Заметки к Блокноту

Бывает, просыпаешься раньше звонка будильника, просто потому что выспался, с этим приятным чувством всесилья внутри: в твоем распоряжении еще минута, а то и три, а может все десять, чтобы валяться под одеялом, не открывая глаз, в состоянии блаженного полусна. Ощущения времени нет. А вдруг у тебя еще целых полчаса? Это же вообще – подарочек с небес! Прислушиваешься к мирному дыханию рядом, будить – кощунство! Прислушиваешься… Дыхание явно слышно, только совсем оно не мирное. Очень даже бодрое. Так-так-так... Распахиваешь глаза. Ксения сидит, облокотившись спиной на подушку и уткнувшись носом в планшет.

«Это что еще за новости?»

Она настолько сосредоточена на изучении какой-то страницы, что не улавливает движение слева от себя. А зря… Опасно настолько терять бдительность. Рука под одеялом бесшумно ползет, ползет… Нет, в последний момент он передумал: напугается еще. Из-под полуприкрытых ресниц наблюдает за ней, за сосредоточенным выражением лица. Волосы струятся по плечам, спадают волнами. Такое ощущение, что Ксения проснулась уже давно: ни следа сна. — Доброе утро.., — вдруг произнесла она вкрадчиво, не отводя глаз от экрана: улыбка коснулась ее губ. — Хорошо спалось? — Доброе..., — протянул Юра удивленно и открыл глаза. Голос хриплый спросонья. — Как ты поняла? — У тебя дыхание изменилось.., — с этими словами девушка повернула голову и лукаво на него взглянула, — А если бы ты все-таки решился тяпнуть меня за ногу, контратака была бы стремительной. — Да ну!? — фантазия тут же включилась и воображение дорисовало их «борьбу» в деталях… — Ну да.., — она тихо засмеялась: ее воображение тоже работало безотказно. — Не веришь? — тон приобрел шутливо угрожающий оттенок. Юра отрицательно мотнул головой: — Не-а. Не верю… Придется тебе продемонстрировать свою стремительную контратаку.., — он так и лежал, не шевелясь, в притворной расслабленности. «Ах, вот как? Ну, сейчас я тебе покажу…» Ксюша хмыкнула и сделала от него полповорота, чтобы дотянуться до тумбочки и положить на нее планшет. Зря. Никогда не поворачивайтесь к «противнику» спиной. Никогда. Даже «буквально на секундочку». В следующее мгновение его руки загребли ее в охапку, а еще через одно - она уже лежала в постели на лопатках, поверженная: Юра, довольно ухмыляясь, навис над ней. Волосы спадали на лоб, касались бровей, хитрый сощуренный взгляд – смотреть на него в таком виде она может вечно. Она, собственно, сразу и «зависла». Сопротивление бесполезно – она готова капитулировать. Сдаться на милость победителя. Какое прекрасное утро… — Ну что, атакующая? Что делать с тобой будем? — ухмылка растянулась до ушей. Знал он, что с ней делать, вопрос так – подразнить. «Расслабился? Рано!» Еще несколько секунд – резко закинутая на бедро нога, самая малость усилий, и вот уже на лопатках врач, а на лице Ксении играет торжествующая улыбка, она вглядывается в него, волосы, ниспадая, щекочут кожу. Юра изображает на лице смирение: — Сдаюсь… «По глазам твоим хитрым вижу, что нет» — То-то же… — мурлыкает она. — Но это не точно, — одним движением он освобождает свои руки, — «Слабовата сегодня хватка!», — обнимает её и притягивает к себе. — Вот Вы и попались, Ксения Борисовна! За оказание сопротивления при захвате будете наказаны! Сейчас, в этот момент, это не врач и управляющая. Сейчас они как два дурачащихся подростка: они ведут свою игру, в которой проигравших не будет. Сейчас они друг другу всё покажут… Терпение уже на исходе. Ксюша аккуратно касается губами шеи в месте, где чувствуется, как учащенно бьется сердце, ямочки на подбородке, уголка губ, медлит, испытывает его на прочность. А куда им торопиться? Она всякий раз готова остаться без порции утреннего кофе, но без порции утренней нежности жить впредь отказывается. Главное – на планерку не опоздать… Он заводит за голову её руки, смотрит потемневшими глазами, ясно показывая, что на этом игры точно кончились. Шутки в сторону. Доминирование! Её тайный фетиш. Хоть с любимым мужчиной можно позволить себе побыть слабой девочкой… Именно ему ей хочется подчиняться. Юра склоняется, трогает губами мочку уха, — «Я тоже умею изводить», — пальцы освободили запястье и ладонь скользит теперь по ее руке. Мееееедленно… По ключицам и дальше, ниже… В их утреннюю идиллию врывается звук звонка. Нет, не будильник. Звонит телефон. Его, черт подери, телефон. В 6:20 утра Юрия Сергеевича беспокоить здесь еще не смели. Лев однажды позвонил в 07:02, но то Лев… В 07:15 он в то утро от него узнал, что управляющая сбежала. — Ответь. Может, что-то случилось.., — она произносит фразу тихо и даже где-то лениво, но вместе с тем плохо замаскированные нотки обеспокоенности уже мелькают в её голосе. С шумным выдохом, в котором слышится крайняя степень негодования, Юра переворачивается на спину, тянется за смартфоном: — Алло… Да… Какой номер? Да… Десять минут. Иногда рабочий день врача может начаться так же совершенно внезапно, как и рабочий день управляющей. 3 минуты на душ, 2 – одеться, 5 – добраться из домика для персонала на второй этаж основного здания. — Ксения Борисовна, я надеюсь, мысли о том, что ждет Вас сегодня ночью, весь день будут наводить на Вас трепет.., — с этими словами Юра легко поцеловал девушку в лоб – ибо в губы просто опасно! — и стремительно скрылся в ванной. Она даже спросить его толком ни о чем не успела.

