Взгляд в прошлое

      На следующий день после уроков Гарри и Гермиона спустились на кухню. Гарри пощекотал грушу на изображении вазы с фруктами, как он помнил, и вошел внутрь.       Сразу же в него попала ракета размером с домашнего эльфа.       — Гарри Поттер, сэр! — Добби пискнул. — Я слышал, ты был здесь!       — Привет, Добби, — ласково поздоровался Гарри. Он не мог не вспомнить того же самого эльфа, умершего от ножа Беллатрикс много лет назад в будущем. Он выбросил этот образ из головы. «Старая временная шкала», как они с Гермионой начали ее называть, больше не имела значения.       — Привет, Гарри Поттер, сэр. Это большая честь!       — Рад видеть тебя, Добби. — Гарри указал на Гермиону. — Это моя девушка. Гермиона.       — Добби очень рад познакомиться с девушкой Гарри Поттера! Мистер Гарри — великий волшебник. Мисс Гермиона, должно быть, такая же!       Гермиона покраснела ярко-розовым цветом.       — Э… тоже приятно познакомиться, Добби. Как ты здесь?       Гарри знал, что они оба знали ответ, но это прозвучало бы подозрительно, если бы они хотя бы не проявили любопытство относительно того, почему Добби работает в Хогвартсе.       — Добби ищет работу, мисс! — взвизгнул он, — Добби свободен. Он хочет заплатить сейчас! Но ни одна семья не хочет платить домашнему эльфу. Они будут хлопать дверью перед лицом Добби. Потом, Добби услышал, что Гарри Поттер учился в Хогвартсе, поэтому он пришел искать работу!       — И у тебя есть?       Добби энергично кивнул.       — Профессор Дамблдор будет платить Добби один галеон в неделю и давать Добби один выходной в месяц!       Гарри заметил, что другие домашние эльфы попятились от Добби, когда он это сказал.       — Добби, не мог бы ты нам чем-нибудь помочь? — он спросил.       — Что угодно, Гарри Поттер, сэр!       — Нам нужно поговорить наедине, — сказал Гарри, — ты сможешь встретиться с нами в… комнате для встреч и перерывов через полчаса?       Брови Добби приподнялись на лбу.       — Откуда мистер Гарри знает о комнате Для Приходящих И Уходящих?       Гарри пытался найти алиби, но Гермиона спасла его.       — Мы наткнулись на него, — искусно солгала она, — Гарри был нужен туалет, и он просто появился для него. Мы вернулись, поэкспериментировали и обнаружили, что он может превратиться во что угодно.       Добби выглядел впечатленным.       — Девушка Гарри Поттера — очень умная ведьма. Гарри Поттер должно быть честью иметь ее.       Гарри наклонился и чмокнул Гермиону в щеку.       — Да, Добби. Так ты сможешь встретиться с нами через тридцать минут?       — Добби встретится с Гарри Поттером и Мисс Гермионой в гостиной через полчаса! — прощебетал Добби, прежде чем убежать.       Гарри повернулся к остальным домашним эльфам. У него появилась идея.       — У вас случайно нет еды? — спросил он. — может быть, цыпленка? Несколько мясных пирогов. Немного пудинга тоже было бы неплохо.       Когда домашние эльфы умчались прочь, Гермиона повернулась к Гарри и вопросительно подняла бровь.       — Я подумал, что мы должны послать бродяге немного еды, — объяснил он, — Поэтому я сказал Добби, чтобы дать нам немного времени до встречи с нами. Мы можем пойти в совятню.       Гермиона просияла и поцеловала его.       — Ты такой милый.       — Я просто не хочу, чтобы Сириус голодал, — робко сказал он.       Через пять минут Гарри и Гермиона, нагруженные едой, направились в Совятню. Гарри был рад снова увидеть Хедвигу: он не видел ее почти целых семь лет.       Гарри и Гермиона завернули еду в волшебную бумагу. Гарри позвал Хедвиг, и она полетела вниз, приземлившись ему на плечо.       — Эй, девочка, — мягко сказал он, почесывая сову подбородок, — как ты?       Хедвиг удовлетворенно ухнула.       — Это хорошо. Ты готова к тяжелой работе?       Хедвиг снова ухнула.       — Хорошо, мне нужно, чтобы ты доставила эту еду Сириусу, — сказал Гарри, — я могу попросить нескольких школьных сов помочь, если тебе нужно. Это много.       