Сколько рассказов использовал убийца?

Прибыв домой, Куроо направился на кухню. Он быстро вернулся с бутылкой виски в руках и двумя стаканами. — Не слишком ли быстро мы начинаем пить? — вопросительно посмотрел блондин. — Потом будет поздно, лучше сейчас, — Куроо понимал, что если сейчас не выпьет, то точно наброситься на Кея. Он не мог побороть в себе желание, и принял решение, что лучше утопить его в алкоголе. НЕ осознавая, что этим он только подольет масла в, уже полыхающий, огонь, именуемый Тсукишима Кей. — Ладно, я у тебя приму душ, ты не против? — поинтересовался Кей. Утром он забрал свой саквояж и таскал с собой, а точнее он путешествовал по машине Куроо. — Эм, да, конечно иди, я же не запрещаю. Пока Тсукишима был в душе и ничего не подозревал, Куроо соорудил немного закусок и откупорил бутылку. Он прислушался к шуму воды, исходящей из ванной. «Да что такое, я что, извращенец какой-то?» — О, как ты быстро накрыл на стол, — удивился Тсукишима. На голове было полотенце, которым он вытирал волосы. Да еще и в одежде Куроо. Брюнет был опьянен без вина. — Пить ты тоже будешь в перчатках? — поинтересовался мужчина. — Да, — прозвучал грубый ответ. Кей никому не рассказывал о том, что с ним случилось, родители до сих пор думают о том, что «их мальчик» является мизофобом. И свыклись с тем, что он и ест, и пьет и помогает по дому в перчатках. — Ладно, давай пить. Парочка стаканчиков перешла в бутылку, а потом и другую. «Откуда такие запасы?» — думал Тсукишима, понимая еще трезвой частью рассудка, что начинает пьянеть. — Мне пора вызывать такси, — пролепетал блондин. — Так может останешься? Я же все равно один. — Хмм, ладно, но это последний, — в очередной раз для себя говорил Кей. Захмелев, оба начали сильно откровенничать. Так, например, Кей узнал, что Куроо всегда просит, чтобы его штрафы за парковку списывали. Было смешно и спокойно обоим. Разговоры были от школы, до пинков от начальства. — Знаешь, — начал Тсукишима, попутно снимая перчатки, — ты так много спрашиваешь о моих руках и перчатках, думаю, пока я пьян, могу поделиться с тобой этим. Куроо понимал- сейчас Тсукишима обнажает перед ним частичку своей души. Сняв перчатки, он протянул к нему рук так, чтобы было видно наскóлько они обезображены. — Как-то было задание по внедрению в одну организацию, — начал Тсукишима. В это время Куроо взял его ладони в свои и рассматривал каждый шрам, ожог. Даже не представляя насколько сильную боль ему пришлось пережить. Поддавшись моменту, Куроо притянул руки Кея к своим губам и поцеловал. — А? Ты что делаешь? — спросил недоумевающий Кей. — Они прекрасны, — пробормотал Куроо и потянулся к лицу блондина. Остановившись в нескольких миллиметрах друг от друга они ощущали чужое дыхание. Кто же первым нарушит дистанцию и сплетет все в страстном поцелуе, ответ последовал слишком быстро — Куроо резким движением притянул к себе Кея и смял его губы в страстном поцелуе. Губы Кея были мягкими, сразу же сдались под натиском брюнета. Переплетение языков, пошлые причмокивания- все казалось невероятным сном для них. Повалив его на спинку дивана, Куроо продолжал ласкать своими губами шею, ключицы, спускаясь все ниже. — Ах, — застонал Кей. Брюнет резко поднял голову и посмотрел в лицо блондина. Оно было великолепно — краснеющие щеки, учащенное дыхание, он не мог сдерживаться. — Ты очень милый, — бормотал Куроо, склоняясь к возбужденному члену Кея, — Малыш, да у тебя стоит, надеюсь это из-за того, что я красавчик, — смеясь, прохрипел брюнет. — Ха-ха, не льсти себе. Это из-за того, что я пьян, — сказал Кей. Такой ответ не устроил Куроо. Обхватив рукой член, он начал надрачивать. — Нет, прекрати, я так кончу, — взмолился блондин. Остановившись Куроо склонился к лицу Кея. Держа его член в руке. — Я хочу тебя, с той самой блядской минуты, когда ты засмеялся, в момент того, как сказал, что не хочешь со мной работать. Хочу тебя здесь и сейчас. Тсукишима смотрел на брюнета, понимая, к чему все идет. Он потянулся за очередным поцелуем, а Куроо с радостью на него ответил. — Руку с члена убери, — приказным тоном потребовал Тсукишима, — позволь мне немного с тобой поиграть. Не успев опомниться на Куроо восседал блондин и нагло ухмылялся. — Что же ты собираешься делать? — поинтересовался брюнет, но ответа не последовало. Тсукишима взял руку Куроо, приблизив к своему лицу, и начал облизывать пальцы, посасывать их. Шкала возбуждения Куроо уже давно взорвалась и он всеми возможными способами пытался сдерживаться. Облизав пальцы, Тсукишима усмехнулся и завел руку Куроо к себе за спину, направляя к анальному отверстию. — Я могу сам это сделать? — сросил брюнет. — Быстрее. Куроо вставил один палец, начиная разрабатывать узкое колечко мышц, Кей ткнулся в плечо и стонал. Куроо добавил второй, когда заметил, что его партнер уже самостоятельно насаживается на инородный объект. — Мхмаа, хватит, вставь уже свой член в меня, — прошептал блондин. У Тетсуро слетели последние тормоза. Он резко подмял под себя Кея, поставив его на четвереньки, что было сложно на узком диване. Приставив орган, он резко толкнулся на всю длину. — Ааа, больно!.. Вытащи! медленнее, идиот! — кричал Кей. — Я сделаю так, чтобы тебе было хорошо, — пробормотал Куроо, наваливаясь на спину мужчины и начиная размерено толкаться, — постони еще для меня пожалуйста… еще немного, — просил Куроо. — Хааа, идиот, я не буду этого делать! Ахх, — застонал Кей, потому что именно в этот момент Куроо попал по простате, — медленнее, не так сильно, Тетсуро. Куроо уже давно не слушал Кея, просто старался доставить удовольствие партнеру, несмотря на его сопротивление. Размерные толчки стали переходить в быстрые, предвещая развязку. Куроо обхватил рукой член Кея и стал двигать ей в такт своим толчкам, пара минут и он кончил, извергаясь глубоко в Тсукишиму. Обессилев и навалившись на него, он часто задышал, сердце колотилось так, будто собиралось покинуть грудную клетку. — Хааа, Кей, ты такой прекрасный, — шептал ему Куроо. — Ляг на спину, — сказал Кей. Брюнет послушно повиновался парню, оседлав его Кей умостил свою попку на бедра Куроо. — Может продолжим? — предложил Кей насаживаясь на член Куроо. — Ох, — выдохнул мужчина, крепко сжимая ягодицы, восседавшего на нем парня, — давай. Глубокие толчки, стоны удовольствия наполнили гостиную.