Когда алмаз теряет сияние

Словно в каком-то глупом дешёвом ситкоме Ван Ибо сидел на холодном бетоне, прижавшись спиной к машине, пока «взрослые» общались. И вот, надо же такому было приключиться, наверное, он подстыл, потому что сидеть было далеко не тепло, но молодой человек чихнул. Вот так вот просто взял и чихнул. Да ещё громко так. Конечно же, двое мужчин сразу обернулись на парнишку-курьера, но тот как сидел привязанный и без сознания, так и продолжал сидеть, никого не трогая. Тогда-то они пошли осмотреться и много времени на то, чтобы отыскать Ибо, им не понадобилось. – Доброе утро, блять! – ругнулся господин Ван, когда они с приятелем обнаружили сына. – Ты что тут делаешь? – Мимо проходил вот, отдохнуть присел. – нет, ну отчасти это правда. – Мимо он проходил… Ты метку поставил? – мужчина был строг. – А ты? – конечно, вопросом на вопрос отвечать было не очень вежливо, но сейчас это всё пустяки. – А я что? Ибо взглянул на мужчину-омегу и даже как-то очень тепло улыбнулся. – В этом мире есть человек, который, уверен, тоже ждёт от тебя метки. Как ты смотришь на то, чтобы пометить любимых омег одновременно? Интересно же будет. И сказано это всё было абсолютно без малейшего сарказма, потому что, хоть молодой человек и не знал хорошо этого Шань Лэя, но после всего услышанного ему даже стало как-то жаль его. Возможно, он и правда был бы куда лучшей матерью для Ибо. А сейчас, почему бы тем двоим не сойтись? Ибо давно дома не живёт, у него своя жизнь, своя семья, а если он отдаст отца, так сказать, в хорошие руки, то ему будет спокойнее за него. – Ты всё не так понял, сын. – А как тут иначе понимать? – всё же, он встал на ноги, а то и правда отстудит себе задницу. – Этот человек влюблён в тебя, отец. Так почему ты оказываешь сопротивление? Этот несчастный курьер, зачем он тебе сдался? Отпусти парнишку! Господин Лэй вообще-то прав, он выглядит ещё младше меня, а ты его выебать собрался. Поверь моему опыту: по любви трахаться куда приятнее. А если он, не дай Бог, от тебя залетит, что тогда? Знаешь, как мне было страшно, когда я в свои семнадцать лет узнал, что мы с Сяо Чжанем влипли и попали на целую беременность? И знаешь, о чём я тогда должен был думать? Я должен был реветь и причитать, какой я несчастный и нахрена так судьба со мной поступила? Должен был кричать, что не хочу жениться на этом человеке, что хочу погулять? Но я же не делал этого. Я не вёл себя так. А первыми мыслями, что уже тогда возникли в моей голове, были мысли об этом ребёнке. Смогу ли я их обеспечить? Будут ли они счастливы со мной? Как красивее сделать предложение Сяо Чжаню и вообще, все мои мысли были заняты Сяо Чжанем. Да, грубо говоря, это была незапланированная беременность, но желанная. Потому что я любил его и сейчас мои чувства крепчают. А секс… Отец, ты не представляешь, насколько это круто делать именно с ним… – Так, давай не рекламируй нам тут своего омегу. Мы его покупать не будем. – прервал восхваления Ибо господин Ван. – Ах, да, отец! А почему няню с Ван Юном привезли? Я ж за этим к тебе и пришёл, так-то. Ван Шуи и Шань Лэй переглянулись между собой. – И откуда кровь на полу гаража? Да и, блин, парня отпустите, а то вас же ж посадят. – Не посадят. Никто об этом не узнает, – наконец подал голос мужчина-омега. – Как это не посадят? Я сам сдам вас, если не выложите мне всё, как есть. – Ибо, иди наверх! – строго произнёс чиновник. – Поиграй с сыном, займись сексом с Сяо Чжанем, раз уж так сильно его любишь, а во взрослые дела, пожалуйста, не лезь! Это всё тебя не касается. Как сочту нужным посвятить тебя в курс дела, так и расскажу что-нибудь. Пока что иди. И всё, мужчина отвернулся, предельно давая понять, что разговор окончен. – Отец! – Наверх пошёл! Быстро! Шань Лэй улыбнулся парню. – Всё хорошо, Ибо правда, не переживай. Иди! Я позабочусь о курьере, уговорю твоего папу его отпустить.

***

– Янь-Янь, я только что такое узнал! – Ван Ибо влетел в дом и отыскал любимого в гостиной, где он вовсю тискал сынульку, устроившись на просторном диване. – Так, я больше ни в каких извращениях не участвую! – отрезал омега, целуя маленькую ручку своего сокровища. – Да участвовать, слава Богам, не надо! – Ибо устроился рядом. – Но извращения ещё те! Представляешь, настоящий человек, по имени Шань Лэй, влюблён в моего отца по уши. Правда, я так и не понял, что он забыл в нашем доме, ну да ладно. – Ибо, не надо разносить сплетен! – с укором заявил Сяо Чжань. – Любят и любят, они взрослые люди. Тебя тоже любит омега, вон, подарочек твой нянчит, но об этом никому знать не обязательно, – эх, а ведь он прав! Жаль, Ибо столько интересного хотел рассказать своему ненаглядному. – Пойдём. – Что? – Пойдём, говорю, – А-Чжань поднялся с дивана, всё так же прижимая к груди сыночка, – Ван Юну кушать пора, а мне ставить метку. Я уже заждался. Ой, а это опять было так волнительно, что из головы молодого альфы напрочь улетучились любые мысли. Сейчас его разум затмился и думать он мог только о своём возлюбленном и о том, чтобы не сделать ему слишком больно, когда будет кусать.