Подарок

— Ты хоть что-нибудь понял? — фыркает Намикадзе, наблюдая за сосредоточенной мордашкой ангела. — Или поискать для тебя учебник с картинками? — Красные, черные, закрученные, длинные, короткие… — Учиха закрывает лицо ладонями, продолжая что-то бубнить себе под нос, чтобы хоть как-то уместить информацию в голове. — Нет, я нихрена не запомнил. — Ради чего я распинался… — закатывает глаза Наруто, шутливо скидывая с себя чужие длинные ноги. — Твоя голова годится только для хранения члена во рту. — Фи, как грубо, — морщится темноволосый, нагло укладывая свои конечности обратно на демона. — Дело не во мне, ты просто совершенно не умеешь объяснять. Может, это ты не совсем правильно применяешь свой рот? — Договоришься, — рычит демон, одним толчком опрокидывая сидящего парня на пол, а после сам приземляется сверху, придавливая тощее тельце. — Ну, и где твой острый язычок сейчас? — Там же, где и был, — игриво ухмыляется ангел, бесстыдно проводя языком мокрую дорожку вдоль чужой щеки. — Убедился? — Не разглядел, — в тон ему шепчет Намикадзе, сверкая вертикальным зрачком в темноте комнаты. — Позволишь рассмотреть поближе? Взгляд демона опускается на поблескивающие губы развратного ангела, а тело словно само стремится скорее попробовать их сладость на вкус, и он наклоняется еще ниже. Почти к самому лицу застывшего ангела. — Чего ты ждешь? — тихо произносит замерший Саске, ожидающий своего поцелуя, переводя взгляд со светящихся глаз на потрескавшиеся губы будущего Владыки. — Судного Дня? — А ты? — приподнимает уголок губы Наруто, насмехаясь над растрепанным ангелом. — Почему не поцелуешь первым? Боишься меня? — Сука, — шипит Учиха, выпуская крылья на несколько секунд, чтобы оттолкнуться от пола и подмять под себя заносчивого дьявола. — Ты последний, кого бы я стал бояться. — Правда? — мило улыбается Намикадзе, по-хозяйски укладывая руки на чужие ягодицы и придвигая юношу за них немного на себя. Так, чтобы ангел уместился своими узенькими шортиками прямо над его возбужденной плотью. — Очень зря. Учиха с усмешкой принимает правила игры, которые устанавливает светловолосый и начинает медленно тереться об демона, получая какое-то садистское наслаждение даже сквозь тесную и неудобную одежду, впивающуюся в тело при каждом движении. Владыка от неожиданности тихо стонет, запрокидывая голову назад и подкидывая бедра наверх. Ангел в ответ лишь пакостливо сверкает своими ониксовыми глазками, поддразнивая наследника томными вздохами и ускоряясь. Наруто немного ведет. Учиха так призывно выгибается на его теле, поблескивая своим пошлым украшением на соске, что желание поскорее засадить ему становится сильнее, чем желание победить в споре. Резко приняв сидячее положение, он с утробным рыком впивается в манящее колечко в уже зажившей горошине соска и безжалостно тянет его зубами на себя, пока Саске захлебывается собственными стонами. Так грязно, дико, но так приятно с урчанием вылизывать краснеющую кожу, пошло причмокивать, ловить губами чужие мурашки и оставлять на теле ангела стремительно алеющие следы страсти. — А-а-ах, — не выдерживает такого натиска со стороны демона Саске, зажмуривая глаза и бессильно мотая головой, пока пальцы сами зарываются в жесткие пшеничные волосы Владыки. — Наруто! — И что же ты решил? — шепчет Намикадзе, нехотя отстраняясь от багряных оттисков на белоснежной коже. — Ты будешь послушным мальчиком? — О, Господи, конечно нет, — ангел еле отрывает взгляд от манящих своей запретностью губ демона у своей груди и с вызовом смотрит в чужие глаза. — Я никогда не был послушным. — Не сбивай мне настрой Его упоминанием, — морщится дьявол, мстительно дергая парня за локон длинных волос, которые сам ему и нарастил. Не зря, как видите. — Тогда мне придется дать тебе немного воспитания. — Простите, мой Владыка, — ничуть не виновато мурлычет Учиха, играя пальцами с острыми скулами обозленного демона. — Но разве это возможно? Даже Отец всего это мира не смог добиться моей покорности. Куда уж Вам… — Этот Отец просто не пробовал вытрахать из тебя душу, — рычит Намикадзе, оттесняя зазевавшегося юношу в сторону стены и переворачивая его спиной к себе. — Не хочешь целовать меня — будешь целовать стены. Ангел пытается взбрыкнуть, уйти от чужой руки, которая нещадно вдавливает его в шершавую поверхность, но Наруто не так глуп, чтобы оставлять ему шансы на освобождение. — Тише-тише, птичка, — смеется Намикадзе, полностью осознавая свою власть над строптивцем. — Ты сам загнал