Хедвиг согласно щелкнула клювом. Гарри подозвал еще двух сов и привязал свертки к их ногам, прежде чем прикрепить самый большой груз к Хедвиге. Она выглядела вполне удовлетворенной тем, что ей доверили самую тяжелую часть доставки, и высокомерно уставилась на двух школьных сов.       Хедвиг улетела, и Гарри повернулся и увидел Гермиону с любопытной улыбкой на лице.       — Что?       — То, как ты взаимодействуешь с Хедвиг, — мечтательно объяснила она, — у меня такое чувство, что ты будешь прекрасным отцом.       Гарри почувствовал, как его лицо пылает.       — С-спасибо?       Гермиона усмехнулась.       — Ты хочешь иметь детей? С… со мной?       — Я хотел этого еще до того, как мы поженились, — ответил он, — но у нас никогда не было бы детей обратно… тогда. Но теперь, когда все по-другому…       — Но не раньше, чем мы закончим школу… снова, верно?       Гарри кивнул.       — Разумеется. Нет, пока мы оба не будем готовы. Хотя нам определенно не помешало бы попрактиковаться в их изготовлении.       Гермиона густо покраснела и озорно шлепнула Гарри по руке.       — Что скажешь, если мы еще немного потренируемся сегодня вечером?       — Звучит здорово. Но сначала нам нужно поговорить с Добби.       Это был очень взволнованный и возбужденный Гарри, который вернулся в комнату требований. Он толкнул дверь в их обычное «убежище» и обнаружил там Добби, ожидающего их.       — Почему бы тебе не присесть, Добби? — предложила Гермиона. — Нам нужно кое о чем поговорить.       Гигантские глаза Добби внезапно заблестели от слез.       — О, подруга мистера Гарри — великая ведьма, велит домашнему эльфу сесть, — пробормотал он про себя, садясь, — Точно так же, как мистер Гарри — великий волшебник.       Гарри повернулся к Гермионе, и они обменялись веселыми взглядами, прежде чем появиться на диван напротив Добби.       — Что Добби может сделать, чтобы помочь мистеру Гарри и его мисс Гермионе?       Краем глаза Гарри заметил, что Гермиона покраснела, когда ее назвали «Мисс Гермиона Гарри». Он усмехнулся про себя.       — Добби, ты умеешь аппарировать в Хогвартсе и вне его? — спросил Гарри.       — Добби может, Гарри Поттер, сэр! Добби может пойти куда угодно, даже куда не могут волшебники!       — Превосходно. Тогда могу я попросить тебя об одолжении?       — Что угодно, Гарри Поттер, сэр!       — Во-первых, мне нужно, чтобы ты пообещал не обсуждать то, о чем я собираюсь тебя спросить, ни с кем, кроме меня и Гермионы, — сказал Гарри. — Это означает, что никто из других домашних эльфов, студентов, профессоров или даже директора Дамблдора.       Добби кивнул.       — Добби хранит секреты мистера Гарри, потому что мистер Гарри — друг Добби!       — Спасибо, Добби. Вот с чем я хотел бы, чтобы ты мне помог, — начал Гарри. — Завтра утром ты сможешь аппарировать меня и Гермиону на Косой переулок? Нам нужно выполнить несколько поручений. Мы можем встретиться в этой комнате и уйти отсюда.       — Добби может! Все, что угодно, чтобы помочь мистеру Гарри! Разве Добби не обсудить это ни с кем?       — Верно, — немедленно ответила Гермиона, — никто не знает, что мы уходим. Завтра в Хогвартсе, ни куда мы идем, ни зачем.       — Добби будет хранить секреты мистера Гарри и его мисс Гермионы, — пообещал Добби, — Добби встретится с мистером Гарри и его мисс Гермионой в комнате завтра утром, когда?       Гарри и Гермиона переглянулись, безмолвно общаясь. Чем раньше они уйдут и вернутся, тем лучше.       — Мы можем встретиться в семь тридцать утра? — спросил Гарри — Мы доберемся туда, как только магазины открываются, и мы можем вернуться не позднее полудня.       — Добби может встретиться с Гарри Поттером и мисс Гермионой завтра в семь тридцать утра, сэр. Чем еще Добби может помочь?       — Пока ничего, Добби. Спасибо.       — Добби счастлив помочь Гарри Поттеру! — сказал он на прощание, прежде чем аппарировать обратно на кухню с хлопком.       