Встреча

Те, кто живут в Санкт-Петербурге, не понаслышке знают, как необходимо в этом городе метро. И как, черт возьми, много людей в нем нуждается. Одни едут на работу, другие в школу, третьи в университет... Хоть я не так давно приехал в Питер, но метро уже стало неотъемлемой частью моей жизни. Ежедневно в семь тридцать утра я заходил в вагон и отправлялся на работу. В это же время со мной ездили одни и те же люди, и скоро я начал узнавать их. Нетрудно догадаться, что среди моих постоянных попутчиков у меня появились приятели. Поэтому каждое утро поездка в метро наполняла меня радостью. Однако сегодня был явно не мой день. Проснувшись, я обнаружил, что не поставил вечером будильник и по этой причине проспал лишних пятнадцать минут. Торопливо одевшись и выпив чашку кофе, я схватил свою сумку и выбежал на дома. На остановку я примчался, естественно, позже обычного. Пока я дожидался свою сорок девятую маршрутку, успел несколько раз нервно взглянуть на часы. Наконец, спасительный транспорт затормозил рядом со мной. Минуты, проведенные в переполненной народом маршрутке, показались мне вечностью. Когда она остановилась у станции метро, я выскочил из нее и взглянул на часы. Было уже десять минут девятого. Только бы успеть! Я, запыхавшись, влетел в метро. Но все мои надежды рухнули, когда рядом со мной, громыхая, остановился поезд. В него тут же повалили такие же опаздывающие, как и я. Мне удалось вместиться в переполненный вагон, но меня тут же оттеснили к дверям. На них была наклеена табличка: «Не прислоняться». Интересно, тот, кто ее писал, бывал в метро в час пик? «Осторожно, двери закрываются!» — услышал я. Люди, не успевшие зайти, пытались втиснуться, толкались и шипели друг на друга. Кто-то сбил с меня кепку, и она упала на пол. Зажатый с двух сторон, я все же исхитрился поднять ее. Водружая головной убор туда, где ему полагалось быть, я вдруг заметил возмутительную картину: пожилая женщина стояла, держась за поручень, в то время как перед ней сидел и читал книгу мальчишка. Я, возмущенный до глубины души, пробился к наглому пареньку и негромко произнес: — Мальчик, уступи место. Парень оторвал взгляд от книги и посмотрел на меня. Один глаз у него был такого ярко-синего цвета, какого я в жизни не встречал, а второй скрывался под повязкой с аккуратным бантиком на затылке. Мальчик перевел взгляд на старушку, молча поднялся со своего места и отошел в сторону. Но едва он поднес к глазам книгу, поезд резко качнулся и остановился. Парень пошатнулся, и непременно упал бы, если бы я вовремя не схватил его за локоть. — Осторожнее, — буркнул я. Не подумайте, что у меня обостренное чувство справедливости и мания спасать всех направо и налево. Вовсе нет! Но так вышло, что этим утром я лез не в свое дело. Итак, мальчишка, не поблагодарив меня, уткнулся в свою книгу. А я заскучал. Так как ехал я позже обычного, все мои знакомые попутчики давно сидели на работе или в университете. Поэтому, от нечего делать, я попытался завязать разговор со странным пареньком. — Что читаешь? — спросил я как можно дружелюбнее. — Эдгара По, — даже не взглянув на меня, пробормотал мальчик. — В школе задали, да? — сочувственно спросил, вспоминая собственные уроки литературы. Терпеть не мог изучать те произведения, которые было нужно. — Нет. Читаю, потому что нравится, - равнодушно отозвался паренек. — Аааа… — протянул я, обдумывая следующий вопрос. Еще одна остановка. Уже надоевший голос сообщил, что поезд прибыл на станцию. До моей пересадки было еще далеко, и я стал рассматривать паренька. На вид ему было лет тринадцать. Его взъерошенные волосы с неаккуратной челкой в тусклом свете ламп были не совсем черными, а отливали зеленым. Не успел я удивиться необычному цвету шевелюры мальчика, как меня ожидал еще один сюрприз. Вот парень заправил прядь волос за ухо, и я увидел мелькнувший синий камушек. Мальчик был в сережках! Зато в костюме паренька не было ничего примечательного, кроме удивительной аккуратности — рубашка кристальной чистоты, черный галстук аккуратно завязан на шее, а в кармане виден уголок белоснежного платка. Судя по всему, мой новый знакомый — «маменькин сынок», к тому же из богатой семьи. Я спросил о его имени, которое, как я надеялся, соответствовало необычному облику мальчика. Мои надежды оправдались. Парень, услышав мой вопрос, закрыл книгу и произнес красивое, певучее слово: — Сиэль. — Сиэль, — повторил я, пробуя имя на вкус. — Приятно познакомиться. — А как зовут вас? — мальчик спросил это равнодушно, словно взрослый, которого вынудили развлекать ребенка. Его глаз, смотрящий на меня, не выражал ничего кроме скуки. Но я обрадовался началу разговора. — Меня зовут Алексей, — я снова посмотрел на книгу руках Сиэля. — Значит, тебе нравится мистика? А чем ты еще увлекаешься? — Шахматами, — коротко ответил мальчик. — Молодец! Будешь развивать логику, это тебе пригодится в жизни, — я думал, что похвала вызовет у него хотя бы улыбку. — Вы даже не представляете, какую роль сыграли шахматы в моей жизни, — Сиэль хмыкнул, и, не давая мне рта раскрыть, спросил: — Скажите, зачем вы ездите в метро? — На работу, — я пожал плечами, и тут же с