Прошлое будущее

                                    Карета подъехала к поместью Безариус. Брейк выскочил из нее и подал руку леди Шерон, расплываясь в улыбке. Стоя напротив, Гилберт держал одной рукой Оза, другой Алису, которые свисали, будто два мешка с картошкой. Я стояла поодаль, схватившись за голову. Она просто раскалывалась.       Шерон и Брейк начали посмеиваться над словами Гила, его поступками. «Лучше не лезть в их разборки» - подумала я.

***       - Уже два часа ночи, может, ты отправишься спать? – спросил Гилберт, когда мы уже были в его доме. Все спали.       - Нет, - отвечала я, продолжая сидеть на подоконнике. Сейчас можно было разглядеть мое настоящее обличие, ведь смена еще не произошла, да и лунный свет неплохо так освещал комнату. Но видимо, парень планировал завести какой-то серьезный разговор, потому что совершенно не обратил на это внимания, или же сделал вид, что ничего не заметил, а чтобы все было более непринужденным, принес мне кофе и присел рядом.       - Расскажи лучше…       - Что рассказать? – спросила я, отхлебывая горячий кофе. Обожглась.       - У меня много вопросов, - начал было парень, но разговор все никак не клеился (как ему казалось), отчего он заварил кофе и себе и поставил его на подоконник, где я сидела, а также тарелку с печеньем.       - Ты хорошо готовишь, - прибавила я, даже не притронувшись к вкусненькому.       - Да, бывает…, - парень помолчал, смотря на полную тарелку печенья. «Откуда ей знать, хорошо я готовлю или нет, если она даже не попробовала? Может это вообще не я готовил? Может я купил его в какой-то лавке?... Или может, она знает…? Точно! Она ведь этот, как его там…, бог». - Почему ты меняешь свою внешность? В чем смысл? Сейчас… ты ведь настоящая, да?       - Да…, - теперь молчала я. В голову лезли странные мысли, но ничего путного ответить просто не могла. – На самом деле ты единственный, кто меня так видит. Нет…, вы единственные. Шерон, Брейк, Алиса, Оз, ты… только вы меня таковой видите. Я б сказала, что этот «туман» видите только вы, потому что только вы общаетесь со мной. «Туман» - лишь маска, которая меняет мою внешность.       - Зачем?       - Еще рано…       - Для чего рано?       - Одно и то же. Уже столько раз повторяется одно и то же…, - я немного помолчала, а потом добавила, - еще слишком рано. Видеть меня настоящую… Ты не готов…       - Почему? Почему рано? К чему я не готов? – чуть ли не кричал Гилберт. Но нужно было остановиться, ведь все спали, а будить уставших ребят было бы слишком. – Ты думаешь, я не вижу, - уже более спокойно говорил парень, - это ведь ты тогда была? Думаешь, я не вспомню?! Эти рыжие кудри, эти болотные глаза сквозь капюшон… Ты так тщательно пыталась скрыть свое лицо, но зачем?       - Я не понимаю, о чем ты…, - не хотелось мне больше поддерживать этот разговор. Все должно идти своим чередом. «У меня больше нет попыток все исправить. Прости, Гил».       - Ладно…, - Гилберт залпом выпил свой остывший кофе. – Тогда следующий вопрос. Как происходит переход из твоего мира в наш?       - Это сложно объяснить с первого раза.       - Не бойся, я смогу понять, - Найтрей смотрел с какой-то теплотой и любовью в мою сторону, но одновременно с опаской и настороженностью. Мне стало из-за этой быстрой смены настроения даже немного не по себе. Словно это стал совершенно другой человек, когда выпил кофе. Будто бы этот напиток что-то поменял в сознании молодого человека. Или же мне это просто кажется…       - Понимаешь, существует теория о том, что человек, который создал какой-то, допустим, рассказ, в своей голове выстраивает целый мир. Человек, который прочтет этот рассказ, выстроит другой и т.д. Каждый мир будет различен, но оригинал всегда останется у создателя. Но в этот мир можно попасть даже простому читателю. Достаточно перенести свое сознание в астральное тело, создать путь между мирами. Это как путь между бездной и этим миром. Принцип тот же.       - Но ты ведь говорила, что создала этот мир с нуля. Что ты – бог, - Гил перебил мой монолог.       - Да… Дело в том, что, прогуливаясь по улицам, я случайно встретила одного странного человека. Он просто дотронулся до моего плеча и произнес несколько слов. И с тех пор я стала создавать миры. Это уже пятый.... Это моя последняя попытка. Если допущу ошибку, то больше не смогу перезапустить «игру». Понимаешь? Я создала целый мир ради одного человека. И если этот пятый мир не принесет мне ничего, не сможет изменить мою жизнь, то…       - Ты уничтожишь всех нас? Уничтожишь, даже не спросив? Серьезно?! Разве есть смысл убивать этот мир из-за одного человека, который не уделяет тебе никакого внимания? – уже вовсю кричал Гилберт. Уже его не волновали ни два спящих человека в других комнатах, ни соседи за тонкой стенкой. Словно злость наполняла его сосуд неисчерпаемыми эмоциями. Для него уже ничего не было важным…. Кроме жизни. Жизни его господина, конечно же….       - А разве есть тогда смысл только ради него создавать этот мир? Когда ты целыми днями думаешь о нем, представляешь разговор, его улыбку, его смех. Но это нереально. Ты сходишь с ума от того, что ты даже не можешь быть рядом с этим человеком! Ты существуешь отдельно от него. А он фактически и вовсе не существует. Ничего не существует! Ты сидишь в четырех стенах, не в силах изменить то, что происходит вокруг тебя. Словно просто пустое место. Ничего более…       - Ты можешь назвать его имя? – уже более спокойно произнес Гилберт. Из щелей подул легкий ветерок, но до боли холодный. Лето закончилось. Скоро снова все вокруг покроется белым ковром… Парень ненадолго отлучился и принес из дальней комнаты плед и протянул его мне.       - Спасибо, - я приняла плед, но Найтрей чуть не вскрикнул, когда увидел, что все это время я сидела голой и лишь локоны волос и странная скрюченная поза хоть немного прикрывали мою наготу. Я обернулась. Стало тепло. – Со временем ты узнаешь его имя. Но пока… еще рано…       Несколько часов мы лишь молчали, продолжая сидеть рядом, пока Гилберт не уснул на стуле, продолжая держать пустую кружку, где некогда было кофе.       «Мой милый, … потерпи еще немного…, еще предстоит пережить пару моментов. Потом… все станет ясно», - аккуратно вынула кружку из его рук, помыла и убрала в буфет. Да, шкафчиков было не так много, но все они были пусты. А после забралась с ногами на небольшой кухонный островок, что отделял кухню от гостиной, и уснула, свернувшись клубком в пледе.       Солнце уже взошло, и лучи его нежно ласкали черные волосы Найтрея, который уже давно проснулся. Вслед за ним проснулся и Оз. Весь пожухший, он, казался, совсем опустошенным. «Лучше бы никогда не рождался» - эти слова все еще волнуют его сердце. Они начали беседу с Гилом, о доме Найтрея, о приезде сюда, о насмешках Брейка… Алиса безмятежно спала, пока, видимо, ей не приснился странный сон или не забурчал живот. Глаза были совсем заплывшими. Но, не успела она даже вылезти из кровати Гилберта, который так мило (или же безвыходно) уступил девушке свое место, как из-под нее резко выскочил «клоун», держа в руках куклу и уродски улыбаясь. Девушка закричала во весь голос, а после пустилась вдогонку за ним, желая убить обидчика. Вся комната была разгромлена. Брейк спокойно вышел, будто бы ничего и не случилось, заставив Найтрея сделать чай (но какаха-Гил в своем доме держал лишь кофе). Этот шум разбудил меня, но ничего интересного после пробуждения не происходило. Оз и Брейк говорили по поводу Воли Бездны, целей Пандоры и Баскервилей. По какой-то причине ко мне ни разу не обратились, прекрасно зная, что я располагаю большим количеством информации.       Кстати, в этот раз я была похожа на маленькую копию Безариусов – большие зеленые глаза, блондинистые волосы, легкое вельветовое коричневое платье с черным корсетом. И как ни странно, Гилберт всячески игнорировал очевидное сходство и старался поменьше смотреть в мою сторону.       Пока шла эта «мужская» беседа, Безариус успел сделать несколько небольших кругов по маленькой комнате прежде, чем уселся наконец на стул, который стоял подле островка, на котором я все еще лежала калачиком.       - ... то, пока со мной Гил, Алиса и Мика, я не пропаду, - Оз наигранно улыбнулся. На его щеках проступил легкий румянец.       Где-то в углу комнаты откуда-то из тени послышалось легкое бурчание, которое никто, кроме меня, конечно же, не заметил. Ланти что-то недовольно буркнул, и снова забрался в тень. Кажется, кто-то остался недовольным тем, что про него не упомянули.       - У меня от тебя мурашки по коже, - красный глаз Брейка казался совершенно пустым. На нем не было ни единой тени сомнения или удивления, будто бы он знал этот ответ заранее. Немного погодя, насмотревшись вдоволь, он все-таки встал и направился в сторону испуганного золотоволосого мальчика. Каждый, кто присутствовал в этой комнате, почувствовал какую-то опасность.       - Что...? – в недоумении спросил Гил.       - Мне вот интересно, - безэмоционально произнес клоун, приближаясь к Озу, как к жертве, отстранив молодого Найтрея. - Что же тебя так исказило? - Брейк расплылся в широчайшей улыбке, но она лишь наводила ужас.       - Бре…., - Оз задом попятился назад, пока вплотную не впечатался в стену. Казалось, что ему больше негде скрыться от этого кровавого взгляда.       - Эй, Оз, - произнося эти слова, Зарксис провел пальцами тонкую линию по овалу лица, остановившись на подбородке, - где ты? Одним глазом мне тебя не увидеть.       Монолог Брейка был прерван Алисой, которая была не в силах сдержать свой смех. Она, наконец, получила возможность поиздеваться над клоуном, но сама же угодила в его ловушку. Негодование девушки было очевидным, а происходящая картина забавляла меня.       И тут Брейк залез в шкаф и испарился. Оз все еще стоял, подпирая стену, шокированный словами друга, пока Алиса с Гилом рассматривали каждый уголок опустевшего шкафа, выкрикивая имя клоуна и всячески оскорбляя его.       Безариус вышел из квартиры в коридор, остановился возле окна и пристально смотрел в одну точку, прокручивая слова Брейка снова и снова. Пока резкая боль в груди не остановила его. Стрелка на печати сделала первый ход, но эти болезненные чувства ощутили на себе все, кто хоть как-то связан с кроликом.       И в этот момент по коридору шла странная девушка в коротком синем платье с длинными белыми рукавами, серыми короткими волосами и темными пустыми глазами, держа в руках букет черных роз. Она смотрела на лежащего парня не более минуты, пока тот сворачивался в калачик от боли, а потом бросила букет и ушла.       Алиса с Гилом мигом пришли к Озу, не понимая, что за чувство они испытали. Цепь скакнула в сторону цветов и стала жевать их в надежде наесться, но это было не ее любимое мясо, отчего она лишь еще больше стала ныть о том, что хочет есть.       Найтрей же заметил выпавшее письмо, на обороте которого было написано мелким каллиграфическим почерком «Винсент».