На следующее утро Гарри проснулся рано, оделся и на цыпочках вышел из спальни. Он встретил Гермиону в гостиной, накинул на них обоих свой плащ-невидимку и направился в комнату требований. Им помогло то, что было раннее субботнее утро, а остальные в школе еще спали.       Добби появился меньше чем через пять минут. Он взял Гарри и Гермиону за руки, развернулся на месте и аппарировал.       Через несколько секунд они появились в Косом переулке. В это утро аллея была пуста. Лишь несколько захудалых волшебников и ведьм вышли из дома, и большинство из них направлялось в сторону Ноктюрн-аллеи.       — Сначала Олливандер или Гринготтс? — шепотом спросил Гарри.       — Олливандер, — ответила Гермиона, — лучше встретиться с ним, когда его магазин пуст. Мы не хотим, чтобы то, что мы пытаемся сделать, вышло наружу.       — То же самое и с тем, что мы делаем в Гринготтсе, — заметил Гарри.       — Да, но тебе гарантирована конфиденциальность в Гринготтсе.       — Что?       Гермиона вздохнула.       — Ты когда-нибудь читал «Историю магии»?       — Ты знаешь, что я открывал его только один раз.       Гермиона закатила глаза.       — Согласно Гринготтскому договору 1290 года, волшебникам, желающим встретиться с гоблинами по вопросам учетной записи, гарантируется свобода действий. Так что все, что тебе нужно обсудить, никогда не выйдет из комнаты.       — Ох.       Гермиона впилась в него взглядом и сердито покачала головой.       — Давай. Олливандер.       Гарри и Гермиона вошли в мастерскую по изготовлению палочек и позвонили в звонок. Через несколько секунд старик появился из глубины своих полок.       — Гарри Поттер, мы встретились снова, — сказал Олливандер в знак приветствия, — всего несколько недель назад я исследовал твою палочку. Одиннадцать дюймов, падуб, и сердцевина единственного пера феникса из особенного феникса.       Его глаза переместились на Гермиону.       — Гермиона Грейнджер. Десять и три четверти дюйма, виноградная лоза и сердцевина дракона. Чем я могу быть полезен этим утром?       — Нам интересно, мистер Олливандер, — начала Гермиона, — можете ли вы сделать индивидуальные палочки, подходящие для владельца.       Глаза Олливандера расширились.       — Вы ищете более мощную, подходящую или идеально подобранную палочку.       Гермиона кивнула.       — Будет ли это возможно?       Олливандер кивнул.       — Это… возможно, — пробормотал он больше для себя, чем для кого-либо еще. — Я удивлен, что ты вообще знаешь об этом… очень непонятное знание… только те, кто посвящает свою жизнь изучению знаний о волшебных палочках, могут даже начать понимать… Трудно сделать это трудоемким… но в моих силах. К тому же дорого… для этого могут потребоваться другие материалы сердечника…       — Но ты можешь сделать это? — немного нетерпеливо спросил Гарри.       — О, я могу, дорогой мальчик, — ответил Олливандер, — мне, конечно, нужно будет снять мерки, многие из них. Внимательно исследуйте свою магию. Но я могу это сделать. Возможно, на изготовление одного экземпляра уйдет больше месяца. А цена… она может быть в сто раз дороже обычной палочки. Но да. Я могу.       Это все, что Гарри нужно было услышать.       — Тогда я бы хотел сделать два, — сказал он взволнованно. — Один для себя и один для Гермионы. Я могу заплатить любую цену, которую вы назовёте, лишь бы вы ее сделали. Я даже заплачу вдвое больше, если вы сможете сделать это к… скажем… марту.       Глаза Олливандера расширились, но он кивнул.       — Хорошо, мистер Поттер. Вы позволите мне снять мерки?       Гарри согласился. В течение следующего часа магическая рулетка кружила вокруг тела Гарри, делая все возможные измерения. Тем временем сам Олливандер наложил на Гарри заклинание, вероятно, тщательно измерив его магическую подпись. Наконец, он взял палочку Гарри и осмотрел ее.       — Очень интересно, очень интересно, — пробормотал он.       — Ядро? — спросил Гарри. — И его близнец?       — Да, да, ядро, хорошо, — ответил Олливандер. — Но нет, дело не в его близнеце. Эта палочка замечательно подходит. Его ядро ​​почти идеально подходит вам, мистер Поттер. Просто нужно… немного больше. Еще немного, да.       — Еще немного чего? — настаивал Гарри с любопытством.       — Ядру нужно что-то добавить, чтобы достичь… совершенства, — пояснил Олливандер. — Могу я осмотреть вашу подругу?       Гермиона встала, и она тоже подвергалась тому же обращению, что и Гарри, почти час. Когда Олливандер наконец взял ее палочку на осмотр, он нахмурился.       — Ядро не так хорошо подходит для вас, как было, когда вы впервые купили палочку, — размышлял он. — Сердечная нить дракона вам подходит, юная леди, но сердце другого дракона может служить вам лучше. Как и вашему другу, вам нужно что-то еще, чтобы завершить ядро… и я думаю, что знаю, что это такое.       — Что это такое? — спросила Гермиона.       — Вы позволите мне отобрать у вас обоих несколько прядей волос?       — Да, — согласился Гарри, — но зачем?       — Я редко видел двух людей с большим… синхронизированным… магическим действием, чем вы двое, — объяснил создатель палочек, — я видел пары, которые были женаты десятилетиями и десятилетиями, которые даже не приблизились к тому, что я смотрю прямо сейчас. И я думаю… ваши волосы, которые сами по себе обладают магией… довольно изменчивой и мощной магией в вашем случае… могут раскрыть весь потенциал палочки друг друга… благодаря совместимости. Как вы знаете, палочка выбирает волшебника, и таким образом мы обеспечиваем более совершенную совместимость, задействовав фундаментальную связь между вами двумя… это мощная магия сама по себе… да…       Гарри покраснел. Он знал, что они с Гермионой понимали друг друга почти волшебным образом, но услышать объяснение этой связи… это внушало трепет.       — Возьмите все, что вам нужно, мистер Олливандер, — сказала Гермиона.       Олливандер десять минут тщательно выбирал прядь волос с головы Гермионы, затем сделал то же самое с Гарри. Он снял несколько замков с каждого из них и запечатал их в двух отдельных флаконах.       — Затем мне понадобится кровь от вас обоих, — сказал Олливандер, — это поможет магии, которая связывает ваши волосы с сердцевиной.       Он залез в шкаф и вытащил небольшую банку и блестящий бронзовый нож.       — Мистер Поттер, сделайте небольшой порез на пальце и наполните эту банку до половины, — сказал он.       Гарри сделал, как сказал Олливандер, сделав надрез на указательном пальце и позволив своей крови стечь в банку. После примерно пятнадцати капель Олливандер остался доволен введенным количеством. Он взмахнул палочкой, и палец Гарри мгновенно зажил.       — Мисс Грейнджер, мне нужно, чтобы вы сделали то же самое.       — В той же банке?       — Да, в той же банке. Поскольку ваша магия настолько… тесно связана… было бы лучше смешать вашу кровь, чтобы обеспечить самую сильную связь.       Гермиона немного побледнела, но она сделала то, что ей сказали, сделала небольшой порез на пальце и наполнила банку до конца. Олливандер закупорил банку и запечатал ее воском, прежде чем наложить чары, которые волшебным образом перемешивали кровь, чтобы предотвратить ее свертывание. Он повернулся и положил его на верхнюю полку.       — Мистер Поттер, теперь мне нужна ваша существующая палочка. Холли и феникс… да… редкое сочетание. Очень хорошо тебе подходит… но длина и форма… не очень. Мне нужно будет разобрать эту палочку, чтобы удалить перо феникса для вашей новой палочки.       — Ты собираешься уничтожить мою палочку? — спросил Гарри, немного потрясенный.       — Да. Это должно произойти, — сказал Олливандер. — Я повторно использую перо феникса, но это будет означать уничтожение твоей старой палочки, да.       — Так какой же палочкой я буду пользоваться?       — Нам придется достать вам временную палочку, — просто ответил Олливандер, — она, конечно, не будет работать так же хорошо, как ваша оригинальная палочка, но если вы вообще какой-нибудь волшебник, вы сможете направить свою магия через это…       — Вам нужна моя палочка? — внезапно спросила Гермиона.       — Нет, мисс Грейнджер, нет, — сказал Олливандер с улыбкой, — ваша новая палочка будет сделана с нуля с использованием другой сердечной струны дракона.       — Тогда я могу отдать Гарри свою палочку? — Гермиона продолжила: — Для него это всегда почти так же хорошо, как и его собственная. Тогда я могу купить временную палочку. Для него лучше иметь палочку, с которой ему удобнее, так как он должен пройти через Трех Волшебников и все такое.       Олливандер задумался на минуту.       — Я думаю, что это будет предпочтительнее. Я вижу сильную магическую связь между вами двумя… да… с тем, как ваша палочка так хорошо работает с ним. Позвольте мне снабдить вас новой палочкой, прежде чем вы уйдете отсюда… но сначала, мистер Поттер, мне нужна ваша палочка.       Гарри отдал свою верную палочку-феникс, немного неохотно, но понимая, что нужно делать. Гермиона протянула ему свою палочку. Гарри помахал ей. Это было немного странно, но совсем не чуждо. Он был совершенно уверен, что сможет выполнять с ним большую часть своей обычной магии, даже самую сложную.       — Спасибо, Гермиона. Замечательно, — прошептал Гарри.       Лицо Гермионы просияло, и она наклонилась, чтобы поцеловать его в губы.       — Для тебя все, что угодно, Гарри.       Олливандер ушел и вернулся через несколько минут, неся в руке стопки коробок. Он открыл их по очереди и попросил Гермиону попробовать их. Ни одна из палочек не казалась слишком совместимой, и Гермионе, наконец, пришлось согласиться на несовершенное совпадение с двенадцатидюймовой буковой палочкой с сердцевиной из волос единорога.       — Странно ощущается в моей руке, — пожаловалась Гермиона, осторожно перебирая палочку. — Это кажется… тупым, в каком-то смысле.       — Это случается с несовершенным совпадением, когда палочка не совсем выбрала волшебника, мисс Грейнджер, — сказал Олливандер, — вы немного перерастете в нее, но она никогда не будет работать так же хорошо, как ваша старая палочка или новая палочка, сделанная для вас. Однако я вижу, что вы ведьма с огромной силой и умением, поэтому я верю, что эти трудности будут, по крайней мере, частично преодолены.       Лицо Гермионы слегка порозовело от странного комплимента.       — Будет ли лучше с практикой?       Олливандер кивнул.       — Палочка привыкает к своему владельцу через совместное путешествие. Вы открываете силу палочки, палочка открывает силу вас, — объяснил он. — Со временем эта палочка вырастет, чтобы соответствовать вам, хотя никогда не совсем идеально. Однако, поскольку это только временно… я полагаю, вам не о чем беспокоиться. Это все, что я могу для вас сделать сегодня, если у вас нет другой просьбы?       — Нет, сэр, — ответил Гарри, — единственное, о чем я прошу вас, это хранить молчание. Я не говорю, что мы достаем новые палочки.       — Я буду осторожен, мистер Поттер, мисс Грейнджер, — пообещал он, выводя их из магазина с поклоном. — Я сообщу вам через сову, когда ваши палочки будут готовы или если от вас потребуется визит.       Гарри и Гермиона вышли из магазина. Они пробыли там более трех часов, и теперь их уже палило поздно утреннее солнце. К этому времени Косой переулок начал заполняться. Гарри был весьма благодарен Гермионе за то, что она предложила сначала посетить мастера.       — Как себя чувствует твоя палочка? — спросил Гарри, пока они шли в Гринготтс.       — Как и раньше, — тихо сказала Гермиона, — это чуждо… странно. Немного коряво. Я чувствую, что для произнесения заклинаний потребуется больше силы.       — Но ты думаешь, что сможешь разыграть все, что раньше умела кастовать?       Гермиона покрутила палочку в руке несколько мгновений, прежде чем ответить.       — Не думаю, что у меня возникнут проблемы с заклинаниями, которым учат в школе. Но серьезные наступательные или защитные заклинания… это может быть сложно. Я читала, что волосы единорога не очень подходят для темных заклинаний, и многие из этих заклинаний можно классифицировать как «довольно темные». Это означает, что о Непростительных проклятиях тоже определенно не может быть и речи, но, честно говоря, я думаю, что мы не будем убивать, пытать или контролировать кого-либо в течение нескольких месяцев.       — Мы можем переключиться…       — Даже не думай об этом, — твердо остановила его Гермиона. — Я не из тех, кто прыгнет в озеро через три месяца. Я не тот, кому нужно тренироваться, чтобы сразиться с Риддлом в июне.       Гарри поднял руки.       — Хорошо, я оставлю тебе палочку. Но когда мы будем практиковаться, я отдам ее тебе. Нельзя слишком заржаветь, потому что приходится работать с плохой палочкой.       Гермиона кивнула.       — Я думаю ты прав. Но мы также должны научиться быть более универсальными в отношении палочек. Когда-нибудь это может пригодиться.       Гарри вспомнил, как он ненавидел терновую палочку во время квеста крестраж.       — Да, мы должны. Но есть еще одна проблема. Как мы объясним, откуда у нас появились новые палочки?       -Ну, ты можешь сказать, что сломал свою старую палочку, поэтому я отдала тебе свою, потому что она так хорошо работает, — предложила Гермиона, — и я заказала свою собственную.       — Олливандер вообще выполняет приказ совы?       Гермиона нахмурилась.       — Я не знаю. Я подозреваю, что это не так, но если у тебя нет лучшей легенды…       — Что ж, следующие выходные, выходные в Хогсмиде, верно?       Гермиона кивнула.       — Но при чем тут хоть что-нибудь?       Гарри усмехнулся.       — Что ж, нам придется на неделю скрыть, что у нас разные палочки, тогда мы можем притвориться, что я сломал свою палочку в следующую пятницу, ты отдала мне свою, а потом ты уговорила Олливандера приехать в Хогсмид, чтобы купить тебе новую.       Гермиона выглядела впечатленной.       — Это действительно очень убедительно.       — У меня бывают моменты гения.       Гермиона игриво ударила его, когда они подошли к парадным воротам Гринготтса. Зайдя внутрь, они направились к свободному гоблину.       Гоблин не оторвался от пергамента.       — Прошу прощения? Сэр? — неуверенно позвал Гарри.       Сказав «сэр», гоблин оторвал голову от работы и посмотрел на Гарри.       — Ваш бизнес?       — Сэр, я хотел бы попросить о встрече с менеджером хранилища.       Гоблин с любопытством посмотрел на Гарри.       — Вы необычный волшебник, — заметил он.       Гарри не знал, было ли это оскорблением или комплиментом.       — Что вы имеете в виду, сэр?       — Большинство волшебников не обращаются к гоблинам «сэр», и они не столько просят, сколько требуют встречи.       — Как я понимаю, вам не жаль, что я делаю и то, и другое? — спросил Гарри немного раздраженно.       — Конечно, нет. Я очень рад перемене, — ответил гоблин. — И твое имя?       — Гарри Джеймс Поттер, — ответил Гарри, — а вы, сэр?       Гоблин выглядел удивленным.       — Большинство волшебников тоже не спрашивают гоблина, как его зовут. Хорошо, можете обращаться как «Уркнус». Мне понадобится ваш ключ от хранилища, пожалуйста.       Гарри вручил Уркнусу ключ от хранилища. Глаза гоблина расширились.       — Простите меня, мистер Поттер. Я скоро вернусь.       Гарри и Гермиона подождали несколько минут, прежде чем вернулся Уркнус с еще одним гоблином на буксире.       — Мистер Поттер, — обратился второй гоблин, — меня зовут Рагнок, начальник Гринготтса. Не могли бы вы пройти со мной в мой офис?       Гарри и Гермиона обменялись испуганными взглядами. Что происходит? Как они столкнулись с главным гоблином Гринготтса?       Рагнок, должно быть, видел выражение лиц двух подростков.       — Ни один из вас не причинит вреда. Это будет сердечная встреча для обсуждения дел, — заверил он. — Пожалуйста следуйте за мной. Я ждал этой встречи много лет.       Не видя другого выхода, Гарри и Гермиона послушно последовали за Рагноком через залы Гринготтса в его кабинет.