trust me.

— Юнги? — голос знакомые бьет по ушам слишком неожиданно, и по сердцу проходиться острым ножом, вскрывая старые раны. Банковская карточка чуть не вываливается из рук, но омега крепче держит ее, запихивая в карман джинсовки и, не сбавляя шаг, идет к подъезду. Замедляют только большие теплые ладони, которые ложатся на предплечье аккуратно. Снова этот чертов запах вбивается в легкие, только недавно он перестал мерещиться везде. Сейчас же аромат горького кофе слишком сильный, заставляет омегу внутри мина ныть, скребстись, прося большего контакта со своим альфой. Юнги старается не дышать и не оборачиваться. — Простите, мне кажется, Вы ошиблись, — только и выдавливает из себя младший. Юнги вскривает слегка, совсем не ожидая резкого поворота на 180 градусов, но, быстро взяв себя в руки, смотрит альфе в глаза твердо, почти без страха. — Юнги, малыш, — Хосок тянется к лицу омеги, мягкими пальцами касается щеки, смотря в лицо напротив и будто растворяется в тишине, карих глазах и еле уловимом запахе мандаринов. Пошевелиться боится и слово лишнее сказать, но в голове куча вопросов рвется наружу, только Хосок не успевает опомниться и что либо сказать, как омега сильно пихает в сторону, всем видом показывая «лучше не подходи». — Как ты? Чем занимаешься? И много других вопросов вырываются наружу, только Мин не слушает и уходит сразу же, по пути ищет ключи от домофона. — Ты родил, да? Вопрос застает врасплох и юнги останавливается, молчит пару секунд прежде чем выдать: «Не твое дело», и скрыться за дверью подъезда. В квартиру он забегает как ужаленный, садится на пуф в коридоре, чтобы перевести дыхание и тысячу раз обматерить себя за привычку не застегивать карманы. — Нашел? — из дверного проема выглядывает серая макушка Кима. Тот смотрит на друга вопросительно, но, видя в каком Юнги состоянии прищуривается и появляется полностью. — Что случилось? Мин молчит, все еще жадно глотает воздух и даже не знает с чего начать рассказ о том, что произошло у дома. Тэхен, как будто в своей квартире, помогает Юнги подняться и ведет на кухню, где уже ждал теплый чай и разное печенье. Рассказ выходит смазанным, руки еще трясутся, а язык отказывается нормально связывать слова, но Киму и этого хватает, чтобы понять, что случилось и обнять омегу, который сидел напротив, аккуратно гладя по голове. — Что вообще этому придурку надо, — блондин спрашивает скорее себя, чем друга, не понимая, что Чон забыл в таком месте, или, самое страшное, зачем преследовал Мина? — Если он появится здесь еще раз — гони к черту. — Я не могу, — Юнги скулит, растягивая гласные, точно как и его внутренний омега, который спустя несколько лет пробудился, учуяв запах своего альфы и теперь, кажется, успокаиваться не собирается. — Ты подумай хотя бы о Минджэ, разве нужен ему такой отец, который хотел от него избавиться. — Может я не так его понял? — Он сказал тебе об этом прямым текстом, Юнги, — Тэхен старается контролировать себя, чтобы не накричать на друга, потому что Минджэ спит в соседней комнате, но получается это плохо. — Тебе нужно успокоиться, ты говоришь все это на эмоциях. — Ты ведь никогда не любил Хосока, поэтому не хочешь, чтобы я общался с ним, да? — Юнги повышает голос. — Не любил, — кивок, — А сейчас ненавижу, за то, что он так поступил с тобой, но ты должен думать головой, а не своей омежьей сущностью. Успокаивайся и ложись спать. — Я хочу выпить, — Юнги опускает глаза в пол, а Тэхен улыбается.