гордостью добавил: — Между прочим, я работаю главным бухгалтером. — Вам нравится эта работа? — Разумеется. Мои подчиненные, конечно, не очень умны, — я фыркнул. — Иногда на них приходится покрикивать. Да и платят на этой должности неплохо. Я бы не отказался занять более высокий пост... — Все люди одинаковы, — негромко перебил меня Сиэль. — Они не меняются. Все так же стремятся к деньгам и власти... Как глупо. — мальчик презрительно посмотрел на меня. — В этой жизни вы всего лишь одна из пешек, которые пытаются стать королями. Вот и все. Слова, произнесенные мальчиком, были непонятны мне, но я ощутил обиду. — Немедленно извинись! — возмутился я, наклонившись к невозмутимому парню. — Кто дал тебе право говорить так о людях? Я куда больше повидал тебя на своем веку! Советую тебе уважительней отзываться о старших, мальчишка! Сиэль слушал меня, не перебивая, наблюдая за мной почти с любопытством. В ответ на мое негодование мальчик запрокинул голову, глядя мне в глаза, и расхохотался. У меня кровь застыла в жилах. Я никогда не слышал, чтобы человек смеялся так — с насмешкой, с какой-то горькой радостью. Это был никакой, мертвый смех. На нас стали оборачиваться люди. — Вы видите меня впервые в жизни, — Сиэль, перестав смеяться, холодно взглянул на меня. — Откуда вам знать, что я испытал? — Ты прав, — устало согласился я. Надо было придумать какую-нибудь другую тему для разговора. — Сиэль, ты едешь в школу? — В школу? — на лице мальчика мелькнуло удивление. — А... нет, я не бываю там. — Прогуливать нехорошо, — укорил его я. — Эх, я бы все отдал, лишь бы вернуться в свои школьные годы... Прекрасное время, прекрасные возможности, которые я упустил... Мои слова, как ни странно, вызвали у Сиэля живой интерес. Мальчик вонзил в меня свой внимательный взгляд. — Вы недовольны жизнью, так? — спросил он, сверкнув синим глазом. Я настороженно смотрел на него. Почему мальчишка так обрадовался? Может, он представитель какой-нибудь рекламной кампании? Я никогда не любил этих навязчивых молодых людей, которые иногда встречались мне в метро. Не хотелось бы, чтобы Сиэль оказался одним из них. — Вы только что сказали, что отдали бы все, что угодно, лишь бы ваше желание исполнилось, — паренек пристально смотрел на меня, словно оценивал. — Мальчик, ты хочешь развести меня на деньги? — я недоверчиво хмыкнул. — Боюсь, сколько бы я тебе не заплатил, ты мне не поможешь. — Деньги меня не интересуют. — на лице Сиэля появилась ухмылка, такая же жутковатая, как его недавний смех. — Скажите, а душу вы продали бы? — Душу? — осторожно переспросил я. Получив в ответ кивок, я пришел к выводу, что парень малость Эдгара По перечитал. — Нет, душа мне самому нужна. И мой тебе совет, впредь не шути так. — Как скажете, — Сиэль равнодушно пожал плечами, но я мог поклясться, что он раздосадован. Ну вот, что я опять не так сказал? Поезд со скрежетом остановился. Мне пора было выходить, но я медлил. Сиэль открыл уже знакомую мне книгу. — Мужчина, вы выходите? — раздраженно поинтересовалась какая-то женщина. Я попятился, чтобы не загораживать проход, не отводя глаз от мальчика. Сиэль посмотрел на меня. — Поторопитесь, иначе не успеете, — сообщил мне парень. «Осторожно, двери закрываются» — подтвердил его предупреждение мужской голос. — Сиэль, ты часто здесь ездишь? — зачем-то спросил я мальчика. — Выходите, сейчас поезд тронется, — проигнорировал мой вопрос паренек. Я что-то пробормотал. — Не хотите? Что ж, тогда выйду я. Прежде чем я успел что-то понять, Сиэль проскользнул между людьми к выходу. Я, расталкивая пассажиров, бросился за ним, но было поздно. Я прижался к стеклянным дверям, сомкнувшимся прямо перед моим носом. Сиэль стоял на станции метро к мне лицом. Он заметил меня и помахал рукой, изогнув губы в уже знакомой мне улыбке. Поезд медленно тронулся, постепенно набирал скорость. Фигурка парня поплыла мимо, но я успел заметить, как синий глаз Сиэля вдруг загорелся алым. Я побежал к дверям в задней части вагона, надеясь еще раз увидеть мальчика, но станция уже осталась позади. Чертыхнувшись, я сжал в руке поручень, и часы оказались прямо перед моим носом. Она показывали уже половину девятого, но мне, если честно, было плевать. Мои мысли все еще находились около станции, на которой я так и не сошел... ...Те, кто живут в Санкт-Петербурге, поймут, как необходимо метро. Каждое утро, в семь тридцать, множество людей садятся в вагоны и едут — кто на работу, кто в институт, кто в школу. Но меня нет среди этих пассажиров. Забыв о своих приятелях-попутчиках, ежедневно опаздывая на работу, я захожу в метро не раньше восьми утра. Если вы часто ездите по зеленой ветке, то наверняка не раз видели меня — я стою в углу вагона, держась за поручень и пристально вглядываясь в лица людей. Иногда я пытаюсь завязать разговор с кем-нибудь из пассажиров и непременно спрашиваю о мальчике с повязкой на одном глазу. Перед тем, как выйти на нужной мне станции, я оглядываю толпу на перроне. Думаю, не один синеглазый мальчик замечал на себе мой заинтересованный, а затем разочарованный взгляд. Но я не оставляю надежды найти его — моего загадочного принца с красивым именем «Сиэль».