Когда алмаз теряет сияние

Раскрыв поутру глаза, Ван Ибо сразу же начал молиться всем богам, и благодарить их за то, что сегодняшняя ночь прошла для них спокойно. Ну конечно они дважды вставали, чтобы покормить А-Юна, но от Сяо Чжаня сюрпризов не было. Да и вообще, засыпая после второго ночного кормления, он сам приник к пересохшим губам альфы, стараясь целовать их как можно нежнее. Вот так вот просто подполз, накинув сверху одеяло, чтобы спине не было холодно, и стал целовать. А тому-то это только в радость, он и сам-то не особо был против таких проявлений чувств любимого человека. А сейчас вообще не особо было понятно, где же его собственные конечности, а где А-Чжаня, так как одеяло у них было одно на двоих, в котором им обоим удалось бы с лёгкостью потеряться из-за немалых объёмов, и они просто сплелись в один клубок своими руками и ногами. Так тихо, спокойно и уютно. Ему хотелось пролежать так с возлюбленным хоть всю жизнь. Просто ощущать на своём бедре вес его ноги, тепло ладони на груди, и конечно же, голову на плече, которая сейчас оказалась непонятно как под подушкой. Только, вот, вставать рано или поздно всё равно было надо, а особенно, если где-то поблизости раздалась трель мобильного телефона омеги. Тот еле-еле раскрыл глаза, поморщился, развернулся на другой бок и стал шарить рукой под кроватью, желая отыскать назойливую жужжалку. И стоило ему лишь взглянуть на экран, увидев, кто же там его домогается с утра пораньше, как весь сон словно рукой сняло. Молодой мужчина нервно сглотнул и принял вызов. – Да, я слушаю… Мгм… да… Сегодня? Во сколько? – омега бросил взгляд на настенные часы. – Да, хорошо, успею… И Ван Ибо тоже должен приехать?... А, звонить ему ещё будете?… Ну, я не знаю наверняка, но предполагаю, что он тоже согласится. Хотя, кто знает. А этот вышеупомянутый Ван Ибо лежит себе и не втыкает, что вообще происходит и почему Чжань-гэ говорит о нём с кем-то непонятным. Ну и? Куда он там должен согласиться или не согласиться явиться? Что вообще за разводилово? На вечер он запланировал посетить психолога, потому что в данный момент его жизни решался самый важный вопрос, а тут какая-то халтура непонятная нарисовалась, словно клякса на белоснежном холсте планов на день. Попрощавшись, Сяо Чжань отправил телефон назад под кровать, и вновь развернулся лицом к своему соседу по койке. Он улыбнулся ему, а потом сладко зевнул. – Это звонили из агентства по продакшену «Неукротимого». Нас, а точнее Вэй Усяня и Лань Чжаня, хотят сегодня видеть на интервью. Сейчас и тебе будут по этому поводу звонить. – А разве такие вопросы не с директором должны решаться? – вот кстати, да, какого хрена работники продюсерского центра звонят сразу самим актёрам, когда все вопросы об их работе, интервью и т.д. должны решаться с директорами, а те уже принимают решение? – Ну не знаю, может, перепутали чего или не дозвонились до «начальства», – Чжань похихикал со своего забавного сравнения, – тем более, нам нужно там быть около двух часов дня, то есть, уже совсем скоро. Возможно там посчитали, что если позвонить напрямую, это не займёт столько времени и вопрос решится быстрее. А тут и как раз телефон Ван Ибо зазвонил. Только он, судя по звукам, был где-то далеко от кровати. О! На тумбочке в коридоре. И принёс его ему возлюбленный. – Спасибо, Янь-Янь… слушаю!... Ага, да, хорошо, да, буду, да, хорошо, ага! До сви.. до… ага… До свидания! И опять омега хихикает, глядя на недовольную мордаху напротив себя. – Бо-ди, надо бы найти няню и поскорее. – Мгм… – Слушай, а твой папа не хочет почувствовать себя истинным