свободы, пока он делал то же с своими заключенными, резал по сердцу тем ножом, с которого начал мужчина. К глазам подступили слезы, он с трудом смотрел на это, крича, чтобы тот прекратил издеваться над девушкой. Он отбросил щипцы, взяв в руки чистый нож, резко вонзив его в плечо, отчего слух Николая оглушило новым криком, и еще, и еще. Крики ножами вонзались в грудь эспера, заставляя его испытывать боль. Последний крик и тело падает на холодный пол, пока наручники со звоном ударяются о стену. Он смотрит на тело возлюбленной, по щекам стекают слезы, а рот раскрыт от шока. Губы расплылись в ухмылке, он захохотал, как настоящий псих, хотя хотел кричать. Он отбросил голову назад, смеясь в истерике, от боли. Смех прекратился. Голова откинулась назад, пока на нос стекала кровь, а в комнате появился дым из-за выстрела пистолета, что был в руках у мужчины.