***

Кофе они всё же до планерки вместе выпить успели. Юра рассказал Ксении, что утренний побег пришлось совершить из-за постояльца, который, едва проснувшись, почувствовал головокружение, тошноту и двоение в глазах. В панике мужчина позвонил на reception, портье, перепугавшись, рискнул набрать врача. Ничего особенного, вестибулярный синдром, причин для подобного состояния масса – сам Юрий Сергеевич подозревает проблемы сердечно-сосудистого характера. — В каком номере он остановился? — спросила Ксюша озадаченно. — В 212-ом, — пожал плечами Юра, наблюдая, как меняется выражение её лица. — В чём дело? — В 212-ый вчера вечером въехало наше личное «ходячее несчастье», — протянула девушка. — Раз за разом он торжественно подтверждает свой статус… К счастью, завтра утром у него check-out. Юра рассмеялся. Да, по утру вид тот постоялец имел действительно несчастный, но он даже не подозревал, что имел дело с человеком, которого в отеле стафф хорошо знает и, очевидно, «любит». А может, даже боится? По крайней мере, видок у сидящей напротив девушки был озабоченный. Ксения смотрела на него, прищурившись: — Юр, к вечеру ни мне, ни тебе будет не до смеха, обещаю. Возможно, вообще ни до чего.., — эта угроза в ее голосе звучала более, чем реально.

«То есть, как это ни до чего?»

