Мой милый маленький сенпай

      Игра Аобаджосай против Карасуно. В зале с каждым вдохом становилось всё душнее и душнее. Капли пота стекали по лбу, переходя на шею, дальше стекая под футболку, попадая прямо в ложбинку груди. С каждым касанием мяча и руки, напряжение всё больше разгоралось. Каждый мяч важен для обеих команд.       Хвост, собранных чуть ниже макушки волос давно уже превратился в непонятное мокрое гнездо, сияя на свете прожекторов, что висели высоко над потолком. Ладони красные, как варёные раки, колени неприятно ныли, а мигрень решила оповестить о своём присутствии в самый неподходящий момент.       Но нужно доиграть. Нужно выиграть. Ещё два мяча, и победа их. Нельзя проиграть Аобаджосай. Нельзя проиграть ему. Без разницы, что он её парень. Нельзя проиграть и дать ещё один повод подняться его самолюбию до уровня полёта птиц и самолётов. Хоть она его любит, просто безумно любит, но выиграть не даст. Это единственное, в чем они соревнуются и находятся на одном уровне, не давая понять, кто же всё-таки лучше.       Счёт 22:23. Разница в одно очко. В пользу Аобаджосай. Анастасию это безумно напрягает. Три мяча, и они проиграют этот сет.       Снова подача капитана Джосай. Тоору как всегда перед броском раскрутил мяч у себя в ладони, повторил это действие несколько раз, и судья будто бы специально дождался когда тот закончит свой «ритуал». Только после свистка, задержавшись на несколько секунд, подбросил мяч в воздух, чуть вперёд, разбежался и высоко подпрыгнул, попадая в самую высокую точку.       Дайчи частично удачно принял мяч, что случалось за всю игру крайне редко, как и других, попросил прикрыть себя Нишиною, тот быстро подбежал в левую сторону, в которую сдвинулся мяч, словил его и перекинул Тобио. — кидай мне! — крикнул Хината, уже приближаясь к сетке, слегка согнувшись в коленях, готовясь к прыжку. -Лево! — крикнул Ойкава, замечая как девушка по ту сторону плавно переместилась к сетке.       Блокирующие моментально среагировали, перебегая на левую сторону площадки, выставив свои сильные руки вверх. Кагеяма-сан отдал мяч в сторону сестры, а та, что есть мочи подпрыгнула и ударила по мячу, слегка смахнув рукой в правую сторону. Сначала блокирующие Аобаджосай усмехнулись от такого слабого удара, ожидая того, что силы не хватит на пробитие. Их лица быстро изменились после неожиданно сдвига траектории мяча, что резким движением закрутился, отскочив от рук парней, после чего вылетев в аут. — Да, королева Сдвига вернулась! — послышалось с трибун площадки и свисток судьи, что направил свою руку на половину поля Карасуно.       Девушка впервые использовала свою технику за весь матч. — молодец, Кагеяма-чан! — слышалось от сокомандников с разных сторон, но сейчас это всё отошло на задний план.       Ана, как сокращённо называли ее друзья, смотрела прямо в в глаза Тоору, ехидно улыбаясь. Да и непонятно, что это было; то ли улыбка, то ли жуткий оскал. Парень же пытался испепелить Кагеяму своим пронзительным взглядом карих, практически карамельных, глаз. Они завораживали своей красотой, но при этом ужасали своей выразительностью, и невероятной передачей эмоций. ***       Счёт 23:24. И снова в пользу Аобаджосай. Решающие мячи.       Нервы и мышцы напряжены до предела. Нельзя проиграть. Нельзя.       Иначе ты покажешь, что слабее. А ты не слабее.       Очередная подача Ойкавы-куна. Покрутил, подбросил, разбежался, прыгнул и ударил. Мяч прилетел прямо на Ною, но парень неудачно поставил руки и мяч улетел вверх, перелетая сетку, на часть соперников. — Шанс бол! — крикнул кто-то из команды Аобаджосай.       Мяч отлично приняли, передали, на данный момент, связующему, и тот сделал подачу Ива-чану. Парень ударил так, что команда Карасуно даже не успела понять, что же произошло. Мяч, как будто в замедленной съёмке пролетел мимо головы Асахи-сана, развивая на созданном ветру выпавшие пряди из его «прически», после чего глухим стуком ударился о пол. ***       23:25. Второй сет они проиграли.       Где-то отдалённо слышен свисток судьи, и радостные крики участников команды Аобаджосай, но и их огромная группа поддержки. — Ойкава-сенпа-а-а-а-ай! — визжали девочки-фанатки с трибун, протягивая свои мелкие ручонки вперёд, будто бы он смог бы до них дотронуться. Хотя, тут будет уже, не сможет, а захочет.       