дедушкой? Альфа взглянул на любимого. И это сейчас тоже было сказано на полном серьёзе? Ну и дела, однако. – Я позвоню ему. Надеюсь, он не занят? Хотя, где ж там будешь занят, когда тебе такое предлагают. И верно было подмечено. Господин Ван-старший приехал примерно через полтора часа. Причём, далеко не в деловом костюме, в котором его привыкли видеть все, даже собственный сын, а в спортивном, причём, далеко не новом. Как самый настоящий дедушка, он чуть вытащил из машины огромные мешки с игрушками и прочими подарками для внука, которого вот в такой домашней обстановке увидит впервые. Он и памперсов ему поручил купить, и детского питания, одежду, игрушек. И ведь его помощники справились с выполнением нелёгкой задачи очень быстро, прямо чуть ли не весь его офис после звонка Ибо, принялся метаться по детским магазинам и интернет сайтам подобной направленности, дабы совершить невозможное. А уже доставлял эти покупки мужчина сам, да и за рулём тоже был он, без водителя, посчитав что такой поистине исторический момент всей своей жизни, он ни с кем делить не желает. – Проходи, отец, – поприветствовал чиновника сын, когда тот наконец нашёл нужную квартиру в доме, в котором ни разу не был, – проходи, Ван Юн как раз покушал и покакал, – он смущённо улыбнулся, – так что, думаю, со вторым проблем возникнуть не должно, а кормить его довольно просто. А-Чжань всё приготовил и покажет, как чего там доделать. – Ты не учи бывалого отца! Я с тобой с самых пелёнок рядом был, знаю, что к чему и справлюсь получше вашего. Ты мне покажи лучше это сокровище. Мужчина точно был сейчас самым счастливым, потому что ему не верилось, что после их последнего разговора с Сяо Чжанем в больнице, тот так легко подпустит его к внуку, хоть и заверял, что не станет препятствовать их общению. Всё же, доверяет? Или слишком уверен в себе? – И ещё, сын, – тон голоса Вана-старшего сменился на более строгий и холодный, – ты мне скажи прямо, долго он незаконнорождённым у вас будет? Отсутствие отца для мальчика не есть хорошо. – У моего сына есть отец! – голос Ибо также сменился и стал более резким. Всё же, данная тема для него была тяжёлой, несмотря на то, что вчера Янь-Янь дал своё согласие на брак. Беря во внимание всю ситуацию и нестабильность психического состояния омеги, всё может поменяться в один миг, так что что-то загадывать ему пока не хотелось. – Да это ты так считаешь. Пока от тебя есть какая-то выгода, он позволит тебе так думать, но что будет потом? Он скажет, что они с Ван Юном больше не нуждаются в твоих услугах? А так вас будет связывать брак. Молодой человек поджал губы. Конечно, в какой-то степени отец был прав, но всё же хотелось верить, что Сяо Чжань позволит Ибо быть частью его семьи. – Штамп в паспорте ещё никого не смог удержать, отец, и давай не будем об этом! Я тебя очень прошу, при А-Чжане эту тему не поднимай. Я не хочу, чтобы у него случился очередной приступ. – Какой приступ? – Никакой. Пошли, они на кухне, – оба альфы прошли на кухню, где Сяо Чжань мило сюсюкался со своим маленьким сокровищем, – А-Юн, иди, познакомься с дедушкой! – Так мы уже знакомы! Ты ж мой сладенький красавчик. На радостях мужчина и вовсе позабыл о некоторых недомолвках. Он неосторожно обронил это слово, а вот от ушей сына это не ускользнуло. – Знакомы? Когда успели? – тот настороженно посмотрел сперва на отца, а потом и на возлюбленного. Лицо господина Вана, собственно как и всё его тело, напряглось, в то время как Сяо Чжань ничем себя не выдал: как улыбался своему ангелочку, передавая его в руки дедушки, так и не отводил от него взгляда.