— Ну что он такого может сделать? Отель спалить? — ему всё еще хотелось повеселиться и её растормошить. А то сидит, накуксилась. — Ты, видимо, не поверишь, но – да, может. Этот – всё может. С каждым его приездом именно в том номере, где он останавливается внезапно ломается сантехника, куда-то пропадает туалетная бумага и шампуни, перегорают лампочки. В прошлый раз именно в его номере перестал работать беспроводной интернет и заклинило балконную дверь. В позапрошлый раз, ты еще здесь не работал, он отравился в нашем ресторане, чуть не утонул в бассейне и свалился с лошади на конной прогулке. Я уже на полном серьезе думаю о том, чтобы приставлять к нему телохранителя. По мере того, как она докладывала обстановку, Юрино лицо менялось. Да уж, если верить Ксении, его день может оказаться действительно веселым. — А еще, специально для него отель закупил черные, не пропускающие свет шторы! — кипятилась управляющая. — Ну не может человек днем спать в освещенной комнате, ему кромешную темноту подавай. Каждый раз готовим номер «под него», Юлька лично меняет. Краем глаза Юра заметил пересекающего лобби Бориса Леонидовича. Тот конечно же тоже заметил парочку, но предпочитал этого не показывать. Её отец не упускал возможности продемонстрировать дочери и врачу всё, что он думает по поводу их сомнительного, с его точки зрения, союза. Это утро не стало исключением. Ксения, зафиксировав передвижение отца в пространстве, махнула рукой. — Па, привет! — приветливо улыбнулась она, как только главный инженер подошел к их столику. — Привет, доча, — ответил тот ласково, и, повернувшись к врачу, достаточно сухо продолжил: — Доброе утро, Юрий Сергеевич.

«Ничего не поделать, Борис Леонидович, придется потерпеть мое общество минутку-другую…»

— Слушай, па, ты вчера в 212-ом все проверил? Я тебе говорила, помнишь? — Прости, доча, сам не смог, но Айбекушка доложил, что всё там работает, как часы. — А почему не сам? Я же просила, чтобы ты лично посмотрел.., — ответ отца про «Айбекушку» Ксению явно не устраивал. — Да так… Потом расскажу, попозже, — Борис Леонидович косо посмотрел на Юру: явно не при нем он собирался объясняться с дочкой. — Доча, ты извини, тороплюсь я. Давай потом. С этими словами Борис Леонидович отвесил мужчине своей кровинушки демонстративный поклон и с гордо выпрямленной спиной удалился в сторону департамента инжиниринга. Ксения с горечью взглянула на Юру. — Ты тоже заметила, что он ко мне как-то неровно дышит? — усмехнулся тот. «Заметила ли я!? Тебе лишь бы всё в шутку перевести…» — Юр, мне кажется, он просто вбил себе в голову что-то. Папа иногда бывает очень упертым. Я не понимаю, почему он не хочет признавать, что заблуждается. Прости его, пожалуйста. — Разберемся. Не переживай… — ухмыльнулся он в ответ.

«С потенциальной родней отношения желательно поддерживать хотя бы нейтральные»

— Он разборки признает только за бутылкой наливки. Так что... — она тяжело вздохнула: такое поведение отца Ксюшу напрягало, расстраивало. Наверное, ей все же придется с ним серьезно поговорить, потому что смотреть на это равнодушно она не может. — Значит, буду пить с ним наливку, — хмыкнул Юра, — Всё, не волнуйся. Пойдем, а то не ровен час – опоздаем. А твоим подчиненным только повод дай…