Ана грозно зыркнула на этих «поклонниц», сжав челюсть, что зубы заскрипели от напряжения. На виске выступила темная пульсирующая венка, а на лбу, между бровей, залегла мелкая складочка кожи. Он её.       Девушка повернулась в сторону Тоору, и сразу же наткнулась на взгляд его карих глаз, что уже достаточно времени держится на её особе. На этот раз уже он ехидно улыбался, во всю вкушая победу. Он стоял около сетки, практически рядом с ней, «слушая» Ива-чана. Парень быстро показал руками их тайный жест, и после чего выпрямленными средним и указательным пальцами указал в сторону выхода из зала. — Хорошая подача, Ойкава-сенпай, — глухо бросила Анастасия. Девушка быстро всё поняла и фыркнув, чисто для вида, пошла в сторону тренера Укая и Такеды-сенсея вместе с остальными. — Почему ты назвала Тоору сенпаем? — злобно спросил Тобио у сестры, нервно косясь на неё. Даже тут их соперничество даёт о себе знать. — Хочу и называю сенпаем, не хочу, не называю, — буркнула девушка в его сторону, быстрее подходя к команде.       На Хинате-куне и Тобио не было и лица, в принципе как и на остальных, особенно у Асахи-сана, что снова подвёл команду, не сумев принять этот мяч. — Тренер Укай, можно выйти? — скромно спросила Кагеяма, быстро мелькнув глазами вниз, как бы указывая на…. Ну вы поняли, а потом в сторону выхода. — О, а, эм, да, конечно, только по быстрее, — данный вопрос немного смутил Кейшина. Всё же свыкнуться с тем фактом, что в команде под его начальством присутствуют девушка, пока не удаётся. — Спасибо. Девушка быстро пошла в сторону выхода, попутно просматривая наличия капитана Аобаджосай в помещение. Она так его и не нашла. — «Значит уже вышел». — подумала про себя Анастасия, вылетая с площадки. — «Вроде бы, туалет был в левом крыле…»       Кагеяма зашла в ближайшее зданьице. Только она успела ступить ногой через порог, как её дёрнули за кисть и положили руку на талию, быстро притягивая к себе, попутно ведя вдоль стены, поцеловали в пухлые губы. Девушка сначала опешила, и открыла глаза, уже собираясь оттолкнуть человека, что так непристойно ведёт себя с незнакомой себе особой, но увидев чуть выше глаз чёлку каштаново-пепельных волос, Ана улыбнулась и прикрыла свои глаза. Она на секунду оторвалась от губ ее «нападающего», безумно по ребячьи хихикнула, после снова прильнув к любимым губам, запуская резвый язычок в приоткрой рот.       Её завели в ближайшую кладовку, закрыв ту на замок, чтобы никто их не застукал. На их радость, помещение оказалось достаточно просторным. Уж для их тихих утех точно места хватит.       Кагеяму всё также продолжали целовать, не собираясь отпускать из свои пленений. Языки сплелись в бурной схватке, изучай каждый миллиметр полости рта. Хотя, это всё было изучено ещё давным-давно. Девушка прикусила верхнюю губу похитителя своего сердца, чуть ли не до крови. Из-за этого он рыкнул, словно злобный пёс, отстраняясь от лица Анастасии, после чего упёрся свои лбом в лоб девушки. — Неплохие атаки, Кагеяма-чан, — прошептали ей прямо в губы, опаляя их горячим дыханием, слегка веющим холодной мятой. — Хорошие подачи, Ойкава-сенпай, — также тихо прошептала она, невольно прикусывая свою нижнюю губу. — Решила уподобиться моим фанаткам? — Вам же это так нравится, Ойкава-сенпай. — В твоём исполнение мне это нравится больше всего. — А нравится в чьём-то ещё? — Нет. Именно в твоём. — Вот и славно.       В этот раз инициатором поцелуя стала она. А он, конечно же, непротив. Никогда не будет против. На этот раз уже Тоору прикусил верхнюю губу девушки, что та невольно мягко издала стон. Парень сразу же провел гладкой стороной языка по месту укуса, как бы утешая. — Хочешь устроим пари? — в этот раз он наклонился к уху, опаляя уже его. — Сначала условия. — Скажем так… — он мягко поцеловал ее за ухом, к кромке кожи и линии роста волос, — Если выиграешь ты… то с меня три упаковки твоего любимого мороженого.       Анастасия вновь хихикнула, положив свою ладонь на крепкую грудь Ойкавы-куна. — А если ты? — А если я…То я трахну тебя. — Ух, какие слова, Ойкава-сенпай… — поддельным строгим голосом сказала Кагеяма, будто бы не замечая что ей только предъявили. — Говоришь так, будто бы тебе не нравится. -на этот раз он поцеловал ее в мочку уха. — Ох, ещё как нравится… — Ну так что? — Я согласна. — Вот и славно. — Как только приду домой, освобожу полку в морозилке. — Сразу после матча куплю презервативы. — Договорились.