Мы далеко не идеальны.

*Pov Света

Меня разбудил звонок в дверь. Почему я сплю на диване? Кого там принесло? Держа ладонь на лбу, я пошла к двери. Голова болела жутко, в горле пересохло и ощущается слабость в теле. — Приветик. О, а мы думаем, почему никто не открывает. Вы тут смотрю развлекаетесь?! На пороге стояла моя мама, Настина и Лерина. — Вы? Как тут? — словарный запас закончился на этом. — В гости приехали. И с кем вы тут гуляли? — Сами. — господи, надеюсь пацаны уехали вчера. — Фу, вы чё тут курили такое вонючее? — в кухне стоял плотный кумар от травы. — Да, сигареты такие вонючие. — Ага, и бутылки пустые. — голос Настиной мамы из гостиной. — Вы явно ни втроём были, столько бутылок. — Ух ты б. — Настя вышла из своей комнаты. — Чё происходит? — следом вышла и Лера. — Приехали в гости на недельку, проведать вас. А у вас тут притон! — Мам, какой притон?! Мы же сами. — Вы бы столько не выпили, и воняет тут не сигаретами. — Лерина мама посмотрела ну полную пепельницу, где конечно же помимо обычных окурков были и остатки косяков. — Карательный батальон блин, приехал. — Лера ушла в комнату. — Ещё какой карательный, ну и кто вам эту дрянь давал?! — моя мама показала пальцем на пепельницу. — Охренеть, вискарь дорогущий, вино. С кем вы тут гуляли так? — Лерина мама покачала головой. Ну что, пиздец подкрался незаметно. За свои поступки нужно отвечать.

