Моё последнее лето

      Это было последнее лето перед моим отъездом из такого родного, солнечного и зелёного уголка, который не был мне домом по рождению, но стал им, в большой и шумный мегаполис. Это было последнее лето, которое я провела будучи несовершеннолетней, однако это было первое лето, которое я провела не одна. Оно не было лучшим, но определённо было самым запоминающимся.       Правда, теперь это всё должно остаться в прошлом, всё это должно остаться лишь тёплым воспоминанием, которое будет греть душу, потому что сейчас я иду в школу, на праздничную линейку. Там я должна буду встать рядом с выпускниками, вместе со своими одноклассниками под яркой табличкой с надписью «11"а» класс», которую в руке будет держать староста. — Удачи тебе в новом году, — меня из раздумий в собственной голове вывел голос мамы, когда машина остановилась напротив школьных ворот. — Не забудь поздравить Людмилу Викторовну с праздником, в конце концов, она много от вас натерпелась за эти несколько лет, — с этими словами она отдала мне букет пурпурных пионов. — До вечера, мам, — улыбнулась ей я и выскочила из машины в объятия сентябрьской духоты.       Впервые за всю мою жизнь я не была рада началу учебного года и окончанию летних каникул. Обычно к началу августа я уже была готова рвать на себе кожу от скуки, лишь бы выбраться из дома. И без того немногочисленные друзья либо уезжали к родственникам в другие города, либо работали. Возможно у вас создаться впечатление, что я такая лентяйка, раз сама не пошла работать, только вот это не так. Я каждое лето, как только мне исполнилось 14, хотела устроиться на работу, но маме эта затея абсолютно не нравилась. «Мы живём в курортном городе, сюда на лето приезжает много неадекватных и опасных людей, — каждый раз говорила она. — К тому же, я не заметила, чтобы у тебя была острая потребность в деньгах». Она была права, её не было, но была острая потребность в развлечениях.       Своих одноклассников я услышала раньше, чем заметила. Большинство из них, были одного роста со мной, даже ниже, так что не сильно выделялись среди остальных, будучи однотипными: загорелая кожа от работы на пляже, и стандартная школьная форма. Жаль, что моё появление не осталось без внимания: — О, какие люди, не ожидал вас здесь увидеть, кукумбер, — прокричал стройный парень невысокого роста, как только я подошла к толпе учеников. 9 класс, день рождения одноклассницы. — Будем честны, большинство старшеклассниц в нашей школе готовы лечь под любого парня, — важно проговорил Лёша, покачиваясь около стола и держа в правой руке бокал вина. — А чего же я не видела ни одну из них с тобой, Алексей? — решила встрять в разговор я. — Возможно, ты настолько плох, что вместо твоего челна они предпочитают использовать огурец, ведь он значительно больше по своим размерам? — По себе людей не судят, — агрессивно выплюнул в мою сторону Лёша. — Видимо, ты сама пристрастилась к овощам, — на что все присутствующие лишь рассмеялись, в том числе я.       Именно с того дня я заработала своё прозвище, которое тогда казалось мне абсолютно безобидной шуткой, если бы наш многоуважаемый Алексей не стал распространять грязные слухи о том, что вместо мужского полового органа я предпочитаю использовать несчастный зелёный овощ продолговатой формы. Многие поверили в этот абсурд, что я считала полным идиотизмом. Некоторые из моих друзей и знакомых подходили ко мне и спрашивали об этой ситуации, яра веря, что это сплетня есть абсолютная правда, приходилось их переубеждать, чтобы хоть в чьих-то глазах оказаться «нормальной». Думаю, далеко не все в школе интересовались моим именем или фамилией, но я уверена, что большинство знает, что я кукумбер. — Вот вас я крайне не ожидала увидеть здесь, Алексей, — произнесла я с наигранным удивлением, приложив ладонь к груди. — Думала, что в 11 класс вас просто не переведут из-за вашей неуспеваемости, напыщенности и крышесносного идиотизма. Не согу сказать, что я рада той новости, что мне придётся видеть вашу наиомерзительнейшую физиономию на протяжении ещё одного года. — Закрой свой рот, мразь! -крикнул он, указывая на меня пальцем. Никто даже не обернулся, ведь это была привычная сцена. — Тебя здесь никто не рад видеть. — Запишу этот пункт, чтобы не забыть о нём упомянуть в своей речи на выпускном, когда буду стоять на сцене со своим красным аттестатом и медалью, — нахально улыбнулась ему я и беспечно махнула рукой в сторону этой ошибки естественного отбора. — Надеюсь, что ты до него не доживёшь, — Лёща приблизился ко мне так, что расстояние между нашими лицами было не более десяти сантиметров. — Удачного выпускного года, одноклассница, — прошипел он мне в лицо и ушёл восвояси.       