Недоразумение в полосочку

       Поздняя осень. Уже холодно, на речке образуется первый ледок. Достаточно тонкий, чтобы угодить под воду спустя только пару метров, достаточно толстый, чтобы не выпустить несчастного назад. Голые, абсолютно безжизненные деревья поскрипывают на ледяном ветру, ветки будто бы хрипло стонут, выгибаясь в другую сторону. Особенно длинные стукают по окнам, скребутся, тонкие, иссохшие, точно руки мертвеца.        Лидия Дитц нагло лгала бы, если бы заявила сейчас, что ни разу с того злополучного дня не вызывала ту самую мертвую женщину в полосатом брючном костюме. Что бы ни происходило, странно было отрицать - Она была самым удивительным, невероятным и интересным происшествием в жизни юной готической девчонки. Было что-то до жути притягательное в её ледяных прикосновениях, сумасшедших глазах и ну абсолютно тупых шутках. По крайней мере, с будучи с Ней рядом, малышка Лидия знала, что ей ничего не грозит. Кроме, разве что, этих самых кровавых острых когтей.        Тонкие, юркие пальчики мягко, едва касаясь, выводили круги вокруг клитора, поглаживали розовые малые половые губы, входили внутрь, терлись о стенки влагалища. Алые влажные губки приоткрывались, жадно хватая воздух, но девочка быстро их закрывала, прикусывала нижнюю губу, проводила по ней языком. Лидс нравилось думать о том, что из любой отражающей поверхности за ней может наблюдать Биджей. Наблюдать и, разумеется, усмехаться её неловкости и неумению. Может даже заявила бы, что это слишком сложно и Ей определенно нужно продемонстрировать, как это делать правильно. Девочка ухмыльнулась своим мыслям, сжала второй рукой грудь, выдохнула шумно. А ведь ей, черт побери, и правда хотелось, чтобы Она продемонстрировала.        Щеки покрылись румянцем, когда Лидия представляла, как ледяные руки касаются её собственных, опускают вниз и управляют ими. Как длинный змееподобный язык касается половых губ, когти раздвигают их и позволяют языку ласкать дальше. Да, детке точно понадобилось время, чтобы признать, как её заводят фантазии о, черт её побери, трупе. Вот и сейчас её пальчики двигались всё резвее, простыня под бледными дрожащими бедрами становилась всё более мокрой. Приоткрыв миниатюрный ротик, Лидия шумно выдохнула и кончила. Прозрачная жидкость капнула с ладошки, когда девушка потянулась за салфетками. Промакивая ладонь бумажной салфеткой, она старалась отдышаться и всё ещё капельку тряслась. Коснулась салфеткой бедер, вульвы, даже постаралась вытереть простынь, но ничего не вышло. Скомкав мусор в шарик, забросила его в урну и улеглась в постель поудобнее.        - Какого черта ты со мной творишь, гребаное привидение... - поджала губы, натянула до подбородка одеяло и совсем скоро сладко заснула, бормоча что-то сквозь сон.        Наглая рожа поблескивала ядовитыми зелеными глазами из зеркала, подперев голову рукой. Обладательница рожи наблюдала не так долго, как могло показаться, но этого было достаточно, чтобы в следующую их встречу ехиднейше улыбнуться, и на вопросительный взгляд девчонки ответить что-то вроде: "Знаешь, детка, мне стоит преподать тебе парочку уроков, могу тебя заверить, твои пальчики способны на большее!". Представив эту сцену, Битлджус тихо посмеялась в кулак. Но это потом, потом. Сейчас малышка Лиди спит, уткнувшись в одеяло носиком и что-то тихонько бормочет. Может даже о самой БиДжей. И, можно поклясться, снится ей что-то прекрасное.