*Pov Лера

Вновь свалившись в кровать, я закрыла глаза. Чё их принесло сюда вообще? Мама же в больнице должна была быть? Сейчас начнутся нравоучения, вся квартира провоняла шмалью и алкоголем. Хорошо хоть мы втроём, и никто ни с кем не спит. Тогда полетели бы все точно. — Ну, чё ты спряталась? — ко мне в комнату зашла мама. — У вас только в спальнях бутылок нету, я смотрю? — Я не пряталась. Просто нехорошо себя чувствую. — Пить меньше надо. И курить дрянь всякую. — Я ничего не курила. Просто вчера... — я вздохнула. — Плохо было, ну знаешь как обычно. А потом. — Что потом? — она села ко мне на кровать и взяла меня за руку. — Опять паническая атака? — Угу. — при воспоминании об этом, снова стала нарастать тревога. — Из-за чего? Что случилось? Тебя кто-то обидел? — Нет, просто плохо было, и я короче поругалась кое с кем, и в глазах потемнело и мне показалось, что он хочет меня ударить. — Показалось или хотел ударить?! — на глазах появились слёзы. — Он тебя ударил? — Да никто меня не бил! Показалось просто и всё. — Точно?! — Точно, точно. Всё нормально уже. — Ты лекарство пьёшь своё? — я кивнула. — И с алкоголем мешаешь, молодец. Угробить себя хочешь? — Мам, не начинай. Я не постоянно пью же. Алкоголь. Лекарства каждый день. — Постоянно так плохо? — Как ты в больницу попала, и. — я измученно закрыла глаза. — Ладно, хватит киснуть, нужно уборкой заниматься. Ты почему не в больнице? — А с кем поругалась то? Выписали вчера. — А, не важно. Так. — я встала с кровати и махнула рукой. После коллективной уборки и совместного обеда, я стала собираться в ресторан. Хочешь, не хочешь, а работать нужно. Выбрала себе чёрное платье облегающего кроя с высоким воротом и открытой спиной доходившее почти до колена. Чёрные лаковые туфли на блочном каблуке. Накрутив локоны и сделав себе макияж, я попрощавшись со всеми вышла на улицу, где меня уже ждал Алексей Дмитриевич. После часа в ресторане и трёх часов у них дома с мальчишкой, меня наконец отвезли домой. Желание только сходить в душ и лечь спать. А нужно ещё рисунок подготовить. Мальчик оказался ещё сложнее моего брата. Ещё ребенок, а понтов выше крыши. Считает, что по щелчку его пальцев все будут плясать под его дудку. В доме я заметила две пары мужских кроссовок. Что за нахрен?! На кухне сидели наши мамы, Света, Настя, и, блять, Глеб с Артёмом. — Ты чего так долго? — Настя первая заметила меня в дверях. — Да так. А у вас тут чё происходит? — Глеб вчера забыл у нас ключи, приехали за ними. — Света улыбнулась мне. — Ясно. Я посмотрела на всех поочередно, задержав взгляд на Артёме. По коже пробежали мурашки. Я ушла в спальню. Бросив сумку на кровать, я хотела выпить лекарство, но они так и остались у Насти. Возвращаться не хотелось, но дыхание уже сбилось, и стало появляться чувство страха, выдающее себя в дыхании и трясущихся руках. В дверях я столкнулась с мамой. — Всё нормально? — голос был обеспокоенным, видимо глаза меня выдали. — Да. Таблетку выпить надо, они у Насти. — я запиналась на каждом слове. — Я принесу, иди приляг. Сев на кровать, я стала нервно перебирать пальцами. Нужно в больницу, кажется, у меня уже зависимость от таблеток. Утром не выпила, получай истерику. — Вот, держи, мы пойдем прогуляемся. Хорошо? Света с Настей дома, если что. — мама передала мне таблетки и стакан воды. — Идите конечно. — Точно всё хорошо? — Да. Отлично. — я, улыбнувшись ей, проглотила таблетку и осушила стакан воды. — Посижу порисую, на завтра нужно. Она ушла, а я, одев шорты с футболкой, села за стол. Достав листы бумаги, акварель, кисти и все принадлежности стала тупо смотреть в белый лист. — Я тебе чай принесла. — мама поставила кружку мне на стол. — Спасибо. — я улыбнулась ей. — Что будешь рисовать? — Космос. Нужно. Не знаю. В голову ничего не идёт пока. Она снова ушла. Я же стала поэтапно смешивать краски и пробовать на бумаге. Впервые за всё время рисование не отвлекало от проблем. Ничего не получается, ничего не хочется. Размазывая краски по листам в поисках вдохновения, я думала о своём детстве, о том, что, а точнее кто, сделал меня истеричкой, зависимой от таблеток. — Привет. — я вздрогнула от неожиданности. — Привет. — на кровать рядом со столом сел Артём. — Ты боишься меня? — он как-то грустно усмехнулся, не так как всегда. — Нет, просто задумалась и не слышала, как ты вошёл. — я продолжала мазать кистью. — Что хотел? Я думала вы уехали. — Да, сейчас поедем. Извиниться хотел. — Ой, хватит. Давай сделаем вид, что ничего не было. И забудем это. — я макнула кисть в воду. — Тебе плохо стало, и я виноват. — В этом не ты виноват. Всё, закрыли тему. — я взяла себе чай. — Ты кисточку туда только что макала. — Блять. Как всегда. — отставив кружку я повернулась к нему. — Что-то ещё? — Что с тобой было? — Какая разница? — смотря на него я вспоминала произошедшее вчера, но страха не испытывала. — Таблеток намешала с алкоголем, потом плохо было, тут ты ещё. В общем, у меня, когда такое состояние, ну либо если меня сильно напугать, начинаются панические атаки. — Из-за чего? Это же не появляется просто так? — я посмотрела на свои руки в красках, они немного тряслись, но это норма для меня. — Детство тяжёлое. И не только детство. Зачем тебе это? — Мне интересно. Правда. — он как-то несвойственно для себя аккуратно взял меня за руку. — И вчера, я виноват, прости. — другой своей рукой он провёл по своему лицу. — Взбесился, как дурак, хоть ты и не виновата ни в чём. — Руки грязные. — Артём посмотрел на свою руку она тоже была в краске. — Всё нормально. Я тебе уже сказала. Повторяю, мне было плохо, а в таком состоянии меня всё, что угодно может испугать. — Что рисуешь? — он смотрел на меня с какой-то детской надеждой в глазах. — Сама не знаю. Нужно что-то космическое. — я отрицательно махнула головой. — Завтра после работы нужно ехать с мальчиком заниматься. И вот, ему и рисую. — Разве ты не должна его учить, а не сама рисовать? — Не спрашивай. Там вообще всё непонятно. — Ну че, едем? — в комнату зашёл Глеб и начал разглядывать мои непонятные листы. — Бля, вот это классно. — он ткнул пальцем в один из листов и кивнул. Я посмотрела туда и сама удивилась. В каких-то невероятных цветах был нарисован фон и планеты Солнечной системы. Когда я это сделала? Нужно ещё подрисовать конечно, но основа есть и это хорошо. — Да, поехали. — Артём посмотрел на меня так, будто в последний раз видел и ушёл. — Пока. — Глеб улыбнулся и тоже ушел. Снова это чувство раздражения. Пришёл поговорил, и свалил, даже не попрощавшись. Сволочь, что скажешь. Я продолжила рисовать, ко мне пришла Света. — Ты как? — Отлично. — я повернулась к ней. — Ты на работу завтра? — Угу. — я кивнула. — И до скольки? — Не знаю, до восьми. Потом ехать к директору с мальчиком заниматься. Так что не знаю как попаду домой. — Понятно. У вас всё с Артёмом нормально? — Всё, как всегда. — Мне Настя сказала, что вчера... — Не начинай. Всё хорошо. Ничего страшного не произошло. Просто я истеричка. Где сама Настя то? — Она к Кириллу поехала, глаза горят, улыбка до ушей, и помчалась. — Света улыбнулась. — Ну влюбилась, что уж тут. А ты чего, улыбка есть, а глаза грустные? — Мне Глеб кажется нравится. — она поджала губы. — Так, и в чём проблема? — Ну, он не особо на меня внимание обращает, так пообщаться и всё. — Ну так, он тебя знает недолго, а видел уже с кучей парней. — Да, ты права. — она вздохнула. — Ладно, не буду отвлекать, пойду в душ. Рисовать я закончила в двенадцать ночи, быстро сходив в душ, я легла в кровать. Удивительно, я выпила сегодня всего одну таблетку. Нужно будет встать пораньше, убрать со стола.