себя в эту клетку. Саске сам не знает почему, но все вокруг перестает казаться игрой. А что, если опять будет больно? Почему он не может двигаться? Рука. Чужая рука так сильно давит. Больно. Взгляд Владыки медленно скользит по выпирающим косточкам позвоночника, соблазнительному изгибу чужой спины, немного задерживается на двух трогательных ямочках на пояснице, а после, наконец, переходит к черным кожаным шортам, обтягивающим округлые ягодицы ангела. — Прекрасный вид, — мурлычет демон, выпуская когти на свободной руке и приставляет к оттопыренной заднице тяжело дышащего Саске. — Не против, если я немного испорчу тебе одежду? — Буду рад ее больше никогда не видеть, — шипит скованный юноша, напрягаясь от чужого властного голоса, но стараясь не подавать виду. — У тебя ужасный вкус. Когда в аду проходил последний показ мод? — Желаешь обсудить это? — ехидно тянет Владыка, прорезая острым когтем линию вдоль ложбинки между ягодицами распластанного под ним парня. Ткань потрескивает под чужим давлением и нехотя расходится на две части, открывая голодному взору демона прекрасный вид на небольшое розовое колечко мышц. Учиха делает еще пару попыток вырваться и понимает, что это бесполезно. Он слишком сильно раздразнил темное существо, и теперь придется расплачиваться болью. Церемониться с ним больше никто не собирается. Темноволосый обреченно закрывает глаза, ожидая грубого проникновения или каких-то пошлых комментариев со стороны, но Наруто молчит. Желает насладиться его беспомощностью? — Знаешь в чем схожесть между мной и посетителем Лувра? — внезапно начинает Намикадзе, сбивая с толку сжавшегося под его натиском ангела. — Мы оба восхищаемся прекрасной картиной перед нами. Ангел непонятливо моргает пару секунд, а после чувствует, как демон отстраняется от него, даруя свободу. Освобожденное создание света лишь облегченно фыркает, поворачивая голову в сторону по-доброму ухмыляющегося парня, а после негромко смеется. — А ты романтик, оказывается, — насмешливо шепчет ангел, с осторожностью заглядывая в небесные глаза напротив. Обычные… Без вытянутого зрачка, как было несколько минут назад. Так быстро успокоился? — Испугался? — издевается демон, подхватывая послушного ангела с пола и удобно устраивая у себя на руках. — Обхвати своими худенькими ручками мою шею и перестань трястись. — Не выдавай желаемое за действительное, — шипит ангел, понимая, что его просто пожалели и начинает еще больше злиться. Да что с этим демоном не так? То он грозная машина для убийств и секса, то сердобольная мамаша с гейскими замашками. Неужели сила и власть так сильно влияют на мозг? Или же всему виной какое-то падение в детстве? — Перестань так громко думать, — закатывает глаза светловолосый, мстительно подкидывая юношу на руках. — Ты просто был похож на уличного котенка, которого избивают подростки в подворотне. Ну как такого можно трогать? Тебя хочется носить на руках и кормить конфетками. — Вау, — недоверчиво смотрит на него падший ангел, приподнимая брови. — Такая богатая фантазия, а ты смог придумать лишь жалкий комплимент про Лувр? — Теперь я понимаю, за что тебя выгнали с Небес, — ворчит Намикадзе, с тоскою глядя в окно. Выдрать наглецу перья и отправить в последний полет будет достаточно гуманно с его стороны? — Такого уебка даже терпилы небосводные не выдержат. — Приму за комплимент, — улыбается ангел, разглаживая пальцем хмурую складку на чужом лбу. — Ты довольно мягкосердечный для будущего грозы всего Света. — А ты довольно болтливый для того, кого только что спасли от изнасилования, — рычит демон, уже пожалевший о своих благих намерениях. Сколько еще раз нужно ударить ангела лицом о стену, чтобы стереть с его лица эту мерзкую ухмылочку? — Ты знал, что становишься очень сексуальным, когда злишься? — как ни в чем не бывало продолжает подначивать демона юноша, хитро стреляя глазками. — Можно я поблагодарю своего спасителя страстным поцелуем? Учиха звонко чмокает растерянного парня в нахмуренный лоб, покорно обнимая за шею, планируя в перспективе покрепче схватиться за нее пальцами, если его попытаются скинуть с себя. Или в окно… — Таким поцелуем будешь детей на крещении целовать, — показательно злится демон, все еще не собираясь отпускать непослушного ангела из рук, но все еще бросая на окно полные надежды взгляды. Саске улыбается, закрывая глаза. Его больше не трясет. Он чувствует себя в безопасности. Он чувствует себя защищенным… Какой же он в действительности маленький глупый ангел.