***

Да, этот день действительно запомнился им обоим. «Ходячее несчастье» уверенно подтверждал свое звание. Оно было заслужено! Не проходило и часа, чтобы у мужчины что-то не случилось, чтобы что-то ему не понадобилось. Первые полдня с ним носилась Ксюша. Постоялец умудрился утопить в бассейне свой дорогущий телефон, и сначала управляющая искала желающего за смартфоном нырнуть, а потом разбиралась на кухне с Региной Марковной, включившей «вредную бабу» и наотрез отказывающейся отсыпать Ксении Борисовне миску риса, в которой этот телефон можно было бы попробовать просушить. Можно подумать! У нее в кладовке разных видов этого риса – всю деревню можно накормить! Нет же! Отвоевать зерно удалось, лишь когда вмешался ее муж, а по совместительству - директор ресторана. Теперь в кабинете управляющей ровно по центру стола красовалась плошка с рисом и торчащим оттуда смартфоном. Затем мужчина чуть не сварился в сауне: дверь заклинило именно тогда, когда в парилке находился он. Не кто-нибудь еще, не Марь Иванна, не Иван Иваныч – он! Хорошо, что поблизости был стафф – вытащили его быстро, даже испугаться толком не успел. Ксении пришлось предложить гостю бесплатный сеанс массажа за понесенный моральный ущерб. Массажистку она назначала самолично – выбор пал на девушку с самыми нежными и «легкими» руками. И что? Во время процедуры на массажном столе, таком специальном столе с отверстием для головы, ему заклинило шею! И сотруднице пришлось к сеансу расслабляющего массажа добавлять сеанс лечебного, чтобы купировать болевой синдром. Когда «Несчастье» появился в ресторане, управляющая уже заняла свой стратегический наблюдательный пункт, роль которого неизменно исполнял барный стул, и сверлила гостя взглядом. На беду в тот день в «Гранде» постояльцам предлагался «Русский буфет» - ешь, что называется, до отвала. Сколько влезет. Мужчина и начал пробовать свой желудок на прочность. Ксения смотрела на всю эту картину с плохо скрываемым ужасом в глазах. В тот момент ее волновал только один вопрос: когда он уже, наконец, остановится. В голову, как назло, не шла ни одна мало-мальски годная идея. Ну не может же она, в самом деле, подойти к нему и сказать: «Уважаемый, хватит жрать! Поймите меня правильно, я просто боюсь за Ваше состояние». Может, попробовать отвлечь его от буфета каким-нибудь заманчивым и безопасным предложением? Ну, типа распития бутылочки дорогого вина на свежем воздухе? Так он и на веранде себе приключения найдет… Пока девушка за ним исподлобья наблюдала, гость успел умять три полных тарелки и направился за добавкой. «Ты не лопнешь, деточка?» 15:08 Кому: Юра: Кажется, тебе стоит приготовиться… 15:10 От кого: Юра: Всегда готов) 15:13 Кому: Юра: :) Готовься принимать пациента… 15:14: От кого: Юра: Уже? 15:15: Кому: Юра: Ставлю на 10-15 минут «Ходячему несчастью» понадобилось семь. Вернуться-то он за свой столик вернулся, а вот подняться из-за него уже не смог: живот скрутило. Человек согнулся прямо на стуле в три погибели и запричитал, как маленький ребенок. Управляющая кинулась к нему, параллельно набирая врача. С этого момента продолжилась его смена. Мужчина жаловался на спазмы в желудке, через