Не обращая внимания на очередные угрозы и проклятия, я взглядом отыскала в толпе свою классную руководительницу, что было сделать не так уж и просто из-за ещё маленького роста. Она преподавала у нас физику, которую я безумно любила, однако я любила Людмилу Викторовну не поэтому. Несмотря на все сложности нашего класса, она всё равно всех нас любила и просто не могла отказаться от класса, оставив детей одних. Что бы мы ни вытворяли, она никогда не позволяла себе как-либо нас задеть или оскорбить, хотя и без нравоучений, отработок и незапланированных классных часов мы тоже не оставались. — Спасибо, что терпите нас, Людмила Викторовна, — широко улыбнулась я, подойдя к ней и протянула букет пышных пионов. — Ещё 9 месяцев и у вас будет на одну причину для головных болей меньше. — Спасибо, солнышко, — просияла невысокая пожилая женщина, принимая букет цветов. Подняв взгляд к моему лицу, она она ахнула, прикрыв ладошкой рот. — Что за шрам на лбу у моей лучшей ученицы? — Ах, это? — замешкалась я, потерев белую полосу над левой бровью. — Да так, — отмахнулась я. — Неудачное падение. 1 июня. 23:30.       Тишина ночной улицы частного сектора нарушалась пьяным смехом трёх подростков. Мои друзья провожали меня домой, с полянки, где мы отмечали начало лета. Празднование вышло весёлым и весьма шумным. Мы все знатно напились и отрывались так, как только позволяла нам наша глушь. Среди нас были совершеннолетние, поэтому достать алкоголь не было никакой проблемой. — Я считаю, это было весьма фе. ферерично, — пьяно и невнятно пробормотал Макс. Мы с Аделиной начали громко хохотать. — Боже милостивый, лягушки расквакались, ночью будет дождь, — важно констатировал он, на что мы начали хохотать пуще прежнего.       Мы уже поднимались по бетонной лестнице на улице, которая вела к домам в соседнем районе, когда я решила достать из кармана телефон, чтобы удостовериться, что мне не звонила мама. Лестница была достаточно узкой, поэтому я шла впереди, а Аделина под ручку с Максом позади меня. Пронесло, пропущенных ни от кого не было. Только я начала убирать телефон в карман шорт, как сзади на меня кто-то навалился. Я потиряла равновесие, споткнувшись о следующую ступеньки. Я успела выставить перед собой, руки, но всё равно моё неуклюжее пьяное тело повалилось на лестницу впереди. С высоты собственных рук я ударилась лбом об угол одной из бетонных ступеней. — С тобой всё в порядке? — послышались голоса друзей за моей спиной. — В полном, — как ни в чём не бывало ответила я, поднимаясь с земли и оттряхивая свою одежду и руки. — Ты настолько напилась, что уже ноги начали заплетаться, — хихикнула Аделина. — Вообще-то это ты споткнулась и толкнула меня, вот только тебя держал Макс, поэтому ты и не упала, — я повернулась к ним лицом и начала кричать на подругу. Меня раздражало то, как она хочет привести всё в шутку. Рану на лбу жгло. — А вот мне за воздух, знаешь ли, не было возможности удержаться.       Я отвернулась от них и быстро взлетела по лестнице, чтобы убраться от них подальше. Мне было обидно, даже не знаю, почему, но было. Выйдя к свету под уличный фонарь, я коснулась пальцами раны. Кровь. Я разбила лоб об угол ступени. «Наверное, останется шрам, — прошептала я себе под нос». Сзади моего плеча коснулась чья-то рука. — Не держи на неё зла, — это был Макс. — Ты же знаешь какая она. Я повернулась к нему лицом, Аделины с ним не было, мы были вдвоём посреди ночной улицы. Макс увидел кровь на моём лице и его глаза округлились. — Тебе больно? — спросил он, ласково касаясь пальцами моего лба у кроваточащей раны.       Мои глаза неприятно защипало и они наполнились слезами. В ответ ему я смогла только отрицательно помотать головой и тихо расплакалась. Он крепко обнял меня и сказал: — Ты всё равно всегда будешь красивой. — Ты всё равно всегда будешь красивой! — улыбнулась учительница и приободряюще потрясла меня за плечо. — Вставай вон там, — она указала рукой в толпу учеников. — Скоро начнётся торжественная часть. Я поплелась к чёрно-белой массе, которая звалась моим классом.       Меня зовут Аделина, и запомните: каким бы ни было прошлое, оно всегда будет отзываться в настоящем.