***

Юнги просыпается от того, что кто-то дергает за руку, да так, что скоро оторвет. Глаза открываются с трудом, а голова гудит, как будто хорошенько врезали сковородкой. Перед омегой его потолок в спальне, что по началу удивляет, потому что как добрался до кровати не помнит, единственное что всплывает в голове — это его кухня, Тэхен, три бутылки сухого вина и пиво. Юнги поворачивает голову и видит перед собой Минджэ, тут же мысленно убивая себя за то, что позволил себе вчера, пока ребенок был дома. — Ты хочешь кушать? — омега пугается, когда не узнает свой голос и садиться, разминая шею. — Дядя Тэхен сказал тебя разбудить, — Минджэ идет к двери, но у выхода оборачивается и добавляет, — А я уже кушал. Юнги улыбается, благодаря всех богов за Ким Тэхена и идет в ванную, чтобы умыться, потому что во рту будто кошка сдохла, и поесть, потому что в желудке хоть шаром покати. Сытный завтрак радует, а Тэхен удивляет, потому что не выглядит так, будто пил вчера вместе с Юнги, хотя последний и не помнит пил Ким вообще или нет. — Ну как? Все еще хочешь вернуться к Хосоку? — Юнги давится. — С чего бы мне к нему возвращаться? — Ну, так это ты вчера рыдал, как скучаешь по нему, — Тэхен хватается за сердце и поднимает голову вверх, а Юнги думает о том, что ему бы надо в кино, играть чудаков. — Как хочешь снова попасть в его объятия, — Киму прилетает в плечо, отчего тот замолкает, но продолжает смеяться. — Хуйни не неси. По мозгам бьет дверной звонок и Юнги проклинает того, кто решил, что звонить нужно пока не откроют и вообще приходить с утра пораньше. — Иду, — Мин кричит подходя к двери и морщит лицо, когда видит паренька, одетого в униформу одной из популярных компаний. — Мне ничего не нужно. Омега закрывает дверь и идет на кухню, игнорируя последующие короткие звонки, которые вскоре прекращаются. когда Юнги шел к двери, чтобы открыть, то почему-то подумал о том, что по ту сторону стоит Хосок. С чего такие мысли его посетили омега и сам не знает, но накрывает дежавю, как после родов он бежал к двери сразу же, слыша трель звонка, надеясь что вот, сейчас он ее откроет и в подъезде будет стоять Чон с цветами или без них — плевать абсолютно. Но каждый раз ждало разочарование. — Кто это был? — Реклама. Омега садится за стол, ковыряя вилкой яичницу. Как будто три года назад — разочарование и испорченное настроение. Юнги сидит, уставившись в тарелку и думает о том, почему вообще так отреагировал. Почему загрустил, увидев за дверью не Чона. Может быть альфа и не собирается приходить? Может, не получив ответов на вчерашние вопросы, он решил, что ему не стоит лезть в жизнь Мина, да и желания особого не было? Может, ему просто все равно? «Чон Хосок не придет, ему плевать на тебя. живи уже дальше, тебе нужно воспитывать сына.» — кричал здравый рассудок, но омега, вновь пробудившийся вчера, выл от таких слов и отчаяния; как так, его альфа просто бросил? Не придет снова? От тяжелых дум спас только голос Тэхена.

***

Два стука и альфа уже знает кто там, так что без вопроса идет открывать дверь. За ней стоял высокий парнишка и глупо улыбался, в прочем, как обычно. — Не выспался? — Чонгук не дожидаясь приглашения проходит в студию и садиться на диван. — Пил всю ночь? — Если бы. Хосок закрывает дверь на ключ и плетется к своему креслу, которое неприятно скрипит, стоит альфе сесть. В голове со вчерашнего вечера крутятся тысячи мыслей, как комары вечером жужжат и покоя не дают. — Не пил? А что тогда? Выглядишь так себе. — Я, — Чон запинается. Думает, стоит ли вообще посвящать младшего в свои дела, но поделится все же с кем-то надо. — Вчера я встретил Юнги. — Юнги? Какой-то твой бывший? — Гук искренне удивляется, потому кто слышит это имя, кажется, впервые. — Да, мы встречались с ним, почти четыре года назад, и. — Тогда вообще не понимаю твоих волнений, — дурацкая привычка Чонгука перебивать доконала Хосока уже настолько, что тот готов придушить младшего, но только шумно выдыхает. — Мы расстались давно, то есть это он ушел. Была причина. Я встретил его вчера случайно, хотел поговорить, но он был не настроен, — альфа грустно ухмыляется. — А в чем причина? — У него есть ребенок. от меня.