некоторое время его начало рвать, и он стал требовать вызова скорой. Ему, очевидно, казалось, что он умирает. Есть такой особенный «вид» пациентов – параноики называются. «Любимчики» врачей всех категорий. Юру такое недоверие к себе довольно быстро начало выводить из себя: врач задумался над тем, а не припугнуть ли постояльца как следует всевозможными неприятными процедурами, которая скорая ему предложит, чтобы угомонился уже. Нет, он сам проведет эти же процедуры, вопрос лишь в том, как «подать» информацию клиенту. Фельдшеры с ним церемониться не станут – они не очень любят, когда их вызывают на какую-то ерунду, когда в это же самое время где-то в другом месте кому-то нужна настоящая помощь. Спустя какое-то время после того, как промывание желудка было сделано, пациент запросился в свой номер. Юра отпустил его со спокойной душой, внутри себя торжествуя: наконец-то товарищ перестанет изводить его дурацкими вопросами из разряда: «Доктор, а вдруг у меня что-то плохое?», «Доктор, а не сдать ли мне анализы?». Да сколько угодно! Если ему охота потратить время и нервы впустую, врач ему сейчас порекомендует список из обследований и анализов – месяц по кабинетам бегать будет. Только если начистоту, оснований для этого он не видит никаких: человек выглядит вполне здоровым. Всучив «Несчастью» блистер таблеток для налаживания ЖКТ, Юра отправил его восвояси. Чтобы быть у него в номере уже спустя час. Постоялец решил сходить в душ: неудачный вышел поход. На выходе из ванной поскользнулся, упал, ушибся, еще и ногу умудрился подвернуть. Врача вызвали с reception. 17:30 Кому: Ксения: Ты знаешь, мне кажется, если его запереть в туалете, он утонет в унитазе 17:32 От кого: Ксения: Что произошло? 17:40 Кому: Ксения: Ничего особенного, в ванной поскользнулся. Хорошо, что мозги себе не вышиб. Кстати, жалуется, что смеситель сломан: якобы, именно с него вода на пол натекла. И кондиционер якобы морозит. В общем, высылай подмогу :) Спустя 10 минут – Юра еще не закончил с компрессом – дверь номера отворилась: на пороге стоял Борис Леонидович. Скользнув по врачу равнодушным взглядом, проследовал в ванную комнату. Достаточно быстро разобрался со смесителем и с гордым видом переместился в комнату – к кондиционеру. Врач искоса наблюдал за мужчиной. На мгновение взгляды пересеклись: инженеру, видимо, самую малость было все же интересно, кого там выбрала его дочь. — Ну, собственно, вот и всё. Принимайте работу, — протянул Борис Леонидович через некоторое время, щелкая кнопками по пульту кондиционера. — Смеситель тоже в порядке. Извините за причиненные неудобства. — И я как раз закончил, Сергей Петрович, — Юра свернул свой чемоданчик и поднялся на ноги с края кровати, на котором сидел. — Сегодня ногу не нагружайте. Через три часа я зайду – наложим новый компресс. Но в целом – ничего страшного, отек небольшой, не волнуйтесь. — Доктор, а если это все-таки перелом? — «Несчастье» смотрел на него испуганным взглядом. — Был бы перелом, у Вас бы кость наружу торчала, — невозмутимо ответил врач, — Вам бы вряд ли понравилось это зрелище. Борис Леонидович ухмыльнулся в усы. Он тоже заканчивал сворачивать свои инструменты.

