Эмбер хочет свободы

      Город свободы на самом деле окружают высокие стены, но никто этого не замечает. В городе свободы у каждого свои проблемы, у каждого какие-то планы на жизнь, но все они всё равно идут в ближайшую пивнушку (для них — таверна), пропивая свои возможности.       У города свободы есть рыцари и своя гильдия, но люди всё равно боятся выходить за толстые стены и исследовать мир. Потому что в городе свободы каждый забит до потери рассудка.       Они привыкли жить в небольшой клетке, выпивая вино из одуванчиков, обмениваясь всякими милыми вещицами, и празднуя непонятно что. Конечно же, не забывая гордиться этим. Вино из одуванчиков на самом деле дерьмовое на вкус, прямо как души каждого из жителей.

В городе свободы не существует свободы, и все, кажется, смирились.

      Эмбер не видит в Мондштадте какого-то смысла и милости. Они все варятся в несчастьях, продолжают надеяться на лучшее, снова падают на дно, но всё ещё верят в того самого Бога. Пока Люмине обкрадывает собор и ей как всегда ничего не будет.       Эмбер с презрением смотрит на тупых рыцарей и надеется, что Ужас бури продолжит горевать о своей судьбе, больше не нападая на город. Потому что больше Мондштадт не выстоит. Как и не выстоит сама Эмбер, хотя умереть это лучшее, что может с ней случиться.       В городе свободы души у всех чёрные и прогнившие, даже хуже популярного вина из этих чёртовых одуванчиков. Эмбер не понимает, почему одуванчиков можно по пальцам пересчитать, но все по-прежнему этим гордятся. А гордиться по-прежнему нечем.       Кэйа слишком изворотливая крыса, Дилюк настоящий мудак, да даже Лиза от них ушла недалеко. Хотят казаться добрыми, хотят поселить мнимую свободу в сердцах глупых зевак, да только то, чего не существует, никогда не появится. И Боги не помогут.       Только вот жаль, что даже одуванчики имеют корни, и они давно вплелись в вены Эмбер. Вырвать их вместе с сердцем не получится, проиграть громкую славу не хочется, проебать единственную надежду на нормальную жизнь не выходит. И остаётся пить вино и кормить голубей вместе с Тимми, пока тот говорит что-то очень умное и взрослое.       И жаль, что одуванчики давно вплелись ему в мозги, ведь пока он не за стенами свободы, можно что-то исправить.       Эмбер давно всё поняла, поэтому однажды поджигает планер. За городом дышится куда приятнее, а лететь вниз особенно освежающе. Одуванчики взрастут на её могиле, и свобода наградит за особую смелость.

Стены свободы высокие. Стены свободы скрывали настоящую свободу от Мондштадта. И Эмбер будет первой, кто узнал об этом.