«Ну, вовсе не обязательно торчала бы, но…»

Но еще 20 минут объяснять ему, чем открытый перелом отличается от закрытого, не было никакого вдохновения. За дверь инженер и врач вышли вместе. — Быстро Вы управились, Борис Леонидович, — слишком подходящий момент, чтобы им не воспользоваться. — Да потому что не было там ничего сломано. Просто у кого-то руки кривые и глаза слепые... — буркнул тот недовольно, — Но зато от дочери успел наслушаться... — Я скажу ей, что всё работало. Не волнуйтесь, — он не может дать ему уйти, но в голову, как назло, не идут фразы-крючки. — Благодарю, — спустя пару мгновений озадаченного молчания пробормотал мужчина, поглядывая в сторону лифтов, — Всего доброго, Юрий Сергеевич, дела не ждут. — Борис Леонидович… Погодите. Меня не покидает чувство, что у Вас ко мне есть какие-то вопросы. Или претензии. Если это действительно так, я готов их выслушать и на всё ответить. — Вы ошибаетесь, Юрий Сергеевич, — холодно ответил тот, — вопросов у меня к Вам нет. — Но претензии, видимо, все-таки есть… И я даже догадываюсь, какие именно, — Юра смотрел прямо ему в глаза, не отводя взгляд, всем своим видом показывая, что в отличие от инженера готов к разговору. — Извините, я действительно тороплюсь, — несколько нервно произнес Борис Леонидович, отводя взгляд. — В лобби wi-fi барахлит. Он явно намылился слинять. Уже сделал несколько заветных шагов в сторону лифтов. — Подумайте о дочери, Борис Леонидович, — эти слова звучали уже в спину, — Каково ей смотреть на наши с Вами взаимоотношения? Борис Леонидович остановился, спина его ссутулилась… Обернулся к нежеланному своему собеседнику: — Хорошо, если Вы хотите начистоту, Юрий Сергеевич, то мое мнение таково: она не будет счастлива с человеком, который однажды уже смог причинить ей такую боль. Вы не видели её слез, а я – видел. Да, примерно это Юра и ожидал услышать. Её отца можно понять: он защищает собственного ребенка. И хотя Ксения уже давно не ребенок, для него навсегда им останется. — Борис Леонидович, я понимаю Ваши чувства. И не собираюсь отрицать вину за случившееся. Мне следовало яснее выражать свои намерения, быть с Ксенией более открытым. Одно я могу наверняка Вам сказать: я никогда не хотел причинить Вашей дочери боль. Поверьте мне… Всё, чего я хотел, чтобы свой выбор она сделала сама, осознанно, без какого-либо давления хотя бы с моей стороны. Если Вы помните, на тот момент она была в отношениях со своим заместителем. Борис Леонидович смотрел на врача с большим недоверием во взгляде, но хотя бы его слушал. И пока слушал, нужно было говорить. Другой такой возможности, вероятно, еще долго не представится. В 212-ый, между тем, зашел официант с тележкой: видимо, пациент заказал в номер ужин. — Я знаю, что в своем стремлении предоставить ей эту свободу выбора перегнул палку. Если Вас это утешит, знайте, что сам чуть с ума не сошел, когда выяснилось, что она сбежала. Но я бы Ксению в любом случае нашел. — Кстати, а как Вы её нашли? Она даже родному отцу не сказала, куда едет, — с явной обидой в голосе пробормотал Борис Леонидович. — Валентина Ивановна дала номер Юлии. Та все же скинула адрес, правда, лишь на следующий день… — Валя? — переспросил Борис Леонидович удивленно. — Да. У Вас чуткая избранница, поверила мне и поделилась контактами. Поверьте, я сделаю всё, чтобы ничего подобного больше не случилось. На ошибках учатся. По крайней мере – я стараюсь учиться. Я не меньше Вашего хочу, чтобы она была счастлива и улыбалась. Вашу дочь я люблю. Инженер вздрогнул. Кажется, это признание ему было нечем крыть. А может, он и не хотел крыть. — Я надеюсь, Вы говорите правду, Юрий Сергеевич. Иначе... — голос мгновенно приобрел угрожающую тональность. — Смотрите у меня… — Правду. Обманывать Вас – не в моих интересах. — Ааааааааа! — из 212-ого послышался вопль и трехэтажные маты: не прошло и 20 минут…

«Да твою ж налево!»

— Извините, Борис Леонидович, но кажется, мне пора. Спасибо, что уделили время, — Юра кивнул мужчине и быстрым шагом направился к двери. За спиной вдруг раздался его неуверенный голос: — Да что уж… Я с Вами. Вдруг помощь какая нужна... Чувство облегчения, которое врач успел испытать, объяснившись с ее отцом, накрыло с удвоенной силой:

«Кажется, действительно продуктивно поговорили»

________ «Ходячее несчастье» умудрился опрокинуть себе на ноги чашку с горячим чаем. К счастью, с в меру горячим. Какой веселый, однако, и насыщенный день. И последовавший за ним не менее увлекательный вечер. 6 ходок в 212-ый за 7 часов. Давно он так не упахивался. 22:32 От кого: Ксения: Юр, ну что там у вас? 22:34 Кому: Ксения: Ты знаешь, я вообще удивляюсь, как он умудрился дожить до своего возраста… Когда там, говоришь, у него чек-аут? 22:32 От кого: Ксения: Завтра утром… :( Ты сам-то там как? 22:40: Кому: Ксения: Подумываю постелить себе на диванчике в его номере :) Мало ли… 22:45 Медиафайл: От кого: Ксения: Не могу выбрать: пижама с единорогами и вот эта комбинация. По-моему, неплохо сидит… Да? 22:46 Кому: Ксения: Я передумал! Управляющая довольно ухмыльнулась, глядя в окно мессенджера: «Так-то лучше…» В этой новой шелковой комбинации она его и встретит. А там – там видно будет. Как говорится – по состоянию…